Глава 29 · Банк

Собралась очень быстро, отдала Стеше распоряжения на случай, если муж вернётся на обед, а потом припомнила, что у нас же нет кухарки, и выдохнула. Андрей отобедает в каком-нибудь ресторане, и у меня полно времени на решение новых задач.

К несчастью, наша карета исчезла со двора, пришлось Прохору «вызвать такси» и помочь мне сесть в дешёвый экипаж городского извоза.

Поездка на общественном транспорте — не самое приятное мероприятие, в нашей карете гораздо комфортнее и запах приятнее. Теперь понимаю ценность собственного выезда, надо бы решить вопрос, чья это карета, моя или муж её купил на свои средства? Кто купил, тому и ездить!

Через двадцать минут шума, тряски, скрипа на все лады и громких криков извозчика, мы наконец, доехали до места назначения.

— Банк, госпожа! Вас обождать али нет?

Сама спустилась по ступенькам и ответила, что ждать не обязательно, понятия не имею, сколько времени займёт встреча. Отдала монетку и поспешила в банк.

В типичном банковском зале обстановка оказалась чуть беднее, чем в царском дворце, но пафос чувствуется во всём.

Здесь каждый угол кричит о богатстве и надёжности, не говоря уже о люстре, окнах, колоннах…

И не только пафос, но и патриархат здесь правит балом!

Ни единого женского лица.

Слева у окна группа богатых господ что-то оживлённо обсуждают, у стоек только мужчины. Не банк, а мужская баня…

Секунды хватило, чтобы понять, что моё появление — вопиющий нонсенс. Но я настойчива в своих целях. А господам придётся пережить сей когнитивный диссонанс.

— Сударыня, чем могу вам помочь? — какой-то клерк поспешил наперерез, чтобы пресечь незаконное проникновение особи женского пола в святая святых солидного патриархального заведения.

Пришлось остановиться в центре и негромко ответить, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания:

— Мне нужна консультация по бумагам, возможно у вас есть служащий, кто мог бы посмотреть данные, и сказать своё экспертное мнение. Это наследие семьи, и я не хотела бы без совета специалиста принять неверное решение о своих капиталах.

Клерк слегка замялся, смутился. Ах, если бы я не была женщиной…

— Зачем же вы сами? Такие дела делает либо супруг, либо поверенный в делах, передайте эти скучные, и весьма запутанные дела управляющему, тому, кто разбирается в банковских делах…

НЕНАВИЖУ настойчивых клерков первого звена, хуже них только роботы автоответчики, стоит передо мной чуть ли не привратник, мелкая сошка, но гнёт из себя нечто значимое и умное. Это даже не намёк, он откровенным текстом отказывает мне в способности понять, что либо в банковских документах…

— Вам религия не позволяет проконсультировать женщину? — повышаю голос, и он звоном проносится по залу. Все без исключения мужчины повернули головы и посмотрели на меня с удивлённым любопытством. Видать до сего момента даже не задумывались, почему в банке нет ни единой женщины, или почему я вообще посмела войти.

— Тише, госпожа, умоляю. И прошу простить, покажите ваши бумаги, и я отведу вас к тому специалисту, кто сможет вас доходчиво проконсультировать.

И снова «заботливое» уничижение.

— Уж будьте любезны! — показала выписку, и мужчина сразу пригласил меня следовать за ним. Теперь уже без напускной снисходительности, но с примесью раздражения.

На втором этаже мы остановились у внушительной двери, и я испытала неприятный эффект дежавю, словно опять вхожу в кабинет графа Аракчеева.

Но нет, это всего лишь кабинет начальника какого-то отдела, не успела прочитать имени и сразу попала на приём.

Важный клерк весьма удивился, но сдержался от идиотского допроса, почему я притащилась сама в банк, а не отправила поверенного. Учтиво улыбнулся, предложил сесть и рассказать в чём собственно суть проблемы.

Пришлось говорить полуправду…

— У меня была приживалка, компаньонка, и, как оказалось, она нас обворовала. Пришлось её выгнать из дома. Вот эти бумаги я нашла в её тайнике. Будьте любезны, поясните их суть. И мне необходимо узнать, от этого счёта, на чьё чьё имя выписана чековая книжка? Я бы хотела перевыпустить новую и на себя.

Развернула бумаги и пальчиком указала на дебетовый счёт.

Банкир взял у меня документы, долго их изучал, потом извинился и вышел, отдал приказ своему подчинённому и вернулся с первыми пояснениями, от которых у меня чуть не начался тик.

— Госпожа, позвольте говорить начистоту. Понимаю, что у вас произошло нечто неординарное в кругу семьи, и кто-то из ближайших родственников утратил доверие. Но сие дело не банка, а судебного разбирательства. Предчувствую, что у вас душеприказчиком числится муж. Он и обязан решать подобные вопросы. Чековые книжки на имя женщин, тем более замужних, никогда не выписываются. Вот если бы вы были вдовой, не приведи Бог.

