Глава 30
Зажигаю свет, нажимая на плоский белый выключатель в углу, сегодня пасмурно и в КСП совсем темно. Щелчок и комната наполняется мерцанием желто-белого света. Сажусь на свое место, стараясь думать о работе и не возвращаться мыслями к тому, чем занимался все утро. Но с лица не сходит глупая улыбка, когда я вспоминаю Полину, которая умоляла оставить ее в покое и пойти наконец на работу. Раньше я об этом не думал, ну был секс и был. Такая же потребность, как еда, вода или сон, а теперь в голове сами по себе всплывают детали. До сих пор чувствую запах ее волос, вкус губ, а еще приятную расслабленность во всем теле от бесконечных каскадов удовольствия внутри, что никак не хотят покидать мое тело. Я верно свихнулся. Третий раз подряд заполняю отчетный бланк. И будет еще четвертый, если я не сосредоточусь.
Сегодня много мелких, незначительных происшествий, которые долго регистрируются, а решаются за пять минут. Мое участие не требуется, поэтому ребята ходят туда-сюда, ругают пострадавших и друг друга. Но кроме нескончаемой эйфории, внутри меня зреет беспокойство, которое никуда не делось с приездом в горы. Мне все еще кажется, что здесь что-то не так.
Дожидаюсь момента, когда пара пенсионеров, потерявших собачку в горах, оставят Витьку в покое, встаю со стула. Под ногами скрипят доски, а на улице кричит Пашка, пытаясь переспорить кого-то с очень громким и истеричным голосом. Подхожу к нашему регистратору, низко наклоняясь над компьютером.
- Помоги-ка мне найти кое-что, - чешу подбородок, обращаюсь к Витьке, - помнишь, к нам в КСП приходила беременная женщина, жена парня, что мы вытягивали из расщелины? Мне нужна его фамилия и что там у нас еще есть на него.
Стараюсь сверлить глазами стол, надеясь, что он не вспомнит тот факт, что Полина прибегала за тем же парнем.
- А бывший вашей Полины? - тут же выпаливает Витька, а я с отвращением кривлюсь.
Приходится взять в руки карандаш, чтобы не схватить ружье.
- Это было тринадцатое число, Глеб Дмитриевич, у меня же больничный начинался с тринадцатого. Помните грипп подхватил, температура тридцать девять. Сейчас найдем.
Он долго щелкает по клавишам, напевая себе под нос какую-то мелодию. А я почему-то нервничаю. Что я пытаюсь найти? Сам не знаю.
- Вот он, засранец, от меня не спрячешься. Андрей Куприянов. Тут дата рождения и место жительства.
Витька выписывает данные, я забираю белый бумажный квадратик заметки и сажусь к своему компьютеру, размышляя вслух:
- Что же она такое говорила? Совсем из головы вылетело. По каким таким делам он был в горах?
- Он гораздо младше вас, Глеб Дмитриевич, - забирает с моего стола бумажку Витька, изучая то, что сам только что написал.
Белобрысый спасатель без класса притягивает стул для себя, а я очень сильно стараюсь сделать вид, что не слышал последнее замечание.
- Че продолжает окучивать вашу Полину? - кривится, вздыхая. – Молодежь сейчас наглая.
Садится, качая головой, стуча ногами об пол.
- С чего ты взял, что он окучивает Полину, пенсионер ты наш? – невозмутимо разглядываю своего подчиненного, мой голос пропитан спокойствием и хладнокровием.
- С того, что вы бы не полезли в интернет, Глеб Дмитриевич, если бы он к ней не лез.
Тру переносицу, зевая.
- Что не выспались? – подмигивает мне Витька. – Ну еще бы.
А я строго смотрю на него, приподымая правую бровь, никакой субординации.
- Историю о том, как вы его в грязи вывозили в своем дворе, мы в отряде обсудили вдоль и поперек. Все вас еще больше зауважали после этого.
- Супер, - встаю, медленно подхожу к окну, скрещивая руки на груди, пытаясь вспомнить, что же сказала его беременная жена.
На улице Пашка машет руками, указывая куда кому идти.
