Глава 9

Сначала хотелось сказать Тиму «нет». Потом — «да». Потом мнение поменялось снова. И снова. Почему я сомневалась? Вспомнилась одна крайне неприятная сероглазая личность, выставившая меня за дверь. Никто не даст гарантии, что Эд не появится, стоит согласиться, и не утащит, как в прошлый раз. Эд может.

Вспомнился вчерашний разговор, и стало печально. Мы лишь приблизились к намеку на откровенность, и я все испортила. Но кто же знал? Нет, надо вести себя осторожнее, выбирать слова. Эд — не человек. Вот только, как оказалось, его слишком легко задеть. А потом невозможно успокоить. Надо же, властелин времени дуется на меня, как мальчишка.

Мысли сделали крутой кульбит и вернулись к Тиму. Согласиться на свидание? Внимание всегда приятно, как и цветы. Мы с Тимкой — хорошие друзья из разряда «видятся редко, но метко». Стоит ли что-то менять в наших отношениях? Или оставить как есть? Ему ведь не объяснишь, куда все время пропадаю. Да и не поймет. И пример Артема все еще перед глазами… Не прощу себе, если Тим пострадает. Но и не отвечать нельзя. Ох, устала.

Несмотря на поздний час, набрала номер Вероники.

— Александрина, ты ли это? — пропела подруга. — А я думала, ты совсем нас забыла.

— Ника, нужен совет. Меня приглашает на свидание умопомрачительный парень, но я его не люблю и встречаться не горю желанием. Что делать?

— Соглашаться, дуреха! — гаркнула подруга так, что уши заложило. — А вдруг это судьба? Отказать всегда успеешь. «Не сошлись характерами», то-се… Я его знаю?

— М-м, возможно. Спасибо, Ника, ты — золото. Пока.

И положила трубку раньше, чем подруга успела превратить разговор в допрос. Допроса все равно не избежать, но к нему стоит основательно подготовиться.

«Привет, Тим, — набрала сообщение, — спасибо за цветы. Согласна».

Ответ пришел мгновенно: «Завтра в полдень заеду».

«Хорошо», — напечатала я и отправила Тиму.

Значит, в полдень. Что ж, так и быть. Хоть развеюсь немного.

Приняла душ и легла в кровать. Вот только мысли снова и снова возвращались к Эду. Наверное, правду говорят, что людям нравится все непонятное. Так вот, он мне нравился. Хуже того — я начинала его жалеть. Особенно когда представляла, как он сутками сидит один в «Комете»… Ну почему один? У него там шикарные барышни… Это я тут одна-одинешенька. Тоже неверно. У меня подруги есть. И Тимка. Напридумывала себе всякого. Чуть ли не Рыцаря печального образа. А на самом деле… Хорошо бы держаться от Эда подальше.

Повернулась на другой бок и приказала себе спать. Спать, Аля. А не думать о серебристых глазах Эонарда. Имя-то какое…

Утро ушло на сборы. Давно не собиралась на свидания, поэтому с особым благоговением достала из шкафа все варианты наряда. На этот раз — не вечернего, как в ресторан, а дневного. Что мы имеем? Джинсы и кофты отметаем сразу. Взгляд зацепился за ярко-голубое платье с кружевным воротничком. Почему бы нет? Мне оно нравилось, а главное — было удобным и нарядным одновременно. Редкое сочетание. Волосы собрала в высокий хвост. Подкрасила глаза и губы. Вроде неплохо. Улыбнулась своему отражению — и затренькал дверной звонок. Тимка!

— Привет! — Сначала увидела еще один букет роз, затем — прятавшегося за ним Тима. — Классно выглядишь.

— Спасибо, — кокетливо улыбнулась я.

Быстро нашла вазу для цветов и выпорхнула из квартиры.

Настроение стремительно улучшалось, хотя, казалось бы, куда еще? Внизу ждал мотоцикл. Я тоскливо на него уставилась. Мог бы и предупредить…

— Может, переодеться? — спросила Тима.

— Зачем? Стесняешься?

Покосилась на подол платья. Вроде задираться не должен, а там кто его знает. Смело подошла к нашему сегодняшнему транспорту. Получила шлем. Подумав, перевязала хвост ниже. Так удобнее. Умостилась на мотоцикле и обхватила спину Тима руками.

А спустя несколько минут чуть не визжала от восторга. Мне нравилось! Нравилась скорость, ощущение защищенности от присутствия рядом Тима, рев мотора. А особенно — давно забытое ощущение свободы. Я не думала ни о чем! И ни о ком. Просто отдалась эмоциям. А когда мотоцикл остановился, чуть не завизжала второй раз — Тим привез меня в парк аттракционов. Не была здесь с выпускного. Рядом находилось кафе, в котором мы праздновали главный вечер в жизни, а рассвет встречали именно в этом парке, на американских горках.

— Кататься! — выкрикнула я и помчалась к кассе.

К моей радости, Тим купил целую пачку билетов, и ближайшие пять часов я каталась на всем, что бросалось в глаза — горки, сумасшедшие вертушки, маленькая гондола в лабиринте ужасов… Тим радовался так же, как и я. А потом мы купили сладкую вату. Вымазались ею, как два поросенка, и полезли в фонтан — мыть руки и лица.

