30 Счастье

Ирен появилась в моей комнате, когда я стояла на балконе и наслаждалась теплыми солнечными лучами. С завтраком было покончено, но умываться и одеваться я не спешила. Хотелось насладиться ласковым солнцем и подышать свежим воздухом.

— Леди Селена, вы уже позавтракали? — она выходит ко мне на балкон. — Подготовить для вас наряд?

— Привет, Ирен, — я широко улыбаюсь и заключаю ее в объятия. Горничная удивленно замирает.

— Похоже у вас сегодня отличное настроение, — она расслабляется и обнимает меня в ответ.

— Да! — восклицаю и отпустив Ирен, начинаю пританцовывать. — Ведь день такой прекрасный. И я наконец дома в Балмейте.

— Вы были в столице лишь несколько дней, — Ирен не совсем понимает моей радости, просто в отличие от меня она редко покидает Балмейт.

— Это были ужасные несколько дней, — я отмахиваюсь от воспоминаний о поездке. — Ирен, дома гораздо лучше.

— Ах леди Селена, но ведь однажды вам придется покинуть Балмейт, чтобы выйти замуж.

Я останавливаюсь и смотрю на горничную. Точно, однажды я выйду замуж, но покинуть родной дом… как-то эта мысль мне совсем не нравится. Когда я собиралась стать женой Кардейна, я даже не задумывалась об этом, но сейчас мне неприятно даже думать об этом.

— Может мне не выходить замуж? — я спрашиваю скорее себя, но этот вопрос слышит и Ирен. Ее лицо вытягивается от удивления.

— Как можно даже думать о таком?! Вы ведь не можете прожить всю жизнь одна одинешенька. У любой девушки должен быть муж и семья.

— У меня есть семья, — я шучу, но Ирен этого не поняла.

— Я говорю о детях, леди Селена. У каждой благородной девушки есть обязанность выйти замуж и родить прелестных деток. Как жаль, что вы не хотите выйти замуж за герцога Кардейна. У вас были бы такие прелестные детки, — с сожалением произносит Ирен.

— Не напоминай мне о нем, — я ухожу с балкона и иду в свою ванную комнату. Интересно он уже пришел в себя? Надеюсь с ним все хорошо. В конце концов он в храме рядом со Святой. Она-то уж точно поможет ему подняться на ноги, а потом возможно у них завяжутся отношения.

Кошмар, Ирен мне напомнила про герцога и теперь я опять беспокоюсь о том, смогут ли эти двое воссоединится так, как это было в книге. Надо думать о чем-то хорошем. И желательно не о свадьбе, детях и… Дэроне. Его образ возник стоило мне подумать о том, какими могут быть мои дети.

Почему стоило задуматься о семье, как он всплыл в моих мыслях?

Я тщательно умываюсь, чтобы любые непрошенные мысли исчезли, но это помогает лишь на время. Когда переодевшись я спускаюсь вниз, чтобы прогуляться по саду и выпить чай с матушкой и младшими братьями, то встречаю Дэрона, одиноко стоящего на улице. Он задумчиво смотрит куда-то вглубь сада.

Велев сопровождавшей меня Ирен возвращаться в дом, я игнорирую ее попытку возразить. И уверенным шагом направляюсь к Дэрону, поравнявшись с ним, останавливаюсь.

— О чем задумался?

Он опускает голову и смотрит на меня, слегка прищурив золотые глаза. В последнее время он практически не скрывает свой естественный цвет глаз. И я считаю это замечательным, потому что они мне очень нравятся.

— Я думал о тебе.

Услышав его прямолинейный ответ, я слегка смущаюсь.

— Что-то плохое? Или наоборот хорошее?

— Хорошее.

