Глава 56

— Ронд, перестань! — нахмурилась Джейлис.

— Что значит — в комнату смертников? — осторожно поинтересовался Лорго. — Кто здесь живёт?

— Поросята Портус и Фиркс и ноорк Ульцан, — просветила его Джейлис. — Нормальные ребята. Первые двое очень любят поесть, поэтому их и называют Поросятами.

— А последний пока считается мёртвым, — вставил Рондвир.

— Ронд, ты вообще соображаешь, что несёшь?! — накинулась на него Джейлис. Его попытки запугать Лорго уже начали доставать её.

— А ты соображаешь?! — Рондвир многозначительно посмотрел на неё.

Джейлис прикусила язык, осознав, что действительно проговорилась первой.

— Почему ноорк считается мёртвым? — предпринял Лорго ещё одну попытку прояснить ситуацию, несмотря на присутствие откровенной издёвки в тоне Рондвира.

— Ну, его пытались убить, однако он выжил, — начала Джейлис, понимая, что теперь всё равно придётся рассказать Лорго об Ульцане — хотя бы потому, что иначе он может начать расспрашивать кого-нибудь ещё. — Но тот факт, что он жив, от его убийц решили скрыть

— чтобы не спугнуть их. Вот и объявили всем студентам, будто его на самом деле убили. Только, пожалуйста, не проболтайся об этом никому.

— Не проболтаюсь, — хмуро заверил её Лорго. — Поэтому вы назвали эту спальню комнатой смертников?

— Не только. Сусвала зарезали ещё в прошлом семестре. Его кровать вот эта, у двери, теперь она принадлежит Ульцану. А Бинкдиса, на чьё место поселили тебя, отравили три дня назад, — с готовностью доложил Рондвир.

Лорго сбледнул. Ну, картина-то и правда вырисовывалась не слишком оптимистичная — жителям правой половины комнаты фатально не везло, и это ещё очень мягко сказано.

— Да что у вас здесь творится? — вопросил кордакиец, отойдя от первого шока.

— Ничего особенного. Просто по Блонвуру разгуливает парочка убийц и периодически приканчивает кого-то. Я, кстати, ещё забыл упомянуть о смерти магистра Инвейнера. Но ты не переживай — Баронессу уже изолировали от общества, теперь на свободе только один убийца, — «приободрил» его Рондвир. — Правда, никому неизвестно, кто он.

— Ронд, может быть, хватит?! — разозлилась на него Джейлис. — Чего ты добиваешься?

— Да ничего. Просто посвящаю нового студента в местную обстановку и намекаю, что осторожность вовсе не будет для него лишней, — ответил Рондвир самым что ни на есть невинным тоном.

— Не беспокойся, осторожность давно стала моим вторым «я», — мрачно сообщил ему Лорго. — На меня уже столько раз покушались, что опасность вошла в привычку.

Рондвиру не осталось ничего, кроме как приткнуться со своими расписываниями блонвурских ужасов. А Джейлис вдруг задумалась, возможно ли вообще привыкнуть к постоянно преследующей тебя опасности или же со стороны Лорго это просто бравада? Ни к какому конкретному выводу она прийти не успела — в коридоре послышались шум и голоса. Пара закончилась, студенты возвращались в общежитие — после покушения на Ульцана и убийства Бинкдиса им было запрещено по окончании занятий находиться где-либо ещё, разве что дозволялось выйти в библиотеку.

Мимо стоявших в дверях Джейлис и Рондвира бочком протиснулись Поросята. Впрочем, конкретно в их случае не было никакой разницы, проходить передом или бочком.

— Неужто новенький? — удивился Портус, заметив копошившегося в шкафу Лорго. — А я-то думаю, чего вы у нас на пороге толпитесь, — это, очевидно, относилось уже к Джейлис с Рондвиром. — Ну, давай знакомиться. Я Портус, он Фиркс.

— Элвит, — представился Лорго.

— Ты какую кровать себе выбрал?

— Ту, — Лорго указал на кровать, стоявшую вдоль правой стены возле окна, смекнув, что Поросята явно не в курсе истиной судьбы их соседа-ноорка.

— И правильно — на самом проходе-то совершенно неудобно. — Сусвал всегда жаловался…

— Портус замолчал, вспомнив, какая ужасная судьба постигла их третьего друга. — Эх, если бы он не потащился тогда за этой проклятой колбасой!.. — Толстяк повернулся к Джейлис и Рондвиру. — Слушайте, неужто его и правда Баронесса зарезала? Он же раза в три больше неё был, как же она с ним справилась-то?

— Ну, резать-то она мастерски умеет, — мрачно усмехнулся Рондвир. — А Сусвал, видать, никак не ожидал нападения.

