32. Лера
Наши языки только успевают тронуть друг друга, а из меня уже вырывается перевозбужденный, утробный стон.
Потому что наша с Андреем прелюдия началась далеко не прямо сейчас — она плавит меня всю последнюю неделю. Накаляет до предела каждое нервное окончание, мучает фантазиями, истязает сомнениями вперемешку с томлением. Так что я уже хочу... Просто закончить ее.
И мое желание явно взаимно, судя по тому, как нетерпеливо и жадно Андрей прижимает меня к себе, беспорядочно лапая и пятясь куда-то вглубь квартиры.
Я поддаюсь, повиснув на его шее и крепко закрыв глаза. Тело ватное, тлеет, но это самые правильные, такие желанные ощущения.
Ласкаю его язык своим, проявляя активность только в поцелуе. Не могу наесться, натрогаться, надышаться. Боже, быстрее…
Не хочу ни оргазма, ни ласк — просто соединиться с ним хочу, сплестись намертво. Животная потребность, которая перекрывает любые эротические запросы.
За веками наступает непроглядная темнота. Мы в комнате без света. Звуки музыки тише.
Толчок, и я оказываюсь опрокинутой на кровать. Только тогда открываю глаза, чтобы увидеть абсолютно черный, словно вырезанный из бумаги силуэт Андрея на фоне незашторенного окна. Он быстро снимает спортивное трико сразу вместе с бельем, наклоняется и в том же нетерпеливом, рваном темпе стягивает с меня пижамные шорты с трусиками. Кожа бедер моментально покрывается мурашками, но они горячие. Промежность печет. Чувствую, какая я там мокрая.
Сама, путаясь, снимаю через голову майку, пока Андрей хватает мои лодыжки и широко разводит их в стороны, а затем сгибает мои ноги в коленях. Не вижу — чувствую его жгучий, полосующий по моим половым губам взгляд. Меня сокращает словно от удара током прямо туда. Всхлипнув, выдыхаю, а Андрей уже нависает сверху, устраиваясь между моих ног.
Прижимается раскрытым ртом к моему, настойчиво проникает внутрь языком, держа себя на весу. И уже через мгновение толкается в меня членом, ложась и придавливая собой полностью. Это туго и одновременно скользко, а еще очень горячо.
Мои глаза закатываются от нестерпимо сладко-терпких ощущений. Да-да-да...!
Андрей делает это сразу очень размашисто и быстро, не давая мне нормально дышать — я только тихо, плаксиво всхлипываю, придавленная его весом и совершенно дезориентированная вбивающимся в меня членом. Упираясь пятками в матрас и приподнимая бедра ему навстречу, насколько это возможно, накрепко обвиваю своего Жарова руками и прижимаюсь приоткрытым от стонов ртом к влажному от испарины, каменному мужскому плечу. Мир словно отлетает, оставляя только нас вдвоем.
Мы в темноте, вязкой пустоте, и в этой пустоте на двоих я дышу его запахом, слушаю рваное дыхание, жадно впитываю ощущения от его тела, а низ живота сводит судорогами от того, как это хорошо.
Хочется реветь от того, что нельзя так вечно. Чувствую нетерпеливую потребность Андрея кончить. Не пытаюсь угнаться за ним, но собственное возбуждение в ответ на нарастающее его, все сильнее скручивает меня узлом.
— Блядь, Лера, с-сука...— Андрей запальчиво нашептывает мне нежности, от которых вянут уши. Кто бы знал, как я скучала по этой его привычке! — Ебать, ты оху...енн...ая пи...
И я глохну на пару секунд, потому что сжимающаяся все это время пружина у меня под пупком резко распрямляется, разлетаясь по телу сладкими конвульсиями.
Андрей, ловя мой экстаз, привстает и, намертво впившись пальцами в мои бедра, несколькими быстрыми и жесткими толчками меня догоняет.
Падает на меня снова, сбито и тяжело дыша. Зарываюсь пальцами в его волосы, ласково перебирая короткие кудряшки на макушке, так похожие на ощупь на Ладкины. Меня качает на томных волнах. Я еще чувствую его в себе. Как он лениво остаточно двигает бёдрами, не давая моим судорогам окончательно стихнуть, и как мокро и липко становится между ног от его... Черт... Я же...
Мысль о предохранении заставляет резко протрезветь. Рука замирает, перестав перебирать его волосы.
С Егором мне это не нужно. Я не пью таблетки, у меня не стоит спираль, но с Андреем...
— Что? — Жаров приподнимает голову, моментально уловив изменения. Его еще мутный, темный взгляд становится пытливым.
Медлю с секунду и решаю, что Андрею об этих моих мыслях знать не обязательно. Я могу выпить таблетку экстренного предохранения и не сообщая об этом, зато не придётся рассказывать о проблемах Егора. Зная Андрея, он может и использовать это против моего мужа, не особо мучаясь совестью.
Егор... Вина ошпаривает кипятком, ощущаясь еще ярче на фоне стекающей по внутренней стороне бедра спермы.
Я... Я в шоке от самой себя, насколько это все пошло и неправильно! Егор такого не заслужил. Не так...!
