Глава 15 Карта

Макс

Как только из дома вышли люди, по улице прокатилось мощнейшее поисковое заклятие. Будь мы на земле, нас бы отыскали в два счета.

Пока Раженская наблюдала за происходящим, я отвечал за нашу безопасность. А когда все закончилось, и мы убрались с того переулка, напарница в подробностях поведала увиденное.

— И что же мог привезти владелец кондитерской? — задумчиво проговорил я, наблюдая за тем, как солнечные лучи окрашивают горизонт в светлые тона.

Похолодало. Клара шла впереди, обняв себя и растирая руки от плеч до локтя. Жаловаться — не в ее характере. Когда остальные девушки ныли, желая свалить часть своих проблем на чужие плечи, Раженскую надо было еще заставить довериться и положиться на тебя.

— Пирожные и булочки к чаю? — усмехнувшись, предположила напарница.

— Ночью? — Я остановился, засунув руки в карманы перепачканных штанов, которые еще не успел привести в порядок.

— Ну, может, они их только испекли? — Клара задумчиво поджала губы. — Ладно, согласна, звучит неубедительно. Он явно боялся, что его могут увидеть. Озирался по сторонам так… будто совершал преступление. Чего не скажешь о тех, кто вышел из дома. Они были слишком спокойны.

— Да. Так и есть. — Морозный утренний воздух забирался в легкие, пробуждая и будоража сонный разум. С того момента, как браслет-артефакт оказался на моем запястье, я ценил каждый свободный вдох, дорожил каждым мигом рядом с Раженской. И я уже запутался, было ли это влиянием артефакта, или же моими собственными чувствами. — Надо отправить отчет начальству, и еще… похоже, один ноль в твою пользу.

— Ты о чем, Дарлинг?

— Твоя идея проследить за зданием ночью оказалась успешной.

— Ты меня хвалишь? — иронично спросила она, хитро улыбаясь.

— Может быть, — кивнул я. — Ладно, я зайду за тобой в обед. Выспись перед встречей с той парочкой из кондитерской.

— Ты куда? — Раженская резко остановилась.

— По делам. Хочу кое-кого навестить. — Я повернулся к ней спиной, собираясь уходить.

Когда ладонь Клары легла на мое плечо, я совсем не удивился. Она ненавидела быть в отстающих.

— Если твои дела касаются нашего задания, то я с тобой.

— Ты уверена? Я могу один. Твое присутствие не требуется. — Возбужденная ночными событиями, она даже не понимала, как легко попалась на крючок. Каждая минута рядом с ней позволяла мне надеяться, что следующие сутки пройдут без адской боли в груди. — Я все могу сделать сам.

Бровь Клары вызывающе изогнулась, показывая, что мое предложение не пришлось ей по душе. Я едва заметно улыбнулся, молчаливо сдаваясь.

— Идем, — бросил, двинувшись вверх по улице.

***

Клара

— Куда именно мы идем? И зачем? — запоздало спросила я. Хватило одного взгляда на Макса, чтобы заподозрить подвох. Но уйти сейчас означает сдаться.

— Навестить давнего друга. Он может достать старые карты города.

— И чем нам помогут эти карты? — Я вновь раздражалась.

Почему мне приходится клещами вытаскивать из него информацию?

— Увидишь. — Ответ Дарлинга лишь подлил масла в огонь.

— А ты не подумал, что он еще спит? — спросила я, боковым зрением отмечая мусор на городских улицах: обертки от чего-то и несколько бутылок из-под медовухи у входа в трактир.

— Вряд ли. Скорее всего, он еще не ложился. — Макс прибавил шаг, давая понять, что разговор окончен. А я не стала допытываться. Эта ночь выдалась слишком насыщенной, чтобы тратить силы на пустую грызню.

Высокий дом с острой крышей и фигурным козырьком явно намекал, что хозяин его весьма богатый человек. Металлические наполированные выступы окон сверкали на солнце, а красный кирпич выглядел бордовым из-за прошедшего ночью дождя.

