25. Лера

Лера: «Кукус, вы скоро?»

Не выдерживаю и пишу сообщение дочери, когда время подбирается к девяти часам вечера.

Лада: «Через двадцать минут»

Почти сразу прилетает мне в ответ.

— Пишет, что через полчаса будет, — кричу Егору из кухни.

— Мхм, — доносится его невнятный ответ из нашей спальни.

Егор не в настроении. Он хмурый с тех пор, как узнал, что Жаров поселился пятью этажами выше. Мне пришлось ему рассказать, ведь дальше тянуть было бы просто глупо.

Мой муж на эту новость даже от души выматерился себе под нос, хотя обычно он вообще не сквернословит.

Я же лишь поджала губы и отвела глаза. Я устала повторять ему, что это ни на что не повлияет. Тем более, что сама я в этом совсем не уверена.

И мне стыдно, да! Мучительно стыдно за то, что сегодня в ванной Андрея произошло.

Но все же носиться со страхами Егора, будто ему пять, а его мама, я тоже больше не буду.

Хочет ворчать и ныть? Мучиться ревностью?! Отлично, пожалуйста все претензии Жарову. Мне мозг выносить не нужно, я за решения и действия Андрея ответственности не несу.

Мне бы за собой уследить...

Замариновав куриную грудку, я убираю ее в холодильник — готовить буду уже завтра. Помыв руки, иду в спальню к своему мужу. Егор лежит на кровати, на его бедрах покоится раскрытый ноут, с переносицы чуть съехали очки, которые он использует для чтения или работы за монитором.

— Может посмотрим что-нибудь? — ложусь рядом с мужем и жмусь к его боку.

Рассеянно целую Егора в плечо через ткань домашней футболки. На самом деле у нас был неплохой день. Секс, закончившийся одновременным феерическим оргазмом, поездка по магазинам, потом мы зашли в кафе...

Если бы не новость про переезд в наш дом Андрея...

— Ну давай посмотрим, — вздохнув, отзывается Егор. Просовывает руку мне под голову и притягивает к себе, — Мне тут сериал один детективный советовали...

— Отлично, подойдет.

Все время, пока мы смотрим фильм, я невольно внутренне отсчитываю каждую минуту в ожидании Лады. Но звонок в дверь все равно заставляет крупно вздрогнуть и сразу подскочить.

— Я открою, — улыбаюсь Егору, стараясь скрыть, как меня моментально затрясло от одной мысли, что за дверью Жаров...

Муж сканирует меня тяжелым задумчивым взглядом бесконечных пару секунд, которые я, кажется, не дышу.

— Хорошо, — наконец кивает, — А то я боюсь, что выскажу ему, все что думаю о его переезде, в лицо, — добавляя, тихо ворчит.

— Это будет лишним.

— Да, наверно ты права.

Получив добро от мужа, вылетаю в коридор.

Замираю на миг у самой двери, нервный движением поправляю кичку, одергиваю домашние шорты и...открываю.

Первый делом на меня налетает ураган по имени Лада. Даже для своей обычной гиперактивности она явно перевозбуждена.

— Мам, привет! — чуть не сшибает меня с ног Кукус, оглушая своим тонким голоском, — Мы сходили офи-ген-но! — вбивает в меня каждый слог.

Сует мне в руки огромного медведя и плюхается на пуф, чтобы начать разуваться.

За ней появляется Андрей. Он опирается плечом о дверном косяк и, спрятав руки в карманы джинсов, упирается взглядом в меня. Нагло и открыто. Темные глаза гипнотически блестят. Мои щеки в ответ моментально начинают нагреваться, и я отвожу глаза.

— Это еще что? — осматриваю медведя.

— Это из тира, папа выиграл, — отмахивается Лада.

— А-а-а, — тупо тяну я.

— Мы даже на танках катались! — тараторит Лада.

— На танках?!

— Ну не на настоящих конечно, но...

— Слушай, раздевайся уже давай, — перебивая, ворчу на нее и все-таки цепляю взглядом Андрея, — Спасибо и... Пока?

— Что делаете завтра? — вместо того, чтобы тоже попрощаться и свалить наконец с моего порога, интересуется Жаров.

— Идем с бабушкой в театр и учим уроки на понедельник, — поджимаю я губы, всем своим видом показывая, что настроена не очень дружелюбно.

Но наверно участившееся дыхание и предательский румянец все равно меня выдают. Перед глазами мелькают утренние картинки из ванной, взгляд Андрея как мощный магнит, и я уже смотрю на него в упор, подвисая. Сглатываю собирающуюся во рту слюну. Жаров едва заметно криво улыбается, глаза будто туманятся.

Он тоже об этом думает. Об утре. О, черт... Я просто это знаю!

Мы оба думаем об этом, и кожа начинает зудеть, требуя контакта.

— С Бабушкой? Это с Аллой Викторовной? — хрипло уточняет Андрей, а голос такой, словно он спрашивает совсем о другом.

О том, что при ребенке нельзя спрашивать...

Обнимаю себя руками, скрывая мурашки.

— Да, с Аллой... Лад, это что? Пицца? Неси на кухню.

— Да, из кафе, не доели, хорошо, мам! Можно я сразу поем? Пока ехали, я проголодалась.

— Ладно, только сначала мыть руки.

— Ок! — Кукус вприпрыжку несется в ванную, держа в руке пакет из кафе.

— М-м— м... И как моя любимая Алла Викторовна поживает? — лениво интересуется Андрей, наблюдая за удаляющейся дочерью.

— Как обычно. Лучше всех.

— Не удивлён.... — Андрей резко переводит глаза на меня, убедившись, что дочь ушла. В его лице появляется что-то хищное, во взгляде агрессивная решимость. Он стремительно делает шаг в мою сторону и шепчет в самые губы, — Ты можешь просто подняться ко мне. Приходи.

Горло перехватывает спазм. Я чувствую вкус его дыхания на кончике языка. Жадно пялимся друг на друга.

— Не могу, — сдавленно шепчу в ответ.

— Можешь.

Меня начинает трясти от того, как я этого на самом деле хочу. До слез! Но... Нет!

— Это неправильно, — выдаю с заминкой.

— Кого это ебет? — тихо психует Андрей, блуждая потемневшими глазами по моему лицу.

— Меня.

— Не рассказывай.

— И это больше не повторится, — с нажимом произношу «это», чтобы до Жарова дошло.

У него в ответ вздрагивают ноздри. Того и гляди, задышит огнем.

Я непроизвольно делаю шаг назад, отступая, но он перехватывает мой локоть и толкает к себе. Впечатываюсь в его грудь. Обваривает!

— Повторится, во все щели повторится, Лерка, — наклонившись, жарко шепчет мне в ухо Андрей и прикусывает мочку, заставляя на секунду сладко умереть.

Прикрываю глаза, ресницы трепещут. Я вся...

И лишь какой-то шум из спальни помогает вернуться в реальность. Не хватало только Егора дождаться, стоя вот так!

— До свидания, тебе пора, — вырываюсь из мужских рук и говорю Жарову как могу холодно.

Сцепляемся взглядами. Я с трудом выдерживаю, но выдерживаю...!

Андрей стискивает челюсти так, что под острыми скулами прокатываются желваки, и толкает входную дверь, открывая.

— Ну пока, Лера.