Глава 35

К утру выпал первый снег, окрасив всё белым. Тася постепенно просыпалась, плавно выныривая из уютного сна. Тело расслабленное, прижатое к жаркому мужскому боку, нежилось в остатках сладкой дремы. Крупная рука, покрытая чёрными волосками, собственнически поглаживала по мягкому животу, постепенно спускаясь ниже, вызывая приятное покалывание.

— Проснулась, милая?— Хриплый ото сна голос, но такой родной, такой желанный, запустил мурашки от солнечного сплетения. Прокатившись по телу, они вернулись в самый центр, запуская неконтролируемую реакцию.— Нам пора на работу!

Тася потёрлась лопатками о волосатую грудь, глаза закрыты, внизу сжимался пульсирующий узел, дыхание ускорилось. Как же хорошо! Она боялась, что наутро будет больно, но нет, присутствует лёгкий дискомфорт, и только. Больше волновали засохшие следы между ног, она вырубилась, не дойдя до ванной. Настойчивые пальцы кружили вокруг тугого узла, выбивая искры. Тася ощущала, как ей в спину упирается твёрдый, подрагивающий от нетерпения, мужской орган.

— Мне надо в душ, Богдан…— Тася ластилась, ловя нежность, которую ей дарило огромное тело.

— Потом, всё потом, сейчас я хочу тебя вот такой, сонной, податливой, пахнущей мной. — Богдан не сомневался, что никаких болезненных ощущений не будет. Он вчера позаботился, зализав внутренний разрыв. Его слюна обладала заживляющим свойством, акцентировать на этом внимание не стоило, но уточнить состояние Таси необходимо.— Если, конечно, нет неприятных ощущений…

— Ты знаешь, удивительно, но ничего не болит…

— Я рад…— Продолжая пальцами странный танец внизу живота, Богдан вплотную придвинулся сзади. Тася инстинктивно прогнулась, и раскалённая головка замерла у самого входа. Не выдержав, она сама подалась назад, с тихим стоном, буквально насаживаясь на Богдана.

— Сладкая, моя, девочка!— Голос нежный, урчащий, ласкал не только слух, но и тело, вызывая вибрацию.

Неспешные, тягучие движения. Растяжение и наполненность топили Тасю в эйфории эмоций. Умелые пальцы скользнули по влажному узелку, закручивая напряжение.

Вперёд, наполнить до краёв!

Чуть сжать, пройтись влажным пальцем, высечь искры.

Рык, острые зубы сомкнулись у основания шеи.

Шершавый язык, толчок вперёд.

Медленно, слишком медленно.

Быстрее, глубже, рычание и протяжный стон на одной ноте, двое зависли на самом краю.

Рывок. Движение резкое, влажное, руки мнут, сдавливают, терзают податливую плоть.

Вот и край — и они вместе срываются в бездну, где их мгновенно захлестывает взрывная волна. Больше нет Богдана и Таси. Есть лишь единое, неразрывное целое; слияние двух тел, бьющихся в едином ритме безумного, ослепляющего блаженства.

— Богдан…мы опять не предохранялись!— Тася, как ужаленная, вырвалась из объятий, и в панике посмотрела в тёмные глаза.

— Чего ты боишься, Тася?— Мужчина смотрел спокойно, тёмные глаза полуприкрыты, взгляд ласкал.

— Да ничего я не боюсь! — Тася закипала, в эту минуту ей ужасно хотелось, чтобы Богдан дал ей уверенность, что последствия их страсти не будут бременем. Она была уязвима сейчас, как никогда. Хотелось капризно топнуть ногой, заплакать, поскандалить на ровном месте, выбивая эмоции из расслабленного большого тела.

Зачем? Непонятно…какой-то странный гормональный шторм. На глаза навернулись непрошеные слёзы.

— Тася…— Огромная, горячая ладонь легла на живот.— Я люблю тебя! Что бы ни произошло, помни, я буду защищать тебя до последней капли крови. Тебя и наше будущее.

— Что ты такое говоришь? Какая кровь? Богдан, я всего лишь думаю о предохранении…

— Получится ребёнок, так тому и быть, значит, станем родителями.

Тася всплеснула тонкими руками, и яркая вспышка, привлекла её взгляд.

— Боже!— Она вытянула одну руку вперёд, а другой закрыла рот. Из глаз всё-таки брызнули слёзы. — Прости, я не понимаю, что со мной…Я никогда не была плаксой…Какое красивое кольцо!

— Ты выйдешь за меня замуж?

— Да!— Тася бросилась на Богдана.— Боже, да! Я так люблю тебя, Богдан!

