2. Я ничего не помню

— Селена? — в глазах герцога застыл ужас. А вот на лице Эвреники сначала появилось недоумение, а затем неприкрытая радость, которую впрочем она быстро сумела скрыть. — Дорогая, что ты говоришь? Что с тобой Селена?

Когда он не получает ответа от меня, переключается на обслугу и врача.

— Что происходит? Почему она говорит, что не знает меня?

Доктор срывается с места и бежит ко мне, раскланявшись герцогу извиняется и взяв меня за руку сначала измеряется зачем-то пульс, а после этого достает из чемоданчика нечто похожее на лупу осматривает сначала мои глаза, а затем рану на затылке.

Не знаю, что он думает таким способом обнаружить.

— Леди Брукхайм, скажите вы знаете, где находитесь? — обращается он ко мне. Я тупо хлопаю ресницами.

— А? Кто? — переспрашиваю, делая вид будто ничего не понимаю. Доктор охает, качает головой и достает из чемоданчика, какой-то камень, протирает его тряпочкой из кармана и прикладывает к моему лбу. Я чувствую лишь легкую прохладу камешка. Что это за глупый осмотр? Кажется после того, как я вспомнила прежнюю жизнь, все происходящее тут, выглядит таким странным.

— Ваша Светлость, — доктор убирает камень и сложив руки на животе, докладывает, — похоже леди Брукхайм, в следствие удара по голове потеряла память.

— Потеряла память?! — почти вскрикнул герцог. Он ошеломленно смотрит на меня, а я продолжаю моргать, как дурочка. — Ты уверен в этом?

— Практически на 100 процентов Ваша Светлость.

— И что? Насколько это серьезно? Селена придет в себя? Память ведь вернется к ней? — герцог закидывает врача вопросами. А тот мнется видимо толком не зная, как объяснить мое состояние.

— Не могу сказать достоверно, к сожалению камень Диателя неисправен и у меня не получается полностью просканировать состояние юной леди, но судя по первичному осмотру и словам леди, у нее определенно амнезия. Точнее я буду знать, когда достану новый камень Диателя.

— Сделайте это немедленно! — повысив голос велит герцог. Я вздрагиваю, не думала, что он будет так сильно беспокоится. А вот Эвреника явно собирается этим воспользоваться. Она кладет руку на плечо Кардейна.

— Ваше Сиятельство, вы пугаете Селену. Будьте помягче.

Услышав эти слова Кардейн наконец обращает на нее внимание. Он поворачивается к ней и кивает. А после и вовсе берет за руку.

— Да действительно, мне нужно быть спокойнее. Я не должен доставлять дискомфорт Селене. Как хорошо, что вы здесь леди Эвреника.

— Селена моя лучшая подруга, я буду рядом с ней чего бы мне это не стоило, — Эвреника смотрит на меня поверх головы герцога и выглядит абсолютно удовлетворенной. Будто случилось что-то поистине потрясающее.

Как мало ей нужно для счастья. Но герцог, который даже не заметил перемен в Эвренике, тут же вновь обращает все внимание на меня.

— Дорогая, тебя зовут Селена, а я Габриэль Кардейн, твой будущий жених. Мы собирались поженится следующей весной, когда тебе исполнится восемнадцать.

— Селена? — я притворяюсь будто ничего не понимаю и не знаю, кто я такая. — Жених?

— Да милая, — герцог пытается протянув руку погладить меня, но я перехватив его руку отталкиваю ее. Кардейна это движение жутко расстроило. Лицо помрачнело, будто я его сильно обидела.

Я вновь испытала капельку сочувствия к нему. Он ведь влюблен в книжную Селену. А я собираюсь разбить ему сердце и отвергнуть. Прости герцог, но моя жизнь прямо сейчас гораздо важнее, чем твои чувства!

Это странно, но раньше до того, как я вспомнила прошлую жизнь, глядя на Кардейна, я испытывала довольно сильные эмоции. Меня тянуло к нему, я готова была заглядывать ему рот, когда он говорил, а теперь все это вдруг притупилось, если вообще не исчезло.

— Простите, но я вас не знаю, — я беру одеяло, которым меня ранее укрыли и натягиваю почти до глаз, чтобы отгородиться от него. И от колкого взгляда Эвреники, направленного на меня.

— Не знаешь? — Кардейн вздрогнул. — Естественно милая, ведь ты потеряла память… но ничего страшного скоро ты все вспомнишь!

Эвреника обошла кровать и села по другую сторону от герцога.

— Его сиятельство прав дорогая, скоро ты все вспомнишь и все будет хорошо, — хоть она и улыбается, пока ласково разговаривает со мной, в её глазах вообще нет и капельки сочувствия или доброты. Наоборот, если бы злодейка могла, то прожгла меня взглядом на месте.