— Фух! — Я плюхнулась на скамейку, вытирая салфетками мокрые руки. — Спасибо, Тимка. Давно так не веселилась.

— Как-нибудь повторим? — лукаво спросил он.

И как я могла отказаться? Пришлось пообещать, что обязательно. Вот только парк буквально через неделю закрывался на зиму. Ждать весны?

— Зачем же? — ответил Тим на мои сомнения. — В городе много интересных мест. Надоело торчать за компом. Надо все попробовать.

И я была полностью согласна.

Настроение поднялось. Все-таки хороший парень Тимка. С ним было так весело и комфортно, что не хотелось думать о чем-то еще. Я даже забыла про Эда. И не вспомнила бы, если бы не телефонный звонок.

«Он», — тут же отчеканило сердце.

Схватила трубку — нет, не он. Ника.

— Алло, — раздался громкий голос подруги, — ты дома?

— Да, — ответила, уже зная, чем это чревато.

— Тогда мы идем к тебе! Отпирай дверь.

Я поплелась в коридор. Как и думала, Катька с Вероникой уже толкались в подъезде. Давненько мы не собирались, с тех пор как познакомилась с Эдом.

Девчонки ворвались в дом, как два маленьких смерча.

— Привет, пропажа! Ну, рассказывай. Кто он?

— Вот так, с порога? — замерла я, пока подруги снимали куртки и ботинки.

— Нет, сначала в зал пройдем, — подвинула меня Катерина и прошествовала в комнату, служившую залом и спальней одновременно. А иногда и столовой. Девчонки достали из пакета двухлитровую бутылку колы, пакет с эклерами, наполнили чашки ершистым напитком.

— Теперь слушаем, — милостиво разрешила Катя.

Я плюхнулась на диван.

— А что слушать? С Тимкой гуляли. Помните, из нашего класса?

— Хакера, что ли? — округлились глаза девчонок.

— Ага, его. Мы случайно пересеклись, решили встретиться, пообщаться. Ничего такого.

— Ничего такого? — завопили подруги в унисон. — Алька, ты что! То по Артему сохла и слышать о других не хотела, то теперь с Тимкой гуляешь. А мы узнаем последними. Ну ты даешь!

Стоило признать: девчонки правы. Раньше между нами таких секретов не водилось. Теперь вот появились. И самым большим я просто не могла поделиться. Взяла чашку с колой и задумчиво уставилась в пустоту.

— Катьк, по-моему, она влюбилась. На этот раз серьезно, зуб даю, — прервал размышления голос Ники.

— А я о чем?! Эх, где наша Алька? Эту девчонку я не знаю.

— Да ладно вам! — Я залпом выпила колу. — Просто все так закрутилось… Сама не успеваю осознать, что происходит. Вот жила себе спокойно, а тут посыпалось на голову всякое…

— И что Тим? — не отставали подружки.

Пришлось рассказать в подробностях. И о прогулке, и о мотоцикле, и о парке аттракционов.

Девчонки только охали и ахали. Хотя у обеих была своя личная жизнь, не менее бурная. Вечер прошел так же весело, как и день. Вот она, свобода! Может, зря ездила к Эду? Не будила бы лихо, пока спало тихо. Но лихо уже разбужено и позвонит. Не сомневаюсь. Припомнились стальные серые глаза моего личного несчастья. Как бы сложилась жизнь, если бы Эд просто… исчез? Смирилась бы я? Или бросилась искать?

Эти вопросы занимали меня, пока ворочалась с боку на бок, пытаясь уснуть. А потом думала о Тиме. О том, как весело было сегодня. Почему нельзя просто взять — и влюбиться в самого лучшего? Почему снова ищу неприятности на свою голову? Нет, я не любила Эда, но и не могла сказать, что безразлична к нему. Как можно любить кого-то, кто не поддается пониманию? Кто все время ускользает и даже имени говорить не хотел?

Следующий день потратила на подготовку к парам. Стопки учебников, горы конспектов. Пора браться за учебу. Конец семестра неминуемо приближался, а задолженностей осталось много. Поэтому я штудировала записи и книги в надежде догнать уходящий поезд. И штудировала бы дальше, если бы ближе к девяти вечера не раздался звонок в дверь.

Снова девчонки? Глянула в дверной глазок Артем! Открывать сразу перехотелось.

— Что вам нужно?

Я приоткрыла дверь, предварительно набросив цепочку.

— Поговорить, — хмуро ответил декан. — О твоей успеваемости.

— На дому? Нет уж. Завтра в универе побеседуем. А теперь простите, время позднее. Вам лучше уйти.

От Артема пахло спиртным так, что защипало в носу. Дернула дверь на себя, но тот подставил ногу в дверной проем.

— Нет, мы поговорим, Александрина!

Он рванул дверь на себя. Цепочка звякнула и вылетела. По телу пробежали мурашки страха. Успокойся, Аля! Это всего лишь разговор. Ничего серьезного. Надо заставить его уйти.

Отступила, позволяя Артему ввалиться в коридор, но отходить от двери не собиралась.

