Глава 24

— Садись чай пить, — пригласил он, как только дверца посудомойки захлопнулась. Машина едва слышно заурчала, набирая воду, а сосед к холодильнику бросился: — Мне водила из Азербайджана вкуснях навез – закачаешься. У нас таких нет.

Уговаривать меня не пришлось, с Алисой лишь пару глотков сделала. Я и поужинала бы с удовольствием, предложи он, так как изрядно проголодаться успела. «Вкусняхой» оказалась пахлава: тонкое тесто, орехи, сироп – и правда вкусно. Та, что у нас продается обычно сухая.

— Это подруга твоя? — заинтересованно спросил он, подливая мне из стеклянного чайника. Чай, кстати, тоже вкусный: крупнолистовой, ароматный.

— Знакомая. А что, понравилась? — поинтересовалась я в ответ и тон выбрала подобное ему, приятельский, будто мы уже «двести лет» знакомы. Он помотал головой:

— Абсолютно не мой типаж.

— А какой он, твой типаж?

— Черт его знает… — на полном серьезе задумался он, хотя спрашивала я больше в шутку, — но точно не она. Я ещё месяц назад был уверен, что рыжих на дух не выношу.

— А теперь?

— А теперь к одной из представительниц оных клинья подбиваю.

— А она что же?

— Она… — маетно почесал он грудь. А потом залихватски улыбнулся: — Она плевать на меня хотела, похоже.

— Чему ж ты тогда радуешься? — нарочито удивилась я. Разговор все больше забавлял.

— Радуюсь, потому что дело с мертвой точки сдвинулось.

— И как ты это определил?

— Ты ей обязательно расскажешь. Вы, женщины, такие новости в себе обычно не держите. Думаю, совсем скоро она о моих намерениях знать будет.

— И где я по-твоему её увижу?

— На собрании рыжих. Можешь не фыркать, не убедила, уверен подобные конференции существуют. Раз в месяц, а может и чаще, вы собираетесь на шабаш, чтобы наметить себе очередных жертв.

— Быстро ты нас выкупил. На следующую сходку обязательно возьму тебя с собой, — поднялась я и доверительно шепнула в соседское ухо: — Белую маечку свою прихвати, тебе выпала честь стать жертвой для нашей богини.

«Спасибо за угощение», — добавила и повернулась, уходить намереваясь.

— Уходишь? — разочарованно протянул он. — Отлично же болтали…

— Поздно уже, мне на работу завтра. — Сосед следом поперся. Мы у двери встали, я немного посомневалась, а потом попросила: — Что ж, и ты мне помоги. Спустись до моей квартиры, проверь, девушка та не торчит ли под дверью.

Спустился. Алисы не наблюдалось. Мы пожелали друг другу приятных снов и попрощались.

 Ненадолго, как оказалось утром. Я подкрашивала ресницы, когда раздался звонок. «Кто там, в такую рань?», — вздохнула я, мысленно перебирая варианты. Прямо с тушью в руках подошла тихонько к двери и к глазку припала. Сосед, чтоб его!

Спозаранку, в отличии от вчерашнего вечера, он уже не казался таким забавным. Скорее навязчивым. Я скривилась, но дверь все-таки открыла.

— Привет! У тебя запаска есть? — сходу поинтересовался он. Я немного зависла, размышляя для чего она ему понадобилась, ведь к его «крокодилице» явно не подойдет.

— Не знаю, смотреть нужно. А зачем она тебе?

— Вообще-то, она не мне, она тебе понадобится, — пояснил он и порадовал: — У тебя колесо порезали. Я смотрю, в ноль спустило, подкачать пробовал, а потом порез этот увидел.

— Вот гады! — возмутилась я и подумала: «Неужели, от Алисы «привет»?»

Припомнить есть ли у меня запаска я не могла, багажником не пользовалась вовсе. Обходилась как-то. Александр проверить вызвался, для этих целей ключами обзавелся. Отдала я их без малейшего опасения – грош цена моей тачке – и суетливо второй глаз вернулась докрашивать. Нет, это не Алиса, пришла я к выводу и закрутила кисточку. Сомневаюсь, что ей известна моя машина. Ни одной причины, по которой Федоров станет поднимать тему моего средства передвижения я не видела. Насколько я поняла, не особо он и обсуждал меня с ней.