— Тогда не плачь.— Мозолистые пальцы вытерли влагу со щёк.

— Я действительно не понимаю, что со мной, почему я так остро реагирую…

— Нам надо торопиться, Тася, до выхода сорок минут. Успеешь?— Богдан спешил перевести тему, подозрения о причинах столько бурной реакции, грели душу, но бередили мозг. Слишком много всего сразу. Ещё и чужак, стороживший дом…

— Да, я первая в душ, волосы мыть не буду, их не просушить и за два часа. Заплету косы.

— Я пока приготовлю завтрак, в душ зайду на первом этаже, а то если присоединюсь к тебе, мы точно опоздаем!— Он хитро улыбался.

— Богдан!— Тася покраснела от откровенного намёка.

— Я уже тридцать восемь лет Богдан, а предложение делаю первый раз, хочу как следует отметить это событие! Вечером нам никто не помешает!

— Если не будет твоих внезапных звонков!— Тасе почему-то именно сейчас захотелось заострить внимание на внезапных вызовах.

— Надеюсь, не будет, беги в душ!

Пока Тася мылась, Богдан приготовил яичницу, потом быстро ополоснулся на первом этаже, повязав полотенца на бёдра, вернулся в кухню. Тася уже одетая, раскладывала по тарелкам еду.

— Оказывается, это так приятно, когда мужчина готовит!

— Только готовит?

— Я вечером покажу, что ещё приятно!— Тася с обожанием рассматривала голое тело, прикрытое лишь небольшим куском ткани.

— Продолжишь так смотреть, мы не только не позавтракаем, но и точно опоздаем!

— На тебя невозможно не смотреть, Богдан! У тебя просто умопомрачительное тело в прекрасной физической форме! И ты, конечно, об этом знаешь.— Тася смутилась своей откровенности.

— Я знаю, что у меня хорошая форма, чтобы не терять концентрацию на шестичасовой операции! А внешний вид — приятный бонус, ну и генетика не подвела.

Наскоро перекусив, Богдан ушёл наверх, чтобы через пять минут спуститься уже одетым. Тася за это время только расчесала свои густые волосы. Он жадно рассматривал струящийся пшеничный водопад, руки сами потянулись проверить на ощупь, так ли шелковисто, как выглядит. Тася ловко заплела длинную косу и заколола короной вокруг головы.

— Я готова!

— Погоди! Покажи правую руку!— Тася протянула ладонь. — Где кольцо?

— У кровати на тумбочку положила.

— Так не пойдёт! Оно должно быть на тебе, а не на тумбочке…

— Ну так всё равно на операциях придётся снимать, а вдруг потеряю?

— Значит, купим новое! Пока мы официально не расписаны, хочу чтобы оно отгоняло от тебя злых духов!

— Да какие ещё духи?

— С яйцами и загребущими руками!

Тася только глаза закатила. Удивительно, Богдан её ревнует, а она никого, кроме него, вообще не замечает. Да и как можно посмотреть на кого-то после него?

— Ладно, сейчас схожу.

Богдан вышел завезти машину, перед этим внимательно осмотрел белоснежный ковёр. Не чьих следов, кроме соседской кошки не видно. Вернувшись в прихожую, Богдан почувствовал вибрацию входящего сообщения.

От неизвестного абонента: Волчок у папы.

Хорошая новость. Надо Ваню успокоить, хотя, зная Свиридова, он уже всё предусмотрел и все знают ровно то, что им надо знать. Богдан помог Тасе накинуть куртку и они вышли на улицу.

— Как красиво!— Тася заворожённо оглядывалась.— Подожди, а почему ты без верхней одежды? Холодно же!

— Так, мы сейчас в машину прыгнем, а там уже тепло. А потом от стоянки недалеко идти, мне пока нормально. Когда снег окончательно ляжет, я буду надевать пальто.

— Точно не простудишься, холодно же?

— Точно, поехали!

Несмотря на то что они вышли впритык, доехали быстро, многих испугал первый снег, дороги были относительно свободны. Несколько раз Богдану казалось, что за ними следят. Периодически в зеркале заднего вида мелькала неприметная серая машина, но он запомнил номер. Странно, он не помнил, что бы сильно конфликтовал с кем-то в последнее время. Только папа Миши открыто угрожал, но это скорее реакция на смерть сына, чем реальная угроза. Такие, как Станислав, создают много шума, но действовать предпочитают в рамках закона, руками ушлых адвокатов. Тогда кто? Кому он помешал настолько, что наняли оборотня для охоты на оборотня? Самое поганое, что Тася может быть в опасности, пока он не понял, что происходит. Сука…ну что ж так всё не вовремя!

