Глава тринадцатая

Едва вошла в дом, навстречу мне выглянула встревоженная Василиса.

— Ты бледная, — поприветствовала она спустя несколько мгновений.

— Ты тоже, — отозвалась я.

Мы постояли, задумчиво друг друга рассматривая, в итоге Вася вздохнула как-то устало и предложила:

— Ужин?

Отрицательно головой покачала, чувствуя, что мне сейчас кусок в горле не влезет.

Девушка взглянула на меня иначе, пристальнее, и внесла другое предложение:

— Успокаивающий чай?

Удивившись вначале, уже через мгновение я согласно кивнула и на негнущихся ногах последовала за хозяйкой дома в кухню.

— Стола нет, — предупредила она, делая жест рукой на пустое пространство, где, видимо, стол раньше и стоял, — он в саду.

Прозвучало укоризненно очень. Смутившись, виновато поджала губы и извиняющимся тоном проговорила:

— Уилл вернёт его… если вернётся сам.

— Сбежал? — Не оборачиваясь от разделочного стола, на который чашки выставляла, с пониманием вопросила девушка.

— Нет, что ты, но имеет все шансы умереть.

Вот после этого Василиса всё же обернулась и на меня посмотрела, но без удивления и ужаса, хотя я ожидала именно их. Нет, её взгляд был спокойным, словно убийства тут в порядке вещей и вообще каждый день кто-то умирает.

— С кем связался?

Помявшись, решила, что причин молчать у меня нет и ответила:

— Каэхары.

— Ох ты ж Безликий! — И хозяйку дома я испугать всё же смогла. — Где он их в нашем городе нашёл?

— Он их не в городе нашёл, а на постоялом дворе по дороге сюда, — проговорила недовольно, — в Равноград они уже вслед за нами пришли.

На это Василиса решила ничего не отвечать. Погрела чайник, разлила чай по кружкам, молча передала мне мою.

Делая глоток, я спросила:

— Когда полог исчез?

Перемена была молниеносной! Из задумчиво-спокойной Василиса в миг стала практически разъярённой! И это удивило, как и последовавшее шипение:

— Знаешь, до вашего полога ко мне только мужики с поцелуями захаживали, а теперь!..

Она выразительно замолчала, сжимая кулаки и сверкая яростным взглядом.

— А теперь? — Подтолкнула замершая я.

Жутко было! Вася действительно выглядела очень опасной!

Но ответить девушка не успела — раздался стук в дверь! Издевательски-деликатный такой, сразу мне не понравившийся.

И вот сама девушка точно догадывалась, кого там нелёгкая принесла, а потому и махнула мне на дверь, бросив:

— Вот сама и открывай!

И, схватив свою кружку, вихрем унеслась в спальню, плотно закрыв за собой дверь.

А мне не осталось ничего иного, кроме как медленно побрести к выходу из дома, гадая, кто же там может быть. Очень надеюсь, что не гробовщик.

Едва приблизилась, надавила на ручку и открыла дверь, поняла, что это ещё хуже, чем гробовщик.

На пороге стояло умертвие! Сверкая оскалом, в котором верхнего переднего зуба не было, и начищенными до блеска костями тоже сверкая, и тусклым зелёным светом провалов глаз умудряясь весело на меня взирать.

А стоило мне дверь открыть, так вся эта убийственная красота издала жуткое:

— Ыхы!

Выражающее, кажется, радость.

И мне был вручён не букет — целая охапка ромашек! Мне её пришлось двумя руками подхватывать и приседать, чтобы под тяжестью равновесие поймать и вместе с цветами не грохнуться!

— Это… фшто?! — Говорить из-за лезущих в лицо и рот бутончиков было сложно, но охвативший меня шок оказался слишком сильным, чтобы обращать внимание на какие-то трудности.

— Ихы! — Довольно поведало зомби.

— Вижу, что цветы, — я только цветы сейчас и видела, на всё остальное они обзор закрывали! — А… от кого?

Загадочное молчание было мне ответом. Но я уже и так догадывалась!

— Верни обратно, — попросила очень серьёзно и попыталась веник обратно протянуть.

— Не, — абсолютно чётко и совершенно нагло отказался мертвец!

И я отчётливо услышала его удаляющиеся шаркающие шаги! Кое-как повернувшись так, чтобы цветы по большей части в доме оказались, едва ли меня на улицу не выпихивая, я удаляющееся зомби ещё и увидела.

