Глава 8

Выходные закончились, и я вернулась на пары. Ника и Катя поохали надо мной — мол, бледная, как призрак. Убедила, что вполне здорова, и потекли привычные универские будни. Библиотека, решебники, учебники, конспекты. Лекции и практические. Но ловила себя на мысли, что все время жду звонка Эда. Непроизвольно, ненамеренно, — ждала. Когда-то читала о синдроме фантомного звонка, когда человеку чудится, что вибрирует мобильный. Читала — а теперь пережила. Проверяла телефон по десять раз в час. Заходила в ванную — и словно слышала звонок. Выбегала, но его не было. К концу недели тревога превратилась в растерянность. Эд так и не позвонил.

Радоваться бы и прыгать до потолка, вот только во время последней встречи он плохо себя чувствовал. И просто хотелось знать, что с ним все в порядке. Решилась и позвонила. Сама.

Сердце билось где-то в горле, пока ожидала ответа, но трубку никто не взял. А вырваться до пятницы не смогла. Зато решила — сразу после пар поеду в «Комету». Пусть посмеется надо мной, пусть выставит за дверь, но буду уверена, что Эд в норме.

Пары тянулись долго. Формулы английского прошедшего времени не желали выстраиваться в голове. А как они могли выстроиться, если мысленно прокручивала путь до клуба? Как войду туда, что скажу. Что ответит Эд.

Наконец, мучения подошли к концу. Наскоро попрощавшись с одногруппниками, помчалась к выходу — и чуть не сшибла с ног Артема. Что-то шевельнулось внутри: затаенная грусть о несбывшемся.

— Верховина, — дыхнул он мне в лицо.

Да он же пьян!

— Артем Сергеевич, дайте пройти, — попыталась вырваться я.

— Постой, Верховина. — Он вцепился в мою руку. — Куда же ты? Пропала, не звонишь, не пишешь. А я скучаю.

И так гадко это прозвучало! Было время, когда я бы жизнь отдала за эти слова, а сейчас противно стало слушать. Пьяный бред. Еще и прямо в универе.

— Отпустите, — приказала я.

— Постой. Давай проведем досуг вместе? — хихикнул он. — Не вырывайся, глупая. У меня есть винцо, конфетки.

Со всей дури наступила ему на ногу. Артем взвыл, а я рванула куда глаза глядят. Неслась так, что только мелькали плиточки пола. Выскочила за порог и побежала к остановке. В кои-то веки повезло — как раз подъехала нужная маршрутка. Прыгнула на ступеньки и только тогда смогла отдышаться. Ура!

Что случилось с Артемом? Вспомнились предупреждения Эда, что есть люди, в чьи судьбы лучше не вмешиваться. Но тогда не поняла значения его слов. А теперь… Теперь увидела, какой глупой и наивной была моя влюбленность. Я придумала себе образ — и влюбилась в него, потеряв реального человека.

Желание увидеть Эда усилилось. Возможно, даже рассказать ему об Артеме. О том, как бежала от него через весь университет. Может, что-то посоветует? Жаль Тему. Это ведь из-за меня он такой.

Маршрутка остановилась на конечной, и мною овладел страх. А что, если Эд не хочет меня видеть? Что, если я разочаровала его? Да, это освободит меня от жуткого контракта. С одной стороны. А с другой…

Ну, уже приехала. Поэтому собралась с духом и пошла к «Комете». Дверь оказалась заперта. Захотелось со всей дури ударить по ней ногой, но пожалела ботинки — почти новые, дорогущие. Постучала.

— Привет, красотка, — появилась в дверях голова Яна. — С чем пожаловала?

— Эд у себя?

Я постаралась обойти громилу, но безуспешно.

— А где ему быть? Только не один, а с компанией. Проходи.

На этот раз Ян не провел меня сразу в кабинет. И на этот раз в клубе не было пусто.

Я вошла в общий зал — и замерла. Казалось бы, давно должна привыкнуть. Масса незнакомых людей, топящих вечер в алкоголе. Ревущая музыка, группа полуголых девиц на сцене. Диванчики, занятые парочками. Кто-то пока целовался, кто-то самозабвенно срывал друг с друга одежду.

Повернула голову и наконец увидела Эда. Его диванчик тонул в сигаретном дыму. Рядом сидели три красотки. Как в голливудских фильмах: блондинка, брюнетка и рыжая. Из одежды на дамах остались только стринги. Трио льнуло к Эду. Брюнетка расстегивала рубашку, блондинка лезла целоваться, рыжая колдовала с ширинкой.

