Глава 20

За окном ещё царили сумерки и, кажется, шуршал по листьям дождь. Я поморщилась, представив себе перемещения по Монтерии в тяжёлом, набухшем влагой плаще. Интересно, почему они переняли у нас массу технологий, а зонтики – нет?

Впрочем, маг всегда может создать для себя зонтик. Конечно, нельзя будет поутру выбирать цвет и рисунок для этого конкретного дня или настроения, но, наверное, можно каждый раз придумывать лично себе новый фасон и раскраску этого щита?

На этой дурацкой мысли я проснулась окончательно и бездумно щёлкнула пальцами, зажигая светильник. Магический фонарик загорелся неярким зеленоватым светом, а меня вдруг стукнула мысль, от которой я, честно говоря, пришла в замешательство.

Магия и электричество не живут вместе, отталкиваются, как вода и масло.

В моём мире всё построено на использовании электрической энергии, от освещения и отопления до производства штанов и сложнейшей хирургической аппаратуры. Если в мой мир перетекает магия, значит ли это, что в какой-то момент она отключит электричество? И что тогда случится с заводами, машинами, пассажирами метро и самолётов, многоквартирными домами, больными на аппаратном дыхании и добычей нефти и газа?

Ой, мама…

Глубоко вздохнув, я приказала себе не впадать в панику раньше времени. В десять у меня встреча с большим учёным, ойлтиг д’фаас ап’Трубиген Мальсом, вот мы у него попробуем спросить об этом, и даже тайну из предположений делать не будем. Больше чем уверена, если эта мысль пришла в голову мне, то и к другим она наведалась. А значит, кто-то неизвестный в данную конкретную минуту уже может строить планы по завоеванию потерявшей всякое управление Земли.

В десять.

Сейчас половина восьмого. Полчаса на умывание и прочее, час на завтрак с Анндаранэ, полчаса, чтобы добраться до места встречи. Или десять минут – раз уж главный дворецкий акс-лоэ эр’Киданнас желает со мной встретиться, пусть организует портал до университета, академии или как тут называется центральное учебное заведение? Фаас, вот как.

Конечно, я могу попросить портал и у Анндаранэ, и никто мне не откажет. Но почему бы не пошалить немного? У эр’Киданнаса вечно такой вид, будто он только что беседовал с богами, вот и пусть спустится с облаков.

Всё это я додумывала в процессе чистки зубов – кстати, зубные щётки здесь практически не отличаются от наших. Только сделаны из дерева или металла и щетины, а не из пластика. Влезла в рубашку и штаны, уже привычно надела на себя и рассовала по карманам амулеты, потом тронула синий шнур вызова. Настэ появилась почти мгновенно, то ли ждала вызова, то ли у них действительно какие-то свои способы перемещения. Интересно, кстати, надо будет узнать…

Когда мы допили чай и обсудили все новые сведения, я собралась уходить. Анндаранэ удержала меня за руку, глядя на перстень с чёрным опалом, что когда-то дал мне Михаил.

– Скажи, откуда у тебя карфон? От дяди Михаэля?

– Да.

– То есть, ты сможешь самостоятельно открыть переход?

– Смогу. Почему ты спрашиваешь?

– Не хочу, чтобы кто угодно мог отследить твоё перемещение. Не знаю, почему, но мне это кажется ненужным и даже опасным.

– Значит, не узнают, – пожала я плечами. – Не волнуйся, ты же помнишь мою любимую поговорку?

Девочка кивнула и на миг прижалась лбом к моему плечу.

– Всё, что нас не убило, сильно об этом пожалеет… – проговорила она медленно.

– Потому что теперь наша очередь! – закончила я.

Главный дворецкий ожидал меня в холле, с суровым видом наблюдая за тем, как горничная протирает золочёные завитки лестничных перил.

– Геретэ-лоэ, благодарю вас за уделённое мне время, – величаво поклонился он.

– Акс-лоэ эр’Киданнас, – кивнула я. – Пойдёмте, прогуляемся, расскажите, чем я могу вам помочь.

Как и следовало ожидать, просьба его была одновременно проста и мало выполнима. У акс-лоэ имелась племянница, обладавшая некоей толикой магии, причём в двух стихиях, воды и воздуха. Племянница мечтала сделаться целительницей. И мечта эта постепенно становилась реальностью, уже была сдана первая сессия и настала пора выбирать место практики после первого курса.

Разумеется, мне было бы совсем несложно попросить коллегу из главного госпиталя Монтерии взять на стажировку хорошую талантливую девочку. Беда была лишь в том, что, по честному признанию главного дворецкого, талант у неё имелся очень небольшой, а самолюбие, наоборот, весьма значительное.

Минуту я подумала, потом повернулась к главному дворецкому, взяла его за золочёную пуговицу и нежно улыбнулась:

– Скажите честно, акс-лоэ, ваша племянница… как её зовут?

