Часть 4
Я стою и смотрю в экран, не понимая, как правильно реагировать на происходящее. Если это шутка – то откровенно дерьмовая. А если правда, то… Да ну, это какой-то бред!
В смысле затолкали в какую-то машину? Здесь, в Москве? И не в "малиновые" девяностые, а сейчас?
Почему она пишет именно мне? И вообще, ОНА ли это?
Все-таки это больше похоже на какой-то тупой пранк.
– Так мужики, по ко́ням! – на горизонте, похлопывая в ладоши, появляется Стас. – Сегодня пробки семь баллов, мать их что б, опоздаем ведь!
– Смотри как не терпится накинуть хомут, – ржет Семен. – Болезный. Остается только посочувствовать.
– А вот это белобрысое завистливое чучело в багажник, – отдает распоряжение новобрачный и ныряет в шикарный салон лимузина.
Дальше воспоминания о сообщении вновь стираются, заглядывать в телефон времени совсем нет. И нет никакого дела до чьих-то шуток.
И я еще не знаю, что там меня дожидается плюс еще один непрочитанный конверт…
* * *
В шикарном ресторане близ баснословно дорогого коттеджного поселка довольно многолюдно. Кажется, Костя созвал сюда всех "нужных" людей. Счастливые молодожены то и дело целуются, звенят приборы, играет под стать этому гламурному месту стильная музыка, а я сижу и пытаюсь не реагировать на разодетую в "золото" бывшую.
Мы встретились еще в ЗАГСе, сдержано кивнули друг другу и старались не пересекаться, что меня более чем устроило.
Что я почувствовал, увидев ее спустя довольно продолжительное время разлуки? Сложно сказать. Я заметил, что она похудела, еще сильнее осветлила волосы и абсолютно точно что-то сделала с губами. Впрочем, она всегда мечтала, но один умный человек (я, конечно), сдерживал ее от этого необдуманного поступка. А теперь кот из дома – мыши в пляс.
А теперь к чувствам: что-то шевельнулось (я о струнах души!), но совсем невесомо. Так мы жалеем о быстро пролетевшем лете, съеденной идеальной пицце или неслучившемся поцелуе с девушкой, с которой тебе никогда ничего не обломится, потому что вы из разной лиги.
Чувства ушли. Это мысль удивила и осторожно обрадовала. Я даже растерялся, потому что ТОЧНО ВСЕ, не на словах, а действительно на деле.
Леся весь день искала меня взглядом, показательно флиртовала с гостями мужского пола и громко смеялась, если я находился где-то поблизости. Но увы, мои ожидания на счет того, что в конечном итоге она сломается и что-то предпримет, оправдались. Я вижу, что она плывет ко мне за столик, в руках наполненный фужер.
– Привет.
– Мы уже здоровались, – роль козла не такая уж и простая.
– Ты отлично выглядишь, посвежел. И тебе идет лиловый.
О, бабочка.
– Подумываю приобрести пару рубашек такого оттенка.
– А обо мне? – кокетливо моргает. – Ничего не скажешь?
– Наращиваешь ресницы в новом салоне?
– Ну хватит уже, я же знаю, что ты рад меня видеть. Может, мы с тобой…
– Стой, Лесь. Лучше молчи! – пресекаю ее слова, которые точно все испортят. – Мы сказали вчера все друг другу. Давай не будем начинать заново.
– Ну я же вижу, как ты на меня смотришь… – глаза заполняются слезами, а кончик носа знакомо краснеет.
– Да не смотрю я на тебя! – пара репетиций, и скоро я стану вожаком стаи парнокопытных. – Для меня всё значит всё. И ты была со всем согласна. Какая муха тебя вдруг укусила? Эти смски, звонки…
– Я поняла, что мне не хватает тебя. Пробовала начать новую жизнь, но это так сложно.
– Это не было бы так сложно, если бы ты перестала мне писать. Ты сама ворошишь гнездо воспоминаний. Зачем?
– Стало быть ты точно остыл? – и горделиво задирает подбородок. – Где же тогда твоя новая? Стесняешься показывать людям?
– Счастье любит тишину.
– Я ее знаю?
– Не думаю.
– И как же ее зовут?
– Орхидея.
– Чего-о? – аккуратные брови ползут вверх. – Как?
– Угу, оригинально.
Черт знает почему я назвал имя той девушки из цветочного. Вернее, не настоящее имя, конечно: у них там вместо имен на бейджиках названия цветов. Астра, Роза, Орхидея… Вырвалось, и это странно. Ведь я совершенно о ней не думаю. Хотя милое юное личико помню на удивление отчетливо.