Ой, как он рискует. Во мне снова шевельнулась тёмная ярость, и болью отозвалась в теле, как невралгия, с трудом не застонала. Сглотнула ком, и сжала кулаки, чтобы удержать себя, и уточнила, чётко произнося каждое слово, как впечатывая штампом.

— Другими словами, мои деньги, моё наследство, а распоряжаться ими я не могу?

— Госпожа, не так всё ужасно. Вы словно никогда не касались таких дел. Если ваш счёт обеспеченный, то вы вправе заполнять личный расходный бланк в салонах, управляющий салоном отправит нам платёжное поручение, и мы оплатим.

Я снова в шаге от катастрофы, моя тёмная сторона сейчас вырвется на волю. Закрываю на секунду глаза, выдыхаю и продолжаю настаивать:

— Хорошо, в таком случае, попытаюсь ещё раз донести до вас суть проблемы, какую вы так и не осознали. Допустим, я купила платье или украшение. Заполнила этот именной бланк, расписалась и записала этот номер, управляющий магазином, выставляет счёт в банк, и вы платите. Так?

— Ну разумеется! — счастливый, что я, назвала правильный порядок действий, улыбнулся, но до него так и не дошла суть проблемы.

— Повторяю! Моя бывшая компаньонка может прямо сейчас пройтись по всем ювелирным салонам, скупить всё, что ей понравится, заполнить украденные бланки, назвать моё имя и вы всё равно оплатите? Она обворовывала нашу семью! И прямо сейчас этим занимается, а банк всё оплачивал с моих счетов. Сударь, то, что я заявилась к вам вопреки всем традициям и правилам, а не сказала об этой промашке мужу, должно вами расцениваться как благо, — меня поражает примитивность вообще всей организации, и до клерка вдруг дошло, наконец-то.

Побледнел, потемнел, покрылся пятнами…

— Но эти цифры, ваша подпись, имя и наше подтверждение и всё это на персональных банковских бланках, это довольно сильный уровень защиты, вы разве не разу не заполняли таковые…

— Бланки украдены, код, который не защищает никак, а подпись легко подделать, не так ли? Мне нужны выписки счетов. Запретите принимать на него любые платёжные поручения, и выпишите новую чековую книжку, чтобы оплата в салонах могла осуществляться только по чекам, без всяких бланков. Или переведите деньги на другой счёт, чтобы перекрыть воровке доступ.

— Но это может сделать только ваш муж.

— Он всё подтвердит. Сейчас Андрей Антонович на службе, а наша воровка, подозреваю, с раннего утра занимается тем, что обчищает наши счета! А вы ей потакаете своей медлительностью.

— Я могу лишь временно заблокировать все последние операции по счетам, но только те, что придут сегодня. И установить на них подтверждение, это ещё более серьёзная защита, но платежи будут оплачиваться со значительной задержкой.

— И кто будет их подтверждать? — я уже сама догадалась, либо поверенный, либо муж.

— Разумеется, ваш супруг, но хочу вас предупредить, по личному семейному наблюдению такие ограничения больно ударят прежде всего по вашим привычным тратам.

Он словно позабыл о главной причине моего визита. Но чувствую, не добьюсь от него чековой книжки, и весь план с раздельной фиктивной семейной жизнью летит в тартарары, у меня нет доступа к моему счёту, а у моего мужа-предателя есть.

Андрей сказал, что он хозяин моей жизни — и прямо сейчас я испытываю на себе все прелести его власти. Последняя попытка:

— А могу ли я нанять своего поверенного?

— Сударыня, я же вам сказал, что все подобные вопросы решаются исключительно через суд. Если в ходе судебного заседания выяснится, что у вас возникли непреодолимые проблемы с мужем, а это: его болезнь, сумасшествие, или доказанный факт игровой зависимости, то в этом случае вам могут позволить…

Я сдалась:

— Делайте новую чековую книжку на имя моего мужа, и смените код на счёте, все траты со счёта аннулировать, если они за последние недели были от имени Анастасии Сергеевны Гринёвой-Левиной. Я всё это время была за городом и ничего не покупала. В который раз вынуждена повторять вам свою просьбу, а вы тянете драгоценное время.

— Но это невозможно, повторюсь, по вчерашнее число счета уже оплачены, если таковые были. Сударыня, подавайте судебный иск, наймите детектива, пусть он пройдёт по всем салонам, и выяснит, как выглядела женщина, что делала покупки от вашего имени. Далее адвокат сам разберётся как поступить, и прокурор тоже.

Впервые он дал поистине дельный совет.

— Вы правы, непременно так и сделаем с супругом, но всё же распорядитесь заблокировать счёт. И ещё вопрос, есть ли какая-то сумма, какую я как собственница могу снимать наличными на мелкие расходы?

— Да, сударыня, пятьдесят рублей в неделю.

— Прекрасно, большего мне и не нужно. Блокируйте. Завтра муж к вам приедет. И я найму детектива и адвоката, точнее, мой муж наймёт, — быстрее подстраиваюсь под общепринятые правила.

