Глава 26

— Благородство тут ни при чём, хотя понять твою боль я смог бы. Но здесь ведь вырисовывается столь очевидный расчёт.

— Ты возвращаешь мне жену, а я остаюсь тебе обязан, — продолжил он за вампира.

— Именно. Я оказываю тебе услугу, которая лично мне не стоит ничего и в то же время очень много значит для тебя. Похоже, Дагратдер был уверен, что трона тебе уже не видать как своих ушей. Однако и в этом случае я не пошёл бы его путём.

— А каким бы пошёл ты? — поинтересовался Кейтала. В альтруизм вампира ему по-прежнему не верилось.

— Я оказал бы тебе ещё другую услугу – помог бы вернуть трон.

— И всё это за одну мою обязанность? — удивился Кейтала.

— Не совсем так. В этом был бы и мой собственный интерес. Я, видишь ли, предпочитаю адекватных правителей во главе государств, а не отпетых подонков вроде твоего дяди.

— Но на каком бы основании вампиры вдруг вмешались во внутренние дела Даманга? Ты не подумал, что это вышло бы боком самому Бордгиру?

— Совсем за идиота меня считаешь?! — усмехнулся Элестайл. — О нашем вмешательстве никто бы не узнал – участвовали бы в обратном перевороте только люди.

— Вот как? — поразился Кейтала. — Хм. Выходит, у тебя есть союзники из числа людей. А у Дагратдера они были?

— Почему ты спрашиваешь?

— Видишь ли, в чём дело... — вздохнул дамангец. — Я до сих пор не знаю, кто были те люди, что помогли мне вернуть корону.

— А если поподробней?

— История весьма загадочна. Вопреки нашим ожиданиям, никто так и не попытался прикончить нас в пути. Правда, аж дважды нам встречались места, в которых, похоже, недавно организовывалась засада, однако самих желающих напасть там уже не было. Мы были постоянно начеку, проверяли каждые подозрительные заросли, поэтому следы длительного пребывания людей не ускользнули от нашего внимания.

А ближе к Ольсэре, на одном из постоялых дворов, нас поджидали верные мне люди. Они рассказали, что мой дядя захватил трон, едва я покинул столицу. Оказывается, он объявил меня отцеубийцей и рассказал всем, что, когда он раскрыл моё преступление, я бежал, прихватив с собой всю казну. И, мол, свою супругу я сам же отправил вампирам на корм, чтобы её поиски отвлекли всеобщее внимание от расследования смерти отца. Свидетели из числа караванщиков подтвердили тот факт, что Гелнарию действительно доставили в Бордгир в числе прочего корма. Конечно, раньше эти люди даже не подозревали, кого везут, но когда им показали портрет моей супруги, они сразу опознали в ней одну из «арестанток». Нашёлся и свидетель тому, что именно я «устроил» супругу в караван.

— Караванщики были в сговоре с твоим дядей?

— Не все.

— Но неужели твоя жена не пыталась объяснить им, кто она такая?

— Дядя сказал ей, что её хотят убить, и что мы с ним таким образом спасаем её от неминуемой смерти. Мол, как только всё утрясётся, за ней приедут. А до тех пор ей придётся пожить в укромном месте, туда её доставят верные люди, забрав из каравана. Но если она раскроет себя по пути, её тут же убьют. Конечно, она удивилась, что всё это говорит ей он, а не я сам. Дядя убедил её, что во дворце следят за каждым моим шагом, лазутчики повсюду, поэтому только он мог, тайно похитив её, провернуть операцию. Гелнария была юна, наивна и безгранично доверяла этой твари, как и я сам. Его предательство ей даже в голову прийти не могло.

— А почему её хотели убить – этим вопросом твоя жена не задалась?

— Задалась. Только у дяди был ответ и на это. Якобы убийство планировала моя бывшая пассия, особа из весьма влиятельной семьи. Мол, устранив соперницу, она надеялась вернуть отношения со мной и сама стать королевой.

— Пассия реальная?

— Да. И расстались мы не слишком хорошо. У меня-то, по правде сказать, серьёзных намерений насчёт неё никогда не было, а вот она, видимо, уже примеряла корону. Познакомившись с Гелнарией, я влюбился без памяти, и с той девушкой сразу порвал. Она меня потом долго грязью поливала.