Я иногда вижу в окне, как она возится на своей кухне, подоконники которой заставлены орхидеями различных расцветок. Она молодая, точно моложе меня и, вероятнее всего, живет одна.
Странно, что сейчас я сижу напротив девушки, с которой прожил четыре года и думаю о той, которую и видел-то несколько раз.
– Ну, удачи тебе с ней, раз так, – Леся поднимается, осанка как всегда идеальна. – Но честно, не думала, что ты так быстро меня забудешь.
– Мы можем общаться… позже, когда остынешь. Можем даже дружить.
– Да иди ты, Черкасов, со своей дружбой!
– Лесь! – окликаю. – Скажи своей Катьке, чтобы не писала мне всякую чушь.
Бывшая окидывает меня взглядом с головы до ног и уходит. Наверняка в туалет. Конечно рыдать. Ее привычки так знакомы.
Отворачиваюсь от созерцания ее спины и забитого танцпола. Очень красивая территория, цветы, зелень, шикарное местечко. Сколько же миллионов Костя отвалил, чтобы порадовать единственное чадо? Три, четыре? Мировой все-таки мужик.
Веселиться не особо хочется – достаю из кармана телефон, ввожу пароль и, игнорируя кучу уведомлений, сразу захожу в сообщения.
"ПОЖАЛУЙСТА, ПРОСТИ, ЧТО ПИШУ ТЕБЕ, НАВЕРНЯКА ТЫ РЕШИЛ, ЧТО ЭТО КАКАЯ-ТО ГЛУПАЯ ШУТКА, НО, К СОЖАЛЕНИЮ, ЭТО НЕ ТАК. МЕНЯ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ПОХИТИЛИ И ПРАВДА КУДА-ТО УВЕЗЛИ. МНЕ БЕЗУМНО СТРАШНО…"
Перечитываю все присланные сообщения несколько раз и не могу понять, что ощущаю. Вернее, понимаю – я начинаю верить в этот бред, и от того чувствую себя круглым идиотом.
Кто-то разводит меня как лоха, а я ведусь. Ведь ведусь же!
Осторожно осматриваюсь по сторонам – молодые снова изучают гланды друг друга, друзья, распушив хвосты, красуются перед подружками невесты. А вон и Катя… Спиной ко мне стоит. Рядом с Лесей. Вот будет позорище, если это реально она… но не задать вопрос не могу.
"Допустим, я тебе верю, но почему ты пишешь именно мне? Мы знакомы? – нажимаю "отправить" и жду ответ. Проходит полчаса, час, два, но ответа нет.
И я расслабляюсь, реально с души падает весомый груз. Точно Катька. Сейчас ей некогда, поэтому не отвечает. Даже жалею, что повелся. Плохо, что отправленное сообщение уже не удалить.
Вскоре ко мне подходит Семен, с энтузиазмом тащит потрясти булками и помочь склеить "пару вон тех цыпочек". Я засовываю телефон в карман и снова благополучно забываю о нем до конца вечера.
Я на свадьбе лучшего друга или где?
Разъезжаемся мы глубоко заполночь, и не абы как – на нанятых на весь день лимузинах. В салоне продолжается веселье, гремит музыка, исследуется мини-бар… Само собой Леся со своей неизменной подружкой "случайно" села в именно в ту машину, в которую сажусь я. И "случайно" прямо напротив. Она старательно делает вид, как ей на меня наплевать, а я расслабленно смотрю в окно и мечтаю об одном – выспаться уже, наконец. Почти двое суток веселье нон-стоп. Да, мне всего двадцать три, но я же не робот.
Семен куда-то испарился, скорее всего в декольте той брюнетки, одна из "цыпочек", которая села в другой лимузин. Кажется, кто-то сегодня снова не будет спать. А декольте реально было внушительным…
Полтора месяца вынужденного воздержания в двадцать три – срок непозволительно огромный. Кошусь на бывшую, а может… Но тут же говорю себе "стоп". Это вот точно сведет все мои потуги отдалиться с ней на нет. Ради минутной слабости давать надежду и терпеть еще три месяца смс-домогательств – тупо.
Кстати, смс! Те сообщения!
Достаю телефон, открываю переписку и испытываю иррациональную тревогу. Ответа до сих пор нет.
Сколько же часов прошло?
Если допустить, что все это не развод, то почему она так долго молчит?
– Андрю-юш, ты чего грустный такой? – Катя сидит напротив и улыбается во все свои тридцать два.
Догадалась, что я читал сейчас нашу переписку?
Хотя почему, блин, нашу. Еще неясно, кто этот долбаный шутник.
– Главное, что тебе весело, Катюш, – улыбаюсь ей в ответ.
