Глава 21. 1000:1

Алекс

Саундтрек : Walking On Cars — Speeding Cars

Меня впервые в жизни продинамила девушка. Эмма не пришла на встречу в пятницу. Я сразу понял, что что-то случилось, потому что это было на нее крайне непохоже. Но в любом случае, ощущения не из приятных. Я прождал ее час, пытался дозвониться — все без толку. И я решился на отчаянный шаг и написал Джулии. Она знала то же, что и я. И теперь беспокоились уже мы вместе. Я даже дошел до ее дома, но там было тихо, а близко я подходить не стал, побоялся, что ее мама может заметить, и это доставит Эмме лишние неприятности, если она все-таки дома. Утром субботы все прояснилось, но мне все равно не давало покоя то, что из-за какого-то непонятного инструктора из клуба Эмма не удостоила меня звонком или сообщением. Внутри что-то неприятно царапало при догадках о том, что это может быть Джей, но я отметал эту мысль. Думать об этом было совершенно неприятно. В понедельник я надеялся все прояснить. Эмма, конечно, предложила мне встретиться на выходных, но в эти дни я всегда под жестким родительским контролем: отец твердо взялся за меня и запретил любые вечеринки и алкоголь, даже встречи с Сэмом и Эйденом тоже давались с боем.

Так что в воскресенье я, как обычно, тусовался у отца в альпклубе и тренировался в спортзале. Были в этом и свои плюсы, потому что это был чуть ли не единственный день, когда я мог спокойно пообщаться с Вики. Она была свободна как птица и вольна делать, что хочет — повезло же малявке! Но через несколько лет ее ждет то же самое заточение, что и меня, в этом я был убежден точно.

Мы взбирались по зацепам и попутно разговаривали о том, о сем, обменивались новостями за неделю.

— Что твой Майк? Ведет себя прилично? — по-братски озабоченно спросил я, стараясь направить мысли в нужную сторону.

— Не, он оказался полным придурком. Полез ко мне целоваться в кино, а у него воняло изо рта жареными луковыми кольцами, которые он взял для просмотра. Фу. Ну вы вообще думаете, что взять для просмотра в кино с девушкой или руководствуетесь только животным инстинктом пожрать?

— Прошла любовь, завяли помидоры. Взрослые люди иногда едят и иногда от них воняет луком, — засмеялся я. — Поверь, это еще не самое страшное.

— Ну теперь я могу смело говорить, что это я его отшила, — улыбнулась Вики. — И теперь, похоже, за мной выстроится целая очередь парней! — она блаженно закрыла глаза.

— Только отцу не говори, а то он быстро эту очередь распугает… — предостерег ее я.

— Это да. Ну, в любом случае, теперь мне не понадобится твоя помощь, если надо будет кого-то отшить. Я же сходила на этот мастер-класс, который организовывала одна из твоих одногруппниц. Как ее… Низенькая, темная, пухленькая?

— Эмма? — удивленно спросил я.

— Да.

Она вообще не была пухленькой. Что за стандарты красоты у этих девчонок, и почему они так строги друг к другу я вообще никогда не понимал.

— Ниче она не пухленькая.

— А ты запал что ли? — навострилась Вики, замерев на зацепе, и прищурилась.

— Заткнись. Я тебе говорю, она не пухлая. Она вообще спортом много занимается, и парням обычно такие нравятся.

— Другим может и нравится. Но не тебе, да?

— Заткнись, Вик.

— С каких пор, Алекс? — сестра удивленно продолжала глазеть на меня. — Все твои девушки, как на подбор, модели.

— Не замечал.

Ну не то, чтобы я не замечал, конечно. Но это выходило как-то само собой.

— Ну уж, — саркастически парировала сестра.

Так, надо завязывать этот разговор, а то не нравилось мне то, куда он заходил.

— Так, и что с этим мастер-классом-то?

— Я заметила твой перевод темы, если что, — Вики вновь взглянула на меня, подняла одну бровь, а потом продолжила взбираться по стене, — и там должен был быть же этот красавчик, с твоего потока. Мистер «Мрачная сексуальность».

Я не выдержал:

— А тебе не рановато? — и язвительно спародировал ее: — Мистер «Мрачная сексуальность»!

— Смотреть никто не запрещает! — отшутилась она.

