Глава 94

— Нет, не переживай, — нахмурился Элестайл— Но, кроме неё, мне никто не нужен. Я никогда не женюсь на другой.

— Однако и жениться на человечке ты не можешь, — напомнил Лонгаронель. — Из этой ситуации есть только один выход.

Элестайл помотал головой:

— Нет. Это опасно. Я не хочу потерять её.

— С чего ты взял, что непременно потеряешь?

— Я не сказал «непременно». Однако опасность существует. Одни остаются прежними, а другие меняются до неузнаваемости. И как карта ляжет в данном случае, никому неизвестно.

— Мы подберём самых достойных компаньонов.

— Боюсь, тут важнее другое – готов ли человек пить кровь. Мы рождаемся с этой готовностью, а люди нет. Кто-то действительно способен переступить черту, а кому-то это только кажется. Когда же доходит до дела, они понимают, что заблуждались – а отступать уже некуда. Вот им и сносит крышу.

— Я думаю, ради того чтобы быть с тобой, Джейлис готова на всё. Просто она не знает, что это возможно. Но она достаточно решительна, чтобы пойти до конца без сноса крыши. Элестайл, обрати её. Иначе когда-нибудь всё-таки потеряешь. Рано или поздно, но она устанет от роли вечной любовницы. Ей захочется детей. А ты не захочешь бастардов. И ещё на тебя начнут давить по поводу отсутствия наследника. Обращение единственный выход, ты знаешь это ничуть не хуже меня.

— Почему же ты сам не обратишь Эльджету? Она мечтает о крыльях.

— О крыльях. Но не о том, чтобы пить ради них кровь. Вот Эльджи, боюсь, как раз из тех, кому снесёт крышу на первом же укусе.

— Ещё неизвестно, как отнесётся к идее обращения сама Джейлис.

— Так спроси её. Хотя, я думаю, мы оба прекрасно знаем ответ. 

* * *

 — Ты хочешь сказать, что человек может стать вампиром? — Джейлис изумлённо хлопала глазами.

— Да, — твёрдо ответил Элестайл. — Правда, это отнюдь не так просто, как принято считать. На самом деле, процесс длителен и очень тяжёл для обращаемого. Для этого требуется четверо вампиров, которые будут пить твою кровь, и чью кровь поначалу станешь пить ты. Тебя будет воротить от одного её вида, но пить придётся – после того как обращение началось, назад пути нет. Только это ещё цветочки. Потом тебя станет мучить дикая жажда. У тебя не останется ни чувств, ни мыслей, помимо неудержимого желания крови! Тебя придётся держать на цепи, причём в прямом смысле – жажда будет неутолимой, и если тебя не сдерживать, ты станешь кидаться на всех подряд или, что ещё хуже, обопьешься крови и сойдёшь с ума! Пройдёт несколько месяцев, пока ты сумеешь наконец укротить свою жажду. А до того твоя жизнь, уверяю тебя, будет самым страшным кошмаром! Вот и подумай, нужно ли тебе всё это.

— Но если я пройду это, весьма нелёгкое, судя по твоим словам, испытание, то буду полноправной гражданкой Бордгира? — уточнила Джейлис.

— Гражданкой Бордгира ты можешь быть и без того. Но если ты станешь вампиром, я смогу на тебе жениться.

Джейлис широко распахнула глаза, не веря своим ушам:

— Король вправе жениться на новообращённой?!

— Новообращённая или нет – не суть важно, главное, что вампир.

— Почему же ты не говорил мне об этом до сих пор, а, напротив, утверждал, что никогда не сможешь жениться на мне? Всё-таки не был уверен в своих чувствах? — Джейлис с нежной улыбкой провела рукой по его волосам.

— Нет...

— Ш-ш, — она приложила палец к губам вампира. — Неважно, что было раньше. Если ты уверен теперь – этого достаточно.

— Но дело вовсе не в моей неуверенности, — всё же возразил Элестайл. — Обращение таит в себе опасность. Некоторые после него полностью меняются внутренне... и отнюдь не в лучшую сторону. Я боялся потерять тебя. И сейчас боюсь.

— Со мной этого не произойдёт, я уверена. Любовь к тебе не позволит мне измениться. Ведь ты любишь меня такой, какая я сейчас...

— Безумно люблю!

Их уста слились в долгом поцелуе...

