Глава 4.

Максим Державин.

Парковка… лифт… коридор… зал переговоров… Словно кадры из дешевого боевика, смазанные и дерганые, проносились перед глазами. Ворвался я вихрем, за пару минут до назначенного времени, ощущая себя скорее спринтером на финишной прямой, нежели хладнокровным бизнесменом, коим всегда старался казаться. Зал заседаний, словно логово голодных львов, встретил меня зловещей тишиной. Инвесторы, восседавшие за длинным полированным столом из красного дерева, казались воплощением алчности и цинизма. Каждый жест, каждый взгляд, казалось, кричали о готовности разорвать любого, кто посмеет встать на пути к их обогащению. Я ощутил, как предательская холодная волна пробежала по спине.

Глубокий вдох. Нужно успокоиться, собраться. Вспомнить все аргументы, все цифры, все планы, вызубренные наизусть за бесчисленные бессонные ночи. Натянул на лицо подобие уверенной улыбки, стараясь, чтобы она не выглядела слишком жалко и неестественно. Профессионализм – вот мое оружие. Хладнокровие – моя броня.

К моему удивлению, встреча прошла на удивление гладко. То ли утро выдалось удачным, то ли я действительно смог каким-то чудом мобилизовать все свои силы, но инвесторы, обычно придирающиеся к каждой запятой, сегодня были на редкость благосклонны и сговорчивы. Презентация прошла без сучка и задоринки, вопросы были уместными и конструктивными, а предложения – выгодными и перспективными. Возможно, дикая спешка и утреннее волнение, как ни странно, добавили энергии и напора в выступление. Возможно, просто благоприятное расположение планет. Но факт оставался фактом – соглашение было заключено на невероятно выгодных для нас условиях. Камень, который тонну весил, свалился с плеч. Чувство облегчения, смешанное с эйфорией и изнеможением, накрыло меня с головой. Впервые за долгое время я чувствовал себя не загнанным зверем, выживающим любой ценой, а победителем, добившимся своего.

После утомительной процедуры подписания всех необходимых документов и обмена формальными любезностями, когда зал переговоров опустел и я остался один наедине с триумфом и уставшим самодовольством, ко мне заглянул Андрей, мой заместитель и, что гораздо важнее, старый друг. Один из немногих людей в этом продажном мире, кому я мог доверять безоговорочно.

– Макс, да ты сегодня как выжатый лимон, – Андрей, с присущей ему непринужденностью, присел на край стола, окинув меня оценивающим взглядом. – Что стряслось? Обычно ты на таких встречах спокоен, как буддийский монах, а тут…, – и мужчина пожал плечами не знаю какое сравнение подобрать. – Что-то серьезное?

Андрей всегда умел видеть меня насквозь, замечая малейшие перемены в моем настроении. Скрывать от него что-либо было бесполезно, да и не хотелось. Он был одним из тех, кто знал меня настоящего, со всеми моими слабостями и страхами. Я тяжело вздохнул, откидываясь на спинку кресла и прикрывая глаза рукой.

– Да Алиса сегодня утром взбесилась, – признался я, не зная, с чего начать эту сумбурную историю. – Устроила форменный армагеддон, требуя немедленно читать ей сказку про говорящего пони и раскрашивать обои в кислотно-розовый цвет. А тут еще эта несчастная няня не явилась, как по закону подлости. Как всегда.

Андрей понимающе кивнул, прекрасно зная, как мне тяжело дается эта двойная игра: успешный бизнесмен днем и любящий отец вечером.

– Ну и что ты сделал? Пришлось читать про пони? – с усмешкой спросил он. – На кого ее в итоге оставил ?

– Вот тут-то и начинается самое интересное, – я едва заметно усмехнулся, вспоминая утренний хаос. – Появилась какая-то девушка. Абсолютно случайный человек. Перепутала адрес, наверное. Она, вроде как, дизайнер интерьеров. А никакая не Мэри Поппинс, как выяснилось. Но… черт побери… выхода у меня просто не было. Нужно было срочно ехать. Я ее, в общем, попросил присмотреть за Алисой пару часов… пообещал заплатить нормальные деньги… очень нормальные деньги.

Лицо Андрея вытянулось от неподдельного удивления. Он медленно сполз со стола, словно осознавая всю абсурдность ситуации.