Дарлинг остановился у крыльца и, бросив быстрый взгляд на меня, поднялся по ступенькам. Спустя секунду он заколотил кулаком в дверь, напрочь игнорируя висящий над ней колокольчик.

Я поднялась следом, замерев на ступеньку ниже, и сделала вид, что изучаю окрестности. Хотя второе кольцо города я знала как свои пять пальцев, и прямо сейчас мы находились в районе, где жили зажиточные граждане.

Входная дверь неожиданно распахнулась, явив горничную средних лет в чепчике. Стоило женщине увидеть Дарлинга, на ее лице отразилось узнавание.

— Доброй… — Макс осекся, вспомнив, какое сейчас время суток. — Доброго утра. Я к Фредерику. Полагаю, он не спит?

Я бросила острый взгляд на напарника.

— Это какой именно Фредерик?

— Мой друг, — бросил он в ответ.

— Какой именно друг? — Я грозно повернулась к Дарлингу и тихо продолжила: — Новый? Старый? Или это идиот Фредерик Крембер? Ты уточни, пожалуйста, будь добр.

Но уточнений не требовалось, одного взгляда на Макса хватило, чтобы понять: я попала в точку. Лишь то, что я сама увязалась с ним, уберегло Дарлинга от моего гнева.

Вдруг из глубины дома раздалось осуждающее цоканье, и горничная посторонилась, сохраняя при этом абсолютно бесстрастное выражение лица.

— Как некрасиво плохо отзываться о человеке, к которому пришли в гости. Впрочем, дорогая Клара, я не удивлен.

Я сощурилась, наблюдая за человеком, щеголявшим в трусах и халате, что был даже не запахнут. Черные волосы спускались до плеч и слегка вились, будто всегда были мокрыми. Он наверняка укладывал шевелюру специальными зельями.

Фредерик Крембер, парень, учившийся на два года старше нашего курса, был одним из друзей Дарлинга. По крайне мере, именно так это выглядело со стороны. И он самый неадекватный человек, которого я когда-либо встречала. Не считая самого Макса в определенные моменты жизни.

— Оденься, — строго бросил Дарлинг, заходя внутрь.

— Я у себя дома, хожу в чем хочу, — нараспев отозвался Фредерик. Он всегда так разговаривал, отчего при первой встрече люди терялись в догадках: он сонный или просто пьяный? Последняя версия тоже могла быть верной, но основная причина в том, что Крембер по жизни придурковатый. Кстати, академию он не окончил. Его отчислили в конце четвертого курса, и вовсе не из-за неуспеваемости.

— Фредерик, — тяжело произнес Макс, тем временем ожидающе глядя на меня. Вздохнув, я вошла внутрь — хозяин дома все же соизволил запахнуться. Еще бы свои волосатые ноги спрятал, вообще бы цены не было.

Внутреннее убранство тоже кричало о богатстве: красное дерево на стенах, лепнина на потолке, толстый пушистый ковер с узорами под ногами и антиквариат вместо мебели. И это всего лишь прихожая.

Комнаты тонули в полумраке, словно хозяин не переносил солнечный свет подобно чудовищам из легенд.

— Ладно, идемте. Не просто так же пришли, да еще и вдвоем. — Фредерик выразительно посмотрел на меня, и в его черных глазах заплясали дьявольские огоньки. Неспешно повернувшись, он приблизился к лестнице и стал спускаться.

— Ты можешь подождать снаружи, — с серьезным выражением лица предложил Дарлинг, проходя мимо.

— Нет. — Вот уж останавливаться на полпути я не собиралась. Макс пожал плечами и ступил на лестницу, ведущую на нулевой этаж. Подавшись вперед, я ухватила его за рукав, заставив обернуться. — Мы можем ему доверять?

— Ты — нет. Я — да. Поэтому лишнего не болтай.

