Глава 2

До офиса доезжаем быстро, насколько возможно, конечно. Я нарушаю правила, и подрезаю пару машин. Мелкий крепко держится за ручку, и вроде боится, а вроде в глазах какой-то огонек мелькает. Ну а может, мне кажется.

Паркуюсь на свободном месте, поворачиваюсь к Лехе и говорю строго:

- Ты сидишь тут!

- В смысле? Здесь? - смотрит на меня непонимающе.

- А ты думал, я тебе няньку с третьим размером сейчас найму? Нет, дружок, такой роскоши от меня не дождешься.

- А долго ты… ну там будешь? - пацан уже не кажется таким уж уверенным в своем решении. Правильно, пусть в следующий раз башкой думает, прежде чем к дядькам всяким стучаться. Интересно, откуда он вообще мой адрес нашел. Хотя… скорее всего на моей странице. Я же пост помню, выкладывал про дом, и про спор, без подробностей, конечно, но было дело.

- Долго, - специально так отвечаю. - Как раз у тебя хватит времени подумать, как взрослых людей разводить. Все, бывай.

И выхожу из тачки, громко хлопнув дверью. Успеваю уже дойти до лифта подземной площадки, как решаю машину закрыть. Во-первых, непонятный мальчишка, кто его знает, что на уме. Во-вторых, для его же безопасности. Пусть лучше посидит закрытый. Тем более я уверен, в офисе проторчу не больше часа. А если что отправлю кого-нибудь к нему. Девчонок податливых у отца полно.

*****

Встреча проходит без результатов. Я в основном помалкиваю, хотя слушаю внимательно, приглядываюсь к китайцам. Не ахти они. Не внешне, конечно, по характеру. Прикапываются к мелочам. То им позиционирование новой франшизы кажется не очень хорошим, то не хватает семейных ценностей, то бюджеты большие просим для продвижения. Зачем только отцу они нужны в качестве инвесторов? Понимаю, он все жаждет выйти на новый уровень со своими ресторанами, но можно начать не с Китая. Или хотя бы не с этих китайцев.

Когда гостей секретарша Лиза уводит в ресторан на первом этаже, виляя перед ними то задницей, то сиськами, в кабинете остаемся только я, отец и Володька.

- Па, не переживай, - утешаю его. - Найдем другой кошелек.

Отец смотрит на меня, как на таракана, который только что предложил ему бизнес-план.

- Кошелек, говоришь? - цедит он, поправляя галстук. - А ты, Гера, лучше бы думал, как свою башку на место поставить, а не кошельки чужие искать.

Володька, сидящий в углу ухмыляется. Явно доволен, что батя опять меня пинает. Он с детства такой: всегда радовался моим неудачам, а все из-за разных матерей. С его-то мамашей старик и не расписался, просто забрал себе ребенка и все. А с моей женаты. Вот Володька и бесится, из кожи вон лезет, пытаясь доказать какой он классный.

Ну и пусть. Я привык. Зато я не женат на стерве, которая командует, как генерал на параде.

- Пап, я серьезно, - говорю, стараясь держать лицо. - Эти китайцы - жмоты. Они хотят, чтобы мы им золотые горы за копейки продали. Давай лучше с европейцами попробуем, там хоть понты дешевле обходятся.

Отец хмурится, но я вижу, что он задумался. Володька, конечно, тут же вставляет свои пять копеек:

- Гера, ты бы лучше о своей репутации подумал, а не о бизнесе. Слышал, тебя опять в клубе видели с какой-то девицей. Не позорь фамилию. Уже тридцатник, пора бы остепениться.

- А ты, братишка, не позорься, когда твоя Лариса тебя за поводок таскает, - огрызаюсь я. - В клубе хотя бы музыка приятная, а у тебя вечные команды: стоять, сидеть, гавкать.

Отец закатывает глаза, явно жалея, что у него такие сыновья.

- Хватит, оба! - рявкает он. - Гера, ты вообще, где шляешься? Я тебе сказал, в офис быстро, а ты полчаса где-то болтался.

Ну вот, приехали. Опомнился. Не говорить же мне про пацана, который с утра пораньше нарисовался. Отец такого точно не поймет.

- Ты сам мне хату на спор выбрал у черта на рогах.

- Вставать раньше надо, - поддакивает Володька. Кидаю на него гневный взгляд, мол заткнись уже, а он лишь усмехается.

- Ну хочешь…. я твоих китайцев сам уговорю.

- Уговоришь? - отец смотрит на меня так, будто я только что предложил ему продать компанию за три юаня и пачку жвачки. - Ты, Гера, сначала с собой разберись, а потом уже за китайцев берись. Они, между прочим, не из тех, кто на твой фирменный взгляд “эй, красотка, раздвинь ноги” поведется.

- Пап, дай шанс, - говорю я, поправляя воротник рубашки и пытаясь изобразить уверенность. - Я этих китайцев раскручу, как шашлык на мангале. Они еще сами будут умолять вложить бабки в твои рестораны. Только дай мне пару дней, я придумаю, как их зацепить.

- Ладно, - батя машет рукой, как будто отгоняет назойливую муху. - Четыре дня, Гера. Если китайцы не подпишут, пеняй на себя. А теперь вали, у меня тут дел по горло.

Выхожу из кабинета, Володька тоже выходит. Переглядываемся.

- У тебя ничего не выйдет, к чему этот концерт? - как обычно бурчит он, пытаясь принизить меня.