– Ханналитэ, геретэ-лоэ!

– Ага… Ваша Ханналитэ ведь не желает быть великим целителем? Грязь, вонь, кровь, чужая боль… Зачем это хорошенькой избалованной девушке из приличной семьи? Да-да, вижу, что избалованной! Думаю, Ханналитэ лучше выбрать специализацию на травах и алхимии, а я договорюсь, чтобы её взяли стажироваться в военный госпиталь. Молодые офицеры, травы и ароматные настойки, романтика…

Акс-лоэ эр’Киданнас был человеком умным, и мы без труда договорились, после чего я решительно задала свой вопрос. Надо отдать должное главному дворецкому, он сопротивлялся минут десять, и самым серьёзным образом. Потом махнул рукой и спросил:

– Знаете, сколько в этом дворце слуг?

– Ну-у… охрану мы не считаем? Горничные, лакеи, камеристки и прочая личная прислуга, повара и поварята, прачки, садовники… – я перечисляла, загибая пальцы, и повелитель этой небольшой армии одобрительно кивал. – Думаю, человек двести пятьдесят.

– Двести восемьдесят два.

– И что?

– А скольких из них вы видели?

Я задумалась.

– Наверное, двадцать пять или тридцать.

– А вас видели почти все. И не только видели, но и наблюдали, взвешивали и оценивали.

Мне несколько поплохело, когда я представила себе, как ем, пью, разговариваю, сплю, чищу зубы и делаю всё остальное под пристальным взглядом сотен скрытых глаз. Признаюсь, голос немного дрогнул:

– И… что же?

– Вам можно доверять. И я дам вам то, о чём вы спросили.

Я была права: слуги в этом мире пользуются порталами особого рода. Самое удивительное, что никто из тех, с кем я в последнее время общаюсь постоянно, никто из магов об этом не задумывался.

С другой стороны, кто из нас, включая утром свет в ванной, представляет себе течение электронов по медному проводу?

То-то и оно…

Этот способ передвижения даже и не портал как таковой, совсем другая техника.

Маги создают разрыв в пространстве-времени, позволяющий живой или неживой материи мгновенно перемещаться между двумя точками пространства. Наверное, можно назвать его сверхкоротким коридором между двумя дверями. Им можно воспользоваться, если координаты точки выхода прописаны, если там стоит стационарный портал или если ты знаешь эту самую точку как собственную ладонь.

Путь же, которым научились передвигаться люди, не обладающие классическими магическими силами, представляет собой прокол через складку в пространстве, как бы ткань, проткнутую иглой. И для того, чтобы протянуть себя, словно нить, следом за иголкой, нужно знать Слово.

Нет, мне его не сказали.

Но я не могу понять – как, как высоколобые магические гении этого не обнаружили? Или просто привычное с детства становится невидимым глазу, скрытым от восприятия?

Не знаю. И спросить не смогу, потому что дала вполне серьёзную магическую клятву не открывать секрета особых путей без специального на то дозволения акс-лоэ эр’Киданнаса, он же, к слову, Маг ветви Квадрат…

Зато смогу пользоваться пространственным проколом, что я немедленно и сделала.

Дворцовый маг ждал меня у главных ворот учебного заведения, и вовсе не скучал при этом, а весело болтал с какой-то девушкой в тёмно-синей форме. Завидев меня, ап’Тренс Ковали улыбнулся, поцеловал собеседницу в щеку и подтолкнул в сторону рыночной площади.

– Доброе утро! – поздоровался он.

– Доброе! Знакомая, родственница? – поинтересовалась я.

– Кузина, учится в высшей технической школе. Эти математические гении!..

– Чем они вам не угодили?

– Понимаете, геретэ-лоэ, – для убедительности маг даже остановился посреди каменной дорожки, и поток студентов, не замедлившись ни на мгновение, стал огибать нас. – Понимаете, я восемь лет учил формулы заклинаний! Конечно, и сам могу построить что-то несложное, но это займёт столько времени, что проще воспользоваться заготовкой. А Эланэ без капли магии, на голой математике выводит и рассчитывает сложнейшие преобразования.

– Хм, как интересно… И они работают, вы проверяли?

Мы снова пошли в сторону главного здания, и пока ап’Тренс Ковали говорил, я разглядывала высокие шпили факультетов, роскошно цветущий розарий внутри пузыря защитной сферы, отливающего всеми цветам радуги, подобно мыльному, стайки учащихся в разноцветных накидках… Какая жалость, что я не могу вернуться в юность, хотя бы чтобы поучиться здесь!

– Не просто работают! – с жаром рассказывал тем временем мой сопровождающий. – Рассчитанный Эланэ перенос кубометра грунта забирает вдвое меньше энергии, чем классическое заклинание! Это может стать переворотом в науке… – тут он вздохнул, возвращаясь к реальности. – Или не может, потому что высокомудрые старцы из учёного совета не признают полученных этой непочтительной молодёжью результатов.

