Глава 40

Вадим не знал, как реагировать. Поведение отца так разительно отличалось от привычного, что вгоняло в легкий ступор. Пребывая в растерянности, он стоял не шелохнувшись, с руками, вытянутыми вдоль туловища. И лишь спустя пару секунд ответил на крепкие отцовские объятия. После чего решительно отстранился, испытывая очень неоднозначные эмоции. Странные. Вадиму казалось, что между ним и отцом рушится многолетняя невидимая стена. И как относиться к этому, он пока не понимал. Им обоим требовалось чуть больше времени, чтобы привыкнуть к… новым реалиям.

- Ладно, это все лирика, – произнес отец будничным тоном и потянулся за галстуком. – Как твоя рука?

- Рука? – Вадим не сразу понял, о чем идет речь.

- Аня сказала, ты был ранен, - пояснил он. – Насколько серьезно тебя зацепило?

- Не бери в голову, - отмахнулся Вадим. – Царапина. Неприятностей доставила, но давно зажила. Аня не успокоилась, пока меня вдоль и поперек не залечила. Клянусь, в роли лекаря она была просто неудержима.

- Даже и не сомневаюсь, - сдержанно улыбнулся отец. – С ее-то характером. Для таких людей не существует полумер. Как ни крути, а гены у нее сильные.

- Есть в кого, - саркастично хмыкнул Вадим, вспоминая Громова.

- Безусловно, - согласился отец. – С матерью и ее наследственностью девушкам очень повезло. Но папаша…

- Что папаша?

- Тот еще фрукт. И если Аня пошла в него…

- Она и пошла в него! - ощетинился Вадим, мешая отцу закончить фразу. – Но мне плевать. Понимаешь? Пле-вать! Я принимаю ее такой, какая она есть. Меня все в ней устраивает. Я кайфую от того, какая она есть!

- Угомонись уже, кайфовщик, - сквозь гул в ушах донесся до него отцовский голос. – Я не пытаюсь очернить ее в твоих глазах. Просто констатирую факт, что ее папаша…

- Да понял я. Он тебе не нравится.

Вадим не спрашивал. Он знал это наверняка. Видел. Чувствовал.

И даже не удивился, услышав в ответ сухое:

- Я этого не скрываю.

- Знаешь, я тоже от него не в восторге, - откровенно признался Вадим. – И меня можно понять - Гром устроил мне такой пламенный прием, что я вряд ли когда-нибудь его забуду. Но тебе-то он… чем не угодил?

Помедлив с ответом, отец поджал губы и недовольно проворчал:

- Пламенный прием он устроил не только тебе!

Вадим опешил, не зная, что и думать. Услышанное в голове не укладывалось.

- Да ладно? – он с сомнением уставился на родителя. – Серьезно?

- Серьезнее некуда! – отрезал тот. – Ворвался к нам в дом со своей свитой, как к преступникам. Всех без разбора мордой в пол положили. И охрану, и нас. Только женщин не тронули. Так и лежали мы с Яриком и Архипом, пока Громов с дедом твоим с глазу на глаз беседовал. Подумать только? Меня. Мордой в пол. В собственном доме! Как вспомню, аж кровь закипает!

Вадим вытаращился на отца круглыми от шока глазами.

- Как такое возможно? На каком основании?

Поразмыслив немного, отец разместился в ближайшем кресле и кивнул на противоположное со словами:

- Присядь. Немного введу тебя в курс дела.

Ведомый и гневом, и любопытством, Вадим нехотя подчинился.

- Ну, и?

