Глава 14 Слежка

Клара

Серебряное лунное око, словно вечный стражник, наблюдало за столицей империи, что даже в позднее время не была погружена во тьму.

Запахнувшись в черный облегающий плащ, я шла по улице, держась стен домов. Прохожие попадались нечасто, что неудивительно для трех центральных благополучных районов, где жили все состоятельные люди и останавливались приезжие. Именно там в основном концентрировалась городская стража, и улицы были забиты народом днем и вечером.

Оставшиеся же два кольца, словно укрытые тьмой и пороком, наоборот, оживали с наступлением глубокой ночи. Под вуалью тьмы скрывались мастера, промышляющие продажей запрещенных артефактов; зельевары, яды которых отбирали жизнь, едва коснувшись кожи; воры, женщины, продающие себя за монеты, и наемные убийцы, куда без них?

Почему столько грязи в столице империи? Где есть свет, отыщется и мрак. Вообще с преступностью боролись, и еще как. Только по ту сторону тоже не глупые люди. Ходили слухи: под самим городом раскинулись тоннели, где и вершилась львиная доля всех злодеяний.

Организация, за которой мы собирались наблюдать, выбрала здание в хорошем районе, не поскупилась. Поэтому с наступлением ночи здесь царила тишина. Оглядевшись, я заметила в одном из окон артефактной лавки свет — неяркий, мерцающий, будто от свечки.

В который раз я почувствовала ненавязчивый тычок интуиции. Я чувствовала нутром, что Дарлинг что-то скрывал, и сейчас подозрение лишь укрепилось. Кстати о Максе… Где нелегкая его носит?

Осмотревшись, я вновь ушла на соседнюю улицу, чтобы случайно не привлечь чье-нибудь внимание до встречи с Максом. Все же заклинанием владел он, а не я.

Прислонившись к стене спиной, я сложила руки на груди и принялась наблюдать за мигающим фонарем, стекла которого усыпали мелкие капли прошедшего недавно дождя. Небо уже распогодилось, и можно было любоваться звездами.

И о чем болтал этот безумец в таверне? Жить вместе? А он уверен, что нам это поможет? Я совсем нет. Порой, когда я видела Дарлинга, кровь сама собой закипала в жилах. Но он прав: мы взрослые люди и должны с этим что-нибудь сделать.

Внезапно меня словно поводком потянуло в сторону, и я, привыкшая доверять интуиции, обернулась.

Ничего. Пустота. Все та же безлюдная улица.

— Макс? — рискнув, позвала я.

***

Макс

У стены стояла тонкая изящная фигура. Плащ облегал тело Клары словно вторая кожа, обнажая все изгибы. Но я знал, какая сила скрывалась за этой обманчивой хрупкостью.

Почему же я наблюдал за ней в тени? Может, потому что она красива? Хотя я и раньше это замечал.

Артефакт на запястье запульсировал, испуская едва ощутимые магические волны. Сердце пустилось вскачь вслед за ним. Раженская обернулась, и на ее лице отразилось смятение.

— Макс? — Вот это уже было странно. Она оглядела улицу, а я шагнул в сторону, позволяя себя заметить. На лице Клары отразилось облегчение.

— Да? — Я направился к ней.

— Ты почему прячешь? — шепотом возмутилась напарница, отходя от стены.

— Я не прятался. Просто ты обнаружила меня раньше, чем я позвал тебя.

Она недоверчиво сощурилась, но продолжать разговор об этом не стала и перешла сразу к делу, поделившись результатами наблюдения. Я позволил себе лишь улыбку, умолчав о том, что видел, как она осматривалась. Раженская разозлится. Причем дважды. Сначала на меня, а потом на саму себя за то, что не заметила.

— Дарлинг, ты слушаешь?

— Конечно. Ты предложила подойти к зданию с другой стороны и пронаблюдать за вторым входом. Я похож на глухого, Раж?

— Не называй меня так. Мне просто показалось, что ты задумался.

— Так и было, — не стал отрицать я, усмехнувшись.

Она поджала губы.

— Так ты согласен?

— Можно сказать да.

— Можно сказать?

Я поднял руки, будто сдаюсь, и склонился к ней:

— Сегодня уступаю роль лидера тебе. Наслаждайся.

Раженская вздохнула и внезапно подняла голову, так что наши носы едва не соприкоснулись.

— Давай серьезней. Сам понимаешь, мы здесь не развлекаемся.

Клара была права. Но и я в шутки не играл. Я не беспечный идиот и прекрасно понимал, что при любой незначительной ошибке не только чужие жизни будут на кону, но и наши собственные. Я держал ситуацию под большим контролем, чем казалось со стороны… Большим, чем могла увидеть Раженская.

Первое впечатление обманчиво. Да и второе и третье тоже. Какое же верное? Четвертое — сумма всех предыдущих.

— Ладно, я тебя понял. Веди.

Клара безмолвно вышла из тени и двинулась по улице, чтобы окольными путями обойти здание. Я же направился следом, изображая повиновение.

