Глава 10
София
- Что-то ты темнишь, моя дорогая… - прошептала мне на ухо Лилька, когда мы уселись на пушистый ковер возле елки, чтобы распаковать подарки. Куранты уже отзвонили. Наступил новый год. А с ним и новая жизнь. С единственным мужчиной, которого я когда-то любила. Тем самым, кто был мне предназначен судьбой. Сейчас, когда я приняла этот факт, как должное, собственные потуги остаться в стороне казались такими глупыми! Это ведь очевидно – он мой. Мой… И ничей больше. Он для меня.
- Не понимаю, о чем ты.
- Да ладно. Твоя загадочная улыбочка наталкивает меня на мысль, что у тебя кто-то ес…
Договорить Лильке я не дала – накрыла рукой ее губы и сделала страшные глаза. Размашисто шагая, к нам приближался отец. Меньше всего мне хотелось, чтобы он, наслушавшись домыслов своей обожаемой женушки, тоже взялся меня допрашивать. Лилька – это все-таки Лилька. Моя подружка еще с незапамятных времен. А папа… Папа – это отдельная история. Я слишком хорошо его знала, чтобы питать иллюзии. Он бы совершенно точно был против моих отношений с Алексом. Поэтому… (в этом мой план хромал!) поэтому я пока не слишком понимала, как сделать так, чтобы он ничего не заподозрил. Тут мало было переехать на другой конец света. Он бы нашел нас и там.
- Твое мороженое.
Папа протянул Лильке мороженое, щедро политое сиропом – явно сам постарался, и украшенное крупными ягодами красной смородины, а мне – порцию поменьше. Я взяла. Хоть и не просила. Это Лилька могла стрескать хоть килограмм и оставаться тонкой да звонкой. Ведьма. Мне же приходилось расплачиваться за каждую съеденную ложку десерта.
- Спасибо, - промурлыкала она и поцеловала устроившегося с ней рядом папку в губы. Я скривилась. Сколько лет прошло, а я так и не привыкла к их нежностям. Знаю, что это глупо. Но когда я представляла своего отца в постели с Лилькой, то… чувствовала себя не в своей тарелке. Это, наверное, проклятье всех детей.
- Пожалуйста, - улыбнулся он. – О чем речь?
- О Лилькином колье.
Я потянулась к подруге и провела пальцем по красивому украшению с бриллиантами и сапфирами, которое отец подарил подруге на Новый год. К застолью Лилька принарядилась, но как только отзвучали первые поздравления – первым делом переоделась в домашнее. Обычную футболку и трикотажные штаны. На этом фоне колье по идее должно было смотреться странно. Так оно и смотрелось. Только до того, похоже, никому дела не было.
- А что с ним не так?
- Ничего. Кроме того, что она практически никогда не носит драгоценности. Тогда зачем они ей?
Отец с Лилькой переглянулись. И снова улыбнулись друг другу. Но совсем по-другому на этот раз. Более интимно. Лилька даже порозовела и задышала чуть чаще. И папе это понравилось. Сразу стало понятно, что многие из отцовских подарков она надевает для него одного. За закрытыми дверями. И, может быть, на голое тело. Ну вот! Какого фига я опять о них думаю?!
Я вскочила, пробормотала что-то вроде:
- Да ну вас! Пойдемте лучше фейерверки смотреть, - и выскочила из гостиной. Чужая близость заставляла чувствовать себя еще более одинокой, чем я была. Жаль, дети уже спали. Так бы я могла отвлечься на них. И бабуля…
Я достала из гардероба шубу, сунула ноги в сапожки и спустилась вниз по ступенькам на задний двор. Салюты бахали со всех сторон. Я обхватила себя за плечи и тяжело вздохнула. С губ сорвалось облачко пара и улетело, растворилось в ночи, подхваченное легким ветром. Весь этот вечер меня не покидала мысль, что я не там, где должна быть. Меня с чудовищной силой тянуло обратно в город. И с каждой секундой я все меньше понимала, почему так отчаянно противлюсь этому желанию. Я ведь уже все решила, так? С другой стороны… Я же не могу сорваться куда-то просто так посреди ночи. Или…
Сквозь грохот залпов услышала, как зазвонил телефон. Игорь… Мне не очень-то хотелось с ним говорить, но я взяла трубку. Выслушала поздравления с наступившим, поздравила его с наступающим. Ведь в Сан-Франциско новый год еще не наступил. И на этом все. Я решила, что не стану рвать с ним отношения по телефону, как-то это было не по-человечески, поэтому смиренно выслушала все его «ужасно скучаю» и даже выдавила из себя в ответ что-то по случаю. И только потом сбросила вызов, пообещав себе сделать все, чтобы наш разрыв прошел для Игоря безболезненно.
Погрузившись в свои мысли, я не услышала шагов за спиной. Или они утонули в шуме салюта. Лишь когда Лилька закинула мне руку на шею, оглянулась. Они с отцом все же вышли на улицу. То ли правда посмотреть на фейерверк, то ли просто подышать колючим морозным воздухом.
- Кто-то звонил?
- Да так… Приглашали на вечеринку, - соврала я.
- Прямо сейчас? – я видела, что Лилька мне не поверила. У нее вообще никогда не получалось скрывать от меня свои эмоции. Удивительно, как вышло, что я не увидела ее щенячьей любви к отцу. Хотя, может, это другое…
- Угу.
- Так поезжай, – улыбнулась она как будто с намеком. Я свела брови:
- Да ведь уже сколько… - взглянула на телефон.
- Второй час! Детское время, правда, Ян?
- Ну, не знаю, - не разделил восторга жены тот.
- Эй, ты что?! В городе веселье только начинается. А мы сейчас спать пойдем… Вот интересно-то!
