Глава 57

Бордгир,

Адельвурт

— Ты не поверишь, — усмехнулся стражник. — Алнгор. — За его спиной появился тоже удивлённый новостью Лонгаронель. — Попытался пересечь защиту на предельной высоте, но она всё равно просигналила. Пока он снижался, его уже почти догнали.

— Пусть эту тварь приведут, как только доставят сюда — распорядился король.

Ждать пришлось довольно долго. Лишь часа через полтора двое стражников привели высокого худощавого брюнета.

— Можете идти, — сказал Дагратдер конвойным.

Алнгор остался стоять у двери. Похоже, возможности двигаться его лишили — то ли уже сам король, то ли Лонгаронель.

— Ну, здравствуй, Алнгор, — начал Дагратдер ядовитейшим тоном. — Знаешь, а мы ведь тебя обыскались. Что ж ты не заглянул попрощаться?

Пленник молчал. Весь его вид свидетельствовал о том, что ожидавшую его участь он прекрасно осознает и, похоже, уже смирился с ней.

— Ты что же, не хочешь со мной разговаривать? — продолжал изгаляться король. — Какая досада! А я-то полагал, ты со всем рвением поведаешь мне, как Кридирнор поручил тебе отравить Зинглара… и я бы, оценив твой порыв, заменил тебе два смертных приговора на один. Молчишь? Ну да, двум смертям не бывать, а одной тебе уже не избежать по-любому. Последнего слова тоже не будет? Быть может, желаешь, чтобы твой труп отдали твоему хозяину? Пожалуй, именно так я и поступлю — велю бросить его у ворот Кронсталла.

— Я расскажу! — вдруг воскликнул Алнгор. — Если только ты пообещаешь оставить в живых мою семью.

— Да на кой мне твоё признание, — презрительно бросил Дагратдер. — Что Кридирнор жаждет покарать Зинглара, я знаю не хуже тебя. И, кстати, о какой семье ты вообще ведёшь речь? Ты вроде бы не женат.

— Разве, чтобы иметь семью, обязательно жениться?

— Ну, в общем-то, конечно не обязательно. Хотя жениться всё-таки логичней.

— Я понимаю, что моё признание в отравительстве тебя не интересует. Но, может быть, ты хочешь знать о связях Кридирнора с людьми?

Брезгливое равнодушие во взгляде короля враз сменилось заинтересованностью.

— Хорошо, я обещаю, что твоё предательство никак не отразится на твоей семье, — произнёс он.

— Нет, дай мне слово, что они останутся жить, — потребовал Алнгор именно такую формулировку.

На мгновение Дагратдер задумался.

— Ладно, если тебе уж так приспичило. Даю слово, что твоя семья останется жить. Рассказывай.

— Пожалуй, начну с главного — с людей, с которыми связан Кридирнор. Но обещай, что выслушаешь меня до конца.

— Может быть, выдашь сразу списком свои требования по части моих обещаний?! — разозлился Дагратдер.

— Это не требование — просьба, — Алнгор потупил взгляд. — Выслушай меня до конца, прежде чем казнить.

— Я, конечно, понимаю, что ты в Страну Теней не торопишься. Ну да бестии с тобой — с мыслью, что выспаться сегодня не удастся, я уже смирился. Садись пиши имена людей, а так же всё, что тебе ещё известно о них.

Лонгаронель выдал Алнгору бумагу, перо и чернильницу, и тот пристроился у небольшого столика. Писал он довольно долго, хотя список сообщников в итоге оказался всего из девяти имён. Зато в нём присутствовали и сведения о роде занятий, месте проживания, даже описание внешности.

Эльджете ни о чём не сказало ни одно из имён. Впрочем, иного она и не предполагала, хотя не преминула вместе с Лонгаронелем заглянуть в список через плечо Элестайла, пока тот изучал его.

— Иши Вольтер, купец, — прочёл король вслух первое из имен, закончив ознакомление с написанным. — Ты издеваешься?!

— Нет! С чего ты взял? — испугался Алнгор.

— С того, что Вольтар мёртв.

— Я… н-не знал, — предатель явно испугался. — Дагратдер, но ты же понимаешь, что я не стал бы лгать, когда от моей правдивости зависит жизнь моих близких.

— А ты и не лжёшь. Просто сдаёшь мне уже мёртвых сообщников, — усмехнулся король.

— Может быть, мёртв вообще другой Вольтар? — со слабой надеждой в голосе предположил Алнгор.

— Нет. Место жительства тоже сходится.

— Плохо. Потому что с Вольтара-то всё и началось. И именно он обещал Кридирнору поддержку Ковена магов.