— Вы там долго? С каких пор вы так близки? Макс, моя сестра будет ревновать. — Фредерик стоял в самом низу, придерживая открытую дверь. Посмотрев на меня и развязно улыбнувшись, он загадочно добавил: — Впрочем, как и я.

Я покачала головой, мысленно отправляя его в дальние дали. Дарлинг же с самого появления друга посерьезнел, будто пожалев, что взял меня с собой.

Макс продолжил спуск, и когда достиг Фредерика, что-то прошептал тому на ухо. Настолько тихо, что даже я, находившаяся достаточно близко, ничего не расслышала. На лице хозяина дома промелькнула тень, и он на некоторое время замолчал. Но, к моему глубочайшему сожалению, длилось это недолго.

Комната, в которую мы попали, чем-то напоминала спальню. Только вместо кровати — возвышение с подушками, на котором могли разместиться не меньше восьми человек. В шкафчике у стены за прозрачными дверцами стояли бутылки с самым разным алкоголем. Картины на стенах завораживали и даже меня едва не вогнали в краску. Несложно было узнать обстановку, в которой оказались изображены три голых девушки вкупе с хозяином дома.

После созерцания произведений искусства я совершенно по-новому посмотрела на огромное лежбище. Не хотелось даже думать о том, что происходило здесь. Извращение какое… А я ведь уже давно не страдаю излишней скромностью.

— Присаживайтесь. — Фредерик широким жестом указал на диван, стоявший в центре. Я брезгливо покосилась на него и осталась на ногах. Крембер, заметив мою реакцию, добавил: — Клара, ты, как всегда, ужасно очаровательна.

— Знаешь, Фредерик, из твоих уст это звучит как ругательство, — заметила я. Дарлинг тем временем, проигнорировав диван, взял за спинку стул, ютившийся у стены.

— Возможно, ты права. Когда вижу тебя, разрываюсь от противоречивых чувств.

— И каких же? — бездумно поинтересовалась я.

— Унизить, причинить боль или раздеть? Последнее желание пока выигрывает, ты похорошела за последние годы. — Неотрывно смотря на меня, Фредерик отпил из бокала, который неведомым образом оказался в его руке.

Я до зубовного скрежета сжала челюсти, прекрасно понимая, чего Крембер добивался. Моего срыва, слез, любых эмоций. В первые годы Дарлинг действовал примерно так же, хотя до грязных предложений почти никогда не опускался. И теперь где-то на задворках моего сознания возник страх — вдруг Макс поддержит друга, и они оба посмеются надо мной, как в старые добрые времена.

***

Макс

— Фредерик, я вколочу ножку от этого стула в твою глотку, если не заткнешься. — Я остановился рядом с Раженской.

Поначалу отличная идея взять Клару с собой теперь таковой не казалась. Былые шуточки теперь воспринимались не просто детской шалостью, а жестокими проступками. Сны, посещавшие меня благодаря артефакту, заставляли вспоминать все до мелочей.

Чувствуя, как в груди пылает тугой шар магии, распаляясь и прося привести угрозу в действие, я поставил стул за спиной удивленной Раженской. Надавив ладонью на ее плечо, заставил сесть.

Крембер, несмотря на всю свою сумасбродность, всегда понимал, когда я шучу, а когда со мной лучше не связываться. Он тяжело сглотнул, дернув кадыком, и перевел дух.

— Ладно, забираю свои слова назад. Извини, Клара. — Фредерик исподлобья смотрел на меня. — Не думал, что твое положение так изменилось. Вы и правда близки.

Раженская напряглась под моей ладонью.

— Мы сотрудничаем, — отозвалась она. — Не надо домыслов.

— Что ты, какие домыслы? — Фредерик склонился и, нашарив на полу открытую бутылку, продолжил: — Так зачем ты ко мне пришел, дорогой друг?

Крембер наполнил опустевший бокал.

— Я знаю, что у тебя есть карта города.

— Она и в городских лавках продается, — легкомысленно ответил он. Но по застывшему на мгновение лицу стало ясно, что Фредерик прекрасно меня понял. — Могу проводить.

