Глава 79

Элестайл холодно усмехнулся:

— Кридирнор, твой отец поднял мятеж, из-за которого я потерял родителей и многих других родственников и друзей. Ты тоже принял в мятеже более чем деятельное участие. А теперь уже сам организовал заговор против меня.

— Кстати, о мятеже. Ответь, пожалуйста, на вопрос, который мучает меня уже десять лет. Ты ведь видел, как я собственными руками убил Грезора[1]. Почему же меня так и не казнили за участие в мятеже, даже не арестовали? Чего ты ждал столько лет? — Кридирнор впился в него смертельно уставшим испытующим взглядом.

Похоже, страх ареста неотступно преследовал его все эти годы.

Элестайл тяжело вздохнул:

— Да, я знал, что Грезора прикончил именно ты. Но, во-первых, не больше тебя хотел, чтобы тот встал во главе Бордгира. Твой дед был абсолютно прав, когда ограничил потребление крови. Дагратдер — яркий пример необходимости таких ограничений. Однако с кровью излишествовали и оба его сына. И крыша у них уже начала ехать. Только второго неадеквата нам на троне и не хватало!

— Хочешь сказать, что сам не превышаешь норму? — усмехнулся кронсталловец. — Однако по силе ты, как минимум, равен Дагратдеру. Скорее, даже превосходишь его. А он жрал кровь как запойный алкоголик!

— Да, жрал. У нас на глазах, — мрачно подтвердил Элестайл. — И мы с тобой оба знаем, чем его излишества обернулись в итоге. Так неужели же ты правда считаешь меня идиотом, способным пойти тем же путём самоуничтожения?! — король испытующе посмотрел ему в глаза. — Чего ради, бестии Тени тебя раздери?!

— Ты сел на трон юнцом, тебе нужно было как-то набирать вес, — быстро нашёлся с ответом тот.

— Набирать вес в качестве сумасшедшего?! — криво ухмыльнулся король.

— Ладно, — не стал продолжать софистику Кридирнор. — Но чем же тогда объясняется твоя сила?

— Ничем особенным, помимо природных способностей. Кроме того, не забывай, что я всё-таки король, — Элестайл язвительно улыбнулся.

— Что ж, я рад, что вторая волна тирании и самодурства Бордгиру не грозит, — произнёс глава Кронсталла вроде бы вполне искренне. — Но ты сказал «во-первых» — значит, озвученная тобой причина молчания не единственная?

— Да, всего их три. Другая — я видел кое-что ещё.

— Что же? — Кридирнор чуть ли не привстал с кресла, опираясь на стол локтями.

Перед мысленным взором поплыли картины прошлого.

Битва закончена. В поисках уцелевших Элестайл поднялся на крышу королевского крыла. И первое, что узрел — распростёртое на мостовой тело отца, а над ним склонился Кридирнор. Отец был ещё жив. Элестайл чуть не ринулся к нему — кронсталловец же сейчас его добьёт! Но сломанное правое крыло висело тряпкой. Ударить? Только сил не осталось даже на то, чтобы стоять на ногах, не навалившись на парапет — какая уж к бестиям Тени магия! От отчаяния хотелось кричать в голос. Правда, сил не было и на это.

И тут Элестайл увидел, как Кридирнор прокусывает себе вену и подносит запястье к губам отца. Вот только тот умер, так и не успев сделать ни единого глотка. Кажется, Кридирнор пробовал ещё какую-то магию, но было поздно.

— Я видел, как ты нашёл умирающего отца и пытался его спасти, — тихо произнёс Элестайл. — Да, не сумел, опоздал, но ты пытался спасти своего врага.

— Вот, значит, как, — выдохнул изумлённый Кридирнор. — Только врагом он мне не был. Твой дядя — да. А Нильтазару я смерти не желал. Уверен, если бы он выжил, многое было бы по-другому, для Кронсталла, в том числе.

— Что именно по-другому? — поинтересовался Элестайл.

Губы кронсталловца скривились в болезненной усмешке:

— Ну, например, ты бы не мстил столь кроваво.

На мгновение Элестайл прикрыл глаза.

— Кридирнор, я никогда не мстил. Третья причина, почему умолчал о твоём самом непосредственном участии в мятеже — я не хотел всех этих казней. И раз уж не сумел их остановить, предпочёл хотя бы не выдавать тех, кто сумел тогда вырваться из окружения.

Кридирнор смотрел на него так, словно видел первый раз в жизни.

— Бестии Тени! А я-то столько лет ломал голову, чего ты хочешь и когда же наконец потянешь за крючок. Какие требования предъявишь?