Но я почувствовал укол ревности. Похоже, у меня действительно был конкурент, да он еще и покорил сердце моей сестры. А это серьезно, знаете ли.

— Ну так вот, — продолжала она, — его не было! Мы пришли с девчонками чисто из-за него, ну и самообороне, конечно, научиться. Но хотели к нему попасть. А он так и не пришел.

— А остальные? — тут я включился максимально в этот разговор и чуть не сорвался, пытаясь сосредоточиться в горизонтальном положении на высоте трех этажей.

— Было трое других, — продолжала Вики, — но они и рядом не стояли с Джеймсом.

Меня затрясло от злости, но я выдохнул и спокойно произнес:

— А не было ничего примечательного? Может, кому-то стало плохо в процессе?

— Эм…нет, — чуть подумав, ответила сестра.

Ага…Интересно. Внутри подозрения стали царапать душу еще сильнее.

— А Эмма что делала?

— Братец, ты что-то от меня скрываешь, и я это вижу. С каких пор она тебя волнует?

— Просто ответь.

— Ушла сразу после мастер-класса. Я бы сказала, убежала.

Вики потеряла интерес к этому разговору и принялась обсуждать свои планы на этот год. И хорошо, что она не будет донимать меня Эммой, потому что у меня пока не было готово никаких ответов для нее. Вики всегда была такой болтушкой, что иногда я мог в принципе ее не слушать, и она бы ничего не заметила, а я бы ничего не упустил. Именно сейчас я это и сделал и погрузился в свои мысли. Пазл не складывался: Джеймса не было, никому не стало плохо на мастер-классе, как сказала Эмма. Где же тут правда? Но больше всего, конечно, меня волновал вопрос, не с Джеймсом ли была Эмма, а если так, то почему не сказала мне? Этот парень все никак не отстанет и даже, когда его нет, все равно достает!

К понедельнику я был вконец взвинчен этой историей и ждал подходящего момента поговорить с Эммой. Но возможность представилась бы только в конце дня, так как на парах мы по-прежнему делали вид, что не общаемся. Но она вела себя как обычно, смущенно поглядывая в мою сторону. Было все-таки в этом какое-то свое очарование, за эти пару часов я даже немного расслабился, потому что все оставалось так, как прежде. Но на одной из перемен я заметил этих двоих вместе. Правда, не только это поразило меня — к этому я был морально готов. Меня поразил вид этого мистера «Мрачная сексуальность». Вот уж точно, он был еще мрачнее, чем обычно, и выглядел, откровенно говоря, совсем уж плохо. У него была разбита бровь, и на скуле красовался нормальный такой синяк. Они стояли у его шкафчика, Эмма что-то тараторила, но немного обеспокоенно что ли, а этот парень молчал, но взгляд, направленный на нее, был совсем не таким, как раньше. Он был мягче что ли. Как будто ему плевать на мир в целом, но вот не плевать на нее. Руки сами сжались в кулаки, и я поспешил прервать эту милую беседу.

Как только я подошел, лицо его снова стало надменным, как и всегда при виде меня. Мы не нравились друг другу и не скрывали этого — своеобразная мужская солидарность и честность. Сейчас я задам ему жару, наконец выпущу пар. А Эмма пусть полюбуется и задумается, нужна ли ей его компания.

— Эй, Джей, это тебя так на мастер-классе отметелили? — с вызовом начал я.

Какое же мне доставляло удовольствие смотреть, как он пытается держать себя в руках и как у него это не получается.

— Не твое дело, — жестко ответил он, но желваки-то заходили.

1:0.

— Или Джейн наподдала тебе, когда узнала, что ты встречался с другой, пока вы еще вместе были? А она не промах, да? — сегодня я мог бы получить звание мистер «Язва».

— Не думал, что ты в этой школе Сплетница.

Задел его за живое. 2:0.

— А что, я не прав? — я поднял подбородок и посмотрел ему прямо в глаза. — Эмма знает, что ты не так прост? Может, если бы знала, не носилась бы с тобой?

3:0

— Алекс, ты зря… — начала Эмма, потянувшись ко мне рукой.

Но тут это «Мрачное спокойствие» налетело на меня, прижало к стене и придавило предплечьем мое горло. Неожиданно. На секунду я даже удивился такой прыти, но быстро взял себя в руки, и усмехнулся ему в лицо.

Эмма вскрикнула:

— Эй, парни! Хватит!