— В общем, Гелнарии история была известна?

— Безусловно. Во дворце её знали даже мыши.

— Какие осведомлённые у вас мыши, — усмехнулся Элестайл. — И всё же странно, что принц, без пяти минут король, прячет свою жену в караване с кормом, вместо того чтобы отвезти в надёжное место с более подобающим эскортом. Ну это ладно, не заподозрить подвоха в данной части ещё куда ни шло. А вот поверить, что любящий супруг не изыскал возможности шепнуть ей хоть несколько слов без риска быть подслушанным – это уже ни в какие ворота.

— Элестайл, сделай скидку на возраст – ей не было и двадцати, — грустно улыбнулся Кейтала. — К тому же, до нашего знакомства она даже при дворе ни разу не бывала. Что дядя подло обманул её, Гелна поняла, только когда караван передали вампирам.

— Однако продолжала молчать?

— Нет, вампиру, которому её отдали, Гелна пыталась втолковать истину. Но тот лишь посмеялся над глупыми выдумками корма. Правда, когда выяснилось, что она говорила правду, он даже извинился перед ней.

— Как его звали?

— Понятия не имею. Гелна не знала его имени.

— Жаль. Хотелось бы найти идиотов, поставивших меня в дурацкое положение.

— Свидетелей тем событиям было немного. Возможно, они и не в курсе моего нынешнего приезда.

— Или их уже вовсе нет в живых. Мятеж стоил жизни не только Дагратдеру. Но ты не дорассказал свою историю, — напомнил Элестайл.

— Да. Услышав такие новости, я пребывал в растерянности. Очевидно, оставалось только одно – собирать войско и идти на столицу. Каковы были шансы на успех, я тогда не знал, поскольку даже толком не имел представления, на кого могу рассчитывать. Мы обсуждали сложившееся положение с моими сторонниками, всё ещё находясь на постоялом дворе, когда там появились люди в масках. Их было порядка сотни, часть из них вошла внутрь, а большая часть осталась снаружи. Мы решили, что это наёмники моего дядюшки, и собирались вступить с ними в бой. Но они заверили нас, что пришли с миром. Их предводитель сказал, что они на нашей стороне, хотя и отказался показать своё лицо. А ещё он уверял, что ночью нам откроют восточные ворота Ольсэры, и попасть через потайной ход во дворец тоже не составит труда.

Конечно, мы опасались ловушки, не зная, с кем вообще имеем дело. Ясно было одно – все они являлись сильными магами. А нас было раза в четыре меньше – в принципе, перебить нас они могли бы и прямо там, на постоялом дворе. Посовещавшись, мы приняли решение довериться неизвестным союзникам, поскольку заманивать нас в ловушку в Ольсэре им вроде бы не было никакого смысла.

Действительно, они не обманули нас. Мы без помех въехали в столицу – охраны на воротах вообще не было, как выяснилось позже, стражников просто усыпили. Не сказать, чтобы мне хотелось показывать «маскам» вход в потайные проходы дворца и тем более открывать его при них. Однако, пока я сомневался, предводитель «масок» открыл его сам.

Вышли из ходов мы прямиком в королевскую спальню, в которой преспокойно почивал мой дядюшка. Он не успел проснуться, как его пленили. В общем, благодаря всё тем же «маскам», к власти я вернулся, не пролив ни единой капли крови. Дальше был суд над изменниками и моя коронация, на которой «маски», кстати, не присутствовали, так и оставаясь в тени. Я думал, что они раскроются после неё. Но вместо этого они просто уехали. Их предводитель сказал мне на прощание одну лишь фразу: «Запомни – за ночью наступает день».

Услышав эти слова, Элестайл усмехнулся.

— Ты понимаешь, что именно подразумевал тот человек? — спросил Кейтала, заметив его реакцию.

— По-лимерански читаешь? — ответил вампир вопросом на вопрос.

— Естественно.

— Тогда прочти, — он указала на щит, висевший над камином.

— «За ночью наступает день», — прочёл дамангец вслух начертанные на щите слова.

— Это девиз клана Адельвурт, — пояснил Элестайл.

— И Дагратдер, очевидно, тоже принадлежал к вашему клану? — догадался Кейтала. Вампир кивнул. — Могу я спросить, что означает этот девиз?