А во мне бушевали чувства, которых ну никак не ожидала. Хотелось подойти и врезать. Всем троим. Чтобы знали, как лапать чужих… партнеров. И Эду тоже, чтобы не позволял. Затем пришла обида: я беспокоилась, черт знает что себе напридумывала, а он… Я спокойно, с улыбкой направилась к диванчику, схватила рыжую за волосы и оттолкнула со словами:

— Пойди погуляй, подруга. И товарок забери.

Эд уставился на меня. Конечно, он не смутился. Легкая улыбка скользнула по губам и исчезла, словно почудилась.

— Александрина.

Он подвинулся, давая мне сесть.

— И тебе здравствуй. — Я заняла краешек дивана. — Вижу, не скучаешь. Что ж, рада. Пришла узнать, не нужно ли чего. Не потерял ли телефон. Или, может, злобный вирус сожрал мой номер?

И Эд рассмеялся. Тихо, почти беззвучно. Но не было того безразличия, к которому я привыкла. Его лицо стало более… живым? Потянулась к бледной щеке, провела пальцами по теплой коже. И что на меня нашло? Или это атмосфера заведения?

Эд осторожно убрал мою руку.

— Пожалеешь. А если серьезно — зачем приехала?

Я словно пришла в себя. Отпрянула, покраснела, огляделась… и покраснела еще больше. Что он обо мне подумал? Вряд ли что-то хорошее.

В уме попыталась быстро отыскать причину визита. И нашла — первую попавшуюся.

— Артем, — ляпнула я. — Приставал. Прямо в институте. Представь себе, напился и предлагал уединиться. Вино там, конфеты. Еле отвязался.

Эд нахмурился. Чувство близкой опасности словно повисло между нами.

— Но ничего страшного! — поторопилась я исправить ситуацию. — Убежала, как видишь. Вот, приехала к тебе. Спросить, можно ли ему помочь.

Лицо Эда снова превратилось в каменную маску.

— В чем? Быстрее пасть? Послушай, Александрина, я уже говорил держаться подальше от Артема. Ваши судьбы не должны соприкасаться. Он опасен. Если бы не наш контракт, я предпочел бы видеть его мертвым. Но мое слово нерушимо, значит, пока он будет жить. Вот только вмешиваться тебе не дам. Иначе пеняй на себя: жалеть Артема не буду.

Я кивнула. Больше своим мыслям, чем Эду. Тон меня напугал. Чем мне может угрожать Артем? Хотя после сегодняшнего поведения… Вряд ли удастся меня еще чем-нибудь удивить.

— Прогуляемся?

Почему-то желание побродить с Эдом по городу никуда не делось с нашей последней встречи.

На этот раз он согласился, поднялся с дивана и протянул руку:

— Ну давай.

Его ладонь казалась ледяной. Мы вышли из зала и почти добрались до двери, когда нас догнал Ян.

— Охрана нужна?

— Нет. Присмотри за клубом, — приказал Эд, и мы шагнули за порог.

Ветер усилился. Но мне было все равно. Главное, Эд согласился. Хотелось побродить под осенним небом и попытаться хоть немного разгадать этого человека. Пусть и не совсем человека.

Сначала шли молча. Эд даже не смотрел на меня, задумавшись о чем-то своем. Я же, как идиотка, косилась на него, ожидая слов. Поняв, что ждать нечего, сама взяла под руку.

— Ненавижу осень, — сказала первое, что пришло в голову.

— Раз не хочешь в тишине наслаждаться хорошим вечером, давай поговорим о чем-нибудь другом?

Эд даже не повернулся в мою сторону, но в голосе сквозила ирония.

— Давай. Может, расскажешь, как тебя занесло в человеческое тело?

Спросила — и тут же пожалела. Побоялась, что он развернется и уйдет. К моему удивлению, Эд ответил:

— Сослали за вмешательство в дела смертных. Сказали: раз они мне так интересны, стоит испытать на собственной шкуре, что такое человеческая жизнь.

— И что дальше?

Я затаила дыхание.

— А что могло быть? Очнулся на каком-то пустыре. Первое, что помню, — жуткое чувство тяжести от веса тела. Было непривычно вдыхать воздух, двигать руками и ногами. Столько глупых движений… — Эд говорил так, словно это ничего не значило, но я научилась не доверять его тону. — Сначала обрадовался. Было скучно в кругу таких же существ, как и я. Но радости быстро пришел конец. Оказалось, силы теперь тоже не те. Да, я по-прежнему могу видеть дороги каждого человека. Только влиять на них почти не способен. Мой мир стал слишком… ограниченным.

Эд замолчал. Недовольная складка пролегла между бровей. Он думал о чем-то неприятном, а я боялась вмешаться, потому что казалось: надавлю еще немного, и он уйдет.

— Знаешь, что самое худшее?

Он остановился и повернулся ко мне. Серебристо-серые глаза завораживали. Я тонула, и не было шанса выплыть.

— Что?

