Эпилог

Сергей с Надюшей и Шуриком цепляют гирлянды над крыльцом и на маленькую сосенку, которую мы посадили, как только купили этот дом. Вечером, когда стемнеет, у нас будет очень красиво.

Повсюду царит новогоднее настроение. Надюша ждёт Деда Мороза, заказала ему гору подарков. Мои уговоры, что всё это не поместится ни в мешок, ни в сани, её не остановили. Сергей смеётся:

- Вот же достанется кому-то жена…

Шурик под впечатлением от знакомства с Дедом Морозом весь день заглядывает под ёлку – проверяет, не появились ли там подарки. В этом году он даже нарисовал письмо со своими “хотелками”. Правда, то ли парень у нас растёт не требовательный, то ли художественного мастерства не хватило, но его заказ выглядит на фоне сестры весьма скромным.

Младшую дочь Сергей назвал Аллой, а Шурик её переименовал в Алю – так ему проще было произносить. С его лёгкой руки это имя прижилось в нашей семье. А в преддверии Нового года она получила ещё и прозвище – Гроза ёлок. Стоит оставить её без присмотра возле наряженной зелёной красавицы, как Аля тут же норовит сорвать с неё все игрушки, до которых дотягивается. Пришлось придумывать заграждение, чтобы усложнить ей доступ, но малышку ничто не может остановить.

То же самое она пытается провернуть со всеми ёлками, возле которых оказывается, даже на улице. Ни Надюша, ни Шурик никогда такую шкоду не делали, для них ёлка с раннего возраста была чем-то священным и волшебным.

В духовке печётся мясной пирог, на подоконнике пропитывается любимый торт детворы. На сей раз я рискнула испечь его “на роту солдат” – корж размером с противень, двойная норма крема. Волнуюсь, хорошо ли пропитается.

Новый год нам впервые предстоит встречать в большой компании, а наш дом будет испытываться на прочность – не разнесёт ли его армия из восьми ребятишек.

Половину из них условно можно считать уже взрослыми. Но вспоминая, как они бесились при нашей прошлой встрече в таком же составе, я не слишком полагаюсь на их благоразумие.

Первыми приезжают Шевчуки. Пока родители выгружают миски с наготовленной едой, дети отправляются во двор лепить снеговика. Естественно, Шурик увязывается за ними. Он хоть и мал ещё, но всеми фибрами души стремится быть частью “взрослой” детской компании и участвовать в любом кипеше. Неважно, что он больше мешает, чем помогает, но зато всем весело.

Лепка снеговика перерастает в снежную баталию. Лишь благодаря вмешательству отцов, дело удаётся довести до логического завершения, и снеговик обретает голову, нос-морковку и все необходимые причиндалы.

Наконец приезжают Доценко. С тех пор как Павел вернулся в страну, мы неоднократно виделись. Я до сих пор под впечатлением от чудесной истории спасения Ивана – их старшего сына. Как всё-таки тесен наш мир, и какие неимоверные события и совпадения порой случаются.

После десяти вечера укладываем малышню спать. Старшие ворчат. Они чувствуют себя взрослыми и хотят встречать Новый год вместе с нами. Но на них ещё действует незыблемая пугалка: если Дед Мороз заглянет в окно и увидит, что дети не уснули, то он не сможет войти и положить им подарки.

Наверняка старшие дети уже давно догадываются, что никакого волшебного деда не существует, но хитрецы просчитали, что им выгоднее притворяться, что верят в него, и получать желанные сюрпризы под ёлку. А потому после непродолжительных споров они тоже отправляются в кровать.

- Павел помирился с отцом? – тихонько спрашиваю Лизу, которая помогает мне накрывать на стол.

Когда мы в прошлый раз ездили в столицу, я краем уха услышала, что они не разговаривают – отец никак не может простить Павлу возвращение в страну.

- Какое там? Даже с детьми не видится. Хотя приезжал к нам, когда мы ещё жили за границей, с Иваном отношения вроде как наладил. А теперь – опять. Как будто какое-то сезонное обострение, которое затянулось слишком надолго.

Очень грустно об этом слышать. Хоть Доценко-старший не вызывает у меня положительных эмоций и кажется скорее неприятным, я бы хотела, чтобы они помирились. Не разговаривать с сыном только потому, что тот живёт своей жизнью, а не скачет, как собачка, на задних лапках по его указке, – это явный перебор.