Тася заметила, что Богдан немного взвинчен, попытка выяснить причину ни к чему не привела, он просто поцеловал её ладонь и мягко улыбнулся. В отделение они зашли за десять минут до начала смены. На посту сидела Вера Павловна. Неверное они шли слишком близко друг к другу, её брови удивлённо поехали вверх. Не каждый день увидишь ведущего хирурга, идущего чуть ли не в обнимку с ординатором. Нет, за закрытыми дверями и не такое бывало, но чтобы у всех на глазах! Тут её взгляд сполз на Тасину руку. Вера Павловна недоумённо переводила взгляд то на врача, то на ординатора.

— Если что, мы принимаем поздравления, Вера Павловна!— Богдан задорно скалился, глядя на поражённую старшую сестру.

— Ой, что ж это я, поздравляю!— Женщина выбежала из-за стойки и сердечно обняла Тасю, шепнув на ухо.— Ох, голубушка, держись! Сейчас такое начнётся!!! Но ты молодец, Богдан Тахирович того сто́ит!

— А меня, Вера Павловна, не поздравляете?

— И вас, Богдан!— Она неловко приобняла мужчину, повернувшись к Тасе, комично закатила глаза и демонстративно помахала ладошкой перед лицом, как веером.

— Что тут у вас происходит?— Голос Свиридова звучал удивлённо.

— Да вот, Кирилл Дмитриевич, поздравляю молодых!— Вера Павловна, сияла, как мини-солнышко.

— Не понял, Дан?

— Я сделал предложение Анастасии Игоревне, она согласилась.

— Охр…То есть, поздравляю! Анастасия, Богдан!

Главное событие отделения, как лесной пожар разлетелось по больнице. Виданное ли дело, главный, непреступный холостяк вдруг женится на простом ординаторе. Тася не понимала, как относится к внезапному ажиотажу. С одной сторону её ужасно стесняло всеобщее внимание, а с другой, она каждый раз с гордостью принимала поздравления. Она скоро станет женой Давыдова! Екатерина в первый момент плевалась невидимым ядом, пыталась шипеть гадости, но как-то быстро сдулась и уползла в дальний угол ординаторской. Остаток рабочего дня она была непривычно тихой, только зло поглядывала на Тасю.

Плановые операции, перевязки, заполнение карт, всё шло своим чередом. Рабочая рутина, только Тася ощущала небывалый подъём и воодушевление, пока не столкнулась с Маргаритой Сергеевной. Ей надо было уточнить в лаборатории кое-какие результаты по вновь поступившему пациенту. Дозвониться туда было нереально, быстрее сбегать ножками. Вот она и побежала, и на лестничной клетке нос к носу столкнулась с Марго.

— Что ж, Настя, поздравляю! Ты победила! Но помни, я рядом, как только Богдан заскучает, я развеселю.

Если в прошлый разговор Тася чувствовала неуверенность, то сейчас только жалость.

— Спасибо за поздравления, Маргарита Сергеевна. Вам никто не может запретить ждать, если, конечно, не жалко времени. Всего хорошего!

Марго задумчиво смотрела вслед удаляющийся соперницы. В Насте что-то изменилось. В прошлый раз перед ней сидела испуганная крольчишка, а сейчас же с ней разговаривал хищник. Внезапно Марго отчётливо поняла, что Богдан для неё потерян навсегда. Она действительно искренне любила его, но свой комфорт и независимость любила больше. Поэтому и не пыталась изменить их отношения. Такие, как Богдан не будут делить женщину, которая для них что-то значит, с кем-то ещё. А она не стала бы рисковать, проверяя, насколько значима для него.

День пролетел в круговерти привычных забот. Богдану необходимо было несколько минут, чтобы связаться со Свиридовым, прояснить ситуацию, но поток насущных вопросов всё никак не иссякал. То юристы, взбудораженные Станиславом, требуют очередной отчёт, то на перевязке нештатная ситуация, то новый пациент требует внимания. За весь день он даже толком Тасю не видел. Она, как угорелая носилась по больнице, то дурацкие анализы напутали в лаборатории, то перевязки, то уколы. Причём многие пациенты прознали, что у неё лёгкая рука, и буквально требовали, только её. Обычная жизнь отделения, немного суетно, местами шумно, местами весело, обычная человеческая жизнь.

