40. Побег

— Вуаля! — оборачиваюсь и вижу, как Дося приоткрывает дверь клетки, в которой мы сидим.

— А, — удивлённо открываю рот. — А откуда у тебя ключ?

Поверить не могу!

— А ты думаешь, я зря возле стола тёрлась? — усмехается сестра.

— Так я думала, что тебе и правда плохо было…

— А чего ж хорошего? — отвечает Дося. — Плохо, конечно! В общем, потом всё. Давайте на выход! Быстро! Пока не вернулся лесник!

— Серов, ты идти-то сможешь? — толкаю его легонько в плечо.

— Куда? — непонимающе смотрит на меня, потирая глаза ладонями.

— На свободу, блин! Тормоз какой-то! — злится Дося.

— Не, я не пойду! — заявляет вдруг Серов и мы с сестрой ошарашенно таращимся на него. — Вы что? Это же побег! Не, давайте по закону действовать!

Поверить не могу! Серов всерьёз собирается остаться тут! Усаживается на скамейке и обнимает себя.

— Ты спятил?! — злится Дося.

— Я как раз в здравом уме, — расслабленно улыбается Серов, располагаясь на скамейке. — И вам советую остыть. Нельзя так. Это уже ни в какие ворота! Побег из изолятора! Вы что же думаете…

Но договорить ему я не даю. Такая злость берёт меня на этого вредного босса! Да и вижу, как у Доси во взгляде ярость просыпается. Они точно подерутся. Вон, как она кулаки сжимает.

И тогда я не знаю, почему, но решаюсь на крайние меры. Нельзя ждать ни минуты! А этот Серов всё только портит!

— Ой, а что это там? — показываю ему под ноги.

— Где? — он наклоняется, чтобы разглядеть, и тогда я быстро сдёргиваю с ноги ботинок и со всего размаха бью им по затылку Серова.

Он вначале как-то сразу замирает. Так и сидит, согнувшись. Но всего пару секунд, потому что уже через мгновение падает грузно на пол.

— Ева? — удивлённо смотрит на меня сестра. — Ты что… делаешь?

— Вырубаю этого гада! — хмуро отвечаю я. — А то мы с ним никуда не сбежим!

— Но что же делать-то? Как же теперь?

— Помоги! — командую я, беря Серова за одну руку.

Дося подходит и берёт его за вторую руку.

Мы приподнимаем бездыханное тело Серова и тащим его на выход.

— Подожди меня здесь! Я машину пригоню! — говорит сестра, помогая мне усадить мужика у стены.

Это хорошо, что наш домик недалеко от лесничьей сторожки. Я боюсь, что Серов придёт в себя раньше времени и опять всё испортит, но, похоже, ударила я его неслабо так. Потому что Дося успевает приехать на машине.

Мы загружаем тело Серова на заднее сиденье и рвём с места.

— Всё. Не было нас тут, — бурчит недовольно сестра, выезжая на трассу. — Куда его везти-то? — кивает назад, где лежит Серов.

— Домой. Куда же ещё?

— С Новым годом, кстати! — ухмыляется сестра и прибавляет радио в машине, откуда доносится бой курантов. — Встретили Новый год! Такого у нас точно ещё не было!

Вздыхаю и смотрю в зеркало заднего вида на Серова.

Дося привозит нас к дому и мы вдвоём затаскиваем тело в квартиру. И кладём на кровать.

— Ну, и что теперь с ним делать? — спрашиваю я, отдышавшись.

— Ждать, когда в себя придёт! — тяжело выдыхает и Дося.

Тащить Серова — та ещё задачка! Тяжёлый он!

— Сиди и карауль, когда очнётся! — командует мне сестра.

— А почему я-то?

— Ну, а кто?! Чей он?!

— Ну, блин, точно не мой!

— И не мой! — смеётся Дося. — Вот, очнётся и разберётесь, чей!

— А ты куда?! — беру её за локоть, когда она собирается покинуть квартиру.

— К Славе поеду. Что мне тут делать-то? — пожимает плечами и весело подмигивает.

— А я?! Я как же?! А вдруг он того? Не придёт в себя? — оглядываюсь на спальню.

— Тогда вызывай полицию! — ржёт Дося. — Да шучу же, ну? Всё хорошо будет! Главное, что от ответственности мы сбежали! Серов — в надёжных руках! Новый год встретили! Такое точно никогда не забудется!

— Дося, но я…

И тут из спальни доносится то ли стон, то ли мычание.

Мы обе оборачиваемся.

— Смотри, похоже, очухивается! — толкает меня Дося. — Иди к нему давай!

— Дось, но как же… я…

— Кто его вырубил? Иди, не бойся! — подмигивает.

Я смотрю в сторону спальни. Облизываю губы. Мне страшно становится. Но там опять тихо.

И тут только слышу, как хлопает входная дверь.

Поворачиваю голову и понимаю, что Дося ушла. Бросила меня одну здесь с этим маньяком ёлочным!

Делать нечего. Вздыхаю и иду к нему.

Он всё так же лежит на кровати, раскинув руки в стороны.

— Серов, ты как? — легонько толкаю его в плечо.

Не реагирует. Неужели, я так сильно его долбанула?

— Максим!

Бесполезно.

Это самый ужасный Новый год в моей жизни! И так обидно становится!

Я ложусь с краю, стараясь не задевать лежащего рядом мужчину, сворачиваюсь на бок и смотрю в окно, за которым то и дело слышны чей-то смех и хлопки.

Люди отмечают, отдыхают, а я лежу с бездыханным телом Серова. Серова! Самого ненавистного типа!

Зажмуриваюсь и пытаюсь прогнать из памяти картинки сегодняшнего дня. И сама не замечаю, как проваливаюсь в сон. По-видимому, усталость и эмоциональное потрясение дают о себе знать.

И так хорошо становится! Всё как будто в нереальности. А тут так хорошо.

Спокойный сон.

Пока в него не врывается знакомый голос:

— Банникова, это ты?

— Не я… — шепчу я во сне и хочу и дальше спать, но чуть ли не подпрыгиваю, когда чувствую, как меня щипают ощутимо так за попу.