Тем более, что от Сергея мне известно, что в целом отец Павла весьма адекватный и благородный человек. Но о какой адекватности может идти речь при таком отношении к сыну и его семье?

- А с тобой как?

- Да никак. Они меня вообще не очень жалуют. Что тогда, в юности, что теперь. Чем-то я им не угодила. Может, хотели голубую кровь, а у меня обычная?

- Ой, да что им ещё надо? Вон, какие у вас прекрасные дети… – я искренне возмущена.

Все эти сказки о голубой крови – чушь полнейшая. Я вообще не знаю, какая у меня кровь. И ничего… Мирослав Данилович меня любит и такую.

- Они всё не могут успокоиться, что Павел на Вере не женился.

- И свекруха тоже?

- Честно говоря, она мне кажется немного странной. Вроде нормальная женщина, а иной раз как скажет или сделает… Мы с ней тоже почти не видимся. Пару раз за всё время с детьми в парк ходили.

- Лиза, не бери в голову, – включается Жанна. – Родители побесятся и успокоятся. Мои не хотели Виктора принимать, им всё казалось, что я заслуживаю чего-то большего.

Удивляюсь. Насколько знаю, у них нормальные отношения. Но поженились они задолго до войны, а она нас всех сильно изменила.

- Так, девочки, без десяти одиннадцать. Идёмте проводим старый год, – появляется на кухне мой муж.

- Серёжа, сейчас, утку выложу на блюдо…

- Утка и горячее потом. А то убежит год, и мы ему ручкой помахать не успеем. А год был неплохой, надо бы сказать ему “спасибо”.

- Друзья, – из-за стола встаёт Виктор.

Он всегда толкает речь первым, потому что, в отличие от других, не стесняется говорить.

- Давайте все вместе поблагодарим уходящий год. Он был хороший, удачный. Дай бог, чтобы каждый был таким. Президент через час ещё скажет правильные и пафосные слова… Я буду говорить за нас и за себя. Наш фармацевтический завод вышел в плюс – это супер. Мы расширяемся, продажи идут, прибыль растёт, люди получают недорогие отечественные препараты. Фонд работает, в этом году суммарный объём помощи, которую мы смогли оказать, почти вдвое превысил прошлогодние показатели. Ребята, мы с вами крутые. У моей фирмы весь год был завал заказов. Народ активно строится – и это прекрасно. Дети… Тьфу-тьфу. Не буду говорить, чтобы не сглазить. Восемь на троих – мы молодцы. Пашка сидит как партизан, но мне сорока на хвосте принесла… Поздравляю, брат, с наградой, очередным званием и назначением. Ты – гений. Мы все, здесь присутствующие, должны тебе по гроб жизни, и это – не преувеличение. И я рад, что твой талант помогает людям в нашей стране. Надеюсь, твой батя со временем тоже это поймёт. Серый… Судя по темпам отделочных работ в загородном клубе, ты тоже за прошедший год сделал хороший рывок. Мирослав Данилович, – он кланяется свекру, – я восхищён вашими успехами за этот год. Я всегда верил, что вы вернётесь к любимому делу. Девочки! Вы – наш обожаемый, надёжный тыл. Без вас бы не было ни нас таких шикарных, ни наших успехов. В общем, спасибо вам всем и спасибо этому году. Идём к другому. Ура!

От автора

Дорогие читатели! Вот и подошла к концу эта история. Мне жаль расставаться с героями, я их всех очень полюбила. Надеюсь, вам они тоже пришлись по душе, хотя в комментариях вы периодически их нещадно ругали.

Я хотела написать книгу о счастье. О том, что даже после самой чёрной полосы всегда наступает белая. Даже после самой страшной трагедии и невосполнимой потери, нужно найти в себе силы жить и позволить себе быть счастливыми. Каждый имеет право на второй шанс и право на счастье.

Я очень благодарна вам за то, что читали эту книгу и сопереживали моим таким неидеальным героям. Спасибо за ваши комментарии, звёздочки и награды. Они – мой самый сильный мотиватор и источник вдохновения.

Я желаю вам любви, силы духа и оптимизма.

Очень вас всех люблю!