Удалялся он знатно — пританцовывая! И вот у меня вообще все сомнения в личности его хозяина и дарителя цветов отпали!

Так и вот эта гадость мёртвая, дойдя до ворот приоткрытых, остановилась, развернулась всем телом и костлявой рукой мне помахала.

Шок. Просто шок.

Вот так, шокированная до крайности, я в дом вернулась, с трудом цветочное великолепие таща, и услышала стук в дверь!

— Да вы издеваетесь! — Воскликнула гневно и огляделась, примеряясь, куда бы охапку букетную деть.

Подходящего места не нашлось, пришлось очень осторожно, с великим сожалением, опускать ромашки прямо на пол, дав себе обещание чуть позже их в воду поставить… где бы ещё вазу такую найти?!

Подойдя к двери, решительно и зло её распахнула и увидела на пороге зомби! И этот тоже скалился, правда, у него все зубы на месте были, именно по ним я и поняла, что ко мне другое умертвие пришло. Но это не успокаивало ничуть!

Зато успокаивало и радовало другое — этот был без цветов, но с прямоугольником чёрной бумаги, который мне и протянули с загадочным:

— Гхр-р…

Взяла, выбора другого не было, и, стоя на пороге, проследила за тем, как зомби разворачивается, уходит по дорожке и выходит за ворота, которые за собой ещё и вежливо прикрыло.

А за воротами мертвеца ждал мертвец другой, тот, который без зуба и наглый очень.

— Хы-ы? — Вопросил именно он у своего товарища.

— Ых! — Горестно ответил тот.

И оба на меня посмотрели почему-то. А мне вдруг стыдно стало, и вот вообще не понятно, почему!

— Мда, — решила я, в шоке как от зомби, так и от себя, да и вообще от всей ситуации в целом.

Умертвия согласно вздохнули и побрели прочь. Я же, постояв на пороге ещё, просто чтобы убедиться, что больше никто не придёт, вернулась в дом, заглядывая в принесённую бумагу.

«Живой и невредимый, можешь обо мне не беспокоиться», — было написано там так, что из каждого слова, из каждой буквы наглость сочилась.

Ниже шли слова уже посерьёзнее:

«Друг твой тоже живой, но до утра останется в госпитале. Каэхары покинули город. Поставь цветы в воду и отправь себя спать»

Подписи не было, как и необходимости в ней.

Постояв посреди комнаты, отложила бумагу на кресло, а сама прошла до стены и вежливо в дверь спальни Василисы постучала.

— Заходи, — разрешила девушка спустя несколько мгновений тишины.

Приоткрыв дверь, заглянула в небольшую спальню, единственным источником освещения в которой был магический светильник в виде высокой колбы, внутри которой медленно порхали золотые бабочки. Именно они-то и сияли, давая освещение.

Сама Василиса сидела в кресле у открытого окна, прижав колени к груди и держа в руках раскрытую книгу. Приглядевшись, поняла, что это какой-то любовный роман.

— У тебя не найдётся какого-нибудь, — начала я и замялась, подыскивая подходящий предмет.

— Вазы? — С понимающей улыбкой догадалась девушка.

— Скорее ведра, — внесла уточнение.

Понимание на женском лице мигом сменилось на изумление, но она очень быстро взяла себя в руки, снова улыбнулась, широко очень, и на ноги поднялась, оставив раскрытую книгу вниз страницами на мягком подлокотнике.

— Пойдём, поищем что-нибудь.

Я посторонилась, Вася из спальни вышла да так и замерла, во все глаза на цветы на полу глядя.

— Ага, — опережая все её слова и вопросы, протянула хмуро.

Ведро мне выделили и даже питьевой водой наполнить позволили, она дома стояла и потому тёплой была, но взамен вручили ещё одно ведро и велели на колодец идти.

Сбегала, чего уж тут, набрала и в дом принесла, а потом головой закрутила в поисках своего Бездонного рюкзака.

Заметив мой взгляд, любующаяся цветочками с мечтательной улыбкой Василиса сказала:

— Я ваши вещи наверх унесла.

— Уху, — поблагодарила её, всё ещё запыхавшаяся после воды, и по деревянной лестнице на чердак побежала.

Спать я не собиралась, вместо этого переоделась быстро, создав один тусклый светлячок, чтобы вещи свои найти, и снова вниз побежала.

— К Уиллу? — Догадалась Вася.

Кивнула в ответ и сказала:

— Скоро вернусь.

И покинула дом.