- С вашим похищением вышла очень мутная история, - пояснил отец, вперившись в него нечитаемым взглядом. – Мы… не сразу поняли, что с вами случилась беда. Когда не обнаружили ни вас, ни твоей машины на парковке, решили, что вы с Аней просто захотели уединиться. Сбежали с праздника, чтобы побыть вдвоем. Твой дед был жутко недоволен вашей выходкой, но не удивлен. Мы спохватились лишь на следующий день. Когда ни ты, ни Аня не вернулись домой. Изучив записи с камер ресторана, мы поняли, что к чему. Неизвестный мужик вырубил вас электрошокером и увез куда-то на твоей машине. Ее нашли брошенной в паре кварталов от ресторана. Ближе к обеду со мной связались ваши похитители. Мне на электронную почту пришло письмо с зашифрованного IP-адреса. За тебя требовали выкуп. Сумму запросили космическую. Срок - неделю. К письму прилагалось фото. На нем парень и девушка, лежащие на полу какого-то фургона. Связанные. С мешками на головах. Мы узнали вас по одежде, но мне этого было недостаточно. Я хотел убедиться, что вы живы. В ответ потребовал от ублюдков не фото, а видео с вашим участием. С открытыми лицами. На записи ты должен был сказать что-нибудь из того, что известно только нам с тобой. Но… на этом все и закончилось. Никакого ответа мы от них не получили. На связь с нами больше никто не вышел. Сейчас я понимаю, что в тот момент вы с Аней сбежали. Это заставило преступников пересмотреть свои планы и пойти на попятную. Но тогда… было жутко. Единственная ниточка, связывающая нас с мразями, от которых зависели ваши жизни, оборвалась. Мы были в отчаянии. Все мы. Сложнее всего пришлось близким Ани. Их очень пугал тот факт, что выкуп запросили только за тебя. Нас это тоже напрягало. Аня не была их целью. Ее загребли с тобой за компанию и вполне могли… устранить за ненадобностью. Мы задействовали все наши связи, привлекли к поискам всех, кого могли. Полиция. МЧС. Волонтеры. Студенты вашего ВУЗа. И… ничего. Мы теряли и время, и надежду на ваше возвращение. Мы не знали, где вас искать. Не знали. Но в городе обшарили каждый подвал. Каждую подворотню. Сперва все шептались, что вас, вероятно, уже нет в живых. Потом начали убеждать нас в этом в открытую. Предлагали смириться и свернуть поиски. Но родные Ани тоже не сидели сложа руки. Все это время Ольга и Александр пытались связаться с Громовым. И напрямую, и через доверенных лиц. Но все усложнялось тем, что его не было в стране. Он не выходил на связь. Вернулся совсем недавно. А как только узнал о случившемся, все бросил и примчался сюда. Ольга в общих чертах обрисовала ему ситуацию. Рассказала про могилу сестры, про регулярные конфликты племянниц с тобой и твоими дружками. Вот он и взбесился, толком ни в чем не разобравшись. И заявился прямо к нам. За ответами. За расплатой. Церемониться с нами не стал по этой же причине. Мордой в пол, как котят сраных, и дело с концом. С нами разговаривать не счел нужным. Ладно хоть с дедом твоим общий язык нашел. Они смогли договориться и поиски продолжились. Я предполагаю, что в кулоне Анны был спрятан какой-то нанотехнологичный маячок. Потому что его местонахождение определили с точностью до нескольких метров. Со спутника. Мы охренели осознав, как далеко вас увезли. И не имели понятия, одни ли вы бродите в том лесу или вас удерживают вооруженные ублюдки. Поэтому Громов привлек к делу своих штурмовиков, местное МЧС и волонтеров. Но Аня потеряла кулон, чем серьезно усложнила поиски. Тем не менее, все закончилось хорошо. А это самое главное.

- Выходит, вы не нашли ни организаторов, ни исполнителей похищения? – удрученно прохрипел Вадим, закипая от злости. – Эти черти на свободе?

- Это ненадолго, - мрачно оскалился отец. – Подозреваемые у нас есть. Нет прямых улик и доказательств. Но опять же, это вопрос времени. Найдем, сынок. Все найдем. Тем более, Громов взял это дело под свой личный контроль. И как бы хреново я к нему ни относился из-за той выходки, не могу отрицать очевидных вещей - у него действительно большие возможности и связи. Я навел справки. Информации о нем маловато, почти все закрыто. Но того, что есть в общем доступе достаточно, чтобы понимать, с кем имеешь дело. Он ФСБ-шник. Одно из важнейших лиц этой структуры. И в свои годы уже при генеральском звании. А это редкость. Большая. Такой человек найдет, кого угодно, сын. И накажет так, как сам нужным посчитает.

Вадим молчал, обдумывая услышанное. Затем сухо поинтересовался:

- Кого вы с дедом подозреваете?

Отец устало потер переносицу и презрительно выплюнул:

-Тех, кто положил глаз на наш завод. Неспроста же похитители запросили такую сумму выкупа, которую мы не смогли бы собрать без его продажи.

Не испытывая восторга от услышанного, Вадим напряженно кивнул. Версия отца не стала для него открытием. Он и сам считал точно также. Но на душе от этого легче не становилось. Теперь их ближайшее окружение казалось ему максимально отвратительным, лицемерным и насквозь прогнившим. Кто эти люди, возомнившие себя бессмертными? Друзья? Партнеры?

Или все же… гиены, готовые идти по головам ради наживы? Мерзко! Мерзко до тошноты!

Брезгливо скривившись, Вадим процедил сквозь зубы:

- О-о-о! Я почти уверен в этом!

Отец заинтересованно прищурился.

- Ты узнал что-то полезное, пока был в плену?

- Типа того.

- Выкладывай! – прозвучало нетерпеливо.