- Это у тебя с Ларисой в койке не выходит, а у меня все получится.

- Кроме как языком чесать и девок трахать, у тебя ничего не получается.

- Посмотрим, - с вызовом отвечаю, желая уже доказать брату, что я тоже чего-то да стою. Тем более образование у меня хорошее, мозгов хватает, идеи есть. Мне просто штаны протирать в офисе скучно. Но тут уже дело принципа.

Володька уходит, сворачивает налево, к себе в кабинет. Важный гусь, блин. А я думаю, как этих китайцев нагнуть. Мне обязательно надо. Позарез.

В коридоре сталкиваюсь с Лизой, той самой секретаршей, которая виляла перед китайцами всем, чем можно. Она поправляет свои светлые локоны и стреляет в меня глазами, как из базуки. Третий размер, ничего не скажешь, работает как магнит. Я подмигиваю ей, чисто на автомате, и она тут же хихикает.

- Гера, хорошо выглядишь, - мурлычет она, накручивая прядь на палец. - Может, вечером вместе по кофе пропустим?

Лиза тут работает месяца три и за это время, уже раз десять пыталась открыто затащить меня в койку. Но пока дело до ее сисек не дошло.

- Лиза, я бы с радостью, но у меня миссия невыполнима: китайцев уломать, - отвечаю, уже шагая к лифту. - Но про кофе запомню. Может, заскочу, если мир не рухнет.

Она смеется, а я уже думаю, как бы мне не забыть про Леху, который сидит в моей тачке, как заложник собственного упрямства. Серьезно, что за день? То ли я в какой-то комедии снимаюсь, то ли мир решил, что я недостаточно настрадался.

Спускаюсь на парковку, открываю дверь Бентли, и - о, сюрприз! - Леха не просто сидит, а умудрился раскопать в бардачке мой старый плеер с наушниками и теперь качает головой под какой-то трек. Судя по его довольной мордашке, это что-то из нулевых.

- Эй, диджей, ты чего там устроил? - рявкаю я, садясь за руль. - Это мой плеер, между прочим. Там, поди, “Руки Вверх” или что похуже.

- Ага, “Скорпионс”, - Леха снимает наушники и смотрит на меня с видом знатока. - Неплохой трек, пап. Ты в молодости, видать, отжигал.

- Не пап, а Гера, - огрызаюсь я, заводя движок. - И не трынди про мою молодость, мелкий. Тебе еще памперсы меняли, когда я… - я замолкаю, потому что, черт возьми, не хочу вдаваться в подробности своей бурной юности. - Короче, что с тобой делать? В школу ты не хочешь, домой - тоже. Может, в цирк тебя сдать? Там как раз клоунов не хватает.

Леха фыркает, но я вижу, что он уже не такой наглый, как утром. Видать, сидение в машине немного остудило его пыл.

Мы выезжаем с парковки, и у мелкого звонит телефон. Он сразу напрягается, хмурится, весь дерганый какой-то делается. Подносит трубку к уху и так тихонечко шепчет:

- Да, мам. Что? В школе? А что ты там… я? Ну… я? Я тоже в школе.

Издаю смешок.

- Мам, не ругайся, пожалуйста. Все нормально. Я… скоро буду. Я все объясню, честно-честно!

Леха вешает трубку, а я только качаю головой, сдерживая ржач. Ну артист, блин! Врет маме, как заправский шпион, а у самого уши пылают, как стоп-сигналы на моем Бентли.

Я выруливаю на дорогу, поглядывая на него краем глаза. Мелкий сидит, уставившись в окно, и теребит ремешок своего рюкзака, будто это поможет ему придумать новую байку.

- Что, малой, влетело от мамки? - подначиваю, не удержавшись. - В школе, говоришь? Ага, прям отличник года, в библиотеке, небось задачник по матану зубришь.

Он не отвечает, только вздыхает, да с такой печалью, словно совершил самый ужасный в жизни поступок. И я думаю… интересно, какая эта Света, мать его. Строгая стерва или наоборот, слишком мягкотелая овечка?

До школы мы едем молча. И минут через пятнадцать, прежде чем свернуть за угол к этому дворцу знаний, малой вдруг оживает:

- Останови тут, пожалуйста.

- Зачем? - удивляюсь.

- Так надо. - Помедлив, он словно специально это добавляет. - Пожалуйста, пап.

И я резко торможу.

- Давай, чеши отсюда. Распапкался.

Леха выходит, и мчит на всех порах в сторону школы, ну а я медленно еду за ним. Интересно все-таки, как выглядит его мамаша. Замедляюсь у самых ворот и точно - вон мелкий подбежал к женщине.

Худенькая, маленькая, светленькая. Волосы в пучке, джинсы широкие, джемпер в теплых оттенках, на ногах кеды, и взгляд такой серьезный, взволнованный. Леха перед ней начинает оправдываться, она, судя по всему, его ругает.

Я же прищуриваюсь, пытаясь разглядеть эту Свету получше. Вдруг реально у нас с ней был секс.

Симпатичная, но ничего такого, что бы прям “вау, Гера, как ты мог забыть?”. Нет ни татуировок, ни сисек отменных, ни того самого “о-да-это-была-жаркая-ночь” вайба. Я даже достаю телефон, включаю камеру и навожу, чисто на всякий случай. Приближаю - ну нет, точно не знаю. Не было у меня такой девахи.

А на нет и детей нет.