— Если бы эта тварь не сбежала, своими руками свернул бы гадюке шею! — обычно добродушный Поросёнок сейчас больше напоминал разъярённого кабана.

Лорго посмотрел на Портуса с явственным изумлением — и отнюдь не из-за того, насколько мгновенно тот переменился, просто несколькими минутами раньше Рондвир сообщил ему, что убийца, именуемая Баронессой, изолирована от общества, а Портус теперь говорит, что она сбежала.

Надеясь, что Поросята не заметят её жеста, Джейлис приложила палец к губам — мол, ни звука про Баронессу. Лорго сообразил, что они с Рондвиром опять случайно выболтали ему тайну, неизвестную другим, и не стал ничего выяснять.

— Скажите, а где здесь библиотека? — спросил он.

— Идём, — позвала его Джейлис.

— Мы тебя проводим, — зачем-то увязался с ними и Рондвир. — Заодно скажем, какие книги тебе необходимо взять помимо стандартного набора.

Пройдя через холл, они вышли в коридор.

— Так что всё-таки с этой Баронессой? — шёпотом полюбопытствовал Лорго.

— Чтобы не спугнуть второго убийцу, деканы инсценировали её побег. Но на самом деле она тут, в подземном каземате, — просветил его Рондвир.

— А она знает другого убийцу?

— Однозначно.

— Но не выдаёт его, — заключил Лорго.

— Молчит как рыба. Вообще ни на какие вопросы не отвечает.

— А точно ли второй убийца существует?

— Точно, — рыкнул Рондвир. — Только давай поговорим об этом как-нибудь потом и не посреди коридора.

— Ладно, — согласился Лорго. — Но не удовлетворите ли вы моё любопытство по другому вопросу? Обучение в Блонвуре стоит бешеных денег. Что Джейлис способна заплатить за учёбу, меня не удивляет. Ты тоже не производишь впечатление нищего. За меня платят те, кто помог мне устроиться сюда. Но разве может такая сумма найтись, скажем, у орков или ноорков? А орков я здесь точно видел! Про ноорка верю вам на слово.

— Что касается орков. Не знаю, как остальные, но Тронк и Ворк из нашей группы до поступления в Блонвур были наёмниками, так что парни никак не бедствуют. Но вообще, дорого здесь берут с тех, кто в состоянии столько заплатить. Например, я знаю, что мой сосед Грэд платит втрое меньше, чем я. Да и то учится частично в долг, с обязательством после отработать недостающую сумму. Правда, до сих пор подобные послабления вроде бы касались лишь людей. Однако в отношении Ульцана сделали исключение — для ноорка у него просто фантастические магические способности, вот им и заинтересовались. Как говорил Ульцан, его деревня и на обучение в Тисле-то еле-еле наскребла, и он был в шоке от радости, когда ему сказали, что после перевода в Блонвур плата за обучение для него останется прежней.

— Интересно, а вам не обидно, что кто-то платит меньше, чем вы?

— Да чего обижаться-то, — усмехнулся Рондвир, — если для меня моя сумма оплаты всё равно значит меньше, чем, скажем, для Грэда — его.

Разговаривая на ходу, они неспешно спустились до третьего этажа, и тут их внимание привлекли вопли, раздававшиеся из общежития Вэда — их было слышно даже через коридор и две плотно затворённые двери. Все трое остановились.

— Неужто опять кого-то убили?.. — нахмурился Рондвир.

— Опять? — эхом простонала Джейлис.

— Это какой этаж, третий?

— Да, — подтвердил Лорго.

— Значит, общага четвёртого курса.

— С чего ты решил, что у них четвёртый курс тоже живёт на третьем этаже? — спросила Джейлис.

— С того, что Ард и Вэд основаны в одном году.

— А почему у нас вообще такое странное распределение курсов по этажам? — поинтересовался Лорго. — Первый курс не на нижнем и не на верхнем, а на седьмом.

— Ну, раз в семь лет соответствие курсов и этажей действительно наблюдается — за исключением первого, поскольку нижний этаж башен отведён под подсобные помещения. Но в остальном полное совпадение — второй курс на втором этаже, третий на третьем и так далее, однако уже на следующий год всё начинает сдвигаться — не переселять же студентов каждый год. Неужели так трудно догадаться?! — снисходительно усмехнулся Ронд.

— Может, и не трудно, только…

— Слушайте, вам книгу по истории Блонвура принести? — язвительно предложила Джейлис. — Что случилось у вэдовцев, как я вижу, вас абсолютно не волнует.

— И то правда — пойдёмте уже выясним, — опомнился Рондвир.

В холле общежития четверокурсников Вэда перед дверью одной из комнат столпились, кажется, они все. Во всеобщем крайне возбужденном гуле невозможно было разобрать ни слова, но там определённо что-то случилось.