Вадим неопределенно пожал плечами и пояснил:

- Я слышал разговор двух похитителей. Они должны были удерживать нас с Аней до тех пор, пока мои родные не примут условия их заказчика, и не подпишут все необходимые документы. Думаю, речь шла о нашем заводе.

- Похоже на то, - губы отца сжались в тонкую линию, брови сошлись на переносице. – Схема распространенная, к сожалению. С помощью шантажа человека вынуждают продать прибыльный бизнес подставной компании-однодневке. Затем «перепродают» его какому-нибудь иностранцу, чтобы концов не нашли, если жертвы ослушаются и рискнут в полицию обратиться. А деньги, потраченные на покупку, возвращаются им же в качестве выкупа. И получается… очень грамотный развод на бабки. Бизнес достается ублюдкам почти бесплатно. Судя по всему, с нами хотели провернуть нечто подобное. Но вы своим побегом смешали им все карты.

- Угу, - подтвердил Вадим. – И я ни капли не жалею об этом. Они не собирались нас отпускать. Потому и увезли так далеко. И лица не прятали.

Отец утробно зарычал, стиснув кулаки. В его потемневшем взгляде вспыхнула ледяная ярость.

Но он мгновенно взял себя в руки и произнес:

- Вот как? Значит, ты видел их? И сможешь узнать?

Вадим задумался, воскрешая в памяти образы преступников.

- Вблизи я видел только двоих, - подытожил с легким раздражением в голосе. – Того, с которым дрался сам, и того, которого вырубила Аня. Но, да. Узнаю.

- Хорошо. Очень хорошо.

- Они всего лишь исполнители. А заказчики, если верить Генке…

- А заказчики – не твоя забота, сын! – отрезал отец стальным тоном. – С ними мы разберемся без тебя. Ты отдыхай. Сил набирайся. С тебя достаточно.

- Как скажешь, - не стал спорить Вадим. – Только знай, что всегда можешь на меня рассчитывать. И если я смогу чем-то помочь в этой войне…

- Я учту! – улыбнулся отец, хлопнув его по плечу. – Идем. Я голоден. Самое время нам хорошенько подкрепиться. Да и нас, наверное, уже заждались.

В гостиной к тому времени и впрямь собралась вся семья. Архип вместе с бабушкой и Леськой расположились на диване. Дед – в кресле напротив. Дядя Ярик стоял у окна и отрешенно смотрел на улицу. А тетя Нина, нервно вышагивая из стороны в сторону, спорила о чем-то со всеми сразу. Но стоило Вадиму в компании отца появиться в гостиной, она резко замолчала и заняла соседнее с дедом кресло. Леська подвинулась и нежно улыбнулась Вадиму:

- Иди ко мне, братишка. Хоть пообнимаюсь с тобой.

Надменно фыркнув, Вадим плюхнулся на диван рядом с ней.

Заключив сестру в ленивые объятия, окинул взглядом родных и поинтересовался:

- Чего у вас лица такие кислые? Что-то еще стряслось?

- Да, нет, - криво усмехнулась Леська. – Просто…

- Кое-кто из наших близких считает, что мы уже довольно взрослые для того, чтобы потрудиться на благо семьи, - с легкой иронией в голосе перебил ее Архип. – И пора бы всем нам… создать собственные семьи.

- Угу, - подхватила Леся. - Только создавать их нужно с умом. С выгодой. С очень большой выгодой. А так как сами мы на это неспособны, дураки пустоголовые, то нам с радостью помогут в выборе партнеров. А те помогут нашей семье еще больше укрепить свои позиции в обществе, заручиться новыми связами и расширить бизнес. И о любви тут… даже речи не идет.

С трудом сдерживая гнев, рвущийся наружу, Вадим зло зыркнул на деда.

Но каким же было его удивление, когда вместо него заговорила тетя Нина.

- Не нужно переиначивать мои слова! – шикнула она на своих детей. – Я лишь забочусь о репутации нашей семьи, которая сильно пострадала в свете последних событий. И пока наша фамилия еще имеет в обществе хоть какой-то вес, нужно действовать. Иначе достойной партии никому из вас не видать. Ну… кроме Вадимки, конечно же. В отличие от вас, он давно подстраховался и почти помолвлен. Кстати, Вадим! – тетя посмотрела на него в упор. – Ты бы позвонил своей девушке. Она места себе не находит. Переживает за тебя.

Он недоуменно вскинул брови, удивленный заявлением тётушки.

- Позвоню, конечно, но с чего бы ей переживать? – буркнул настороженно. - Аня прекрасно знает, что я дома. Со своей семьей. В безопасности. Или…

- Да при чем же тут Аня? – театрально охнула тетя Нина, прерывая его на полуслове. – Я вообще-то о Ксюше говорю! О твоей Ксюше!