– Ты что, издеваешься? Ты оставил свою дочь… единственное, что у тебя осталось… с абсолютно посторонним человеком? Ты вообще в своем уме, Макс? Это же верх легкомыслия. Это… мягко говоря, безумие. Ты хоть осознаешь, чем это могло обернуться?

Я понимал. Даже слишком хорошо понимал все возможные последствия своего опрометчивого поступка. Но в тот момент я был готов рискнуть всем, лишь бы успеть на эту чертову встречу и не потерять все, что строил годами.

– Спокойно, Андрей, спокойно, – попытался я успокоить его, прекрасно понимая, что мои оправдания звучат более чем неубедительно. – Я же не совсем безголовый. Я же не с улицы ее взял. К тому же, у меня же камеры по всей квартире установлены. Я все это время наблюдал за ними. В перерывах между важными разговорами, конечно. Но все же…

Андрей недоверчиво прищурился, словно пытаясь понять, шучу я или сошел с ума окончательно.

– Какие еще камеры? Ты что, следишь за квартирой через систему видеонаблюдения? Макс, это уже паранойя какая-то. Ты себя слышишь вообще? Это… ненормально. Подожди, ты и за прежними нянями следил? – удивленно приподнял брови друг.

– Не слежу, а забочусь о ее безопасности. И о своей тоже, – огрызнулся я, чувствуя, как внутри начинает закипать раздражение. – После… после всего, что произошло, у меня просто нет выбора. Я не могу по-другому. Не имею права.

Жестом подозвал Андрея к своему рабочему компьютеру и нервно щелкнул мышкой, запуская программу видеонаблюдения. На экране, словно в театре теней, замелькали изображения с камер, установленных в разных комнатах моей квартиры. Алиса и эта Катя (так, кажется, зовут девушку) сидели на диване в гостиной и увлеченно разглядывали какую-то детскую книжку с яркими картинками. Алиса тыкала пальчиком в забавных зверушек, а Катя, с теплой улыбкой на лице, что-то ей тихонько рассказывала. В их глазах отражалось неподдельное счастье и безмятежность.

– Ну вот, любуйся, – с напускным равнодушием указал я на монитор. – Все под полным контролем. Кажется, она даже лучше справляется с Алисой, чем все эти дипломированные няни, которых я перепробовал за последнее время. Никаких слез, никаких истерик. Просто идиллия.

Андрей молча смотрел на экран, нахмурив брови и закусив губу. В его глазах читалось смешение недоверия, беспокойства и… легкого изумления.

– Да, картинка и правда умиротворяющая, – наконец пробормотал он, не отрывая взгляда от монитора. – Но все равно, Макс, это… безрассудно. Безумно рискованно.

– Буду, – пообещал я, хотя и не был уверен, что сдержу свое слово.

– А девушка ничего так, – усмехнулся Андрей, а я внимательнее всмотрелся в экран компьютера.

Андрей будто приклеился взглядом к экрану, забыв обо всем на свете. Его лицо, обычно выражающее деловую сосредоточенность, смягчилось. Он больше не выглядел как обеспокоенный друг, оценивающий риски моей спонтанной выходки. Теперь он рассматривал Катю как… женщину. Я наблюдал за ним краем глаза, и меня начинало это немного раздражать. Он что, решил приударить за девушкой, которая случайно оказалась в моей квартире?

– Знаешь, Макс, – протянул он задумчиво, не отрываясь от монитора, – а она действительно… симпатичная. Даже очень. Не то, чтобы я одобрял твою авантюру с оставлением дочери незнакомому человеку, но… скажем так, выбор у тебя, друг, оказался на редкость удачным.

Услышав его слова, я невольно напрягся. Я резко повернулся к нему, удивленный его внезапной заинтересованностью. Андрей, этот вечный трудоголик и примерный семьянин (в прошлом), сейчас флиртовал? Хотя… почему бы и нет? Он уже несколько лет жил один, с головой погрузившись в работу. А Катя, что и говорить, излучала какую-то особую притягательность.