«Хулиганы какие-то», — подытожила я, так и заявив, вернувшемуся соседу. Запаски не было. Сашка подбросить меня на работу вызвался. Я обрадовалась, спешно собралась, а дорогой то и дело благодарила, словно он меня не подвозил, а на руках через пустыню нес. Зато, когда в салон зашла, запоздало сообразила: ключи-то он мне не вернул! Выскочила на улицу — соседской машины след простыл. Я немного разволновалась, в голову гнусности разные полезли, в чем я только его не подозревала. Впрочем, долго забивать мозги глупостями не получилось, заработалась.

Вечером возвращалась на такси, с тяжелым сердцем. Потому что, как только я это самое такси вызвала, так про ключи и вспомнила. Решила сразу к соседу подняться, но он спускался навстречу.

— Держи, — протянул он ключи. — Я колесо в шиномонтаж свозил и на место поставил. Но тебе лучше новую резину купить, эта изношена порядком, небезопасно.

— О, господи! — обрадовалась я. — Спасибо тебе большое! Сколько я должна?

— Нисколько ты мне не должна, — оскорбился он. Мне на его обиженную физиономию абсолютно плевать, поэтому я полезла в сумку за кошельком. Но сосед разгадал мои планы и наглым образом сбежал от меня. Я задрала голову в лестничный проем и приказала:

— Саша, вернись и возьми деньги!

Хлопнула дверь и тишина.

Ночью, уже засыпая, я вновь заподозрила его в коварстве – а не сам ли он колесо почикал? Спасают же они девушек от якобы хулиганов… может, это у него этакая лайт-версия благородного спасения? На что, как говорится, фантазии хватило.

 В кино мы отправились через неделю. Приглашение я приняла не раздумывая, даже мысли крамольные на его счет мне не помешали. С ним легко, весело и слова подбирать не нужно. До сеанса час почти, Сашке в определенный зал приспичило, мы решили немного по торговику прогуляться. Миновали магазин электроники, табачную лавку и свернули к ресторанному дворику.

— Лиза! — услышала из глубины и резко обернулась. Меня.

Сердце заколотилось бешено. Не поворачивая лица к Сашке, зашептала взволнованно:

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Подожди меня там, на диванчике, пожалуйста. Я скоро.

Попросила, а сама боюсь – не уйдет. Останется рядом торчать, мешаться только, но Сашка развернулся и двинул к кинотеатру. Я мимолетно глянула ему вслед и снова повернулась: от лифтов ко мне бежал Славка.

— Лиза! — снова крикнул он. Подбежал и рухнул в мои объятья.

Прижался всем телом, ручонками обхватил, у меня в груди не унимается – колотит. От неожиданности ещё. Я его стиснула крепко, у Славика шапка с головы слетела, и отпрянула. Шапку подняла, в ладони смяла – Славку с ног до головы осматриваю. Похудел ещё, как будто. Или мне кажется? А так вполне здоровый, энергичный ребенок. Я выпрямилась и запустила ладонь в его волосы – отросли.

— Привет, мой хороший, — и осеклась: не мой ведь. А потом решила не обращать внимания. На неспешно приближающегося к нам Шмакова, который нес в руках куртку сына, на смятение, переполнявшее меня, прижала его к себе, обхватив за плечи, и улыбнулась: — Разве тебе уже можно так быстро бегать?

«Ага», — кивнул он. Выписали его больше двух недель назад, я звонила в больницу. Славка поднял ко мне лицо и, видя, что отец совсем близко, шепнул:

— Лиза, а можно мне приезжать к тебе в гости?

— Ну, разумеется.

— Скажи об этом папе сама.

— Я попробую, — так же тихо успела пообещать я, до того, как подошел Шмаков.

Загар почти исчез с его лица, он хмурился, случайной встречей недоволен. Игорь поздоровался и, скорее из вежливости, спросил:

— Как дела?

— Спасибо. Всё хорошо.