— Давай не будем ходить вокруг да около. Мне нужна не обычная схема улиц. Достань карту со всеми подземельями, новыми и старыми. Я знаю, что подпольные торговцы создали сеть коридоров, что распространилась даже за пределы города.

— Раз знаешь, тогда зачем тебе я? — скривился Фредерик. — Никто не любит крыс. Я ей быть не хочу, Макс. Подобной информацией мало кто владеет, и она быстро устаревает.

— Вот именно. Они как кроты — постоянно создают новые ветки и защищают их так, что отследить практически невозможно. Разве что самим начать капать.

Если улицы столицы прекрасно охранялись, то творившееся под землей тяжело было контролировать. Под ногами развернулся целый город, уродливая копия того, что находился на поверхности.

Хотя на самом деле там царило куда больше порядка, чем могло показаться на первый взгляд. Обитателям подземных коридоров было на руку избирательное внимание стражи, которое обязательно обострится, если вспыхнет беспредел.

— Неплохой вариант, — залпом осушив бокал, отозвался Крембер. Он принадлежал к тому типу людей, что вмиг наглели, если вовремя не поставить их на место.

— Но не лучший, — тяжело посмотрел я на Фредерика. — Не заставляй меня просить дважды, друг.

Раженская странно притихла, не вмешиваясь в наш разговор. Совсем на нее не похоже.

— Ладно-ладно. — В голосе хозяина дома звучало неприкрытое недовольство. Он скривился, на секунду отведя взгляд, а потом взметнул указательный палец вверх и заявил: — Но ни одна живая душа не должна узнать, о моей помощи.

— Естественно.

— Ну-ну. Думаешь, я не знаю, что ты служишь империи? — На его устах появилась мрачная улыбка.

— Фредерик, меня радует, что о твоих тайнах я знаю намного больше, чем ты о моих.

— Предусмотрительный сукин сын. — Он прошипел это с восхищением, будто делал комплимент, вновь наполняя бокал. — Твой отец, наверное, рвет и мечет. До сих пор помню ту пощечину. Из-за его кольца у тебя все лицо было окровавлено.

Крембер бросил взгляд на Клару. Видимо, последние слова предназначались для нее. Решил потешиться напоследок, сообщив о моем унижении.

— Да, было дело. Так когда добудешь карту?

— Какие сроки? — деловито осведомился Фредерик.

— Так быстро, насколько возможно.

— Через сутки подойдет?

— Давай вечером.

— Ты слишком многого от меня требуешь.

— Я не прошу ничего невыполнимого. Просто у тебя будет меньше времени, чтобы проспаться, — заметил я, выразительно глянув на изрядно опустевшую бутылку.

— Ладно, — вновь недовольно скривившись, согласился Крембер.

— Заранее благодарю за помощь. Мы пойдем. До вечера. — Я дождался, пока Раженская поднимется на ноги. Напарница выглядела задумчивой, а я уже предвкушал поток вопросов, что посыплется на меня, когда мы выйдем на улицу.

— Клара, — окликнул ее Фредерик. Она обернулась. — Если захочешь развлечься, заходи в гости. Двери моего дома всегда открыты для тебя.

— У нас разные представления о развлечениях, Фредерик.

— Да не такие уж разные… — негромко протянул Крембер.

Когда Клара вышла на лестницу, я обернулся, рефлекторно прокрутив перстень на пальце.

— Надеюсь, не стоит упоминать, что наш визит должен остаться в тайне?

— Естественно, Макс. Мне это так же невыгодно, как тебе. Вот только интересно, зачем это все? И с каких пор ты ходишь с Раженской за ручку? Терпеть же ее не мог.

— Любопытство не порок, Фредерик.

— Значит, не скажешь? — Он понял меня с полуслова.

— Нет. — Я вышел из комнаты и начал подниматься по ступеням. Раженская дожидалась меня у раскрытой входной двери в красноречивом молчании.