Эпилог

В каждой истории рано или поздно наступает эпилог. В нашей с Женей он наступил, да походу и с Никитой тоже. Наверное, мне правда лучше остаться одной, ни одна женщина еще не умерла без мужика и я знала что и я не исключение. У меня ничего не складывалось, может потому что я все неправильно сделала. Я вышла замуж за Женю назло Никите, родила ребенка которого полюбила всей душой и убедилась что жить без любви невыносимо. Тяжело. Что тебя не тянет, ты не хочешь к человеку, ни физически ни морально, так было и у меня. Я просто жила, как с другом и понимала все ни то. Женщины улетают, получают кайф, молодеют, а я старею. Я просто не хочу его, я в ужасе понимаю что проживаю не свою жизнь и эта жизнь мне не нравится.

– Это ничего не меняет, я просто буду помогать ребенку! Но я не люблю ее и ты прекрасно знаешь это, что она ни мой человек! Я всегда пытался до тебя как-то достучаться, чтобы ты полюбила меня, услышала!

Я молча ела печенье. Почему-то оно мне резко перестало казаться вкусным, стало приторным и слишком сладким, захотелось лимон полностью целиком заглотить, так сладко и в то же время противно было. Женя так и не научился нести ответственность за свои поступки. Женя обвинял родителей, меня, моих родителей, кого угодно, но только ни себя. Он просто так привык и по-другому не умел, всегда и во всем были виноваты все, только ни он. Он никогда никого не любил и даже меня не любил. Сашку только. А к остальным потребительское отношение. Я это видела и чувствовала.

– Женя ты серьезно? Ты считаешь что можно сделать ребенка и сбежать в кусты? Ты же мужчина! Не расстраивай меня пожалуйста своим поведением! Давай по взрослому, если это твой ребенок и ты уверен в этом, ты должен нести за это ответственность!

Я вообще не хотела верить что этот человек мой муж. Поведение Жени оставляло желать лучшего. Я буду помогать… Да кому твоя помощь нужна. 21 век, женщины и без мужика не пропадут, просто всегда какой бы ни был век и сколько бы тебе не было лет, мужское плечо было нужно. Очень нужно.

– Я никого не бросаю, она знает что я вас люблю и что это все временно, просто увлечение!

– Увлечение твое беременное теперь! Поэтому решай вопросы со своей новой семьей! Тем более она твоей маме понравилась, это самое главное что маме Вике понравилась, что одобрила!

Женя красными пятнами пошел, а я допив кофе поставила чашку в машину посудомоечную и направилась в детскую. Здесь я больше оставаться не хотела ни минуты.

Сашка сидела окруженная своими игрушками и смотрела Гринча. На секунду сердце защемило, хорошая же семья была. Что с кем произошло, ничего непонятно. Ну вышло так вышло, смысл теперь уже жалеть.

Села на кровать и обняла дочку. На душе было погано. Слишком погано.

– Домой поедешь?

Сашка отрицательно головой помотала.

– Здесь мой дом! Давай останемся мамуль, Даньки нет и мне там скучно!

После слов про Даньку в носу защипало. Братик мой совсем скоро Новый Год и у тебя день рождения, выздоравливай скорее, очень тебя прошу.

– Инна правда оставайся, я в гостиной лягу или ты здесь с Сашенькой, здесь ее кроватка, ее ночник, куклы, игрушки все ждут!

Я молча обнимала дочь, а Сашка жалобно на меня смотрела.

– Мамочка пожалуйста!

– Я кстати котлеты ваши любимые делаю с пюре, будете? Оливье, знаю ты его любишь!

Женя с такой надеждой смотрел на меня, а я обнимая Сашку уставилась в экран телевизора который мы тоже покупали домой и с такой любовью. По акции перед тем Новым Годом, один папе с мамой, один нам. Как здорово было… Только куда это все сейчас делось, я не знала. Все ушло. Мы чужие, просто чужие друг другу люди. Внезапно меня затошнило, я несколько раз моргнула и сделала пару глубоких вздохов. Это стресс. Всего лишь стресс.

Саша уже спала, а я выйдя из ванны завернулась в теплый халат и села за стол. Женя поставил передо мной чашку с ароматным фруктовым моим любимым чаем.

– Такой только я заваривать умею!

Я кивнула и отпила чай понимая что меня все еще тошнит. Может правда съела что-то ни то. Отодвинула от себя чашку и встала из-за стола. Меня ни просто тошнило, а ужасно штормило, только этого еще не хватало.

– Мы всегда предохранялись!

От неожиданности я резко остановилась и обернулась посмотрев мужу в глаза. Женя мрачно накладывал себе оливье.

– Я не понимаю о чем ты!

– Все ты понимаешь, не нужно быть врачом чтобы понять! Сделай тест, срок примерно неделя! Тебя рано и с Сашкой тошнило, я помню!