Согласно информации, что мы получили с заданием, организация вела дела законно — была зарегистрирована в местном управляющем участке, налоги не платила, так как, согласно документам, существовала на благотворительные взносы участников, и проверку магической составляющей избежала ввиду ее отсутствия. В нашем мире, где две смерти из трех случались из-за неосторожного использования заклятия, все заведения, работавшие с колдовством, проходили специальную аттестацию.

С первого взгляда с этим заведением было все гладко, если не считать смертей и пропавших людей, разумеется. Также несколько раз в неделю к зданию приезжала карета с грузом. Стража проверила одну из них и не нашла ничего необычного — лишь продовольствие. Свет в окнах потухал словно по расписанию, примерно в десять вечера, и после этого здание никто не покидал. Следовательно, либо кто-то жил там постоянно, либо… уходил иным путем, неизвестным нам. И у меня были соображения на этот счет.

— Откуда ты узнал о том цветке, из которого изготавливают дурман? — Мы находились еще достаточно далеко от цели, чтобы позволить себе пустые разговоры.

Алая нить, что связывала меня с Раженской, натянулась, словно вот-вот порвется, но ощущение было обманчиво. Магии в артефакт влили столько, что никакое заклятие нить не перерубит.

— В поместье моего отца умерла горничная.

— Никогда не понимала людей, что сами идут навстречу смерти. — Клара осуждающе покачала головой.

— Ну, мы сами творцы своей судьбы.

— Дарлинг, когда ты философствуешь, создается впечатление, будто ты гораздо умнее, чем кажешься.

Мы обходили здание по широкому кругу, пока не приближаясь к нему. Торговая улица, которая днем пестрела прилавками и вывесками, в это время суток почти опустела. Лишь редкие уличные актеры, уже закончившие поздние выступления, собирались домой.

— Ты ведь сама знаешь, что не права. Я не умнее, чем кажусь. Я сообразительнее многих.

Признание своих достоинств — это признание себя. Какой прок от лишней скромности? Это лишь бесполезная попытка слиться с серой массой.

— Возможно, — неожиданно согласилась Клара.

Я усмехнулся. Мы переглянулись, и на миг меня снова посетило то чувство взаимопонимания, что возникло в лечебнице. Клара резко отвернулась, смутившись, а я неожиданно ясно осознал — мы сработаемся. Не просто сработаемся, а станем лучшими.

Чертова насмешка судьбы, а артефакт, похоже, кое в чем прав!

***

Клара

Сова летала высоко в небе. Похожая на сгусток пламени, Луна беспорядочно парила над городом. Приближаться к объекту наблюдения ей было опасно и слишком рискованно.

Благодаря Дарлингу мы отыскали прекрасное место для слежки — открытый балкон в соседнем доме, который вплотную теснился к зданию организации. Достаточно было протянуть руку, чтобы дотронуться до окна напротив. Только делать этого не стоило — в деревянной раме торчали защитные магические амулеты наподобие тех, что использовали в воздушных кораблях для полета.

Балкон был узким и маленьким, и я собиралась оставить Макса и подыскать место получше, но он воспротивился.

— Почему, думаешь, никто из стражников ничего не обнаружил, Раженская? — Дарлинг пронзительно посмотрел на меня своими карими глазами.

— Их отыскали первыми?

— Умничка.

— Не веди себя как магистр, — поморщилась я.

— Я и не веду. — Он пододвинулся ближе. Мы словно сидели не на балконе, а в узкой норе. Макс уже использовал заклятие тишины, иначе наши копошения уже давно бы привлекли внимание. Благо еще, повидавший виды дом ссыпался от старости, и в каменном ограждении обнаружилась дыра.

Хотя слишком все гладко складывалось… Такое чувство, будто Дарлинг наведался сюда гораздо раньше и все подготовил.

— Но, если захочешь, могу многому тебя научить, — продолжил он.

— Чему же? — Я извернулась, устраиваясь поудобнее. — Трещины в стенах проделывать? Ты вандал, Дарлинг.

Я не представляла, принесет ли ночная слежка пользу, или мы просто зря тратили время. Но работа следователя порой и заключалась в подобных наблюдениях в надежде на удачу. Правда, в последние дни везение слишком часто благоволило нам.

Макс криво улыбнулся, похоже, удивившись моей догадливости.

— Так ты считаешь, что у них есть сильный маг?

Тьма ночного города обратилась красным спектром, и я увидела крыши домов, сложенных в хаотичную мозаику. Луна летала достаточно высоко, чтобы не привлечь внимание. Используя духа, я не могла наблюдать напрямую за зданием организации, но смотреть за ближайшими улицами — вполне. Вдруг замечу что-то подозрительное.

— Да, наверняка. Кто-то обстоятельно занимается защитой дома, и это не обычный наемный маг.

— Ясно. Они очень осторожны.

— Да.

Я прислонилась затылком к прохладной стене, все еще видя иную, алую, реальность. В подобные моменты я была как никогда уязвима. Используя зрение Луны, я не замечала ничего вокруг себя. В какой-то степени мы с Дарлингом были похожи. Мне тоже требовался кто-то способный прикрыть спину, пусть эта потребность и не казалась такой очевидной, как у напарника.

