Глава 20

Машину внезапно резко повело, я не понимая что происходит, как будто у меня кто-то невидимый вырвал из рук руль, полетела вправо. Еще раз и машину завернуло. От ужаса я окончательно его выпустила, резкий удар и я во что-то врезалась, уронив голову на руль.

Пришла в себя я от столпившегося на улице народу и дпсника, который стоял и смотрел на меня во все глаза. Я посмотрела вперед и замерла. Полностью покарежен багажник. Твою же мать Шевроле Камаро. Куда я вписалась. Прямо передо мной стоял оживший желтый трансформер, которому я повредила багажник.

– Ты че права, дура купила?

От неожиданности я вздрогнула. Только сейчас у машины заметила высокого молодого симпатичного мужчину в одной белой рубашке и брюках. На руках золотые часы. Хотя естественно с такой машиной и без золотых котлов как-то не солидно.

– Ничего я не покупала, я просто потеряла на минуту управление и все, машину от снега занесло! Простите за багажник, у вас, как я понимаю страховка и…

Далее в мой адрес полетел такой мат что я растерялась. Я сама не была природной интеллигенцией, но сейчас был явный перебор.

– Я могу ехать? – полностью его игнорируя поинтересовалась я у ошалевшего гаишника.

– После того, как дунете в трубку конечно!

Кивнув я развернулась и пошла подальше от этого хама чувствуя ком в горле. Отлично, мне еще нахамил и Бамлби, все новогоднее настроение точно летело в задницу.

В след мне слышались и мат и угрозы, а я едва сдерживая слезы села в машину и стараясь ехать предельно аккуратно, хоть я всегда была очень аккуратным водителем тронулась с места.

У кабинета меня уже встретила знакомая Варя на этот раз с синими веками и ярко розовой помадой. Поражаясь ее бабушке что разрешает так выглядеть внучке в 13 лет, я молча захожу в кабинет. Переодеваюсь, мою руки и сажусь за стол, нажав на кнопку вызова.

Бабушка в этот раз походу еще больше одевшая на себя украшений во все глаза смотрит на меня. Я словно тяну время медленно открывая компьютер словно чувствуя что происходит. Да и тут можно было к гадалке не ходить, а все понимать по виду и образу жизни девочки.

Открыв анализы я вздохнула.

– К сожалению у нее неспецифическая болезнь, микоплазмоз!

Мне самой неприятно об этом говорить, первый раз встречаю пациентку в столь юном возрасте с таким заболеванием.

– Я выпишу антибиотики!

Варю кажется вообще ничего не расстраивает, а вот бабушка хватается за пунцовые щеки. Даже представлять себя не хочу на ее месте, но, наверное, я схватилась бы не только за щеки. У меня у самой внутри все кипит, я встречала разных пациентов, но ни в тринадцать лет и не в таком контексте.

Мне отчаянно становится не по себе. Поднимаю на нее глаза.

– Варя, а с кем у тебя последний раз был половой контакт? Ты знаешь что это уголовно наказуемое дело? Тем более если он совершеннолетний!

Варя во все глаза смотрела на меня, а ее бабушка замахала руками.

– Я вас прошу, мы сами разберемся! Это вам кстати! С Новым Годом наступающим вас, всех вам благ, Инна Андреевна!

На моем столе материализовалась бутылка хорошего французского шампанского и мой любимый бельгийский шоколад.

– Спасибо конечно, но можно было и без этого, я не собираюсь никуда сообщать, за это можете не волноваться!

Она умоляюще сложила руки на груди, а я выписав Варе лечение, больше всего на свете хотела чтобы эти люди ушли и не возвращались. Это было слишком, даже для врача гинеколога.

Закончив смену, я вышла из кабинета и краем заметила Валерию Вадимовну. Почему все Валерии такие противные и наша воспитательница и наш невролог, я не знала, но одно выражение ее лица вечно недовольное много говорило само за себя.

– Здравствуйте, Инна Андреевна, мы можем поговорить?