Я ничего не сказав лишь молча направилась к Сашке в детскую. В глазах и вправду темнело. Господи только этого мне не хватало…

Когда я проснулась уже никого не было. Женя сам отвел Сашку в детский сад, а на столе стоял завтрак. Кофе и круассаны с сыром и ветчиной.

Сев за стол я откусила кусочек от ароматной любимой выпечки, как почувствовала что темнеет в глазах и рванула в туалет. На дрожащих ногах выйдя из него, я зашла в ванную и достав тест показывающий время который я советовала всем своим пациенткам которые уже вступили в половую связь, всем подругам и знакомым, я вернулась обратно в туалет.

Через пять минут я сидела чашкой кофе в одной руке и с тестом в другой. Стыдно быть гинекологом и не предохраняться, не знаю что руководствовало мной в то время, но сейчас я себя поздравляла, я была беременна на ранних сроках и не от мужа. Это был ребенок Никиты. Конечно можно было выпить таблетки и сделать мини аборт, только… Только я растерялась впервые. Всю жизнь я мечтала носить под сердцем его ребенка, а сейчас понимала что моя мечта сбылась, только вот ни я и ни этот ребенок ему не нужны.

На работе столпилось огромное количество народу, все бежали в приемную, а я молча у кабинета остановилась. Интересно куда так все спешат?

– Инна Андреевна пойдем! Там главный врач нам что-то сказать важное хочет!

Ольга Викторовна подхватила меня за руку и потащила по коридору, а мне если честно совсем не хотелось идти. Плохое предчувствие сжималось внутри. Может потому что на мне несчастливый свитер? Белый свитер был любимый Женин, с таким модно было делать дизайн по маникюру, а я его не любила и непонятно зачем надела, хотя он мне очень шел.

Втащив меня в приемную где уже все собрались, Ольга Викторовна уселась на свое место спереди, а я стояла лицом к лицу с изрядно помятым Гаврилюком который виновато опустил глаза.

– Ну раз уж все в сборе то можно начинать, хочу вам представить нашу новую заведующую отделения Гасанову Инну Андреевну!

В зале раздались бурные аплодисменты. А у меня перед глазами все завертелось. Зачем только каблуки одела. Стоять. Спокойно Инна. Странно я же главным врачом должна была быть… Значит все хорошо и он не уезжает? Сердце бешено забилось. Да что это происходит? Стоило только мне увидеть его и вновь я в девчонку превращаюсь, а только после обеда собиралась за таблетками зайти.

– А это наш новый главный врач Воскресенский Артур Сергеевич!

Я поворачиваю голову и ноги к полу прирастают. Прямо сейчас перед собой я вижу того самого хама из Бамблби.

– Здравствуйте! – он усмехается, видно что тоже меня узнал, а до меня только сейчас доходит смысл слов Никиты. – Такая встреча! Мечтал еще раз вас увидеть! Надеюсь вы не спутаете ничего и не уволите мне ценных сотрудников!

Я пропустила его сарказм, а хотя можно сказать неприкрытое хамство мимо ушей.

Новый главный врач… Значит он все таки уезжает и уезжает без меня, раз я теперь заведующая.

Буркнув простите и наплевав что обо мне подумает коллектив, я бросаюсь вон из приемной. Слезы застилают полностью глаза, мне кажется я ничего не вижу и просто сейчас потеряю сознание. Уезжает… Без меня. Он же обещал. Да повзрослей, ты Инна, обещать не значит жениться, Гасанов тебе тоже в любви клялся и повенчаться умолял тебя, а что в итоге. Кристина беременна. Оригинально.

Я добегаю до туалета и понимаю что больше не могу. Умывшись с трудом подхожу к кабинету и вижу его. Он стоит оперевшись на дверь, увидев меня отходит, а я отперев ее говорю пациентам что чуть позже надо немного подождать, важное совещание и мы заходим в кабинет.

– Ты бледная все в порядке? Всех перепугала! Тебе плохо?

Я устало сажусь за стол. Тебе плохо? Если бы он знал, как мне плохо и я не знаю хуже мне сейчас морально или физически, я знаю только одно что я его теряю или он меня теряет, уже не важно. Я знаю что я его люблю, он мне не безразличен и за что он так со мной я не понимаю.

– Вроде главным врачом должна была стать! А не заведущей! Должность зажал?

Я пытаюсь пошутить чтобы слезы остановить. Знаете когда все хорошо надо следить чтобы голос не дрожал, обычно все эти паблики, цитатники не люблю, но эта фраза запомнилась. Я пытаюсь сделать все чтобы не дрожал голос и не разрыдаться при нем. А мне ведь еще прием вести… Что же ты делаешь, Инна, зачем же ты так себе душу рвешь…

– Прости так вышло это протеже отца! Ты вообще меня за все прости, Инна! Что-то ты совсем бледная! Может домой?

Я усмехаюсь.