— Ничего. Мне надо домой, — глухо бормочу вслух и упираюсь ладонями Андрею в грудь, чтобы скатился с меня.
Он послушно отстраняется. Молча. Чувствую его тяжелеющий взгляд на себе. И не могу смотреть ему в глаза — свои отвожу. Мне теперь стыдно и перед ним тоже!
Я даже толком объяснить не могу за что именно — меня просто съедает это всеобъемлющее, размазывающее чувство. Что я все сейчас делаю не так. Что я не права. Перед всеми не права — даже перед самой собой. И хочется на воздух. Хочется сбежать. Остыну и может быть разберусь.
В густом полумраке спальни, суетясь, ищу свои вещи. Андрей молча наблюдает некоторое время, тоже сев на кровати. Потом встает и безжалостно включает верхний свет, ослепляя меня на пару секунд. Абсолютно голый, смотрит на меня в упор, а я иду бордовыми нервными пятнами и торопливо натягиваю пижамную майку.
— Подожди, я с тобой, — чеканит каждое слово Андрей.
— Куда? — поправляю растрепавшиеся волосы.
— К тебе домой.
— Что? Зачем? — от шока я даже начинаю смеяться.
— Расскажем все Савченко, — спокойно выдаёт Андрей, поднимая свои трико с пола и доставая из кармана пачку сигарет.
Засовывает по сигарете себе за каждое ухо до боли знакомым жестом, остальные кидает на прикроватную тумбочку.
Наблюдаю за ним, приоткрыв рот.
— Н-нет, мы никуда не пойдем, — наконец, отмерев, хриплю я, — Ты никуда не пойдешь.
— Почему? — выгибает бровь Андрей, только сейчас соизволив начать натягивать трико.
— Почему?! Потому что мы не будем сейчас ничего рассказывать!
— М-м-м, — тянет Андрей, впиваясь в меня странным, нечитаемым взглядом, — Будешь ебаться с нами обоими?
Достает сигарету из-за левого уха и сжимает фильтр между зубов. Темные глаза принимают абсолютно непроницаемое выражение. Я даже теряюсь, не понимая, как он относится к собственным словам.
— Что? Нет! Просто... Я не знаю, не сейчас! Сейчас ты никуда не идешь, ясно?! Там Ладка и... И вообще, нам может поговорить сначала надо, нет?!
Андрей молчит, жуя фильтр незажженной сигареты.
— Поговорить...— эхом повторяет после паузы, — Ок. Поговорим. Только...Обратно раздевайся, — вдруг кивает на кровать, — Я пока схожу покурю. Вернусь и... Поговорим, — хищно улыбается одними губами.
— Мне надо домой...
— Успеешь. Либо так, либо сейчас идем вместе, Лер.
Сцепляемся взглядами. Чувствую, как он на меня давит. Сильно. Почти враждебно. Но беда в том, что... Я не против подчиниться.
— Хорошо, — облизываю губы, на которых еще так ярко чувствуется его вкус.
Андрей выразительно кивает на майку, которую я только что надела.
Э-э-э, что? Раздеваться прямо сейчас?!
— Не доверяешь? — фыркаю, пытаясь скрыть охватывающую мурашечную нервозность.
— Снимай давай.
Медленно тяну майку обратно вверх. Кожа становится гусиной. Чертов яркий электрический свет. Чувствую, как под взглядом Жарова стягивает соски. Оставшись по пояс нагой, смотрю на него с вызовом. Андрей пальцем показывает, чтобы кинула одежду ему. Запускаю в него майкой. Ловит.
И кивает на шорты.
— Пошел ты, — бормочу насупленно и одновременно тяну вниз поясную резинку.
Андрей на это только криво улыбается. Глаза пошло тлеют. Снимаю шорты вместе с трусами. Помедлив, и эти вещи кидаю ему. Андрей, поймав, показательно подносит их к носу, вдыхает, смотря мне в глаза, и наконец вырубает свет.
Выходит из спальни, унося одежду с собой. Хлопает дверь в квартиру. Я пару секунд стою голая посреди комнаты, в темноте, а затем ложусь обратно на кровать за неимением других вариантов.
Укрываюсь одеялом. Прикрываю глаза, глубоко вдыхая. В спальне пахнет нашим сексом, я остро ощущаю свою наготу и то, как стягивает засыхающей влагой между ног.
Кожа еще чувствительная и будто тонкая как пергамент. Убаюканная чужими ультимативными решениями совесть все тише с каждой минутой ожидания, что Андрей вернется и мы...
Снова... Уже не так запальчиво и скомканно...
Фантазии одолевают, распаляя. Рука сама гладит грудь, живот, ниже...
Раздается дверной хлопок, заставляя меня вздрогнуть и сократиться от предвкушающей волны, прокатившейся по телу.
Тяжелые быстрые шаги.
Мой пульс стремительно ускоряется в такт, дыхание начинает шуметь. И... вырывается испуганный криком, когда в спальне вдруг резко включается свет, и я вижу на пороге комнаты сразу двоих.
Андрея и... Егора.