38. Слишком резвый Серов

— Как надо выбирать ёлку? — Серов оборачивается и смотрит на нас с сестрой.

Мы идём по лесной тропинке. На улице почти ночь! Но спасибо, хоть на небе ни облачка, и благодаря отражению лунного света о снег вполне сносно видно всё.

Мы уже прилично отошли от дома и я серьёзно опасаюсь заблудиться.

— Как? — интересуется Дося.

— Ёлку надо выбирать тщательно! — гогочет Серов. — Во! — и показывает топором куда-то. — Эта подойдёт!

— Серов, это не ёлка, — усмехаюсь я, глядя на куст, на который он показывает.

— Да? А что же это по-твоему? Вот тебе лишь бы поспорить со мной, Банникова! — цокает укоризненно. — Сейчас будет у нас ёлочка! — взмахивает топором.

— Это можжевельник, Серов, — беру его за локоть, останавливая. — Между прочим, редкий кустарник. Вот за него точно сесть можно.

— «Можже» что? — хмурится он. — Не знаю такого. Сейчас придумала, да? — лыбится.

Закатываю глаза.

— Максим, это правда не ель. Это можжевельник! — смеётся Дося. — Ну, на роль ёлки он точно не сгодится. Он пахучий очень.

— Ладно, это проверка была. Ваших знаний, — бурчит Серов. — Сами тогда выбирайте ёлку. Какую скажете, такую и срублю!

— Вот, эта, конечно, красавица! — вздыхает Дося, глядя вверх. — Но высоченная! Куда нам её? Давай поменьше искать!

— Ева, а тебе нравится эта ёлка? — толкает меня в бок Серов.

— Мне вообще эта затея не нравится, — признаюсь честно. — Пойдёмте домой, а? Ну её, эту ёлку! Без неё отметим! У меня какое-то нехорошее предчувствие вот прямо…

И я не вру. И правда, что-то скребёт словно в мозгу. Я постоянно оглядываюсь по сторонам. И, хотя кроме нас тут никого, но что-то не даёт мне покоя.

— Сейчас я её! — бросает вдруг Серов и, подоткнув топор за пояс, плюёт зачем-то на рукавицы, потирает их и запрыгивает на ствол высокой ёлки.

— Серов, ты чего? Ты куда?! — ору я.

А он тем временем начинает забираться наверх.

— Эй, ты далеко собрался?! — вторит мне сестра. — Совсем, что ли, крыша поехала? — и испуганно смотрит на меня.

Похоже, тоже трезвеет на морозе-то.

— Я вам сейчас верхушку срублю! — кричит довольный Серов. — И ёлка будет! И дерево оставим! А у него ещё отрастёт!

— Что «отрастёт»?! Ты что несёшь, Серов?! — кричу я, задрав голову.

Он уже высоко забрался! И не отвечает!

Уцепившись одной рукой, второй достаёт топор и замахивается. Раздаётся характерный звук.

— Серов, хватит! Пожалуйста, остановись! — надрываюсь я.

— Ой, дурак! — вздыхает горько сестра рядом и тоже смотрит наверх. — Не, не надо нам такого! Он же дурной! Капец какой-то! Как его снимать-то оттуда?! Встретили, блин, Новый год в тихом семейном кругу!

Ещё один удар по дереву и тут откуда-то из чащи леса раздаётся грубый голос в шипящий громкоговоритель:

— Всем оставаться на своих местах!

Резко оборачиваюсь и вижу приближающийся к нам внедорожник с рупором на крыше. Из него и орёт кто-то:

— Всем не двигаться! Егерская служба! Руки вверх!