– Никита ты серьезно? Мне нахрен не нужна эта должность! Мне ничего не надо! Мне нужен ты! И домой я тоже не хочу, я с тобой остаться хочу! Почему ты уезжаешь? Почему ты не сказал мне об этом? Я не заслужила знать правды?

У меня темнеет вновь в глазах и слезы, предательские слезы текут по щекам. Я так хочу вскочить с этого стула и бросится ему на шею, обнять его, повиснуть у него на шее и твердить, как сильно я его люблю. Как он мне нужен. Чтобы остановил меня и сказал что ни на какой аборт я не пойду и просто не имею права, что я только его женщина, любимая женщина. А он мой мужчина. Но я знаю что это не так и этого не будет, что мы ни в кино и ни в сказке и это суровая реальная жизнь где каждый сам за себя. Где постель ничто. Просто средство для удовлетворения своих потребностей.

– Я тебя люблю, я не могу без тебя и хочу быть с тобой, ты понимаешь? А все это все эти должности мне не нужны!

На красивом лице Никиты ходят желваки.

– Прости меня, я помирился с Олесей, мы уезжаем в Москву! Я правда не должен был спать с тобой и все это начинать! Я просто всегда ее любил и тут так накрыло! Я очень виноват перед тобой, Инна, прости меня если сможешь!

Я прирастаю к стулу, а Никита что-то буркнув себе под нос быстро идет к двери. На пороге оборачивается.

– И с братом все хорошо и с Лерой я уладил, Кошкина к ним не полезет! Я тебе слово даю! Жаль что так с тобой вышло, надеюсь когда-нибудь ты меня простишь!

Он так быстро приходит, а меня в этот момент прибило. Я просто не могу дышать, да что там дышать, я не могу ничего, он не просто убил меня, он меня морально уничтожил. Знаете это, как ножом прокрутить больную рану и постоянно этим ножом на нее давить, показывать, как тебе больно и так было мне.

До жути больно. Я не знала что сказать. Я просто понимала он вырвал мне сердце с корнем, по-настоящему сильно и так болезненно что казалось у меня ничего не осталось. Даже души. Как раненой волчицей выть хотелось. Четырнадцать лет прошло, как я полюбила Гаврилюка, четырнадцать лет я страдала представляла что он обнимет поцелует, но ничего не выходило. Он был далеко, у него своя семья у меня своя и вот сейчас я наконец увидела его истинное лицо. А может правильно тогда Вовка разбил ему лицо?

Я не помню, как я отсидела весь прием, я чувствовала себя так словно мне не просто нож в спину всадили, а топор. Чтобы ни с кем не сталкиваться и с Евгением тоже, я быстро собралась за пять минут и направилась к выходу. Уже у машины увидела Валю, она мрачно смотрела на меня. Ее я хотела видеть меньше всего, а хотя с другой стороны что она мне сделала… Ничего. Это была только жизнь ее и Вовки. Больше ничья.

– Я поддержать тебя хотела, у вас было да что-то? Я знаю его хорошо! Он не поменялся! Олеся единственная женщина, которую он любит и знаешь почему? Она постоянно его отшивает, а он ее догоняет! Я изучала психологию это зверь и добыча, а ты его любишь! Это видно, как ты сегодня из приемной выбежала!

– Валь разбирайся в своей жизни, а я в своей как-нибудь сама разберусь!

Валя вздохнула.

– Может до дома подбросишь? Моя в авто сервисе! Я просто хотела, как лучше чтобы ты знала что он тебе не нужен! Ни он ни муж, Евгения своего даже прощать не вздумай, он то что заслужил пусть это и получает!

Я молча открыла дверь машины и села в салон первая, Валя следом за мной. Поставила прогреваться и просто смотрела в окно на бешеный вальс который устроили снежинки. На душе было так тоскливо, а еще сердце сжималось в предчувствии страшного чего-то плохого. Нужно срочно позвонить в больницу брату.

– Как Даня?

Я вздрогнула.

– Получше!

– Можно его навестить?

Я кивнула и покосилась на Валю. Простая такая хорошая, тоже много пережила. Кто я такая чтобы ее вообще чему-то учить?

– Валь прости за все мои слова!

Она вздохнула.

– Я тебе потом все расскажу, обещаю! Я сейчас тебе многое рассказать не могу! Ты лучше скажи, какой у тебя срок?

Я видела, с какой участливостью она на меня смотрит. Молча смахнула слезы с глаз и тронулась с места. Каким же все таки поддонком оказался Гаврилюк, а я дура, просто самая настоящая дура. Резкий звонок телефона заставил меня вздрогнуть. Черт возьми, совсем забыла блютуз включить, а это Данькин доктор Вячеслав Ефимович.

– Инна!

Дикий крик Валентины заставляет меня поднять глаза. Ослепительный свет фар. Машину выносит на встречку прямо под фуру. Столкновение неизбежно. Я в ужасе закрываю глаза. Удар и дальше темный свет… Я куда-то лечу. Последнее что я вижу это Валентину все в крови. Кажется это конец.