Глава 22. Молочная ночь поэзии и гучжэн - пытка наслаждением (ч.4)
Демон остановил поцелуй и, приподняв двумя руками Сяоцао за талию, прижал её к себе. Две возбуждённые груди качнулись перед его лицом и язык демона скользнул по одной из них снизу, чуть приподнимая.
- Господин, ахм!
Сяоцао топорщила свою грудь и жадно прижимала голову господина к себе. Так вот зачем нужны эти две большие штуки, которых она так стеснялась в Небесном Царстве! Она стыдилась своей большой груди и пыталась даже бинтовать… Оказывается, её груди созданы не только для кормления будущего потомства, но и для того, чтобы господин их так ласкал!
Демон играл языком с кораловыми сосками потяжелевшей от желания груди своей небесной девочки, страстно сжимал два крупных холмика, облизывал её, нежно кусал и посасывал, чем вызывал уйму стонов. Когда владыка в очередной раз обхватив губами сосок, жарко пососал и, слегка прикусив, отпустил его, переключаясь на вторую грудь, Сяоцао приподнялась на коленях. Её ручки скользнули к его вновь каменно затвердевшему члену. Так хочется этот корень ян господина быстрее внутрь себя, не важно, как он там поместился…
Дрожащие девичьи руки направили затвердевший большой член в себя, а истекающая влагой промежность попыталась сесть на нефритовый столб владыки, но демон резко остановил небесную, поймав за бёдра. Синьхуа схватала господина за предплечья и с непониманием посмотрела в глаза.
- Господин, мне нельзя?
Господин не ответил, но несколько странно улыбнулся. Желание уже испепелило её разум до основания, демон знал – она в его руках и готова сделать всё что угодно сейчас. Цао-эр попыталась снова обнять демона, но крепкие руки сняли её с господина и посадили рядом на постели. Кончики хучжи коснулись подбородка небесной, приподнимая, черные и зеленые глаза встретились.
- Что ж, ты была послушной девочкой и господин не накажет тебя, но наградит, и намного больше, чем ты можешь себе представить.
Синьхуа сжала плечо господина двумя руками, пытаясь придвинуться поближе.
- Я… я очень хочу, пожалуйста, - молила феникс, не понимая, о чем умоляет, - Вставь его в меня…
Демон довольно смехнулся столь прямолинейным словам, поглаживая лицо небесной. Страсть оголяет все чувства, заставляет отбросить стыд и говорить честно и искренне, не скрывая своих чувств. Когда человек оставаётся наедине со своим телом, наполненным остриём настоящего страстного желания - он способен сказать больше, чем под самыми изощренными пытками.
Её молящие глаза выглядят более, чем мило. Стоит действительно наградить её сегодня, но последняя из златокрылых фениксов понятия не имеет, какую награду приготовил для неё Верховный демон.
Губы демона приблизились к ушку небесной и опалили его дыханием:
- Хорошо, малышка, я вставлю его на столько глубоко, на сколько позволяет твоя влажная нефритовая пещерка…
- Ах, да, мой господин… - небесная крепко прижалась к сильной руке владыки всем телом, закатывая глаза от возбуждения.
Неожиданно в руке господина появился кусок черной шелковой ткани, свернутый в длинную полоску. Второй рукой Владыка притянул Сяоцао к себе за плечи. Синьхуа посмотрела затуманенным взглядом на ткань, она переводила взгляд то на господина то на то, что появилось в его руках. Демон перебросил ткань через плечи бессмертной и выровняв её нужным образом стал неторопливо оборачивать прямо поверх растрёпанного ханьфу. Шелковые полосы и аккуратные узлы стали искусно переплетаться, формируя рисунок, идущий крестообразными совмещениями от шеи по груди, пока не останавились на талии.
Синьхуа застонала. Черная ткань красиво обернулась вокруг её груди, заставляя ощутить легкое приятное ограничение двуз полусфер.
- Господин, а что это?
- Тихо, - снова загадочная улыбка и гладкие хучжи легли на губы бессмертной.
Пока господин накладывал на неё шелковую ткань, Синьхуа полностью получила в своё распоряжение его грудь. Демон немного содрогнулся и тихо засмеялся, когда почувствовал неуклюжий засос на своём соске. В руке владыки появился цветок - тот самый пион, который Синьхуа несколько часов назад воткнула в его волосы. Он ловко откусил длинный стебель, оставляя короткую палочку. Отстранив от себя небесную за затылок, владыка и поднёс короткий стебель к её губам:
- Что ж, птичка, теперь сыграем в одну игру. Запомни её правила хорошенько и следуй им, чтобы не случилось. Держи цветок во рту. Не смей его выронить ни при каких обстоятельствах. Если ты это сделаешь - господин тут же отправит тебя в свои покои.
С этими словами демон вложил цветок в рот недоумевающей небесной. Сяоцао расширила глаза, но сжала цветок зубами крепко, когда услышала угрозу быть возвращенной в свою комнату. Она бросила взгляд на себя – оказывается, господин связал её запястья вместе!
Владыка встретился на мгновение с вопросительными глазами небесной, затем нажатием ладони на лоб уложил её на спину. Его руки бесцеремонно подняли юбки, оголяя ноги и бёдра девушки. Сяоцао застонала с пионом во рту. Она зажмурила глаза и покорно развела ноги в стороны.
- Моя малышка, вся плачешь жемчугом… - страстно шептал демон, глядя на маленький смешной каштановый вихр волос на лобке и влажные нефритовые врата, так гостеприимно зазывающие его. Если бы Сяоцао знала, сколько женщин Трёх Царств миллион лет назад мечтали раскрыть свой нефритовый алтарь перед этим демоном - она бы не поверила сейчас своему счастью.
Небесная тяжело задышала, закатывая глаза. Господин несколько секунд полюбовался прекрасным раскрытым сокровищем женского лотоса и его хучжи скользнули по внутренней части бедра Сяоцао, а затем быстро сжали одну ногу, полностью сгибая в колене, связывая. Тоже самое произошло и со второй ногой. Теперь ноги небесной не могли разогнуться - щиколотка была привязана к бедру и шелковая черная ткань опутывала всю ногу.
-М??
Господин усадил не понимающую происходящего Сяоцао на постель, аккуратно опуская ткани юбок вниз. Как она сексуальна и красива сейчас. Словно пойманная в селки птичка, связання и дрожащая, глаза увлажнились от калейдоскопа эмоций и чувств. Нежная, чуть сдавленная черным шелком грудь часто вздымается, соски напряжены, влажные глаза сверкают салатовым светом. Что ж, остался последний штрих, чтобы усилить её ощущения и обострить их до предела.
В руках Мудрейшего появился третий кусок ткани, он приблизился с ним к лицу девушки. Синьхуа замотала головой, отстраняясь.
- Господин просто завяжет тебе глаза, не бойся.
Когда глаза поглотила кромешная тьма, прикосновения господина прекратились.
- Прекрасна. Ты так прекрасна…