Мы погрузились в молчание, окруженные звуками ночи. Временами я шевелила руками и ногами, потому что тело затекало. Макс оставался рядом. Я слышала его дыхание, чувствовала тепло и, будучи практически слепой, поначалу сильно нервничала, но уже через час его присутствие приносило в основном спокойствие.

Я подобралась, когда увидела темно-красное пятно, движущееся по дороге в нашу сторону.

— К нам едет карета, — прошептала я.

— Большая? — приблизившись ко мне вплотную, едва слышно спросил Макс.

— Кажется, да. Она не пассажирская, грузовая. И двигается с внешних колец города, не с центра. И… на ней иллюзия. Не могу разобрать какая.

— Ты видишь сразу сквозь нее? — В голосе Дарлинга возник интерес. Обычно иллюзии не отличить от реальности, но у каждого заклятья есть исключения.

— Я не вижу — Луна видит. — Прямо сейчас я раскрывала Максу один из секретов, которые тщательно хранила. Все же козыри надо держать в тайне. — Она различает реальность и магию.

— Значит, тебе не надо применять сканирующие заклятья, чтобы обнаружить колдовство?

— Верно, — скрепя сердце подтвердила я. — Но у всего есть минусы. Во-первых, дух очень заметный, и я больше не могу следить за каретой. Во-вторых, я вижу лишь очертания и зачастую не могу определить свойства магии. В-третьих, завтра меня будет мучить ужасная головная боль, от которой ни одно целительское зелье не поможет.

— Раженская…

— Да?

— Все чаще я думаю о том, что мне повезло с напарницей, — неожиданно озвучил он мысль, посетившую и меня. Сердце пропустило удар, а в горле пересохло. Я удивилась.

Хотела что-нибудь сказать, но послышался скрип приближающейся кареты и негромкие голоса внизу. Кто-то вышел из здания.

Я вернула человеческое зрение и в первые несколько секунд хлопала глазами, заново привыкая к картинке. Дарлинг сплел пальцы в замок и шептал заклятия, навешивая на балкон новую защиту. Напряженное лицо не выражало эмоций — Макс был слишком сосредоточен. Пододвинувшись ближе, я посмотрела на улицу, используя проделанное ранее отверстие.

У невысокого крыльца без навеса стояли трое мужчин и одна женщина. Высокий толстяк в жилетке скучающе переминался с ноги на ногу. Еще двое незнакомцев одного телосложения тихо о чем-то переговаривались. Судя по движениям рук, осанке и солидной одежде — строгому костюму и черной шляпе — тот, что стоял ближе к дороге, давал указания второму, теснившемуся у входа. Женщина выбивалась из этой и без того разношерстной компании, одетая в длинное платье с огромным вырезом, которое больше открывало, чем скрывало. Ее совсем не беспокоила уже далеко не летняя прохлада улицы. Она держала в руке длинный мундштук, и вслед за мелькающим огоньком тлеющего табака в воздух вырывалось густое облако дыма.

Теперь понятно, почему Дарлинг обеспокоился новыми заклятиями, скрывающими наше присутствие. Из четырех человек внизу трои были магами. Все, кроме скучавшего толстяка. В отличие от нас с напарником, свой дар они не маскировали, уверенные в том, что поблизости никого нет.

Внимательнее рассмотрев женщину, я решила, что она уж точно не может быть примером тех идеальных семейных отношений, которые пропагандировала организация. Незнакомцы же больше напоминали бандитов.

Тихий скрип нарастал, и совсем скоро карета остановилась у крыльца, представ в образе обычного пассажирского экипажа. Дверца открылась, и наружу вышел…

Ого!

Пусть не сразу, но я все же узнала хозяина кондитерской лавки. Боязливо оглядываясь по сторонам, он подошел к незнакомцу в шляпе. Они перебросились парой слов, но я видела лишь неразборчивые движения их губ в темноте — за мгновение до остановки кареты мужчина в шляпе накинул на место их встречи полог тишины.

Вскоре муж Аннабель вернулся к своему экипажу и открыл широкие дверцы. В этот момент иллюзия поплыла, не в силах подстроиться под реальность. Но это длилось ровно до того времени, пока мужчина не вытащил несколько увесистых коробок и не передал их толстяку, в свою очередь, опустившему их на низенькое крыльцо. Дверца захлопнулась, и карета вновь приобрела прежний вид.

Маг в шляпе подошел к грузу и, закрыв мне обзор спиной, проверил содержимое. Что же внутри?.. Достаточно было подняться на ноги и выглянуть, чтобы узнать это, вот только рисковать я не стала. Наши противники уже показали, что их не стоило недооценивать.

Спустя пару минут коробки занесли в здание, карета уехала, а незнакомец в шляпе задержался на крыльце, неспешно осматривая улицу.

Я отодвинулась от отверстия, боясь быть обнаруженной. Через несколько напряженных секунд раздался глухой звук закрываемой двери — мужчина ушел, не забыв снять колдовство, глушившее их голоса все это время.