 — Смысл двоякий. С одной стороны – за тёмной полосой приходит светлая. А с другой, ночь – время вампиров, день — время наших противников. Нужно оставаться во всеоружии в любые времена.

— Хороший девиз, — улыбнулся Кейтала. — Значит, тех людей действительно послал к нам Дагратдер. Но почему? Симпатии ко мне он явно не питал. Почему же решил вдруг помочь, да ещё тайно? Склонности к альтруизму я за ним тоже не заметил.

— Опять ты ищешь лишь на поверхности... — язвительно улыбнулся Элестайл.

— Те слова предводитель «масок» сказал мне не просто так. Дагратдер мог, повторив их, в любой момент напомнить мне о долге, — быстро исправился король Даманга.

— Конечно. Пожалуй, Дагратдер был прав, поступив именно таким образом. Я рассуждал, исходя из нынешней обстановки. А в те времена Бордгиру ничего не было нужно от Даманга, поэтому имело смысл приберечь твой долг на потом.

— Чего же Бордгир хочет от нас теперь? — напрямую спросил Кейтала. — Я от своих долгов никогда не отказывался, не собираюсь делать этого и сейчас.

— Правда, ты снова сам проговорился о своих обязательствах, — улыбнулся вампир.

— Элестайл, я пятьдесят лет ждал, что кто-то спросит с меня этот долг. И то, что он оказался перед вампирами, отнюдь не худший вариант. Можешь считать, я рассказал о нём на радостях, что те маги не принадлежат к числу заговорщиков. Признаться, такого поворота я очень боялся.

— Да, в этом случае я не хотел бы оказаться на твоём месте, — согласился вампир.

— Давай перейдём к делу, — предложил Кейтала. — Я и так задержался здесь дольше, чем планировал. Боюсь, мои люди могут начать нервничать. Как бы глупостей не натворили...

— ...Ринувшись спасать своего короля?

— Вот именно.

— Хочу тебя успокоить, что убивать их не станут, в крайнем случае, нейтрализуют, если они и правда полезут на рожон. Но всё-таки перейдём к делу. В первую очередь, Бордгиру нужно, чтобы Даманг не поддерживал никаких инициатив против нас Лимераны и её союзников.

— В этом можешь быть уверен, — пообещал Кейтала. — Что ещё?

— Насчёт участия в войне Даманга на нашей стороне я сам пока что сомневаюсь. Конечно, лишней ваша помощь не была бы. Но, во-первых, не хотелось бы спровоцировать агрессию Лимераны против вас. Нейтральный и полный сил Даманг для нас, пожалуй, более предпочтителен, нежели потрепанный в войне. Во-вторых, я вообще не уверен, что Лимерана на пару лишь с Аст-Лероном попрёт на нас всерьёз. Скорее, их целью было стравить с нами вас. А в-третьих, если они всё-таки решат воевать, разобраться с этой парочкой у нас и у самих сил более чем достанет.

— Почему ты вовсе не берёшь в расчёт Кордак? — поинтересовался Кейтала.

— А ты полагаешь, что они всё же полезут на нас после того как очистили свою территорию от всех магов?! — усмехнулся Элестайл.

— Их войска могут защищать, скажем, лимеранские маги.

— Что ж, добро пожаловать, — ядовито улыбнулся вампир. — Повод – единственное, чего мне не хватает, чтобы разобраться с режимом Солси.

— И кого же ты планируешь в короли Кордака? — настороженно осведомился Кейтала.

— Насколько мне помнится, там всегда правили Мейнсилоры.

— Но Гольерто...

— При чем здесь эта ошибка природы?!

— Значит, Найлори жив? Уж не твоими ли стараниями? — Кейтала устремил на него испытующий взгляд.

— Неважно, чьими стараниями. Но живы оба брата, и именно Лорго я намерен в своё время вернуть трон.

— То есть смерти удалось избежать и ему? — удивился дамангец. — Я присутствовал на его коронации, и, в общем-то, парень мне понравился. Я рад, что он жив. Признаться, думал, слухи о его счастливом спасении лишь чаяния кордакских оптимистов.

— Да, слухи действительно не имеют под собой реальной основы, поскольку доподлинно судьба Лорго неизвестна никому в Кордаке, однако они совпадают с истиной, — улыбнулся Элестайл.