— Разговаривать будем здесь. И быстро. Иначе позову соседей. Могу уверить, они никогда не дремлют.

— Хорошо, — кивнул Артем. — Александрина… Алечка. Я был не прав. С того дня… Дня моего рождения… Только о тебе и думаю. Пытаюсь выбросить из головы — не получается. Ты говорила, что любишь меня…

— Это была шутка, на спор.

Одна мысль о чувствах к этому человеку вызывала тошноту.

— Шутка, да. А я поверил. И с Алисой расстался. Бросила она меня, Аля. Так что теперь абсолютно свободен. И раз уж мы не безразличны друг другу.

— Говорю, это шутка была! — рявкнула я. — А теперь попрошу вас уйти. Или все в универе узнают, что ко мне приставал декан.

— Ты ничего никому не скажешь, — недобро улыбнулся Артем, — потому что иначе этот семестр не закончишь. Будь паинькой.

Он прижал меня к стене. Попыталась вырваться, но это было равносильно попытке сдвинуть гору. Жадные руки полезли под домашнее платье, к белью.

— Ну же, Алечка, не будь ледышкой, ты же умная девочка, — бормотал декан.

Я закричала. Пощечина обожгла щеку, другая рука зажала рот. Царапалась, кусалась, пыталась увернуться от поцелуев-укусов. В глазах потемнело. И вдруг напор исчез. Опустилась на пол, стараясь отдышаться. Постепенно возвращалась способность воспринимать окружающую реальность.

— Ты… — слышала, как сквозь вату, — запомни. Я никогда не повторяю дважды. Хоть один косой взгляд, один вздох в сторону Александрины — и будет так.

Артем заорал от боли. Я открыла глаза. Декан корчился на полу. Над ним стоял Эд. Спокойный и холодный, как всегда, но в глазах полыхало пламя ярости. Между его пальцами вилось нечто сверкающее, напоминавшее нить. Эд чуть сжал пальцы — и Артем захрипел.

— Эд, — заставила себя подняться с пола, — не надо.

— Не вмешивайся, — шикнул он. — Так что, ты меня понял, ничтожество?

— Понял, — просипел Артем.

— Ян!

В дверях появился телохранитель, хмуро глянул на распластанное на полу тело, подхватил и понес вон.

— Говорил быть осторожной? — Эонард повернулся ко мне. — Говорил не связываться? Что же ты такая глупая, Александрина?

— Он сам пришел, сказал… Я его не пускала… Он дверь…

Эмоции прорвали плотину. Я разревелась. Слезы катились нескончаемым потоком. А если бы Эд не пришел? Если бы… А-а-а!

— Тише, — обняли меня уверенные руки. — Я никому не позволю причинить тебе вред.

Уткнулась носом в рубашку, пахнущую ветром. Под ней медленно, гулко билось сердце. Человеческое, что бы ни говорил Эд. Он гладил меня по голове и молчал. А я вцепилась в него, словно в последний якорь, и рыдала, как никогда в жизни.

— Хватит. — Эд отстранился и протянул носовой платок. — Он тебя больше не потревожит. А если потревожит, уж прости, я аннулирую наш договор и оборву его нить.

— Не надо, — всхлипнула я. — Только не уходи. Посиди со мной.

Похоже, с такими просьбами к Эду еще не обращались, потому что выглядел он изумленно. Но потом кивнул и подтолкнул меня к ванной:

— Умойся. Я не уйду.

Холодная вода помогла успокоиться. Глянула в зеркало — и испугалась. На шее синели отпечатки пальцев Артема. Лицо покраснело и опухло от слез. Может, зря попросила Эда остаться? Хотя что он, зареванных девушек не видел? Приказала себе прекратить истерику. Все позади, ничего не случилось. А показаться еще большей дурой не хотелось.

Эд ждал в комнате. Сидел и смотрел в окно. Такой безразличный, что даже стало больно. Взглянул на меня — и снова отвернулся. Злится? Или ему просто все равно? Но он пришел. Приглядывал за мной после слов об Артеме.

Я села на диван и уставилась на него. Один вид этого уверенного и холодного парня успокаивал. Будем считать, принимаю врачебные процедуры. Только вместо релаксационной музыки или кино — Эд.

— Я что, картина в галерее?

Он чуть повернул голову.

— Ну-у… нет, — сказала я, но взгляда не отвела. — Просто ты такой спокойный… Мне тоже спокойнее становится. Спасибо, что пришел.

— Так и знал, что из всех вероятностей выберешь именно эту, — ответил Эд. — Ничему тебя жизнь не учит.

— Уже научила! — Глаза снова защипало, быстро взяла себя в руки. — Постелю тебе на диване, хорошо?

— Мне не нужен сон. Я здесь посижу. А ты спи.

Вздохнула и расстелила кровать. Опустила голову на подушку, так, чтобы видеть Эда, но он поднялся и выключил свет. Вот ведь! Силуэт все равно угадывался на фоне окна.

— Глаза закрой, — прозвучала команда из темноты.

Пришлось послушаться. От всех переживаний накатила такая усталость, что сама не заметила, как уснула.