— А вы… — я осторожно прикусываю губу, — кто?

Она наклоняется ко мне ближе.

— Селена, милая, я Эвреника, мы с тобой почти как сестры. Выросли вместе и дружим много-много лет, — речь ее звучит словно мед, все-таки она талантливая актриса и с лёгкостью дурачит всех вокруг. И я делаю вид будто верю ей.

Резко поднимаюсь, застав злодейку врасплох и сжимаю в объятиях. Эвреника замирает от неожиданности, и даже не пытается оттолкнуть меня или отодвинуться.

Пришло моё время показать свой актёрский талант. Надеюсь сыграть достаточно правдоподобно, чтобы обмануть всех. А особенно Эвренику.

— Мне так страшно сестрица! — чуть ли не плача верещу у её уха. — Я ничего не понимаю! Кто я? Что со мной? А все здесь такие страшные.

— Вот как… — с трудом произносит Эвреника и наконец делает попытку освободиться от моих рук. — Не бойся, я ведь с тобой. Хочешь, отвезу тебя домой, к матушке и отцу?

Она похлопывает меня по плечу, словно пытается успокоить. Предложение уехать отсюда домой, звучит неплохо. По крайней мере, я буду подальше от герцога и у Эвреники не будет лишних причин навредить мне.

— Матушке и отцу? — эхом повторяю я и наконец отпускаю ее. — Домой?

— Да… — Эвреника тут же отодвигается подальше. — Домой.

Видя, что ее предложение получило от меня отклик, теперь она сделает все что угодно, лишь бы отдалить меня от герцога.

— Не думаю, что это хорошая идея, — Кардейн встает на ноги и возвышаясь над нами пытается протестовать. — Селене стоит остаться здесь и сначала прийти в себя, прежде чем отправляться в дорогу.

— Селена испугана, — но Эвреника уже ухватилась за возможность отдалить меня от него. — Будет лучше, если она пройдет лечение у себя дома. А я позабочусь о ней.

— Это не правильно, Селена моя невеста… — герцог упрямится.

— Ваша Светлость, — в их спор вмешивается доктор, — возможно леди Эвреника права. Дома в окружении родных, леди Селене будет лучше. Здесь все для нее чужое. А там больше шансов, что она скорее вспомнит прошлое.

Герцог раздираемый желанием не расставаться со мной и доводами врача и Эвреники тяжело вздохнул, глядя на меня.

— Хорошо…

Злодейка мгновенно просияла от радости. А я облегченно выдохнула. Шаг первый к собственному спасению сделан.

Дома я оказалась в тот же вечер, заботливо доставленная герцогом под бдительным присмотром Эвреники, которая ни на секунду не оставляла нас наедине. Но не потому что хотела нам помешать остаться наедине, а из-за того, что я вцепилась в нее мертвой хваткой, удерживая между собой и Кардейном.

И если злодейка, стиснув зубы терпела это, то лицо герцога, было темным словно грозовая туча. Но ничего, его обиды я вытерплю, главное чтобы Эвреника на меня не злилась.

Втроем мы преодолели путь из особняка герцога в столице, в загородный дом графов Брукхайм. Именно здесь члены моей семьи проводят каждое лето, отдыхая и наслаждаясь природой. Люблю это место, правда в книге из-за банкротства моих родителей, особняк пришлось продать и мы переехали сначала в небольшой дом городе, а потом за несколько недель до свадьбы с герцогом книжная Селена погибла…

Я вздрагиваю от этой мысли и отгоняю ее прочь. Нет, со мной все будет по-другому!

— Ты в порядке Селена? — спрашивает герцог, внимательно следящий за мной.

Я киваю. Правда периодически у меня в ушах звенит и легонько кружится голова, но думаю все пройдет, когда я хорошенько отдохну. К тому же эта неудобная повязка, которой обмотали мне голову, все норовит сползти и мне приходится ее поправлять.

— Да Ваше Сиятельство.

— Нет Селена, зови меня по имени, ведь я твой жених, — Кардейн поправляет мою ошибку, хотя я сознательно обращаюсь к нему уважительно и скорее вырву себе язык, чем назову по имени.

— Как я могу… — жалобно бормочу, еще сильнее придвигаясь к Эвренике. — Я ведь вас совсем не знаю!

Она великодушно похлопывает меня по плечу.

— Не давите на бедняжку Ваше Сиятельство.

Кардейн недовольно буравит меня взглядом, но все меняется когда мы наконец въезжаем на территорию графского особняка. Один из рыцарей встречает нас у ворот и тут же отправляет лакея короткой дорогой предупредить хозяев.