- Может он бизнесмен? Обычно такие в горы отдыхать ездят. Продавал у нас какое-нибудь оборудование или спортинвентарь? Или тачками торговал? А может он ...
Откидываю окно на проветривание, пуская в помещение чистый воздух.
- Мадам, я благотворительностью не занимаюсь, – орет Пашка. - Не нравится, пишите жалобу! – возмущается мой заместитель, а собака ему вторит лаем.
Порыв холодного ветра бьет мне в лицо, и я вспоминаю, решительно возвращаясь к компьютеру.
- Его жена сказала, что он занимается благотворительностью. Что-то для больных детей подбирает. Мы знаем город, фамилию, возраст. Обычно у таких организаций всегда есть сайт.
Ввожу его имя, фамилию, благотворительный фонд и тут же вылезает страница с красивым название «наша команда». Искать долго не приходится. Голубые тона, надписи «я хочу помочь» и «мне нужна помощь». Присвистывая, мгновенно узнаю смазливую рожу на фотографии.
- Заместитель председателя правления. Неплохо, - ухмыляюсь, потирая нижнюю губу, читаю вслух, под фотографией идет приветственная надпись. - Далеко не все дети в нашей стране здоровы. Помочь им стать счастливыми – это сверхзадача, к этому надо стремиться и верить! Лицемер сраный. Своих детей бы сделал счастливыми для начала.
Не замечаю, что Витька нависает за моим плечом:
- Ого! Это у него вы Полину отбили? Ну не хрена себе, да он же, как голливудский актер, твою мать, красавчик.
Медленно разворачиваюсь, строго глядя на нашего белобрысого регистратора:
- У тебя что работы нет?
- Есть, - кивает, моргая своими бесцветными ресницами, - но у вас интереснее.
- Ты его регистрировал, совсем памяти нет? Глицин тебе надо пить.
А он не обращает внимания и читает вслух за моей спиной:
- Мы работаем, чтобы предоставить людям шанс проявить неравнодушие, совершая пожертвования в общий фонд. Собираемые деньги идут на нужды тяжелобольных малышей: оплата операций и лечения, приобретение медицинского оборудования и лекарств, оплата реабилитации. Наш благотворительный фонд «Цветы жизни» — это попытка сделать мир лучше, оказывая помощь самым светлым и невинным созданиям: детям.
Разглядывая экран, привычно кручусь на стуле, почесывая подбородок и густую бороду.
- Не верю я этим организациям, Глеб Дмитрич, мутные рожи какие-то.
На сайте есть несколько роликов с официальных благотворительных вечеров, где улыбаясь, Егорозвон вместе с председателем правления, PR- менеджерами и специалистами по работе с обращениями сладко поют на камеру, произнося те же самые красивые слова.
- Знаете, он такой современный, даже не знаю, как вам сказать, зализанный что ли, - читает мои мысли Витька, - посмотрите на девушек вокруг, они сплошь на каблуках и с надутыми губами. Прически стоящие дыбом, ну знаете, когда ветер дунет и все остается стоять колом, потому что залито хер знает чем, - смеется Витька, - и он сверкает среди них, как натертый брильянт, сука.
- Прекрати ругаться, - хмурюсь, проматывая видео.
- Полина ваша естественная такая, в кедах и с хвостом на макушке. Сомнительная из них парочка. Не ну правда? Вы только посмотрите на этих гламурных львиц, они как...
- Как Диана, - перебиваю его, щурясь, останавливая видео на паузу, увеличивая изображение.
Витька поворачивается:
- Какая еще Диана? У вас еще Диана есть? – ржет регистратор. - Ну вы даете, Глеб Дмитриевич.
Не слушаю глупую болтовню.
- Зачем мужику, который женат с детьми, цепляться за любовницу, что отчаянно его посылает и уже знает про семью? - спрашиваю то ли самого себя, то ли Витьку.
- Не знаю, может полюбил он вашу Полину до потери пульса! Вот и бегает, как в жопу ужаленный, любовь странная штука, Глеб Дмитриевич, бывает мозги сохнут, херню всякую делаешь, а Полина девушка красивая...