Я кивнула запирая кабинет. Только ее под конец вечера не хватало. Ну что ж, поговорим…

– Давайте в кафе пройдем, много времени я у вас не займу!

В кафе уже все съели все самое вкусненькое, но что-то осталось и Валерия Вадимовна заказав котлету, пюре, салат и кофе с булочками села за стол, где я заказала всего лишь вензель с яблоком и корицей. Пекли их здесь так замечательно что я оторваться не могла.

– О чем вы хотели поговорить?

Валерия Вадимовна молча достала файл с бумагами и протянула мне. Уже по первой странице я увидела заключение коллеги, только взрослого гинеколога, срок 5 недель.

– Я, как понимаю вы мне хотите сообщить о беременности Кристины?

Валерия Вадимовна пристально посмотрела мне в глаза.

– Именно и надеюсь вы не дадите ребенку расти без отца!

Я хмыкнула.

– Как гинеколог вам говорю эту справку можно купить за пять тысяч рублей это раз, а два у Евгения уже есть дочь, вас это не смущает что она без отца расти будет? И да, воспитывать надо дочь чтобы не лазала по койкам чужих женатых мужиков, а вы смотрю, Валерия Вадимовна больше кулинарией увлекаетесь! Доброго вечера вам!

Резко подхватив сумку иду в сторону выхода мимо ошалевшей буфетчицы милой Танечки слушавшей наш разговор. Да и плевать. Плевать кто что подумает или скажет. Моя совесть чиста. Беременна она от Евгения, я ему развод дала, а остальное мне неинтересно.

Женя сразу распахнул дверь когда я позвонила. В нос ударил запах миндального печенья, моего любимого. Такое умел делать только Женя, наверное, больше он ничего не умел.

– Можно?

– Конечно! Это твоя квартира тоже! Что ты спрашиваешь? Ты знаешь что мы всегда рады тебе, точнее я!

– Мамочка пришла!

Сашка бросилась ко мне на встречу, а я закружила ее и поставив на пол поцеловала в щеку. Моя девочка. Счастливая такая. Папу любит, как ни крути это кровь. Его кровь.

– А мы с папой Гринча смотрим! – радостно отрапортовала мне Сашка.

– Молодцы какие! Ты покушала, малыш?

– Конечно покушала мамуля!

– Сашуль беги, мы принесем тебе печенье, ты пока мультик посмотри! – Женя тоже обнимает дочку и как-то виновато смотрит на меня.

А на меня уже так смотреть не надо, я и сама виновата. Оба. Семья разрушилась. А только была ли эта семья вообще? Семья это то куда ты возвращаться хочешь, а я не хотела возвращаться. Мне страшно и больно было. Я все время одна. Женя вроде работал, но вечно, как баба, мужского ничего не было, а мне мужского чего-то дикого страстного хотелось.

Я помыв руки прохожу на кухню и сажусь на свой любимый уютный диван. Как все кажется изменилось, чужим стало и от этого так щемит душа. Раньше с такой любовью все это обставляли. Уютно, красиво, а сейчас все ни то. Пустота. И кажется мои любимые красные шторы потускнели. Все потускнело. Все ни тем стало. На этой кухне я каждый Новый Год готовила, а теперь с родителями буду отмечать, хотя что отмечать, Данька в таком состоянии.

– Без вас тут девчонки пусто! – словно читает мои мысли Евгений. – Когда вы были рядом все по-другому было! Я бы очень хотел все вернуть, Инна! Вот кстати твой капучино, как ты любишь! Уверен, он не знает сколько кубиков сахара, ты любишь!

Я молча взяла кофе из моей любимой новогодней чашки с мишками, а Женя поставил передо мной уютную вазочку с печеньем. Миндальным. Моим любимым. В носу резко защипало. Спокойно, Инна, ты ни за этим сюда пришла, ни сопли разводить.

– Скажи когда ты собирался мне рассказать про беременность Кристины?

Муж опустил глаза, а я отпила кофе. Предать можно и зная сколько кубиков сахара можно положить в кофе. Предательство это предательство и его ни с чем не спутаешь.