Элестайл усмехнулся:

— Ты мог бы спросить раньше — я бы ответил.

— Элестайл…

— Не помню, чтобы разрешал тебе называть себя так, — холодно осадил его король.

— Извини, — тут же произнёс Кридирнор. — Мне слишком противно имя Дагратдер. Но дело не в этом. Просто я хотел показать, что чётко разделяю вас. По крайней мере, теперь, после всего, что услышал.

— Я понял, — усмехнулся Элестайл. Однако позволять ему вольностей не собирался.

Какое-то время кронсталловец молча смотрел ему в глаза. То ли пытался что-то прочесть в них, то ли просто держал паузу.

— Дагратдер, хотя бы теперь мы должны забыть все распри и объединиться, — вернулся он к предыдущей теме.

— С какой стати? Назови мне хоть одну причину.

— Королевский клан всегда был самым сильным. И тот факт, что власть перешла к представителям Адельвурта, не сделал Кронсталл слабее. Я не так уж бесполезен для тебя, как ты хочешь это представить.

— Но и не так уж полезен, как это пытаешься представить ты.

— Дагратдер, не упирайся рогом, как тогда Нильтазар. Я во всеуслышание отрекусь от всяких претензий на трон и присягну тебе на верность. Весь Кронсталл присягнёт.

Король криво усмехнулся:

— И как это помешает тебе потом организовать новый заговор? Кстати, Кронсталл, и ты в том числе, уже присягали мне на верность.

— Но от претензий на трон я раньше не отказывался.

— Боюсь, твой отказ стоит не больше твоей клятвы верности, — иронично прокомментировал Элестайл. — Спасибо за сведения о Шотвинне, на суде тебе это зачтется.

— Дагратдер, я действительно намерен оставить борьбу за трон. Если бы знал, что ты не вынашиваешь планов однажды спросить с меня за участие в мятеже, вообще бы не пошёл против тебя. Наверное, ты мне не поверишь — потому что не представляешь, что такое десять лет жить в ожидании разоблачения. Я же тогда тоже видел тебя.

— Видел и не напал, — вставил Элестайл. — Может быть, уж удовлетворишь и моё любопытство — почему?

Кридирнор как-то странно усмехнулся:

— А зачем? Своей цели мы достигли — Грезор был последним в списке. Добивать адельвуртцев у нас близко не было в планах. Хотели лишь избавить Бордгир от чокнутых тиранов — нынешнего и будущих. А как всё потом повернулось, мне и в страшном сне не могло присниться. Что Рият коронует тебя, я тогда вообще не предполагал. Но, кстати, если бы они остановили свой выбор на Нильтазаре, мы бы приняли это решение. Вот двадцатипятилетний юнец стал для нас сюрпризом. Однако сейчас я признаю, что конфронтация не привела ни к чему хорошему, а последние события и вовсе показали, что ты отлично справляешься со своими обязанностями, я же, напротив, паршивый кандидат на роль короля.

— Лесть тебе не поможет, — остудил его Элестайл.

— А что может помочь? — напрямую спросил Кридирнор.

— Уже ничего. Ты слишком поздно опомнился. Но раскаяние, искреннее или нет, так и быть, тоже зачтётся тебе при вынесении приговора.

— Дагратдер, да пойми же ты наконец, что распря между нами лишь на руку организаторам заговора. Война между двумя сильнейшими кланами Бордгира — не делай реальностью их мечту!

— Я всё прекрасно понимаю.

— Так почему же упорствуешь? Думаешь, что легко одолеешь меня? Я бы, на твоём месте, не был так уверен. Наверняка ты можешь рассчитывать на однозначную поддержку Фолмирарта. Но остальные кланы… Нет, я не хочу сказать, что они примут мою сторону — я вовсе не знаю, как поступят они. Но, честно говоря, не удивлюсь, если просто сохранят нейтралитет. И в этом случае, победа, если ты и сумеешь её одержать, достанется тебе очень кровавой ценой.

— Откуда мысли о нейтралитете остальных четырёх кланов? — поинтересовался Элестайл.

— А зачем им лезть в нашу распрю? Но дело не только в этом. Мне кажется, что во главе заговора стоит кто-то из Бордгира.

Кридирнор устремил на него пристальный взгляд, надеясь прочесть его реакцию.

— Продолжай, — сказал король.

— Посуди сам, кто-то очень старается столкнуть нас с тобой — то есть действующего короля и единственного признанного твоими противниками претендента на трон.