Уж мне то про любовь не надо рассказывать.
- С родителями просил познакомить, - вспоминаю слова Дианы, которые она кричала Полине в больнице, снова щурюсь.
- Так это понятно, - не соображает о чем я говорю Витька, - надеется, что родители повлияют на нее, уговорят вернуться. Мать обычно имеет большое влияние на девочку, вот он через мать и пытается.
- Мать от него в восторге, - смотрю на застывшее изображение Егорозвона.
- А мать где работает? – неожиданно умный вопрос задает Витька.
- А причем тут работа? – переспрашиваю у белобрысого.
Он пожимает плечами, садится, откидываясь на спинку стула и скрещивая вытянутые ноги:
- Ну подумал, что может родаки богатые.
- В ЖЭУ! – отвечаю на его предыдущий вопрос, что-то совсем рядом, но я не пойму что.
- Может он просрочил квартплату на пять лет вперед и пытается замять этот вопрос через Полину? Или ему справки без очереди о составе семьи хочется получать, а может грезит, что она с паспортисткой его познакомит, там, за стеклом, обычно сексуальные дамочки сидят, – смеется Витка, предлагая откровенную глупость.
Я молча вожу мышкой по экрану, перебирая фотографии благотворительного общества, как вдруг в белобрысой башке рождается гениальная мысль.
- Если он уже подружился с матерью, но продолжает окучивать Полину, значит дело не в матери.
Наши глаза с Витькой резко встречаются.
- Твою же мать! - громко бью кулаком по столу.
Ручки, линейки, коробка со скрепками и Витька подпрыгивают.
- Глеб Дмитриевич, не ругайтесь...
- Я кажется знаю, зачем этому ублюдку Полина.
* * *
Пыльная бордовая кулиса плотно закрывает Андрея от публики, в темноте сцены лица председателя правления почти не видно. Евгений Петрович поправляет ему бабочку с такой силой, что галстук перекрывает кислород.
- Иметь тебя в помощниках становится невыгодно, Андрюша.
Жестокая улыбка больше похожа на оскал и Андрей проглатывает застрявшую слюну, хочется кашлять и ослабить галстук.
- Я всегда выполнял все, что необходимо.
- Но не в этот раз, - снова улыбается. - Ты же говорил, что девчонка глупая и таскается за тобой, как собачонка?
- Так и было, - дышать все труднее.
Улыбка резко сменяется холодом, длинный палец тычет Андрею в грудь.
- Тогда почему дело не сдвинулось с мертвой точки, а она умудрилась подцепить некого начальника спасательного отряда?
Андрея раздражает этот разговор, он и так не может понять, как так вышло, что его променяли на старого дикого козла.
- Мужику хорошо за тридцать, он в разводе и отец – одиночка, почему бы не трахнуть двадцатилетнюю девчонку?
- Да кто он вообще такой? Откуда он взялся? – отряхивая свой костюм, председатель тянет полы пиджака вниз.
- Он вытащил меня из расщелины, - опускает Андрей голову, разглядывая носки своих туфель, как нашкодивший мальчишка.
- А ты ему что эту Полину в качестве спасибо подарил? Как вознаграждение за спасение жизни?
- Да нет же, там жена моя появилась...
- Бл*дь, скалолаз ты мой гуттаперчевый. Она тя так любила, так любила, что сразу забыла и с другим замутила?
- Ну я же вам говорю дура она!
Евгений Петрович приподымает подбородок, скрещивая руки за спиной.
- Насколько я понимаю, он ее не просто трахнул, а на пмж забрал?
Куприянов молчит.
- Андрюшааа, делай что хочешь, неделя у тебя, но чтобы девчонка нам помогла, иначе я на твое место найду кого-нибудь попроворнее. И кончится твоя сытая, беззаботная жизнь, будешь на работу ходить, по восемь часов сидеть, как положено, за среднестатистическую зарплату. Мне простои не нужны.
Андрей рыкнул, сжав зубы, кулисы медленно расползлись в стороны, и Евгений Петрович широко улыбнулся, приветствуя собравшихся.