Солнце всё теплее пригревало день ото дня. На сером свалявшемся снегу уже чернели первые проталины, и в них задорно журчали ручьи. Звенела неутомимая капель. С юга потянулись стаи перелётных птиц.

А в Гиблом лесу эльфы и тролли приступили к освоению теперь уже навечно своих территорий. Ещё зимой контуирцы неоднократно проводили ритуалы призыва (и тролли отдельно, и вместе с эльфами), однако Хранители к ним так и не явились. Что ж, значит, надо по-настоящему обустраиваться на новом месте.

Прожив зиму вместе, народы крепко сдружились и даже не очень хотели разделяться. Однако, по здравому размышлению, всё-таки пришли к выводу, что так будет правильней. Луарэ, как регент Лимераны, подписал указ о передаче эльфам южной части Гиблого леса.

Лорго трон и право распоряжаться кордакскими землями пока что себе не вернул. Но выход всё же нашёлся – Бордгир экспроприировал у Кордака его часть Гиблого леса за несоблюдение договора Норбернта. Не сказать, чтобы данная мера была прописана в самом договоре, однако действия бордгирских властей письменно одобрили главы четырёх людских государств – Луарэ, Кейтала, Баллинг и новоиспеченный король Аст-Лерона, троюродный брат Мирадала, а также эльфы и вирги. Таким образом, земли троллям, уже на вполне законных основаниях, передал Элестайл.

Сложно сказать, что думали об отчуждении части Кордака Солси с Гольерто, но этот момент меньше всего волновал других правителей. Ноту из Бордгира те получили – и ладно. А отвоёвывать Гиблый лес обратно Солси вряд ли сунется – не до того ему было теперь. Тем более что тролли были готовы постоять за свой теперь лес.

Но дело даже не в решительно настроенных троллях. Солси оставалось только гадать, что стало с отрядом, направленным им на заставу на Ледяном Роге. Не было никакой ясности и с вопросом, почему вторая волна вторжения не только не свершилась, но даже не началась. Отправленный навстречу соплеменникам отряд также пропал без вести.

Думал ли Солси, что оба отряда пожрали твари или имел иные предположения на сей счёт, неизвестно. Истина же была очень проста. С отрядом, явившимся на заставу, разобрался её гарнизон. Второй отряд положила армия вампиров и виргов. Они же не пустили на Альтеран вторую волну клавров, встретив тех прямо у портала.

А чуть раньше вампиры ещё и увели из Нираны остатки людей, которых клавры держали в плену в подземелье. Правда, при этом пришлось привести на Альтеран и несколько десятков клавров, без помощи которых вампиры вообще вряд ли бы отыскали несчастных коренных ниранцев. Союзников из числа клавров, по неким своим критериям, отбирали участвовавшие в операции ваританы. И те, быстро сообразив, насколько всё плохо, весьма охотно влились в ряды ваританов, дав клятву навсегда покончить со своим клаврианским прошлым.

Людей из Нираны, которых оказалось всего около пятисот, в дальнейшем предполагалось поселить в Кордаке. Ну, а пока их приютили тролли. Ниранцы давно ни на что не надеялись, прекрасно понимая, какая участь ждала их всех. Освобождение из плена, переход на Альтеран, всё это явилось для них чудом из чудес. Они были готовы целовать ноги и вампирам, и троллям, и тем ваританам, что столь неожиданно пришли им на помощь. Однако такого проявления благодарности, естественно, никто от них не требовал. Ниранцам просто вкратце изложили ситуацию, объяснили правила и, вместе с парой переводчиков из числа ваританов, оставили на попечение троллей, которых самих ещё недавно вампиры с виргами вот так же спасли от ужасов их собственного мира.

Тем временем маги Лимераны, Даманга и Аст-Лерона потихоньку зачищали от клавров свои территории – насколько это было возможно. Конечно, часть клавров успешно сбежала в Кордак. Другая, вероятно, подалась в Шелсу, где не было ни магии, ни вампиров. Наверняка немало клавров окопалось и на старых местах, в надежде, что их не раскроют. Но маги продолжали неустанные поиски и раз за разом выявляли кого-то из пришельцев. Дамангцы преуспевали в этом, кажется, лучше других.