— Хорошо, ваше право. Я выпишу вам чек на предъявителя, и уже отдал распоряжение, составить полный отчёт о тратах. Мы самый надёжный банк, и с прискорбием сознаю, что произошло нечто из ряда вон выходящее с вашим счётом, но смею заметить, это была ваша обязанность хранить данные в секрете. Чековая книжка будет готова завтра, пусть Андрей Антонович заедет к нам и заберёт её, и теперь оплата в салонах будет занимать до трёх дней, а это значит, вы не сможете забирать покупки сразу. Или супруг с этого дня будет сам выписывать вам чек на расходы. Либо вам придётся повсюду возить наличные, а это опасно. Надеюсь, вы уяснили новый порядок покупок?

— Да, уяснила, сама вас прошу об этом несколько минут. Но это ещё не всё. Инвестиционный счёт, как я понимаю, вообще не подлежит пересмотру? — показываю пальчиком на второй счёт, и он тоже без суммы активов.

— Так точно, все операции на усмотрение брокера, поверьте, он заинтересован в максимальных прибылях, так как получает с них процент. Здесь всё максимально надёжно. Завтра предоставим выписку вашему супругу.

— А банковская ячейка? Там драгоценности? У меня скоро начнётся бальный сезон, выходы в свет без драгоценностей невозможны, — я, наконец, перешла к основному блюду.

— Вот здесь, сударыня, искренне прошу меня извинить. Но на банковскую ячейку наложен запрет. Никто его не смеет вскрывать. Вот же написано, что запрет от лица вашего отца, и вы вправе оспорить этот запрет также через суд.

Пытаюсь сдержать удивление, и одновременную радость, всё, как и предсказывал Гриша, таинственный «клад» есть. Андрей попался. С такого крючка он никогда и не под каким давлением Елены или кого бы то ни было ещё не сорвётся.

Напускаю на себя милую наивность:

— Понятно. Но там хоть что-то есть? Стоит ли начинать судебную тяжбу?

— Не могу знать! Это совершенно конфиденциальное дело. Номер ячейки — это тот максимум, какой я могу вам назвать, для того чтобы вы начали свою «экспансию».

Промелькнула приятная мысль про Гришу, натравлю его на банк, отправлю на задание проверить содержимое, вынести он вряд ли сможет, но хотя бы узнает, что спрятано в сейфе.

— Выпишите чек на пятьдесят рублей и создайте новую чековую книжку, теперь я каждую покупку буду обсуждать с мужем. Но зато никто не сможет воспользоваться моим счётом, — моё терпение иссякло, по всему получается — что я вообще бесправное существо. И со мной даже сейчас говорят только лишь из вежливости.

— Мудрое решение, совершенно с вами согласен. Сейчас же сделаем. Какая поразительная женская мудрость.

Клерк рассыпался в комплиментах и ещё добавил, что завтра моему мужу предоставят полный отчёт по всем тратам за последний месяц.

Ещё один клин между Андреем и Еленой, пусть он увидит, как она безбожно нас обворовывала.

Я не получила всего, на что рассчитывала, но всё же получила значительно больше, чем нечего.

Наличные, информацию, и запрет на оплату по счетам, только по чекам, не так удобно, но эффективно. А вот договор с мужем придётся пересмотреть и основательно. У меня почти нет рычагов давления на Андрея, ничего кроме титула. Всё остальное он и так прибрал к рукам. Всё, кроме таинственного банковского клада. Я в скором времени узнаю его содержимое, а муж так и продолжит изнывать от неведения.

В остальном это абсолютный провал. Женщина в этом мире в принципе существо бесправное, а я оказалась в теле девушки, начисто лишённой свободы волеизъявления собственным отцом.

В сознании промелькнула неприятная мысль, Елена сказала, что и недели не пройдёт, как она вернётся победительницей.

— Твою ж! Боже мой! Они продолжат гнусную семейную традицию своих родителей — будут изо всех сил стараться получить абсолютную опеку надо мной. У Елены есть фора в виде доверия Сергея Михайловича Гринёва, и если она правильно разыграет эту карту в кабинете инквизитора — то горе мне.

Из двух абсолютных зол — я вдруг выбрала мужа. Он договороспособный и заинтересованный во мне, и даже честный в какой-то мере. А ещё в нём проявился мужской интерес, а значит, я смогу манипулировать им в своих целях.

Елена опасная как гадюка, она уже опробовала на себе подлог травм, и со мной проделает такой же финт, искалечить хрупкую деву, в смысле меня и проявить «заботу» — самый простой способ заполучить всё.

Во мне снова шевельнулся тот самый пласт силы, какой под действием кольца затих, но, видимо, продолжает мотать на ус и в любой момент вырваться на волю.

— Ох, Лена, разбудила во мне зверя и как теперь его уторкать.

В этот день меня постигло ещё одно разочарование. Офиса нотариуса по указанному адресу больше нет. Кто является правопреемником и по какому адресу искать нового нотариуса, можно узнать только в коллегии, куда следует направить запрос, и, разумеется, это может сделать только МУЖ! Чувствую себя социальным инвалидом, по сути так и есть.