Глава 16

— Ну что, удалось договориться?

Я внимательно осматриваю взъерошенную Настю и подмечаю легкую припухлость губ и торчащие прядки волос, которых точно не было до того, как она ушла разговаривать с Денисом.

Сам же виновник Настиной ярости явно чувствует себя хозяином положения и демонстративно облизывает губы, смотря на подругу до невозможности плотоядным взглядом.

— Сученыш! Гни-ида! Дерьмодемон! — шипит ругательства разъяренная фурия.

— Настюша, маленькая моя, меня Владом зовут. Забыла, что ли? — раздается веселый голос над нами, и в ту же секунду мои и Настины плечи сдавливают огромные лапы.

Куда же мы без моего «бывшего»?

Темная макушка Дениски-редиски направляется сторону Юнусова и моего отца. Перед тем как подойти к ним, он вопросительно смотрит на Настю. Та реагирует незамедлительно и «чешет» нос средним пальцем, демонстрируя свой ответ.

Парень оценивает этот жест прищуренным взглядом, и его губы растягиваются в довольной ухмылке, которая не сулит нам ничего хорошего.

Денис беззвучно произносит: «Зря» и отворачивается от нас.

А вот рыжий обжора, напротив, — захочешь выгнать, да не получится.

— Ну что вы кислые такие, сестры мои? Я тут креветки с фуршетного стола стырил и вам мороженое прихватил.

Кто о чем, а этому лишь бы похомячить…

Я всё еще переживаю, как нам выкрутиться из сложившейся ситуации с меньшими потерями. Вот бы они растаяли, как это мороженое! И в эту же секунду лучик надежды врывается в мой мозг вместе с голосом Влада, нагло флиртующего с Настей.

А ведь это идея!

На моем лице тут же появляется довольная улыбка.

— Владик? А ты можешь кое-что кое-откуда стереть? Дистанционно… — с надеждой на сверхспособности своего друга, спрашиваю я.

Влад же чертов гений! Удалить ролик с записи камер для него не проблема?

— Когда нужно сделать? — он вмиг становится серьезным.

— Вчера! — произносим одновременно с Настей.

— Что натворила?

Я упорно делаю вид, что не расслышала вопроса и с аппетитом ем мороженое.

Друг молчит, всем своим демонстрируя, что, если мы не расскажем ему подробности, он и пальцем не пошевелит. Даже руки на груди скрещивает для устрашения.

— В общем, у того парня есть видеозапись с камеры наблюдения, которой он шантажирует Настю и, наверное, меня тоже, — быстро тараторю я, указывая головой на Дениса. — Сейчас он, скорее всего, рассказывает, что мы повредили дорогую картину и совершили подлог, нарисовав точную копию.

— А вы… реально так сделали?

— Так получилось! Мы спасали выставку и репутацию Юнусова, а этот гнус, его племянничек… домогался до Насти и нагло шантажировал ее! Но если он расскажет правду, — это конец.

Я жду, что друг начнет подкалывать нас и ерничать, но в таких ситуациях он сначала помогает, а уже потом…

— Блефует. Он не станет так подставляться, — пожимает плечами Влад, бросив мимолетный взгляд на разговаривающих мужчин. — Ладно. Пойду разузнаю, а вы — будьте на виду и не дергайтесь.

Я послушно отпускаю плечо Влада, в которое вцепилась, как в спасательный круг, и отодвигаюсь, давая ему пройти.

Правую щёку печет, словно кто-то прожигает меня адским огнем. Глеб. Мажорик сканирует каждую частичку моего тела, и зеленые глаза полны недовольства. Под его слишком ревностным взглядом мне становится неуютно, и хочется стряхнуть с себя это внимание.

Да, вероятно, наша поза с Владом выглядела двусмысленно. Друг гораздо выше меня и сильно наклонился к лицу, чтобы наши секреты не были подслушаны ненужными свидетелями, а я, стоя на цыпочках, обнимала его за талию, шепча что-то почти на ухо. Но это — исключительно наши дела. У Глебасика рядом стоит отличный косплей на Кейт Мосс, вот пусть её губы он и облизывает — глазами или ртом. Мне всё равно…

Только мажор по-прежнему смотрит на меня, поэтому я нарочито медленно облизываю свою нижнюю губу, и его кадык дергается.

А потом, так же, как и Настя, провожу средним пальцем вокруг губ. Фак у меня красивый — красненький, им ему и машу радостно. Мне не жалко.

— Как думаешь, расскажет этот уродец Юнусову или и дальше будет меня шантажировать? — грустным голосом произносит Настя, как только Влад присоединяется к мужской беседе.

Я переключаю внимание на подругу и искренне надеюсь, что парень не такой козел, каким отчаянно хочет казаться.

— Представляешь, он предлагал мне сказочно потрахаться в туалете! После этого он, может быть, сотрет запись. Может быть! — со злой усмешкой произносит Настя, верно расценив мой невысказанный вопрос «Что же захотел Денис?».

— Я не знаю племянника Юнусова, но по первому впечатлению он показался адекватным парнем. И не скажешь, что мудак. Конечно, хотел произвести на тебя впечатление вчера, но что бы так себя вести…

— Может, вчера надо было признаться? Картина-то есть! Ну не убили бы они нас… — Настя нервничает и залпом выпивает бокал шампанского.

Я ободряюще улыбаюсь и порывисто обнимаю её хрупкую фигурку. Пить мне не хочется, но поддержать подругу, которая из-за меня попала в этот лютый пердельник, нужно.

— Влад — лучший в своем деле, поверь мне. Держу пари, что он еще и отыграется на нашем Дениске — вялой сосиске.

Мы переглядываемся и дружно начинаем хохотать.

Если до этого момента мои нервы были натянуты, как канаты, то сейчас, замечая, как виртуозно Влад втирается в доверие к ничего не подозревающему Денису и берет в руки его телефон, я понимаю: это победа! Наше приключение в галерее будет безжалостно уничтожено в самое ближайшее время.

Всем бы таких «бывших», как мой рыжий гений!