Жизнь в Блонвуре, тем не менее, текла своим чередом. Занятия, зачёты, сессия... каникулы и снова занятия. Вот только на каникулы в этот раз никто не разъезжался – такое решение принял Ковен в заботе о своём «подрастающем» поколении. Даже были взяты под охрану семьи студентов – всех, кто подал соответствующее прошение в свои деканаты.

Причём охранять тех, кто проживал на территории, прилегающей к границам Бордгира, вызвались вампиры. В числе таковых оказались семьи Рондвира, Мирэл и Лирал. Фортейл всё гадала, были ли у вампиров вообще реальные охраняемые объекты или же все студенты с севера Лимераны и Аст-Лерона, на самом деле, являлись уроженцами Бордгира и Виргина. Но в истину её никто так и не посвятил, а сама она допытываться не стала.

Лорго, с момента появления соплеменников, обучался по особой программе. От изучения части предметов его вовсе освободили, чтобы он мог как можно больше времени посвящать индивидуальным занятиям с Инри. Найлори обучала Сэл.

Наэля готовили к коронации, но пока он тоже находился в Блонвуре, и его продолжали учить магии – Луарэ-младший совместно с герцогом Торнвертом. По счастью, семья будущего короля Лимераны выжила в той передряге и вскоре присоединилась к нему.

Найлори, кстати, весьма сдружился с младшим братом Наэля, который был лишь на год старше юного дракона.

— У меня какое-то странное предчувствие... — сказала Мирэл, стоя в объятиях Лорго у окон коридора, ведущего в общежитие Арда. Лишь недавно Инри закончил очередное занятие с ним, и Мирэл пришла навестить своего уставшего возлюбленного. — Как будто что-то должно случиться...

— Что именно? — встревожился Лорго. На чистом небосклоне ярко сияли звёзды и молодой месяц. Стояла умиротворяющая тишина. Но ожидать чего-либо хорошего он уже давно разучился.

— Не знаю, любовь моя.

— Ну постарайся включить интуицию.

— Лорго, я не провидица.

— Жаль. Лишь бы только это не был прорыв новой волны клавров.

— Брось. Океан в районе портала наверняка уже растаял.

Отворилась дверь на лестницу, и в коридор зашёл Рондвир в сопровождении какого-то вампира – кареглазого брюнета. Обычно Рондвир, оставаясь человеком для всех, кроме друзей, своих знакомств с вампирами не афишировал. Поэтому их явление немало удивило Лорго.

Рондвир направился прямиком к ним с Мирэл.

— Ну вот он, наш дракон, — довольно оригинальным образом представил друга вампир своему спутнику.

— Я догадался, — иронично улыбнулся брюнет.

Рондвир посмотрел на Лорго:

— Возможно, тебе тоже будет небезынтересно. Это Элвит Росситер.

— Ах, вот оно что... — с чуть виноватой улыбкой произнёс Лорго.

— По крайней мере, его цвет волос и глаз вампиры тогда на тебе воспроизвели, — заметил Ульцан, как обычно, бесшумно возникший неизвестно откуда. — Хотя в остальном вы, конечно, непохожи.

Лорго вздрогнул, не ожидая услышать чей-либо голос за своей спиной. Хотя, казалось бы, давно пора было привыкнуть к таким вот явлениям друга.

— Мне жаль, что я занял твоё место... — продолжил он, обращаясь к Элвиту.

— Ничего. В Эльтской академии всё равно была смертная скука, — снова улыбнулся вампир.

— Ты прилетел с Элестайлом? — спросила Мирэл.

— Да, — подтвердил Элвит. — Напросился хоть разок взглянуть на Блонвур, когда нашего короля в очередной раз понесло сюда.

Элестайл действительно то улетал в Бордгир, то снова возвращался в Блонвур, желая лично наблюдать прогресс Лорго на поприще драконьей магии. Ну и ещё его как магнитом тянуло к Джейлис.

— Что ж, я рад, что твоё предчувствие относилось всего лишь к знакомству с Элвитом Росситером, — прошептал Лорго на ухо Мирэл.

— Хранители, — произнёс Ульцан, глядя в окно. Причём таким тоном, будто увидел синицу на ветке.

Поэтому до остальных даже не сразу дошло, что он сказал. И только когда они проследили за взглядом орка...

На лужайке перед Главным корпусом сидели двенадцать хищников. Хранители всё-таки пришли! Все двенадцать! У Лорго едва сердце не выпрыгнуло из груди.