Вадим резко отстранился от Леськи и скрестил руки на груди. Закрылся.

Только сейчас понял, что со дня похищения он не думал о ней ни разу. Даже не вспоминал Полозову. Ей больше не было места в его мыслях, жизни. Ни в качестве друга, ни уж тем более, девушки. Возможно, это жестоко и цинично с его стороны. Возможно, он и впрямь херовый человек. Но… с самим собой Вадим был предельно честен. Романтических чувств к Ксюхе у него не осталось. Дружеской привязанности, как ни странно, тоже. И даже, вины за это Вадим не чувствовал. Только облегчение. Ну и некоторую благодарность.

- У тебя устаревшая информация о моей личной жизни, тетя, - сухо бросил он ей, всем своим видом демонстрируя раздражение от этого разговора. – Я теперь с Аней. Ксюха и наши с ней отношения осталась в прошлом.

- Что значит, в прошлом? – чуть ли не взвизгнула тетушка. – Это шутка такая? Расстались? Поверить не могу, что ты ее бросил после всего, через что вы прошли вместе! Она столько лет рядом с тобой была! Поддерживала. Любила. От кровати твоей больной матери не отходила! А теперь ты берешь и так легко меняешь ее на другую? Аня… Нет, я понимаю. Девочка эффектная. Дерзкая. На весь мир известная. Ее хотят заполучить многие. Но Ксюша, есть Ксюша. Она знает о тебе все. Вкусы. Предпочтения. Желания. Никто не удовлетворит твои запросы лучше нее. Понимаешь, о чем я? Не будь дураком, Вадим! Сделай правильный выбор. Не поступай с девочкой по-свински. Вернись к ней. Скажи, что все переосмыслил, пока находился в плену. Мы не хотим видеть рядом с тобой Аню и ее… ну очень странноватых родственниц! Мы не хотим видеть рядом с тобой никого, кроме Ксении!

Вадим и сам не понял, как оказался рядом с тетей. Как скалой навис над ней и до хруста костяшек стиснул резные локотники кресла, вынуждая ее рефлекторно вжаться в мягкую спинку. Наверное, со стороны он выглядел окончательно слетевшим с катушек, раз тетя Нина так сильно испугалась.

Она тяжело дышала, глядя на него снизу вверх круглыми от шока глазами.

Явно пытаясь снизить градус напряжения, вмешался дядя Ярик.

- Кто это, мы?! – хлестанул он ледяным тоном. – Я не ослышался? Ты смеешь говорить подобные вещи от моего лица? От лица всей нашей семьи?

Однако, на своего мужа тетя никак не отреагировала. Похоже, она его даже не услышала. Все ее внимание сосредоточилось на Вадиме и ему это было только на руку. Глядя на нее в упор, с превосходством, он твердо произнес:

- Тетя, я благодарен тебе за брата и сестру. Уважаю, как члена нашей семьи. Но в наставлениях твоих не нуждаюсь. Разберись сперва со своей личной жизнью. Она у вас с дядей… далека от идеала. Но при этом ты сидишь тут и указываешь, как мне жить. Кого любить. Знаешь, это лишнее. Остановись. Ты ничего этим не добьешься. Я все равно сделаю по-своему. И буду с той, с кем хочется мне, а не всем вам! Потому что все вы не знаете, что и к кому я чувствую. И кого мне кайфовее в кровать укладывать, тоже знать не можете. Это знаю только я. И прогибаться под чужие хотелки не собираюсь. Аня моя! Я никого не прошу ее любить. Но уважать мою девочку придется! И ее близких тоже. Будь эти люди хоть трижды странными, они ей все равно дороги. Поэтому…

Вадим внезапно осекся, почувствовав нечто волнительное и приятное до дрожи. В груди страшно пекло и громыхало. А внутренности скручивались тугим клубком, как перед прыжком с тарзанки в пропасть. И все же он озадаченно нахмурился, потерянно озираясь по сторонам. Ощущения были ему хорошо знакомы. Его организм выдавал подобную реакцию, когда где-то рядом появлялась…

- Аня? – тихо обронил Вадим, опасаясь за сохранность своего рассудка.

Ведь находиться здесь и сейчас она просто не могла. Или…?

Ведомый не то интуицией, не то… хрен знает, чем, он метнулся к большому панорамному окну, из которого открывался обзор на внутренний двор и прилегающую к нему парковку. Предчувствие его не обмануло. Почти в ту же секунду распахнулись ворота и на территорию дома въехало два черных джипа, на которых обычно передвигалась служба безопасности их деда. Ничего странного на первый взгляд. Вот только прибыли его безопасники не одни, а в компании Стекловых. И прямо сейчас мужики сопровождали всех троих в сторону дома.