— Отлично выглядишь.

Я пропустила комплимент мимо ушей, он произнес его, чтобы заполнить неловкость, и повернулась к Славику:

— Как тебе новая школа? Ты уже подружился с кем-нибудь?

— Дурацкая школа, — сморщил он нос, а Шмаков укоризненно вставил:

— Славка, не выражайся!

— Но, если она дурацкая, — акцентируя «бранное» слово, настоял мальчишка. — И училка злюка. И дружить я там ни с кем не хочу.

Всё ясно, ребенок в отрицании. Этап этот он уже проходил… свыкнется. «Дай бог, чтоб последний раз пришлось», — подумала я. Шмаков взял сына за руку и притянул к себе, вынудив его отступить от меня на пару шагов. Я побоялась, он его сейчас уведет и мы, черт знает, когда ещё увидимся. Если вообще увидимся.

— Может, по пицце? — предложила я, кивнув в сторону ресторанного дворика. — Если не хочешь, можешь не ходить с нами, мы со Славиком вдвоем посидим. Ты нам минут пятнадцать выдели.

— В другой раз. Мы торопимся.

— Пап, мы же в «Макдональдс» собирались, — выложил планы Славка и добавил: — Я пиццу даже больше хочу.

Игорь демонстративно на часы глянул:

— Нет. Уже ни пиццы, ни гамбургеров. Мы опаздываем.

— Папа, ты обещал. Ты обещал, что мы до вечера только вдвоем будем.

Славка говорил, сжимая кулаки, казалось ещё немного и ногами топать начнет, но до этого не дошло – сдержался. Шмаков наклонился к нему, губы в линию, и зловещим шепотом отрезал:

— Вот именно, вдвоем. Всё, мы уходим.

Стиснул руку сына и повел его от меня. "Пока", через плечо лишь бросил. У меня создалось ощущение, что он опасается, что Славка наговорит мне лишнего. Вот и напрасно, выспрашивать ребенка о новой «маме» я бы не стала — слишком острая тема для обоих.

— Привези его как-нибудь ко мне в гости! — крикнула я вслед.

Шмаков остановился. Сунул в руки Славика куртку – надевай, а сам резкими шагами ко мне вернулся.

— Зачем? — В упор смотрит. И правда, зачем? Никто я для него. Я пожала плечами и повторила:

— В гости.

— Ты сама-то слышишь, как это глупо звучит? Прощай.

И они ушли. Славка оборачивался пару раз, пока они не скрылись за поворотом. К эскалаторам повел, у лифтов торчать не захотел.

 Сашка ждал на диванчике у входа в зал: два попкорна, два коктейля с соломинками. Мне уже ни в какое кино не хотелось. Я села рядом, шумно вздохнув, само так получилось, Сашка сунул мне в руки стаканчик и, как бы невзначай, поинтересовался:

— Кто это, родственники?

— Ага, бывшие. Муж и пасынок.

Он ничего не воскликнул, не выпучил глаза, поразившись открывшимся фактам, как делают многие, впервые узнав о наличии брака у меня за спиной. В общем, никакой излишне эмоциональной реакции не было. Он удивил меня иначе. Едва ощутимо, коснулся моего плеча и серьезно спросил:

— Расставание с которым из них тебя расстроило больше? 152e1bc

— Вообще или сегодня?

— Сегодня. Вообще я и так ответ знаю – с мужем.

— Ты подглядывал за нами что ли? — сделала я грозное лицо. Сашка отмерил двумя пальцами небольшой отрезок и прищурился:

— Самую малость.

— С младшим. Его Славик зовут.

— Это хорошая новость, — заключил он.

Зрительный зал был заполнен белыми, обтянутыми искусственной кожей диванами. На которых можно и сидеть с комфортом, и прилечь при желании, и даже выспаться на особо скучных моментах. Теперь понятно, чего он на этом зале настаивал. Только я ему своим настроением весь культурный вечер испортила.

Фильм оказался вполне приличным, Сашка вел себя деликатно, а меня никак не отпускало. Мыслями я то и дело возвращалась к Славке и почти убедила себя: ребенок всё ещё не знает про мать.