Леся наклоняется к уху подруги и что-то лихорадочно шепчет, затем обе заходятся в громогласно смехе. Хохочут аж до слез, дрыгая ногами и держась за плоские животы.
Ну точно, обсуждают свой "угарный" прикол.
А Андрюша-лошара.
В кармане жужжит входящее сообщение, раздраженно достаю телефон и едва челюсть не отпадает – мне ответила "заложница". Что именно не читаю еще, перевожу ошарашенный взгляд на подружек – те снова шушукаются, и у обеих абсолютно точно нет в руках никакого телефона.
"ПРОСТИ, НЕ МОГЛА ОТВЕТИТЬ СРАЗУ, ОН ВСЕ ВРЕМЯ БЫЛ ЗДЕСЬ. ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ МЕНЯ ПОХИТИЛ"
"Ты действительно в беде? Это не розыгрыш?"
"ХОТЕЛА БЫ Я, ЧТОБЫ ЭТО БЫЛА ШУТКА"
"О'кей, если все так фигово, почему ты не позвонишь в полицию?"
"ОНИ ПРЕДУПРЕДИЛИ, ЧТО КОМНАТА НАПИЧКАНА МИКРОФОНАМИ, И ЕСЛИ Я ПОПРОБУЮ ЗВАТЬ НА ПОМОЩЬ – МЕНЯ ТУТ ЖЕ УБЬЮТ"
Вытираю вспотевшую вдруг ладонь о брюки, бросаю нервный взгляд на девчонок.
Это какой-то долбаный сюр. Не может быть этого в реале! В кино – да, но точно не в жизни. И точно не со мной.
Поверить в это – полностью, чтобы ни тени сомнений – крайне сложно.
Снова утыкаюсь в гаджет.
"Ты так и не ответила, мы знакомы?"
Она снова молчит.
Почему?
Я тревожусь, и меня бесят собственные эмоции.
Не. Ведись. Это же чушь собачья! Да, это не Леся и не Катя, но мало ли других идиотов? Семен, Стас… Хотя обоим сейчас вряд ли до меня, но в теории… Решили таким образом "раскачать" друга. А что, вполне в их духе.
И даже если не они – любой другой придурок.
Может, это интернет-пранк?
Кто-то сливает скрины в какой-нибудь чат с ушлепками-малолетками и угорает?
Не может же это быть реально правдой!
Меня высаживают у дома первым, и свежий ночной воздух моментально отрезвляет. Я неторопливо иду к своему уютно освещенному подъезду, вижу знакомые машины на парковке, пустую сейчас детскую площадку, вижу ухоженные клумбы, и эта "привычность" словно снимает с глаз шоры.
Это бред, ну конечно. И то, что я усомнился, автоматически отправляет меня в группу риска. Неужели я и есть тот самый человек, который назовет пароль от мобильного банка, потому что на ватсап позвонили из "службы безопасности"...
Кстати о клумбах…
Поднимаю взгляд на окно Орхидеи и… там темно. А там никогда темно не бывает. Даже ночью. Потому что ночами там горит слабый фиолетовый свет, который используют цветоводы-любители для своих растений. Фотосинтез, пестики, тычинки… или как там.
Может, уехала куда-то?
Вообще странно, что я думаю об этом, мне-то какая разница? Мы даже ни разу не общались! Да она мне и не нравится… так чтобы прям очень.
Нет, она симпатичная, вообще-то: шикарные густые волосы, глубокие карие глаза, точеная фигура… Симпатичная, да. Красивая даже.
Окей, ладно, нравится. Но чисто визуально! Я вообще никогда не думал о ней как… как о том декольте, в котором сейчас потерялся Семен.
Черт! Черт! Черт! Теперь думаю!
Ощущая себя еще бо́льшим дураком, бреду к подъезду и то и дело поднимаю взгляд на ее непривычно темное окно.
Почему я ни разу не спросил, как ее зовут? Не Орхидея же. Мы сталкиваемся во дворе то и дело. Просто познакомиться, может, выпить вместе кофе. Что такого? Я давно свободен. Она симпатичная и тоже меня приметила. Иногда я вижу, как она стоит у своего окна и смотрит в мое.
Только когда мы теперь снова столкнемся? Сейчас лето, а если она в отпуск уехала? На море. Например, в Крым. Или в Турцию. Сколько получают продавцы цветов?
Впрочем, зачем гадать – магазин, где она работает, прямо за углом. Можно прогуляться завтра мимо, заглянуть.
Уже дома, проваливаясь в сон, вижу чудную Орхидею… в платье с декольте как у той брюнетки.
Все-таки сорок восемь дней воздержания – это очень долго.