– Мы знаем конкретные имена?

– Конечно, а толку-то? Приятеля кузины попросту выперли из учебного заведения, когда он осмелился сперва поспорить с преподавателем, а потом ещё и статью отправить в «Квартальник»… Ну, «Ежеквартальный журнал новейших исследований в магических и стихийных науках». Вам он не попадался? У меня есть последние выпуски, я поделюсь. Ладно, это всё неважно. Вот мы и пришли.

Входная дверь главного корпуса поражала великолепием. Полированное дерево, бронзовые фигурные накладки, ручка, вся из загогулин и такого размера, что я могла бы ухватиться двумя руками и еще две ладони бы поместились…

– Перебор, – пробормотала я.

Маг меня услышал и развёл руками:

– Здание перестраивали полтораста лет назад, при прошлом ойлтиг д’фаас. Герет-лоэ ап’Бертион Каррсе любил такой стиль, да и модно это было тогда.

– Ап’Бертион Каррсе? То есть, он был родственником семьи правителя по двум линиям? – вычленила я.

Мой сопровождающий ничего не ответил, только дёрнул бровью и прикоснулся ладонью к надраенной бронзе. Дверь плавно и бесшумно распахнулась, и я шагнула за ап’Тренс Ковали, проговорив про себя:

– Н-да, ничего не сказала рыбка, только волком посмотрела на деда…

Когда секретарша закончила сервировать кофе, ойлтиг д’фаас кивнул ей, дождался, пока женщина выйдет, и щелчком пальцев установил щит от подслушивания. Чёрт возьми, я уже начала различать эти щиты по тому, как неуловимо изменяется цвет воздуха на их границе и какое движение пальцев требуется для подкрепления заклинания. Получается, что постепенно я привыкаю к магии, как привыкла водить машину или заваривать чай особым способом. И что я буду делать, когда вернусь домой, в безмагическую Москву?

А я вернусь?

– Итак, геретэ-лоэ, я обещал рассказать вам о том, что именно мы называем термином «утекание магии», и какой именно пробкой, по вашему удачному выражению, Высокий правитель Себастен ап’Векламиан Дарго должен заткнуть образовавшуюся дыру. Прошу вас, – ап’Трубиген Мальс широким жестом обвёл стол, предлагая пирожные, джем, печенье, сэндвичи и бог знает что ещё.

Вежливо отпив глоток кофе, я поставила чашку и взглядом изобразила полнейшее внимание. Хозяин кабинета продолжил:

– Существуют различные теории, пытающиеся объяснить периодическое возникновение этого феномена. К сожалению, на данный момент ни одна из теорий не доказуема, и более того, ни одна даже не представляется близкой к истине. Ну, например, герет-лоэ ап’Беноре Шант предположил в шестьсот восьмидесятом году текущего правления, что в определённых точках пространства, так называемых магических узлах, в какие-то моменты скапливается чрезмерное количество энергии, или, пользуясь опять же вашим определением, вода промывает русло потока. Через эту дыру магическая энергия начинает утекать…

На лице дворцового мага читалась хорошо скрываемая скука, и я расслабилась. Ничего нового мне пока не скажут, теорий я и сама могу насыпать воз и маленькую тележку. Ап’Трубиген Мальс разливался соловьём, я украдкой разглядывала корешки книг в шкафах и мысленно расставляла в порядке приоритетов вопросы, которые хочу здесь прояснить. Вот интересно, почему он мне несимпатичен? Вроде бы пока ни одной гадости я от этого человека не видела, а подсознательно жду чего-то такого. А в моих картах он присутствовал? В какой ветви, интересно?

Нет, не подумайте, что монолог был пропущен мимо ушей: за два с лишним десятилетия участия в заседаниях и совещаниях я отлично научилась мотать на ус всё говоримое, не отвлекаясь от собственных мыслей.

Наконец учёный муж замолчал, отпил остывший кофе и деликатно откусил кусочек печенья.

– Благодарю вас, ойлтиг д’фаас, – я почтительно склонила голову. – Лично мне наиболее интересными кажутся рассуждения герет-лоэ ап’Кенез Горта, его предположение о влиянии солнечной активности на агрессивность магической среды…

– Ну-у, это совсем ничем недоказуемо, – протянул хозяин кабинета, но довольный блеск в его глазах я успела заметить.

– Зато в этой теории есть привкус, как это называют у нас, благородного безумия.

– Возможно, возможно… Ну, а что именно вы хотели спросить у меня?

Видит бог, я почти почувствовала, как выражение «юная леди» повисло у него на кончике языка.