— Скажу тебе честно, ты меня поразил, — неожиданно признался Кейтала. — До сих пор я думал, что люди и все прочие расы интересуют вампиров лишь в качестве корма. А тут выясняется, что вы, оказывается, держите руку на пульсе Альтерана. И даже не просто держите, а ещё и врачуете мир по своему разумению.

— Ну, во врачевание мы пускаемся лишь в случае опасных патологий, — с ироничной улыбкой возразил повелитель Бордгира. — Кстати, о корме. Хотелось бы, чтобы Даманг возобновил его поставки.

— Безусловно. Отдам соответствующие распоряжения сразу по возвращении.

— Но это ещё не всё. Я сам до сих пор не слышал о нападениях лже-вампиров в Лимеране и Аст-Лероне. Но раз Винлиан говорит о них, очевидно, они планируются. И планируются, скорее всего, и с той целью, чтобы прекратить собственные поставки корма в Бордгир. В сложившихся условиях, боюсь, я буду вынужден просить Даманг о дополнительных поставках крови.

— Что? — опешил Кейтала, вмиг побледнев. — Это... невозможно! Я ничего не имею против того, чтобы, вместо эшафота, отправлять к вам уродов всех мастей. И даже не смертники нередко попадают в караваны – но встать на преступный путь было их выбором, а значит, свою судьбу они заслужили сами. Однако разгул преступности в Даманге не столь велик, чтобы увеличение дани было возможно за счёт него. А жертвовать своими достойными подданными я просто не могу.

— Это лишь временная мера. Но, заметь, я ведь сказал, поставки крови, а не корма, — подчеркнул вампир.

— То есть? Я не понимаю, — Кейтала откровенно нервничал.

— Видишь ли, небольшая кровопотеря абсолютно безвредна для любого живого существа и даже, напротив, полезна до определённой степени. И если бы жители Даманга раз или два в год сдавали немного крови, её можно было бы консервировать и отправлять в Бордгир. Никакого вреда для твоих подданных, зато ощутимое подспорье для нас, — одними губами улыбнулся вампир.

— Ну, это, конечно, совсем другое дело, — успокоился Кейтала. — Только как мне обращаться к людям с такими новшествами после множества убийств, вроде как совершённых вампирами? Я-то верю тебе насчёт упырей. Однако простой люд ни за что не поверит на слово, многие даже о существовании упырей только в сказках слышали.

— Можем изловить парочку красавцев и доставить в Даманг, — с улыбкой предложил Элестайл.

— Возможно, не такая уж плохая мысль, если ты серьёзно. Но лучше бы, конечно, поймать тех тварей, что занимаются этими провокациями, вместе с их упырями.

— Конечно, лучше – кто ж спорит. И мы, со своей стороны, постараемся помочь вам в этом. А вы, в следующий раз, мой тебе совет, попробуйте использовать собак. В отличие от вампиров, ни упыри, ни их хозяева летать не умеют, а значит, должны оставлять след на земле. А ещё можете обратиться за помощью к виргам. У них звериное обоняние, но они разумны в любой своей ипостаси, поэтому скорее не запутаются в следах. Кроме того, они невероятно выносливы, способны продолжать преследование сутками, да и разобраться с мерзавцами для них вряд ли явится проблемой.

— Вирги, говоришь... — задумчиво повторил дамангец. — Но с какой стати им помогать нам?

— Хотя бы с той, что заговор общая головная боль. И жертвы среди них тоже были.

— Хорошо, я подумаю.

— Я понимаю, что виргов считают исчадиями Тени, где-то почти наравне с вампирами. Только они-то уж вовсе не заслужили такого мнения о себе. Да, они оборотни, да, у них такая магия. Но зла ведь они никому не причиняют, ведут себя вполне мирно, если не считать их столкновений с эльфами – только там конфликт давний и взаимный.

Кейтала молча смотрел на собеседника, однако не было похоже, что он в действительности решится обратиться к виргам.

— Мы будем подписывать договор или обойдёмся устными обещаниями? — спросил он, предпочтя вовсе закрыть тему оборотней.

— Почему бы и не подписать, — улыбнулся вампир.

После того как они вместе составили черновик договора, а вызванный Элестайлом Алнгор переписал его начисто в двух экземплярах, Кейтала собрался уезжать.