— Люди. Я был дураком. Глупым, даже наивным. Думал, смогу подружиться, узнать что-то новое, столько всего испытать! А им требовалась только моя сила. Сначала они обманывали, пытались извлечь выгоду из моих способностей. Я не понимал, что меня используют, и старался помочь. Потом понял. Разозлился. Направил способности против людей. И меня стали ненавидеть. Сотни раз пытались убить. Тогда я выяснил, что почти бессмертен. Почти — потому что никто не догадался изрубить мое тело на куски. А еще я узнал, что такое боль. Физическая и внутренняя. До сих пор не понимаю, какая хуже. Я ответил на твой вопрос, любопытная девчонка?

Молча кивнула. Теперь уже мне не хотелось разговаривать. Получается, раньше Эд был другим. И люди сами превратили его во врага.

Он ускорил шаг.

— Не торопись сочувствовать. Моя жизнь не так плоха. Я испытал все земные удовольствия, видел множество удивительных вещей. Гораздо больше, чем раньше. Встречался с интересными людьми. Правда, общение всегда сводилось к тому, что они пытались управлять мною либо убить. Но это уже мелочи. Ты замерзла. Давай вернемся.

Стало грустно. Промозглый ветер забирался под куртку. Голые ветви деревьев казались жуткими лапами, тянущимися к небу. Эд шел рядом — такой далекий, что хотелось рыдать. Но я не позволила себе понапрасну лить слезы.

— Со следующей недели вернешься к работе, — сказал он, когда мы остановились перед «Кометой». — Надеюсь, ты хорошо отдохнула, потому что дел предстоит много.

— Снова заставишь несчастных выбирать?

На душе заскребли кошки.

— Они уже выбрали. Поэтому — всего лишь узнать окончательный ответ.

Холодная ладонь прикоснулась к моей щеке. Я хотела высвободиться, но передумала. Зачем? Сама позвала.

— Можно один вопрос?

— Да.

Кивнула. Кажется, за этот вечер мы с Эдом наговорили больше, чем за все недели знакомства.

— Почему ты приехала? Я ведь дал тебе относительную свободу. Не звонил, не требовал работать. Почему? И не надо врать про Артема.

— Ну… — Я уставилась на носки ботинок, что-то запылились они. — Соскучилась. И переживала, как ты там, после разговора с Фортуной.

— Зря.

При упоминании сестры лицо Эда снова стало каменным. Что я такого сказала? Это ведь не табу. Мы оба были у нее в гостях. И он сам потребовал ответа.

— Нет, не зря! — даже обиделась я. — Ты был сам не свой, когда мы расстались. И вдруг пропал, не звонишь, не пишешь. Я места себе не находила. Все думала — вдруг с тобой что-то случилось.

— Что со мной могло случиться, Александрина?

— Не знаю! — Раздражение взяло верх. — Что угодно. Мало ли, кому понадобится твоя сила. Просто не могла дольше ждать. Все, и так наговорила лишнего. Возвращайся к своим девицам. Они там, наверное, разучили новые способы соблазнения, пока тебя не было.

— Ревновать — глупо.

— Не глупее, чем замирать от ненависти при имени сестры.

Эд развернулся и исчез за дверью клуба раньше, чем я успела понять, что случилось. Черт! Чтоб ему на месте провалиться! Для верности подергала ручку — заперто. Стукнула по створке ногой, отчего та жалобно запела. Ну и ладно! Параноик!

Гордо расправила плечи и пошла к остановке, надеясь, что хоть одна маршрутка будет в такой час. Но на полпути меня догнал автомобиль. Ветровое стекло опустилось, и высунулась лысая голова Яна:

— Приказано доставить домой в целости и сохранности, — ухмыльнулся он. — Так что залезай внутрь, красавица.

Решила не играть в оскорбленное достоинство: стемнело, пешком идти неохота. Поэтому забралась на заднее сиденье. В машине приятно пахло мужским одеколоном. Не Эда, Яна. Но запах мне нравился.

— Хозяин зол, — доверительно сообщил телохранитель. — Но зато не сидит, уставившись в одну точку. Спасибо.

— Было бы за что, — буркнула я. — Скажи, почему ты так ему предан?

— Долгая история и не для твоих ушек, — усмехнулся громила. — Но, может быть, как-нибудь расскажу. А пока желания нет.

Пришлось отступить. Смотрела в окно на проплывающий ночной город и думала об Эде. Почему он так разозлился? Ведь всего лишь хотела поговорить по душам. И вроде получалось. Из-за Фортуны? Так глупо! Неосторожным словом испортила прогулку.

Автомобиль остановился. Попрощалась с Яном и поспешила в подъезд. А у дверей ждал курьер с букетом цветов и запиской от Тима: «Ты пойдешь со мной на свидание?»