Кажется мое сердце решило устроить мне сердечный приступ, иначе почему оно сейчас так громко и сильно бьется? Я стараюсь дышать ровнее, чтобы успокоить его, но выходит мягко говоря неудачно. Вдобавок я еще и волноваться начала. Даже руки почему-то начали потеть. Мне надо бы сказать что-то милое. Или расспросить подробнее о чем таком хорошем он думает, но вместо этого я задаю максимально странный вопрос:

— А ты любишь детей? — я не знаю зачем я это сказала. О чем думала вообще в этот момент. Но произнеся его, и осознав, что ляпнула, стала мечтать о том, чтобы провалиться сквозь землю.

На лице Дэрона не появилось даже намека на удивление или смущение. Он просто улыбнулся нежно и тепло, и задал встречный вопрос.

— Почему ты спрашиваешь об этом?

Я краснею, пытаясь придумать причину.

— Просто… — мне даже выдавить из себя хоть какое-то слово сложно. Дэрон это понимает и не давит на меня.

— Люблю, — отвечает он не дожидаясь моего ответа. — Но думаю прямо сейчас заводить их слишком рано. А ты?

Новый вопрос от него заставил меня покраснеть еще гуще и разволноваться окончательно.

— Я-я? — спрашиваю Дэрона. Он кивает. А я задумываюсь над собственным вопросом. Я люблю своих братьев. Они были довольно милыми малышами, так что я не против детей, но Дэрон прав не прямо сейчас. Я еще слишком молода. Сглотнув отвечаю — Люблю, но мне тоже еще очень рано…

— Селенушка! — где-то в отдалении слышу зовущий меня голос, но я так поглощена игрой в гляделки с Дэроном, что не обращаю на это никакого внимания. Только когда меня берут под руку, я рассеянно смотрю на матушку. — О чем вы так сосредоточено разговаривали? Я звала тебя дорогая, а ты даже не повернула ко мне головы.

— О детях, матушка, — произношу непроизвольно и только заметив побледневшее лицо матушки, прикусываю себе язык. Да что со мной такое? Похоже я растеряла в схватке с Эвреникой последние мозги.

Графиня откашливается.

— О каких детях?

— Об Эвеле и Сейнте, — Дэрон отвечает раньше меня и успокаивает матушку. Глубокая морщинка, которая прорезала ее лоб, разгладилась.

— А что с ними?

— Ничего, — качаю головой и продолжаю мысль Дэрона, — просто я хотела с ними поиграть после обеда, а Дэрон хотел узнать в какие сейчас игры играют дети.

— Вот как, — графиня кажется полностью успокаивается и я удовлетворенно вздыхаю. Я чуть было не заперла себя дома из-за своего длинного языка. — Кстати, Селена, отец тебя искал. У него для тебя какая-то потрясающая новость. Я спросила, что он хочет рассказать, но Эрик нагнал таинственности пообещав сделать это вечером. Хотя тебе-то он собрался сообщить прямо сейчас.

Матушка слегка надулась, словно поступок отца ее обидел.

— Правда? Он позвал меня? — я целую графиню в щеку. — Думаю он просто хочет устроить тебе сюрприз, поэтому не говорит сразу. Дождитесь вечера, матушка.

Мои слова подействовали на нее и она улыбнулась.

— Наверное ты права, — кивает она. — Иди к отцу. Дэрон ты тоже идти. Эрик хотел видеть и тебя.

Не дожидаясь пока мы уйдем, она расслабленной походкой идет к беседке. А я и Дэрон отправляемся к отцу. Мы шагаем вровень, дракон специально сделал свои шаги короче и медленнее. Каждый раз, когда мы делаем шаг вперед, наши руки легонько соприкасаются и это совсем невинное прикосновение вызывает у меня нежный трепет.

Есть у меня одна догадка, которая последние несколько минут не дает мне покоя. Что если я влюблена в Дэрона? Я ведь обещала ему найти ту, что станет его невестой, но вместо этого таскала везде за собой. Втягивала в неприятности. А теперь и вовсе влюбилась в него. Что мне теперь делать?