— Я тебя слушаю.

— Даже не знаю, что теперь рассказывать, — Алнгор выглядел совершенно растерянным, а в его глазах блуждало отчаяние. — Пожалуй, начну со своей семьи.

— Нет, вот семью давай оставим напоследок, — возразил король. — Уж извини, но меня она волнует меньше всего.

— Я понимаю. Но так уж вышло, что это связано.

— Ах вот почему ты просил пощадить семью — они тоже предатели, — со злой улыбкой заключил Дагратдер.

— Нет, ты неправильно понял. Они не предатели! Они вообще не вампиры! Точнее, жена…

— Что?! — в глазах короля взвилось ледяное пламя. — Ты завёл семью вне Бордгира?!

— Да, — тихо вымолвил Алнгор, глядя в пол.

— Третий смертный приговор!

— Я знаю. И, как ты мог заметить, для себя пощады не просил, — всё так же тихо произнёс преступник.

— Для них это тоже смертный приговор.

— Но ты дал слово!

— Помню, — рыкнул Дагратдер. — Однако сдержать его могу лишь в случае, если они немедленно переберутся в Бордгир.

— Так заберите их! Для того я тебе и рассказал…

— Кстати, «их» это вообще кого? — перебил его король.

— Жену и сына.

— Почему ты не забрал их сам?

— Потому что поздно было делать это, не нарушая закона. А привести их сюда и быть казнённым не хотелось. Ведь сам факт рождения ребёнка за пределами Бордгира — это смертный приговор.

— Именно так, — зло подтвердил король. — Но что тебе мешало сперва думать, а потом зачинать ребёнка?!

— Так вышло, — Алнгор снова опустил голову. — Дагратдер, пожалуйста, выслушай.

— Слушаю.

— Всё началось с простой интрижки. Сексуальные связи с другими расами ведь не запрещены. Алиша думала, что я человек, истина ей и в страшном сне не могла присниться. Но постепенно постельные отношения как-то переросли в глубокое взаимное чувство. Я думал о том, чтобы забрать Алишу в Бордгир, только всё не решался на разговор — ведь откажись она, я должен был бы её убить.

А потом меня угораздило провиниться, проспав заступление в караул. Твой дядя тогда пребывал в нашем замке, и именно его покои я должен был охранять. В общем, он упёк меня в Бозуир на год.

— Да, дядю иногда заносило… — мрачно заметил Дагратдер.

— Иногда?! — взвился Алнгор. — Правильнее было бы сказать, что иногда его не заносило! Впрочем, извини, — опомнился вампир. — Не собирался я обсуждать твоего дядю. В общем, перед заключением я встретился с Алишей снова. Рассказал ей, что сажусь на год в тюрьму, сказал, что за опоздание с уплатой налогов. До этого как раз собирался поговорить с ней о Бордгире, но подумал, каково ей будет целый год одной тут, и решил отложить разговор до своего освобождения.

На сердце было жутко паршиво, несоразмерность провинности и наказания просто добивала! В итоге я дико напился. Помню, Алиша плакала, переживая за меня и из-за расставания столь надолго. Что было дальше — вообще не помню! Проблески воспоминаний начинаются, как я уже ехал домой.

А когда вернулся из заключения, Алиша сообщила, что родила от меня сына. Так плохо мне не было ещё никогда! Смертный приговор маячил прямо перед глазами. Выхода я не видел никакого. Всё, что угодно, но убить собственного ребёнка я не мог! Хотя только это и было выходом.

Алиша совершенно не могла понять, почему радостная, по идее, новость, повергла меня в полное отчаяние. Принялась уверять, что вовсе не требует, чтобы я женился на ней. Потом вообще сказала, что если мне настолько неприятна мысль о ребёнке, она воспитает его сама. Вот этого я уж точно не мог допустить. В общем, поведал ей, кто я есть на самом деле. Не рассказать было невозможно. Я понимал, что когда-нибудь сын обязательно выпустит клыки и крылья… и, не приведи Тень, это случится в моё отсутствие.

Конечно, Алиша была в шоке. Но когда немного успокоилась, вдруг сказала: «Ну вампир, так вампир. Всё равно мужчин лучше тебя я не знала. И таких, как ты, тоже никогда не знала». Я проклинал себя за то, что не забрал её в Бордгир до заключения, теперь будучи уверенным, что она бы пошла со мной. Кстати, узнав правду обо мне, она перебралась из города в небольшую деревушку поближе к Бордгиру.