— А тебе не кажется, — язвительно перебил его Элестайл, — что этим старателем выступил ты сам?!

— Ты забываешь, что план был не мой, — возразил Кридирнор. — Да, я поступил неразумно, решив воспользоваться их планом — на людскую военную поддержку, кстати, не слишком рассчитывал, но понадеялся, что смогу разрулить ситуацию самостоятельно.

— Вот посмотрел бы я на тебя, как бы ты её разруливал. Уверен, что никакой поддержки тебе со стороны людей не было бы. Зато они наверняка пообещали бы такую же помощь виргам с эльфами — и, может быть, даже реально оказали бы её.

— Думаешь? — нахмурился Кридирнор. — Что ж, тем лучше, что план провалился в самом начале. Но, возвращаясь к стравливанию. Возможно, ты не поверишь, только до знакомства с Вольтаром я никакого переворота не планировал, даже несмотря на то, что дико устал ждать то ли ареста, то ли твоего шантажа. К активным действиям меня именно что подтолкнули. И второе — это упорное требование убить Лорго. Конечно, Солси наверняка жаждет его смерти по вполне понятным причинам, только… Не знаю, куда и как сбежал экс-король Кордака, однако мои союзники были просто уверены, что искать его следует в Бордгире. Будь они правы, не удивлюсь, если в судьбе Лорго принимаешь участие ты, а значит, какой-то интерес тебе в нём есть. И я, выполни волю союзничков, снова перешёл бы дорогу тебе. Дагратдер, ну как ты не видишь, что нас намеренно пытаются стравить!

— Чтобы расчистить себе дорогу к трону?

— Ну конечно!

— И ты боишься, что этот новоявленный, пока ещё тайный, претендент на корону попытается убить тебя — поэтому путешествуешь со столь внушительно охраной?

^{— Да}.

Элестайл усмехнулся:

— По-моему, логика тебе явно изменила, причём не один раз.

— В чём конкретно? — Кридирнор напрягся, хмурясь.

О да, просчитываться он очень не любил.

— Во-первых, если этот третий стремится избавиться от конкурентов путём их стравливания — зачем же убивать одного из противников, тем самым избавляя другого от всех проблем?

— Я думаю, что убить меня хотят из-за моей осведомлённости насчёт Солси и Шотвинна. Но ты, безусловно, прав — если только этот третий не сумеет приписать моё убийство тебе.

Элестайл задумался на мгновение.

— Ну, предположим, такой вариант действительно не исключен. Хотя его результативность для восхождения этого третьего на трон всё же сомнительна. Даже если меня, как убийцу, низложат — с чего бы кандидатом на престол стать ему? Поскольку детей у меня нет, судьбу короны снова будет решать Рият, и они либо выберут кого-то из Адельвурта, либо, что даже более вероятно, коронуют одного из твоих сыновей. Быть может, они и стоят во главе заговора?

— Ты что, с ума сошёл! — в шоке воскликнул Кридирнор. — Как тебе только в голову могло прийти, что мои сыновья готовы убить ради короны меня?! К твоему сведению, они вообще были против этой авантюры с переворотом.

— По крайне мере, у них есть шанс приблизиться к трону в результате этой комбинации, а у кого-то не из Адельвурта и не из Кронсталла — ох, вряд ли.

— Дагратдер, прошу тебе, замолчи! — Кридирнор с трудом сдерживал гнев.

— Хорошо, — смилостивился тот, — вернёмся к вопросу намеренного стравливания. Ты считаешь, что целью была война между нашими кланами до практически полного взаимного уничтожения? Добавим сюда так же и истребление в этом столкновении Фолмирарта. Итого с лица Бордгира исчезают три клана из семи, а на деле — вообще больше половины вампиров. Ну, и кем этот третий будет править?! Если только он не клинический идиот, а на такой счастливый вариант я не закладываюсь, должен понимать, что его дорогие союзнички из числа людей быстро смекнут главное — с остатками вампиров вполне реально покончить раз и навсегда. Особенно, в условиях затеянной тобой войны с виргами и эльфами.

— Ты хочешь сказать, что намеренное стравливание мне привиделось?

— Отнюдь. Только во главе заговора наверняка стоят всё-таки люди. Им даром не нужны послабления в договоре Норбернта, но вот истребить нас полностью они, конечно же, очень хотели бы. А после можно заняться и переделом мира в соответствии с интересами каждого из верхушки заговора.

— Значит, цель заговора — уничтожение всего Бордгира. Весело! Радует одно — я могу больше не опасаться убийц хотя бы на нашей территории.