***

Отец заканчивал свои дела в кабинете, когда я в сопровождении Дэрона, вошла внутрь.

— Селена, — он улыбнулся увидев меня и вышел из-за своего стола, — как ты дорогая? Хорошо отдохнула?

— Прекрасно, — я пересекаю комнату и утопаю в крепких объятиях отца. — Нет места лучше, чем милый Балмейт. Не хочу больше никуда уезжать. Никогда-никогда!

— Не слишком ли ты категорична? — он целует мою макушку. — И вне Балмейта есть много всего хорошего.

— Есть, — я соглашаюсь с отцом, — но ни одно место в мире не сравнится с нашим домом.

Он похлопывает меня по плечу и предлагает сесть.

— У меня есть для тебя хорошие новости, — говорит отец, когда я удобно усаживаюсь на диван. — Дэрон, не стой столбом, садись рядом! Для тебя тоже есть новости.

Дракон молча садится на край диванчика, и мы переглядываемся. Что же хочет сказать нам отец? Видимо что-то очень важное, раз решил позвать нас обоих.

— Вы удивлены, да? — спрашивает он нас.

— Немного, — я смотрю, как отец присаживается в кресло напротив нас. — Почему вы позвали нас? Что-то случилось?

— Да, кое-что произошло, — кивает он, а затем внимательно приглядывается ко мне. — Селена, откуда ты знала про шахты?

— Шахты? — я недоуменно смотрю на отца. Я не сразу понимаю о чем речь, однако осознание приходит быстро. Угольные шахты в южных землях! Неужели уже провели оценку? Я думала на это уйдет пара недель. — А что с ними?

— Оценщики из столицы прислали мне утром отчет, — отец берет со столика перед нами пакет с документами и передает мне. — Признаться я был очень удивлен и совершенно не ожидал подобных результатов.

Разве отец получив отчет не должен сейчас радоваться? Мы же буквально сорвали крупный куш. Под угольной шахтой огромные залежи алмазов, занимаясь добычей которых мы будем жить безбедно не одно поколение. Я не говорю уже о том, какие перспективы у нас открываются… но отец, почему он такой задумчивый? Неужели в отчете что-то не так?

— Каких результатов? — я настороженно беру документы и вытащив их пробегаюсь глазами по емкому отчету с перечислением огромного количества цифр и совершенно ничего не понимаю. — Здесь так много информации…

— Когда я впервые увидел все эти цифры, я сначала подумал, что тут какая-то ошибка, — произнес отец, откидываясь на спинку кресла. Он выглядит таким уставшим. Неужели он не отдыхал после приезда? — Но компания, которая проводила оценку шахт одна из лучших в столице, они подходят к своей работе с большой тщательностью. Отчет полностью достоверный.

— Это хорошо или плохо? — я опять пытаюсь продраться сквозь цифры и нахожу несколько важных строк в отчете. В законсервированной угольной шахте найден минерал оценочная стоимость которого равна…мои глаза округлились от удивления. Я поднимаю голову и смотрю на отца. — Это невероятно…

Я даже представить не могла, что алмазы будут стоить таких бешеных денег.

— Ты не знала о минералах, который нашли там? — отец выпрямляется. Кажется он думал, что я настояла на оценке потому что знала о том, что скрыто внутри шахт.

— Откуда, я ведь даже ни разу там не была, — я пожимаю плечами. — Но отец, что это за минерал?

— Я не знаю, — отвечает он. — Думаю мне придется отправится к шахтам и посмотреть все на месте. Люди из оценочной компании еще там, я встречусь с ними и решу, что делать с дальше. Признаться, я сейчас в шоке от этой информации. Многие годы я считал эти шахты бесполезными и хотел от них поскорее избавиться. Ведь я хотел продать их не заморачиваясь с оценкой.

Похоже отец теперь переживает, что едва не совершил ошибку. Именно из-за этого он не радуется тому, что мы стали сказочно богаты. Либо пока не может полностью осознать это.