— Селена! Божечки, что с тобой произошло?! — моя матушка, нынешняя графиня Брукхайм выбегает из особняка, едва карета в которой мы приехали, остановилась на подъездной площадке. Всплеснув руками, она едва не рыдая наблюдает за тем, как я спускаюсь по ступенькам. — Доченька! Что за несчастье с тобой произошло?

— Леди Брукхайм, — герцог, к которому бросается моя мать, пытается ее успокоить, правда выходит у него не очень хорошо. — С Селеной почти все в порядке. Она получила небольшой удар по голове.

— Почти?! — вскрикивает графиня. Она всегда бурно реагирует и быстро заводится. Вот и сейчас она почти отталкивает герцога, чтобы осмотреть меня с головы до ног. Суетясь, она даже Эвренику отгоняет от меня. — Моя деточка! Милая! С тобой все в порядке? Как ты? Джеди, скорее зови графа, он с мальчиками в саду!

Мама отдает приказ юному лакею привести сюда отца. Мальчишка тут же стремглав бросается на поиски хозяина.

— Леди Брукхайм не беспокойтесь, Селена всего лишь потеряла память, — произносит Кардейн. Зря он так преподнес мою травму. Графиня вздрагивает и крепко сжимая меня в объятиях, начинает рыдать. Громко с надрывом и причитая:

— Боже мой! За что? Моя малютка! Как она теперь будет жить? Что же делать?! — рыдает матушка так, словно мне в пору в гроб ложиться. Надо бы ее успокоить, у нее сердце слабое. Да и весь дом перепугает. Вон уже слуги из окон выглядывают, чтобы понять почему их хозяйка так громко вопит.

— Мама? — зову ее, она услышав мой голос замирает. Я поднимаю руку и легонько касаюсь влажных щек. Графиня всхлипнув, забыв про манеры, утирает слезы рукавом.

— Селенушка! — и тут же еще сильнее сдавливает меня в объятиях, выбивая из моих легких воздух. Примерно в этот же момент из дома вываливаются мои младшие братья. Все пятеро. И мой отец. Все шестеро выстраиваются в ряд и недоуменно смотрят на меня и маму.

— Дорогая, что происходит? Селена? Что с твоей головой? — граф Брукхайм, высокий, худощавый мужчина немного за сорок, под любопытные перешептывания братьев, подошел к жене.

— О, милый! Селена потеряла память! — вновь разрыдалась матушка.

— В моем саду произошел несчастный случай, — герцог принялся рассказывать, как я получила травму и о моем состоянии. — Доктор, рекомендовал Селене вернуться домой, чтобы отдохнуть. Он считает лишь здесь, она быстрее восстановит свою память.

— Доченька! — мой отец такой же эмоциональный, как и моя матушка. Теперь они вдвоем рыдают надо мной. Проходит не мало времени прежде чем мы все-таки входим в дом, и лакеи провожают меня в мою комнату. Когда я ухожу, герцог неуклюже пытается объяснить что со мной произошло, а отец злится.

— Я доверил вам свою дочь, а вы за ней не уследили!

Это было последнее, что я услышала. Хм, может мне использовать гнев отца и уговорить его запретить помолвку между мной и герцогом?

— Леди Селена! — моя горничная Ирен, влетает в спальню и застывает на пороге, стиснув край фартука в руках. Кажется она тоже решила разрыдаться.

— Кто вы? — я притворяюсь будто не узнала ее.

— Так это правда, что говорят остальные? — она подбегает к кровати, на которую я устало прилегла. — Вы потеряли память?

— Память? — повторяю я и киваю. — Да так говорят.

— Ох леди Селена! Как же так! — горничная обмакивает кончиком фартука глаза. — Я Ирен, ваша личная горничная.

— Горничная? — опять повторяю за ней. Ирен озабоченно смотрит на меня.

— Вы не понимаете, кто такая горничная? Я ваша помощница. Помогаю вам с одеждой и прической…

— А-а-а, — я понимающе киваю головой. — Приятно познакомиться с вами Ирен. Говорят меня зовут Селена Брукхайм.

— Я знаю, — шмыгнув носом отвечает Ирен. Раньше я не замечала, какие все в этой семье эмоциональные. Каждый норовит разрыдаться. Но еще… я не замечала насколько ценна для них. — И обращайтесь ко мне неформально. Я не переживу и секундочки, если моя леди будет обращаться ко мне на “вы”.

Ирен помогает мне поудобнее устроиться на кровати, предварительно сняв с меня дорожное платье и переодев в просторную ночную рубашку.

— Вам нужно хорошенько отдохнуть, — заявляет она, — и я уверена, вы быстренько поправитесь. Ну уж нет, думаю я предпочту подольше “болеть”.