Улучив несколько свободных минут, Богдан закрыл дверь кабинета и поднёс телефон к уху. Через пару гудков, сухой, ломкий голос Свиридова-старшего отрывисто поздоровался и без вступления перешёл к делу.

— Подкинул ты мне проблем с волчком! Такое осиное гнездо пришлось разворошить…

— Парень, вроде толковый.

— Толковый, но с ним работать и работать, а он уже взрослый, упёртый, только шантаж и понимает.

— Ну в этом ваши спецы, мастера…

— Не забывайся, Дан…— В этой одной фразе было столько, что Богдан вздрогнул. Его история тоже была непростая, и он не вправе судить генерала и его методы. Кто знает, чтобы с ним было, если бы не настойчивость Дмитрия Яковлевича.

— Виноват…

— Но это не все новости, Богдан…нашу базу взломали, и всё указывает на то, что по твою душу приходили.

— В смысле взломали? У вас же там защита, покруче, чем у правительственных серверов.

— Работал суперспец, но ничего, кроме твоих данных, не тронуто, кому-то ты очень нужен.

— Это многое объясняет…Вчера пасли дом…засёк одного. Волк. Сегодня была внешняя слежка.

— Будь аккуратнее, а главное, береги свою женщину! Кстати, она в курсе?

— Нет.

— Ты знаешь правила, её надо адаптировать как можно быстрее. Она должна встать на учёт в нашей больнице. Я так пронимаю, беременность уже свершившийся факт?

— Я всё сделаю как надо, в ближайшее время.— Богдану претило обсуждать свою личную жизнь с кем-либо, но Свиридов-старший был прав…

— Наши люди работают, скоро мы раскрутим цепочку и выйдем на заказчика, а пока, просто будьте на виду.

— Спасибо, за информацию!

Значит, всё-таки не случайно к нему приходили. Странно, на крутого хакера хватило денег, а на профессионального киллера нет. Приходил дилетант, либо его хотят просто припугнуть, а потом выставить условия. Сука…ненавижу эти подковёрные игры…

После окончания смены, Богдан с удовольствием подхватил Тасю под руку и повел на выход.

— Домой или поужинаем где-нибудь?

— Домой хочу, Богдан. Сами что-нибудь приготовим.

— Правильный выбор!— Богдан притянул Тасю к себе и зарылся носом в волосы.— Сначала десерт, потом уже готовка…

Всё дорогу он крутил в голове, как бы так рассказать все нюансы, чтобы не напугать Тасю. Никогда у Богдана не было проблем с формулировкой очевидных фактов, но сейчас просто ступор.

— Дан…Что-то случилось на работе? Всё крутишь что-то в голове… Может, поделишься?

— Нет, родная. Так, дело одно не законченное…

Прошла неделя, Богдан так ничего и не рассказал. Глядя на светящуюся счастьем Тасю, у него просто не хватило смелости. Ночами они наслаждались друг другом, днями работали. Как ни странно, на операциях их личные отношения не только не мешали, но и наоборот помогали. Они без слов понимали друг друга, действуя, единим организмом. Богдан не успевал попросить, как в его руку ложился нужный инструмент. Операционные медсёстры потом шушукались с лёгкой завистью. Удивительная гармония. При этом ни Тася, ни Богдан не демонстрировали свою связь, даже на ночных дежурствах, вели себя, как коллеги, а не близкие люди. Но то, с каким уважением и любовью они смотрели друг на друга, никого не могло обмануть.

Они стали не просто парой, а дополнением друг друга, при этом сохраняя индивидуальность каждого. Тася не растворилась в Богдане, как в более опытном специалисте, он не задавил её авторитетом, а дал необходимую уверенность в своих силах, поддержку и знания. Тася же окружила его безусловной любовью и заботой, он больше не был одинок. Она раскрасила его серые дни, наполнила их светом, смыслом и надеждой.

От Свиридова поступали сведения, что внезапную активность по переделу влияния в криминальных кругах, удалось взять под контроль. Были ликвидированы особо зарвавшиеся авторитеты и хорошо прорежены ряды бойцов. Под шумок, в самые крупные банды внедрили свежих агентов, и в целом, жизнь вставала на наезженные рельсы. К дому Богдана больше никто не приходил, внешней слежки он тоже не замечал, но не расслаблялся.

Однако всё равно оказался не готов к случившемуся…У них с Тасей выпало два выходных подряд, редкое совпадение, которым очень хотелось использовать по полной. Богдан заранее забронировал уютный номер в одном из подмосковных СПА-отелей, он надеялся, что Тася расслабится и там он, наконец-то сможет поведать ей свою историю.

Но всё пошло не по плану…