Глава 15

— Даже на Московских тусовках не всегда бывает столько народу…

Я ловлю растерянный взгляд Насти и легонько сжимаю её руку, чтобы поддержать. А может, наоборот, ища в ней поддержки.

Мама в этот раз решила переплюнуть саму себя и в холле ресторана я вижу, как минимум сто пятьдесят человек… это называется небольшой приём? А учитывая габариты всего отеля в Пересвете и свободные квадратные метры, оставшиеся для манёвров — кого-то из гостей может навестить приступ клаустрофобии.

Однако долго оставаться незамеченными у нас не получается — я замечаю родителей в компании Кати и Глеба, и мы обреченно идем в их сторону.

— Привет! Принимайте пополнение, — произношу я, обращая внимание всех присутствующих на нас. — Мама, познакомься, пожалуйста, моя подруга Анастасия Золотарева — художница и просто хороший человек.

— Можно просто Настя, — смущенно отвечает Настюша под оценивающим взглядом маман. — Очень приятно познакомиться Янина… — запинается девушка, не зная отчества.

— Вот думаю… если ты меня сейчас по Отчеству назовешь, то точно не подружимся. Я, конечно, не лань, но и не старая кляча, — мама театрально закатывает глаза и строит смешную рожицу возмущающейся бабульки, и, наконец, переводит недоуменный взгляд на меня.

И не только она… ошарашены, кажется, все.

А Глебасик и вовсе неосознанно тянет руку к моим волосам, но вовремя ее одергивает.

— Какая же у нас дочь красавица, — довольно тянет папа и приобнимает меня за плечи.

— Алёнчик, ты у меня бомба, но сегодня просто превзошла всех присутствующих! Павлину нужно найти, — довольно хлопает в ладоши мама.

О не-е-т, только не эту невменяемую мадаму и ее странного сыночку. У нас вообще с Настюхой тут план-перехват назначен, а Дениса я пока не вижу. Если придется еще и прятаться от Доримедонта, то моя нервная система не выдержит.

— Ты же не красишься, — недоуменно произносит Катя, укрепляя мою веру в то, что она не причастна к моему новому цвету волос.

И в том, что это действительно так, я убеждаюсь уже через секунду. Высокая мужская фигура, с громким басом, едва не сносит меня с ног и, впечатав в себя, опускается на губы целомудренным поцелуем.

— Малышка, я так скучал! Боже, ты прямо секс-бомба! — отлипая от моих губ, басит довольный Влад.

Друг детства, на полном серьезе, восхищенно меня разглядывает, словно видит впервые. А мне становится немного не по себе от его странного взгляда, от осознания, что вот он Катькин сюрприз, и от тишины вокруг нашего островка. Родители молчат, всё еще пребывая в шоке от перформанса Влада.

— Сапронов⁈ Что за цирк вы опять тут устраиваете? — наконец-то раздается гневное шипение Янины Дзержинской.

— Теть, Ян, не бузите, — скалится друг. — Мне её подруга написала, чтобы срочно спасал свою принцессу из лап непонятного чудака.

Влад, не стесняясь тычет пальцем в побледневшую Катерину. Да мог бы и не говорить, и так всё понятно… а Настюшка смотрит на меня с видом «Я же говорила, что это всё она!».

Разводить этот цирк и дальше у меня нет никакого желания. Так же, как и выслушивать нотации от родителей, или нелепые оправдания Кати. Хотя, оправдываться подруга и не планирует — как ни в чем не бывало стоит, вцепившись в локоть Глебасика.

— Увидимся, — только и успеваю бросить я, прежде чем Влад уводит нас с Настей в глубь шумной толпы.

Вечеринка проходит в стиле светского раута: мужчины и женщины дорого и представительно одеты и собираются кучками, но среди этих кучек я, едва ли, различаю знакомые лица.

Мельком замечаю Юнусова в компании каких-то женщин, но Дениску-редиску так и не вижу.

— Ма-а-ать, а ты реальная бомбина стала. Может рил замутим? — паясничает Влад, сверкая белозубой улыбкой.

— С идиотами не сплю, — огрызаюсь я. — Ты мне лично позвонить не догадался?

— Не догадался. Вы же подруги, откуда я знаю, что кое-кто крысит по-черному.

— Крысит! Еще как крысит, — встревает в наш разговор Настя и всем своим показывает, что полностью поддерживает Влада.

— Вас сосватать? Настя — это Влад. Богатый айтишник, будет спонсировать твои картины.

Владик Сапронов жил по соседству. В девять лет мы вместе с ним подкладывали кнопки под стул учителям. В четырнадцать лет — на выпускном девятого класса, на который я решила не ходить, пьяный Сапронов решил, что это повод прийти и орать под наши окна любовные серенады. Мама оценила, а мы с остальными соседями — не очень. Протрезвев, Влад пришел и сообщил, что весь концерт был не про мою честь, и они просто поспорили с Мишкой из параллели, что я клюну и тоже стану признаваться ему в любви, и об этом станет всем известно в школе.

Конечно же, я тогда обиделась и не общалась с дураком целый год.

Никаких романтических чувств у нас друг к другу, разумеется, нет и никогда не было. Мы хорошие друзья, которые всегда готовы прийти друг другу на помощь. В случае с Владом я верю в дружбу между мужчиной и женщиной. Иначе бы мы не смогли долгое время притворяться парочкой.

Лучший друг был идеальным прикрытием для моей мамы. Его родители не принимали, что он целыми днями сидел верстал сайты, а мои радовались, что мужчина, как любит говорить мама: «Достойный. Профессорская семья. Веселый парень и хорошо зарабатывает».

И если вы думаете, что мой друг выглядит как классический айтишник, то очень глубоко ошибаетесь… высокий широкоплечий рыжик с пухлыми губами и ореховыми глазами, в обрамлении густых ресниц. Вкупе с подкаченным телом и ростом почти под два метра он совсем не походил на рыжего-конопатого из анекдота и даже в школе обходился без насмешек.

Влада не интересовали женщины в качестве постоянных любовных отношений. Имея другие приоритеты в жизни, он с маниакальным упорством работал над созданием новых технологий в области виртуальной реальности, а физиологические потребности здорового мужика, разменявшего второй десяток с большим удовольствием, покупал у элитного эскорт агентства.

Все было просто отлично пока этот мачо не решил выгулять очередную ночную нимфу в «Пушкин», и там они не нарвались на наших мам, обедавших в компании попечительского совета благотворительного фонда.

Змейки подружки решили провести воспитательную беседу об изменах для моей нерадивой второй половины, и позвонили мне с требованием приехать. Кто же знал, что мой ответный звонок, опешивший от этой толпы, Владик примет на громкой связи…

— Владос, слезь со своей жрицы любви и кровно заработанных евриков и дуй к «Пушкину». Мамульки горят желанием нас лицезреть. Засосов, надеюсь, тебе там не успели понаставить? Я все-таки приличная девушка. Чего молчишь?

Так, в одночасье, и лопнула наша двухлетняя махинация. Под «Корвалол», горькие мамкинские слезы и литр выпитого папского коньяка. А вывод прост: не ходите, мальчики, с ночными бабочками в мир гулять.