И тут меня будто пронзило осознание. Симпатичная? Да, черт возьми. Я ведь даже не взглянул на нее нормально в утреннем хаосе. Все мои мысли были заняты только предстоящей встречей с инвесторами, поломанными планами из-за Алисы и не пришедшей няней. Я видел в Кате лишь инструмент, решение проблемы, а не… девушку. Теперь, под влиянием слов Андрея, я увидел ее совершенно другими глазами. И действительно, что-то в ней было. Что-то цепляющее. Это не была шаблонная красота с обложки глянцевого журнала, а скорее какое-то внутреннее сияние, тепло. Большие, выразительные глаза, обрамленные густыми, темными ресницами, казались бездонными. Мягкие черты лица, тронутые легким румянцем, добавляли ей очарования. А эта искренняя улыбка, адресованная Алисе… Она словно излучала свет и доброту. Так, стоп. О чем я вообще думаю?

– Эй, полегче, Казанова, – хмыкнул я, стараясь скрыть внезапно вспыхнувший интерес и нарочито равнодушным тоном. – Не слишком ли ты разошелся? Ты, кажется, только что ее увидел, а уже готов жениться.

Андрей, словно очнувшись, оторвался от экрана и с хитрой улыбкой игриво приподнял бровь.

– Ревнуешь, что ли, Макс? – поддел он меня. – Неужели сам запал на эту случайную няню по объявлению? Признавайся, давно ли у нас с тобой появилась тяга к столь рискованным знакомствам? Или ты решил вспомнить бурные студенческие годы?

Я отмахнулся от его подколок, чувствуя, как щеки предательски начинают гореть. Черт, он заметил! Надо как-то выпутаться из этой неловкой ситуации.

– Чушь не неси, – огрызнулся я, стараясь перевести разговор в более безопасное русло. – Лучше посмотри, что она там делает. А то вдруг Алиса уже разрисовала все обои или ставит над незнакомым человеком свои безумные эксперименты.

Я снова привлек его внимание к экрану, отчаянно пытаясь скрыть собственную неловкость. Спасибо тебе, Андрей, открыл глаза, называется. Зачем ты это сделал?! Но признаваться в этом, конечно же, я не собирался. На экране разворачивалось маленькое представление. Катя, что-то оживленно рассказывая Алисе, развернула большой лист бумаги. Сначала мне показалось, что это просто детский рисунок. Но потом, присмотревшись, я понял что это эскизы. Эскизы офисного пространства. А теперь, судя по всему, Алиса стала ее единственной аудиторией. А ведь девушка и в самом деле шла на презентацию проекта.

– Давай звук включим, – тихо предложил я, не отрывая взгляда от экрана.

Андрей кивнул, тоже заинтригованный происходящим. И я активизировал звук. Сначала был лишь легкий шорох, а затем раздался мягкий, мелодичный голос Кати.

– …а вот смотри, Алиса, – говорила она. – Здесь будут столы для сотрудников. Видишь такие красивые и удобные? А вот тут – уютные кресла, чтобы взрослые могли отдыхать и пить чай, когда устанут от работы. А здесь, посмотри, я сделала специальную комнату для игр. Там будут мягкие игрушки, конструкторы, все, что только тебе нравится. Чтобы взрослые могли спокойно работать, а ты могла приходить и весело проводить время. Как тебе?

Алиса восторженно захлопала в ладоши, ее глаза сияли от восторга.

– Вау! Красиво! Я тоже хочу там играть!

Катя нежно засмеялась. Ей была приятна похвала ребенка.

Она продолжала объяснять Алисе детали проекта, увлеченно рассказывая о цветовой гамме, освещении, эргономике пространства. Ее слова звучали убедительно, профессионально, даже… вдохновляюще. Я затаил дыхание, прислушиваясь к каждому слову. В ее голосе звучала не просто заученная презентация, а настоящая страсть к своему делу, любовь к дизайну. Она говорила об этом офисе не как о наборе стен и мебели, а как о живом, дышащем пространстве, наполненном энергией и творчеством. Она подмечала детали, о которых даже я не задумывался.

Когда Катя закончила свое импровизированное выступление, я и Андрей, словно по команде, переглянулись.

– А это не у тебя сегодня были презентации дизайнерских проектов для будущего офисного здания? – я вопросительно посмотрел на друга.

– У меня, – кивнул Андрей. – И кажется мы нашли идеальный, – усмехнулся мой заместитель. – Все же я заберу у тебя эту девушку, – и его слова прозвучали как-то двусмысленно.