– Мне хотелось бы попытаться посмотреть на проблему с другой стороны, а именно – со стороны реципиента. Что происходит в мире, куда уходит поток энергии?

– Ну, не поток… Не так всё катастрофично, – ап’Трубиген Мальс потёр подбородок, грозя разразиться ещё одной теорией, но я перехватила реплику.

– Хорошо, пусть даже тонкая струйка. Есть ли какая-то информация о том, что происходило в мире, куда было направлено утекание в прошлый раз, например? Ведь ваши граждане посещали его так же, как сейчас посещают мою Землю?

– Герет-лоэ, – голос дворцового мага просто сочился почтительностью – Может быть, мемуары Аннэ ап’Брийяк?

– Что же, вы правы, молодой человек, это неплохая идея. Во-он в том шкафуна третьей полке справа, второй ряд, голубой корешок. Не сочтите за труд, подайте.

Ап’Тренс Ковали отправился за книгой, а я продолжила задавать вопросы, и с каждым новым ответом понимала, что ситуация нравится мне всё меньше и меньше.

– Возвращаемся во дворец? – спросил мой сопровождающий, когда мы с ним покинули кабинет ап’Трубиген Мальса.

– Да, пожалуй… А можем не в жилое крыло, а в парк?

– Запросто! У меня как раз есть там привязка к одному замечательному месту.

Маг сделал сложный жест левой кистью, потом указательным пальцем обрисовал овал, и тот послушно загорелся голубым. За окошком виднелась белая ажурная беседка, увитая почти облетевшим виноградом, и купы деревьев. Приглашающе махнув рукой, ап’Тренс Ковали шагнул вперёд, и я, подавив внезапную дрожь, последовала за ним.

– Эта часть парка не то, чтобы заброшена, но доходят сюда обычно только садовники, – пояснял мой спутник, под локоть ведя меня вперёд. – Прошу вас, геретэ-лоэ, присаживайтесь. Можем насладиться тишиной и безлюдьем, а можем и поговорить.

Я кивнула и щёлкнула пальцами: ставить полог неслышимости меня уже научили. Ап’Тренс Ковали одобрительно кивнул и опустился на подушки, разбросанные по скамье.

– Чья он креатура? – спросила я.

– Ойлтиг д’фаас? Хороший вопрос… Пожалуй, ничья, или своя собственная. Он обычно выжидает почти до конца схватки и в последний момент вцепляется в горло слабейшему.

– Если дело дойдёт до экзамена, ап’Трубиген Мальс будет на стороне наследницы или главы совета управителей?

– Ах вот как! До этой расстановки сил вы уже добрались?

– Трудно было бы не догадаться после всех моих приключений, наверняка в подробностях описанных вам вашим подчинённым.

– Да, пожалуй, – пробормотал он, разглядывая меня.

– В чём дело? У меня нос испачкан?

Внезапно мужчина протянул руку и провёл пальцами по моей скуле. Отчего-то у меня перехватило дыхание, а голос дрогнул, когда я сказала:

– Зеркала с собой нет, ну и ладно, посмотрю в своих комнатах.

Глаза у него серо-зелёные и будто бы с золотыми искрами, а волосы совсем светлые и мягкие на вид…

– Вернёмся к моему вопросу, – проговорила я непослушными губами, и отвела взгляд. – Значит, из нашего расклада этот милейший человек должен быть исключён. А что у нас с военными?

Ап’Тренс Ковали встрепенулся.

– С военными? А что с ними может быть? Время мирное, так что армия сокращена, лишние или уволены, или переведены в другие структуры.

– Например?

– Ну, например, на границу. Там тоже спокойно, но всё же с гор иной раз наступает нежить, пару раз за последние годы приходилось преследовать банды. Кого-то прикомандировали к городской страже… Но большую часть распустили по домам с выплатой солидного пособия. Я не слышал, чтобы кто-то из солдат был недоволен!

– Ну, я и не имею в виду солдат. Бойца можно отправить в запас, он купит на выплаченное вознаграждение трактир, мастерскую или участок земли, и будет жить в своё удовольствие. А что будет делать без войны, подчинённых и парадов генерал? Что происходит с эберкарами и эберманцами? – Разволновавшись, я поднялась и попыталась ходить по беседке, пришлось ограничиться двумя шагами вдоль и тремя поперёк. – Моё знание истории подсказывает, что незадействованный высший командный состав не миролюбивее гремучей змеи, именно они возглавляют всевозможные заговоры. Мы можем как-то узнать, где находится и чем занимается каждый из эберкаров, уволенных в запас?

– Н-ну… Думаю, да… Да, сможем, – сказал он уже уверенно.

– Неофициальным путём?

– Ну, разумеется!

– Хорошо…И просьба, загляните ко мне вечером, если будет минута. После прочтения этой книги, – я повертела выданные мне мемуары, – наверняка будут вопросы.