Глава 9

Александра. Меня выписали в этот же день. Пришлось дождаться приезда подруги, которая привезла из общежития вещи, ведь в больницу я попала голой. Аркадий Львович больше не приходил. Видимо, всё же уехал догуливать свой законный выходной. Сердце обливалось кровью, ведь я, кажется, действительно влюбилась. То, что я испытывала к Денису, вмиг померкло, после кошмара, что он сотворил. Да и не любовь это была. Скорее просто симпатия, которую я принимала за настоящие чувства. Тогда казалось, что он крутой и дерзкий. Теперь понимаю, что розовые очки разбились стёклами внутрь и вместо слёз, текла лишь кровь, которой обливалось раненое сердце и искалеченная душа. Перед Аркадием, суровым и немного резким мужчиной не устояла бы любая. Харизматичный, привлекательный и настоящий. Сумевший остановиться и не воспользоваться мной, хотя я сама была не против. Лишь брошенная им фраза о том, что мои чувства к нему вызваны напряжением и спасением, засела в голове. «Может быть, он прав? Вдруг всё на самом деле не так прекрасно, как я нарисовала в собственной голове?» Доктор старше меня на добрый десяток лет. У него давно налаженная жизнь, а тут я со своими чувствами. Может, у него вообще есть жена и дети. Зачем ему сдалась сиротка, только что едва не ставшая жертвой насилия? Вернувшись в стены родной общаги, легла на кровать и поняла, что после всего мною испытанного я стала другим человеком. Во мне что-то надломилось. Мир уже не выглядит таким красочным, как раньше. Он стал каким-то серым и мрачным. А как по-другому, если в родном городе творились такие делишки. Кто знает, сколько девушек пострадало от рук бандитов и где они сейчас. Как жить дальше, особенно если одногруппники узнают обо всём? Станут жалеть или начнут задавать вопросы, на которые по факту я даже не знаю ответов? Вечер наступил до обидного быстро. Перекрасив волосы в почти родной цвет и приняв душ, я легла спать. Всю ночь мне снился врач. Его горячие губы на моих, пышущие жаром ладони оставляли на коже следы, а в глазах горела страсть. Кажется, прошлые его прикосновения тело воспроизвело с поразительной точностью. Так, что проснувшись, я почувствовала томление внизу живота, а кожа была липкой от пота. Вскочила с постели и принялась расхаживать по комнате. Мелко трясло после испытанного во сне. Даже немного порадовалась, что соседка осталась ночевать у парня и не видит моего состояния. Выпив воды, вновь легла спать. Сон не шёл. Грудь потяжелела. Соски натягивали пижамную майку и не желали возвращаться к нормальному состоянию. Дыхание выровнялось, но всё ещё было довольно тяжёлым. Словно я пробежала марафон. Внезапно меня посетила догадка, что это, скорее всего, мой первый в жизни оргазм. Ведь трусики были влажными, да и все остальные признаки налицо. – Вот тебе и не знаешь, что чувствуешь. Это только у вас, мой дорогой врач, чувства под запретом, – прошептала в пустой и тёмной комнате. Поворочавшись с боку на бок ещё немного, всё же уснула. На этот раз мне ничего не снилось. Утром на пары еле стащила себя с кровати. Тело всё ещё простреливало от пережитого удовольствия, а глаза категорически не желали открываться. Одногруппники все как один уже знали новости и практически каждый из них подошёл с сочувствующими лицами и ничего не значащими для меня фразами ободрения. Раньше меня не замечали до тех пор, пока не нужно было списать, а теперь я резко стала объектом внимания и тихих шепотков за спиной. – Это ты рассказала? – кошкой зашипела я на подругу, которая в этот момент плюхнулась на соседнее сидение за столом. – И тебе доброе утро, – ответила она. – Зачем мне это делать? Полицейский приходил и опрашивал всех студентов. Тут не надо иметь семь пядей во лбу, чтобы понять, что к чему. – Какой кошмар, – прикрыв ладонью лицо, прошептала я. –  Как мне теперь смотреть им всем в глаза? – Почему тебе не всё равно? Детей с ними не крестить. Народец в нашей группе и раньше то был так себе, теперь точно лучше не стал. Слова подруги заставили встрепенуться. Чего это я правда расклеилась. Всё обошлось. Бандитов поймали, и мне нечего стыдиться, ведь со мной ничего ужасного не произошло. Успокоившись, уставилась на вошедшего в кабинет преподавателя и занятия прошли почти в обычном режиме. Даже показалось, что всё наладилось или не менялось вовсе. У выхода из колледжа с подругой мы расстались, но меня вдруг окликнул одногруппник. – Саш, подожди, – прилетело в спину от такого же ботаника, как и я. Обернулась и дождалась, когда он со мной поравняется. По его жестам и тому, как теребит рукав толстовки, можно было сказать, что парень волнуется. Не стала торопить его и просто ждала, что же такого он хочет мне сказать. – Я всё знаю. Мне жаль, что тебе пришлось это пережить, – и тут парень неожиданно обнимает меня. Растерянность и шок сковали по рукам и ногам. Он не был мне неприятен, нет. Просто внимание посторонних мужчин теперь для меня своего рода табу. Единственный, кому можно было прикасаться ко мне, не вызывав внутренний протест, был Аркадий Львович. – Давай я тебя до общежития провожу, – мямлит одногруппник. Я осторожно хлопаю его по спине, и он понимает, что объятия пора прекращать. Отодвигаюсь на допустимое расстояние и выдыхаю. – Со мной уже всё в порядке, но ты больше так не делай. Во-первых, нас могут неправильно истолковать, во-вторых, я теперь немного побаиваюсь столь тесного контакта с противоположным полом. – Понял. Прости. Проводить? – Не стоит, – произношу я и слышу рядом громкий голос, от которого колени едва не подгибаются. – Не переживайте, молодой человек, Александра не одна и её есть кому оберегать. Вот теперь наступил не просто ступор. Я боялась обернуться, ведь голос принадлежал тому, кого я уже и не надеялась встретить.