— Что у вас произошло? — спросил Рондвир.

— Белан повесился, — ответила высокая, тощая как палка блондинка.

— Повесился? — в шоке повторила Джейлис. — Белан… А его разве не перевели на Гир?

— повернулась она к Рондвиру, но того рядом уже не было.

— Да, перевели, — подтвердила блондинка с Вэда.

— А что же он тут-то делал? — удивилась Джейлис.

— Так он частенько приходил к своим друзьям.

— Кто-нибудь пошёл за Верховер? — Джейлис вспомнила, что мимо них на лестницу никто не проходил.

— Действительно, пойдём позовем её, — обратилась блондинка к своей подруге, и они ушли.

— Куда Рондвир-то делся, не видел? — спросила Джейлис у Лорго.

— Вперёд пролез.

Джейлис посмотрела в сторону открытой двери, но Рондвира среди четверокурсников не разглядела. Только минут через пять он вынырнул из толпы прямо перед ними.

— Ну, что там? — в один голос спросили Джейлис и Лорго.

— Вообще-то этот парень здесь уже не учился — в начале семестра его перевели на Гир. Сегодня он, как обычно, пришёл навестить бывших соседей по комнате. Они сейчас в полном шоке — все трое твердят, мол, ничто не предвещало. Короче. Этот Белан пришёл к ним, поболтали, посмеялись. Потом трое вышли в холл, а он остался — сказал, что какую-то вещь потерял, давно её ищет, наверное, тут забыл. Спустя некоторое время один из проживающих в комнате решил вернуться к себе, дёрнул дверь, а она заперта изнутри. Постучал, позвал Белана — ни ответа ни привета, в комнате тишина. Он кликнул друзей, они ещё немного поломились в дверь, потом взломали замок. Ну и увидели, что Белан висит на люстре, уже мёртвый. Тут-то и началась суматоха, которую мы услышали. Какая-то девица в обморок грохнулась, так её вообще чуть не затоптали. Белана, кстати, из петли вынули, но поздно — вернуть к жизни его уже не удалось.

А самое занимательное тут вот что — Белан оставил предсмертную записку следующего содержания: «Теперь уже ничто не заставит меня говорить!»

— Вот это да! — поразилась Джейлис. — Думаешь…

— Идёмте отсюда, — оборвал её Рондвир. — Ничего интересного тут уже не будет, а объясняться с Верховер на тему — какой Тени мы оказались тут вместо того, чтобы сидеть в своей общаге, лично мне абсолютно неохота.

Они вышли из общежития Вэда, спустились этажом ниже и нырнули в дверь на второй этаж корпуса «Б». Кстати, очень вовремя — где-то выше как раз отворилась дверь и послышались голоса, наверняка это была Верховер вместе со своими студентками.

— Ронд, как ты думаешь, Белан и есть второй убийца? — спросила Джейлис.

— Очень на то похоже. Записочка, полагаю, была адресована магистрам, схватившим Баронессу.

— Выходит, он догадался, что Баронесса вовсе не сбежала, и предпочёл покончить с собой, пока не добрались и до него.

— Хм. Впервые слышу, чтобы человек, перед тем как свести счёты с жизнью, преспокойно трепал языком и смеялся, — вставил Лорго.

— Мда, это действительно странно, — поддержал его Рондвир.

— А мне вот другое интересно. Тот незнакомец… — начала Джейлис.

— Какой незнакомец? — живо поинтересовался Рондвир.

— Ну, тот, что в привратницкой умер. Помнишь, мы с Лориин вам рассказывали?

— Помню.

— Так вот, вместе с привратником у ворот тогда был именно Белан. Что если незнакомцу было что сказать по поводу происходящего у нас, за тем он и приехал в Блонвур? Но ему не повезло, по чистой случайности он нарвался на Белана, и тот не только не помог ему выжить, но, напротив, постарался умертвить побыстрей.

— Но стрелял-то в него уж точно не Белан.

— Это да. Его наверняка кто-то преследовал. Только я-то сейчас о Белане говорю — теперь мне уж совсем не верится, чтобы тот, кто является хладнокровным убийцей, вот так вот взял да и рухнул без чувств при виде умирающего человека, совершенно постороннего ему. Воероятно, незнакомец, опасаясь, что может не дожить до разговора с руководством Блонвура, что-то сказал Белану, попросил что-то передать, например, проректору. А Белан перепугался, поняв, насколько опасна осведомлённость незнакомца, да и жахнул его хорошенько. Может, когда я его с выпученными от страха глазами застала, он именно от слов незнакомца всё ещё в ужасе пребывал.

— Возможно, — согласился Рондвир. — Жаль, что теперь мы уже никак не узнаем что-либо наверняка. Разве что Баронесса всё-таки расколется.