Я встаю с дивана и сажусь на подлокотник кресла, крепко обнимаю отца, поглаживая его по спине.

— Все хорошо, папа, — успокаиваю его, — вы заказали оценку и теперь знаете истинную стоимость этих шахт. Только подумайте, теперь у нас хватит денег не только Огаста и Бастиана отправить в академию, но и остальных мальчиков. Вы сможете даже выделить каждому землю и дом.

— Ты упомянула своих братьев, но ничего не сказала о себе, — отец обнял меня.

— Я собираюсь всю жизнь прожить рядом с тобой, — со смешком отвечаю ему, — ведь никого богаче вас не будет на этом свете.

— Не надо так шутить дорогая, у тебя должна быть своя семья, — в этот момент отец смотрит не на меня, а на Дэрона. Точно, он ведь хотел сказать что-то и ему.

— У меня уже есть семья, — я целую отца в щеку. — Вы, матушка и мои братья.

— Похвальна твоя любовь к родителям, но у тебя должны быть свой дом и своя семья, муж и дети.

— Ирен сказала тоже самое, — я вспоминаю разговор со своей горничной. Надув губы, хмурюсь. — Из-за этого у меня складывается впечатление, что вы все хотите поскорее от меня избавиться.

— Глупости говоришь, — отец теребит меня за щеку. — Разве кто-то захочет избавиться от такой милой дочурки?

— Хорошо-хорошо, — я соглашаюсь с ним, — кстати, отец, а зачем ты позвал Дэрона? Ты и ему хотел рассказать о шахтах?

— Нет, — граф отрицательно качает головой, — есть кое-какие новости из столицы. Дэрон должен о них знать.

— Что-то еще случилось? — я с тревогой смотрю на дракона. Надеюсь новости неплохие. Но раз папа относительно спокоен, значит все хорошо?

— Слухи, которые ходили о появлении дракона утихли, — сообщает отец.

— Правда? — я радуюсь, а Дэрон воспринимает эту новость настороженно.

— Насколько я понял, поиски дракона ни к чему не привели, — поясняет граф, — поэтому храм Арвы объявил, его появление выбросом темных сил.

— Храм? — я напрягаюсь. Почему они решили скрыть появление дракона? Или все же они тоже решили, что никакого дракона не было и все это вина Эвреники? Если последнее, то я даже рада. Тогда ничто не будет угрожать Дэрону.

Смотрю на него, он сидит такой спокойный. Совсем не переживает?

— Я тоже был удивлен тому, что именно они замяли этот вопрос, — граф вздыхает. — Но думаю это к лучшему. Скоро слухи о драконе совсем затихнут.

— Надеюсь, — я киваю и встаю с подлокотника. — Отец, когда вы собираетесь поехать в южные земли?

— Хочу сделать это как можно скорее, — отвечает граф. — Мне нужно будет решить там не мало дел. Собираешься поехать вместе со мной?

— Нет, — я качаю головой и морщусь. — Я же говорила меня уже ничто не заставит покинуть Балмейт в ближайшее время.

— Хорошо, милая, — со смешком говорит отец. — Иди к матери, наверное она уже ждет тебя, чтобы разузнать почему же я захотел поговорить с тобой, а не с ней.

— Я могу ей рассказать? — предчувствую, что матушка закидает меня вопросами. — Когда она сказала мне пойти к тебе у нее горели глаза от желания знать, почему ты меня позвал. Конечно она не будет меня пытать, но будет активно расспрашивать.

— Расскажи ей, — смеется отец. Возможно он даже представил сцену, где мама забрасывает меня вопросами. — Я думал сделать это сам вечером, но боюсь терпение твоей матери не выдержит.

— Ладно, — я целую его в щеку и попрощавшись выхожу из кабинета. Дэрон остается внутри, хоть мне и интересно о чем они болтают, я решаю не мешать им. Лучше поделюсь новостью с матушкой. Она будет ошеломлена.