На этом с историей семьи можно закончить. Извини за многословность, просто хотел объяснить, что к моему предательству ни Алиша, ни сын не имеют никакого отношения.

Теперь можно перейти к тому, что интересует тебя.

Вольтар. Однажды, больше года назад, он появился в доме Алиши. Она сказала, что он какой-то её дальний родственник. Нет, начинать надо всё-таки не с того.

Ещё перед этим Алиша завела разговор, что всё же очень хотела бы перебраться в Бордгир и жить нормальной семьёй. И как-то в этом разговоре спросила, нет ли у нашего короля каких-нибудь противников… других претендентов на трон, одним словом. Ну, я и рассказал ей о вашем с Кридирнором противостоянии.

Не говори о четвёртом смертном приговоре. Чего их теперь-то считать! Двум смертям не бывать, а четырем тем более.

Но я доверял Алише, как самому себе, за столько лет она не предала меня ни единым словом. Она очень заинтересовалась вашим противостоянием, и в итоге её посетила идея, что если бы помочь Кридирнору взойти на трон, он бы наверняка, в благодарность за содействие, простил нас и позволил жить в Бордгире. Я лишь улыбнулся её несбыточным мечтам. Но потом Алиша сказала, что у неё есть один родственник, весьма влиятельный человек, который в действительности мог бы оказать содействие перевороту в Бордгире силами, достаточными для его успешности. Я снова не отнёсся к её словам серьёзно.

А затем появился Вольтар — в следующее наше с Алишей свидание. Весьма авторитетно заявив, что всё это более чем возможно, он сказал, что хочет встретиться с самим Кридирнором. В конце концов, я согласился передать его предложение. Кридирнор оным весьма заинтересовался и поспешил назначить встречу. Кстати, ему я не говорил, как познакомился с Вольтаром — точнее, наотрез отказался что-либо объяснять, понимая, что иначе придётся рассказывать о семье. Но, видимо, Вольтар, Тень его забери, сам просветил обо всём Кридирнора, и с тех пор тот крепко держит меня на крючке.

Вот, наверное, и всё. Можешь приводить приговор в исполнение.

Нет, подожди! Хочу ещё сказать, что ни о чём не жалею. Что касается семьи, я имею в виду. По крайней мере, восемнадцать лет у меня был смысл жить. И это были однозначно лучшие годы моей жизни.

— А о том, что благодаря тебе людям теперь известно о нашей способности к трансформации, тоже не жалеешь?! — гневно вопросил Дагратдер.

— Да неизвестно им об этом! — заверил его Алнгор. — С Вольтаром я встречался при крыльях и клыках. Кридирнор, естественно, тоже. А про сына Алиша сказала ему, что вообще родила его от меня ещё до моего обращения.

Дагратдер криво усмехнулся.

— Сколько лет сыну?

— Шестнадцать. Прошу тебя, заберите его. Без меня он погибнет!

— А чем, кстати, ты его кормил?

— Своей кровью. Ребёнку ведь много не надо. И Алиша тоже иногда подкармливала.

— Ладно, вечером отведёшь нас к ним, — решил король. — А до тех пор посидишь взаперти.

— Может быть, я просто подробно объясню, как найти их дом?

— Что так? — удивился Дагратдер. — С чего вдруг торопишься умереть?

— Особого смысла в лишнем дне жизни действительно не вижу, — печально улыбнулся Алнгор. — Но если по-честному, не хочу сцены прощания. Пусть лучше я умру, не увидевшись с ними. Так будет легче и для меня, и для них. Что скажу Алише, вообще не представляю! Ты столько лет хранила мне верность, а я предал тебя, сдав своим. Причём за тем, чтобы ты отправилась в Бордгир и жила там без меня, одна.

— Но ведь именно для этого ты и рассказал о них, — напомнил Дагратдер.

— Не спорю. Но Алиша не поймёт. Особенно теперь.

— Почему особенно теперь?

— Да как-то разладились у нас отношения. Семнадцать лет Алиша беззаветно любила меня, а вот в последний год переменилась, — Алнгор отвёл взгляд, стараясь скрыть боль. —

Иногда мне казалось, что её вообще уже воротит от меня. Я много думал, пытаясь понять, что случилось, но ответа так и не нашёл.

— В последний год, говоришь? — холодно улыбнулся Дагратдер. — После того, как появился Вольтар?

— Да, наверное. Но вряд ли её перемена ко мне хоть как-то связана с Вольтаром. Скорее всего, она просто устала жить от свидания к свиданию.

— И это именно тогда, когда Вольтар внушил вам надежду на нормальную семейную жизнь?! — тон короля был откровенно саркастичен.