Школьники вокруг замерли и с интересом поглядывали на нас.

— Я бы рекомендовал тебе закрыть свой рот, — жестко произнес Джей. — Ты ничего обо мне не знаешь. И, похоже, об Эмме тоже.

Он словно выплюнул эти последние слова мне прямо в лицо. Горло он поддавливал мне довольно больно, но видеть так близко все его эмоции, которые он старательно пытается контролировать, доставляло невероятное удовольствие!

Эмма снова подала голос и потянула уже его за рукав:

— Джеймс, пожалуйста, не надо. Ну хоть ты...

Я даже не взглянул на Эмму, потому что лед тронулся и Джей уже явно был вне себя:

— Следи за собой. Ты, наверное, у каждой девки в трусах уже побывал, а почему-то тебя моя личная жизнь волнует. Своя уже не такая интересная?

3:1. Ну тут он, конечно, прав, на личном фронте у меня давно ничего не было, но это легко поправимо. А вот этому парню с его вечно мрачным лицом ничего не светит. Теперь уж точно будет нокаут. Я, оскалившись и глядя ему прямо в глаза, тихо прошипел, чтобы слышать меня мог только он:

— Не у каждой. Но это пока.

Просто 1000:1. Я увидел такую бурю эмоций, что хотелось ликовать здесь и сейчас. Вот оно слабое место! Но через секунду он вдавил меня в шкафчик еще сильнее, спину пронзила тупая боль, а он тихо, но жестко, процедил:

— Только посмей к ней прикоснуться, и я мокрого места от тебя не оставлю.

— Макэвой, Валйдер, что здесь происходит? — голос директора прервал нашу милую беседу. — Ко мне в кабинет. Живо.

Этот мрачный тип отпустил меня так же быстро, как налетел. Школьники расступились и делали вид, что не пялились на нас секундой ранее. Сэм и Эйден стояли поодаль с высоко поднятыми бровями. А Эмма так и не шевельнулась, глядя нам вслед.

Честно, я не знаю, чем я думал, когда сказал последнее. Точнее, знаю. Я думал своим непомерным эго и кое-чем еще — тем, что ниже пояса. Я хотел поставить его на место. И хотел показать ему, что Эмма будет моей, если я этого захочу. И это будет несмотря на то, что они вместе там что-то организовывали или что у них что-то там произошло в пятницу. Она никогда не выберет его, когда есть я. Я был собственником. Всегда. И пусть даже она пока не была со мной, этому парню знать это было необязательно.

— Я даже знать не хочу, что произошло у вас между собой. У меня нет на это времени, — начала миссис Донован свою речь. — Хотите разбираться, делайте это вне школы.

Потом она повернулась к Джеймсу, выразительно осмотрела его и проговорила:

— Мистер Макэвой, я была приятно удивлена сопроводительным письмом от директора вашей прошлой школы. Она ручалась за вас. Объясните мне, что с вами происходит последнее время?

Так, так. Я мельком взглянул на него: вздернутый подбородок, эти лохматые не расчесанные кудри, синяки... У него точно нет никаких шансов ни на Эмму, ни на то, чтобы остаться здесь. Он коротко ответил:

— На тренировках по рукопашному бою происходит всякое, мэм. И такое тоже.

— Я закрываю на это глаза первый и последний раз. И только благодаря тому, что вы откликнулись и провели обучение по самообороне.

— Да, мэм.

— А вы, мистер Вайлдер, — обратилась она уже ко мне, сложив руки в замок на столе и глядя мне в глаза, — думаете, что вам позволяется в этой школе все? Я в курсе, какие слухи о вас ходят, но вы при этом один из лучших учеников. И именно последнее все еще сохраняет вам место в стенах моей школы.

— Но мой отец вносит довольно большой вклад...

— Да, ваш отец хоть и частично спонсирует нашу школу, но уж он точно не будет в восторге от сегодняшней ситуации, если я ему расскажу, правда ведь? Насколько я знаю, он весьма принципиальный и занятой человек.

Черт, в этом она была права. Именем отца было так удобно пользоваться в иные моменты, но не сейчас.

— Вы правы.

Она вздохнула и твердо сказала:

— Возьмите себя в руки и займитесь делом. Свободны.

Мой пыл остыл, и я решил не продолжать эту тему после выхода из кабинета директора. Мрачный тип был со мной в этот раз солидарен.