— А вот это ещё не факт, — «успокоил» его Элестайл. — Нельзя полностью исключать возможность того, что твои «приятели» всё-таки обзавелись ещё одним союзником из числа наших — каким-нибудь амбициозным придурком, не видящим дальше собственного носа.

Кридирнор тяжело вздохнул.

— Ты по-прежнему настроен категорично против объединения? Дагратдер, похоже, что заговор имеет очень лихие масштабы, и они не остановятся на первой неудаче. Поверь, я могу быть полезен тебе и Бордгиру.

Теперь паузу взял Элестайл.

Вроде бы в своём желании объединиться Кридирнор вполне искренен. А если так, его поддержка никак не будет лишней. Кронсталл по-прежнему силён — даже несмотря на понесённые после мятежа потери. И прямое столкновение с ним действительно опять зальёт Бордгир кровью.

Им вообще давно следовало встретиться и пообщаться нормально. Кридирнор, например, явно не знал, что он не был инициатором казней, но теперь определённо поверил в это. А сам он даже не подозревал, что извечный противник, оказывается, все десять лет ждал удара в спину от него.

Сейчас все недоразумения наконец разъяснились.

Конечно, явился сюда Кридирнор, всё ещё числя его наивным щенком, которым не составит труда манипулировать. Эти его «спаси-помоги» — спасибо, хоть на ручки не прыгнул. Тем не менее расчёт был шит белыми нитками — того, кто просит у тебя защиты, по сути, вверяет тебе свою жизнь, рука уже не поднимется так просто покарать.

Однако теперь он явно понял, что имеет дело никак не с зелёным юнцом.

Вот и замечательно.

А союз Адельвурта с Кронсталлом пойдёт на пользу всему Бордгиру. Против сразу двух сильнейших кланов уже никто голову не поднимет. Даже трёх — Фолмирарт всё-таки третий по силе, хотя и не настолько сплочён, как Кронсталл и Адельвурт.

Одно плохо — эльфы с виргами точно не придут в восторг, что Кридирнор так и не понёс наказание за убийства их соплеменников. Но не разводить же гражданскую войну лишь ради удовлетворения жажды мести союзников.

Ладно, будем надеяться, что дело удастся решить извинениями.

— Чего конкретно ты хочешь? — спросил в итоге Элестайл.

— Прощения — для меня и моих соратников.

Это всё?

— Да, всё. Если мы с тобой договоримся, отныне можешь всецело рассчитывать на Кронсталл, — заверил его Кридирнор.

— А что ты можешь сказать о Глоссуме? — поинтересовался король. Всё же проверить его готовность к сотрудничеству не помешает.

— Ничего… — вопрос откровенно поставил кронсталловца в тупик.

— Аудиенция окончена, — с безапелляционным видом бросил Дагратдер.

— Подожди! Я знаю, что он возглавляет Блонвурский филиал Магической Академии людей. Но тебя ведь интересует не это?

— Естественно, не это.

— Если он тоже участвует в заговоре, клянусь, мне ничего неизвестно об этом. И если он ещё жив — вот тебе гарантия моей неосведомлённости о нём.

— Ну, о твоих гарантиях я знаю только с твоих же слов.

— Дагратдер, посуди сам, какой смысл мне скрывать, тем более, когда ты его уже вычислил. Сыновьями могу тебе поклясться, что от заговорщиков я звука о нём не слышал.

Да, похоже, о Глоссуме он и правда ни сном ни духом. Уж лживых клятв сыновьями давать точно не стал бы.

— Ладно, пиши список своих мертвецов. И ещё у меня к тебе условие, непреложное — оставь в покое Зинглара с Алнгором.

— Да я уже давно оставил, — Кридирнор взялся за перо. — Алнгора, собственно, даже не пытался покарать за предательство, а с Зингларом остановился на тех двух попытках.

— Обещания не слышу.

— Извини. Клянусь не мстить никаким образом ни Алнгору, ни Зинглару.

— Вот так-то лучше. Что касается вашего прощения — о нём говорить, конечно, ещё рано. Но я даю слово, что вы будете прощены, если докажете мне свою верность.

— Хорошо, пусть так, — согласился Кридирнор. — Главное, чтобы нам не грозил арест за всё, совершенное до настоящего момента. Задокументируем достигнутую договоренность?

— На слово, значит, не веришь? — усмехнулся Элестайл.

— Верю. Но мало ли что может случиться со мной — сам говоришь, что охота на меня, вероятно, открыта и здесь. Хочу обезопасить своих, в первую очередь, сыновей.

[1] Грезор — старший сын Дагратдера.