- Может, и правда поехать, - моргнула я, в ужасе от того, что задумала, и от того, на что, сама того до конца не понимая, меня толкала подруга.
- Конечно, поезжай! За Этель мы приглянем. Вернешься, когда отоспишься. К обеду.
- Что-то я не в восторге от этой мысли… - ворчал отец.
- Пусть повеселится, Ян!
Господи, я чувствовала себя так, будто мне пятнадцать. И это папа решает, ехать мне на вечеринку к школьному другу, или остаться дома. А ведь у меня уже у самой дочь.
- Ладно. Пойду, возьму сумочку…
- Позвони, когда доедешь.
- Хорошо, папочка, - дурашливо поклонилась я. Отец велел мне не паясничать. Но если честно, я не очень помнила, что происходило после того, как я решила поехать к Алексу. Уже потом я подумала о том, что в том состоянии мне вообще не нужно было садиться за руль. Благо дороги были пустыми, и все обошлось… Как-то доехала. Как-то набрала номер его квартиры…
В мозгу стучало глупое «Как Новый год встретишь – так его и проведешь». И я хотела, я хотела провести и этот год, и много-много следующих лет за ним, с Алексом.
- Да?
- С Новым годом! Откроешь?
- Соня? – в хриплом голосе - неприкрытое удивление. Секунды тишины, утонувшие в грохоте доносящихся отовсюду салютов. А потом домофон запищал – Алекс открыл мне дверь. Я еле дождалась, пока лифт доедет. И про себя поклялась никогда больше не пользоваться этой громыхающей гробиной. Наконец, кабина замерла. Створки разъехались. Я подняла взгляд и уставилась прямо на Алекса, который поджидал меня, распахнув дверь. Слов не было. Что я могла сказать? Наверное, все и так было понятно…
Я шагнула в проход, он посторонился. Но у меня был другой план. Резким движением плеч я скинула с себя шубу и толкнула его к стене.
- Этель… - только и сказал он.
- У родителей, – прошептала я.
- Слава богу.
И все… все! Наши губы соприкоснулись. Алекс отлепился от стенки, крутанулся, и теперь я прижималась к ней. А он целовал мое лицо. Короткими жалящими поцелуями. И с силой мял бедра в ладонях. Только один мужчина в этой жизни так меня заводил. Только один… Тот, что прямо сейчас в моих объятьях. Тот, кто смотрит на меня так же жадно по прошествию стольких лет. Но ведь он запомнил меня другой… Если бы в ту секунду он отступил хоть на миллиметр, я бы передумала… Я бы убежала! Вспомнив о собственных комплексах и прочем дерьме. Вот только, попав в его руки, пути назад не было. И я все сильнее погружалась в окутывающее нас безумие.
Он сдернул вниз бретельки на моем платье. Лифчик… Благоговея, коснулся костяшками пальцев тугих сосков.
- Знала бы ты, сколько раз мне снилась. Как я мечтал о тебе… там. Мечтал, как я сделаю это… - Медленно надо мной склонившись, Алекс вобрал сосок в рот. Я откинулась затылком на стену, запрокинула голову, подаваясь вперед. Умоляя, чтобы это никогда не заканчивалось. Шалея от мысли, что он… обо мне мечтал. Прокручивая ее вновь и вновь в голове. Захлебываясь его признаниями, тонула в них. – И это…
Он снова меня крутанул, и на этот раз я оказалась прижата спиной к его каменно-твердой груди. Мне так хотелось увидеть его таким. Новым… Огромным. Но он не давал, лишь сильнее вжимая меня в стену. Вжикнула молния на платье. Оно упало к моим ногам. Я осталась в белье, чулках и сапожках. Алекс сдернул вниз мои трусики. Я ощущала щекой его надсадное дыхание, телом - резкие движения. Слушала команды… Наклонись, прогнись… Хорошая девочка. Он стал другим даже в этом. Более требовательным. Более доминирующим. Более жестким. А мне нравилось! Черт возьми, мне так нравилось подчиняться ему. Ни одна даже самая долгая прелюдия с Игорем не вызывала во мне такого дикого, болезненного желания, как эти короткие, резкие, будто вскользь, приказы. И грубоватые торопливые ласки.
Я понимала, что я первая его женщина за четыре года! Отсюда и нетерпение. Да что там. Я была его единственной. Осознание этого сводило с ума.
Алекс вошел в меня резко. Бескомпромиссно. Обхватил ладонью шею, заставляя запрокинуть голову, сжал зубами мочку. Он даже не пытался замаскировать собственные стоны. Он нашептывал мне на ушко, как хочет меня, как скучал, бормотал какие-то комплименты, вновь и вновь повторяя, какая я красавица. А потом и его слова утонули в поднявшемся в ушах шуме. Меня накрывало, перед глазами мелькали золотые, закручивающиеся в спирали, точки. Он возносил меня с каждым ударом все выше и выше, а когда я взобралась на самый пик, безжалостно столкнул вниз. Я захныкала, сотрясаясь всем телом, сжимая его с такой силой в кольце своего оргазма, что он ругался и шипел.
- Алекс!
- Да, это я… - тяжело дышал и смеялся мне в ухо.
- Алекс…
- Это я! Я…
Не помню, как мы сползли вниз. Как я очутилась на коленях на своей же сброшенной на пол шубе.
- Алекс…
- Тш-ш-ш… Еще не все. Наклонись.
Я послушно сделала, что он велел. И он тут же меня снова заполнил. Болезненно. Остро, до боли… Я не помню, сколько это продолжалось. У меня болели колени, локти, я кончила еще несколько раз, прежде чем он впервые за этот вечер содрогнулся. Мы вместе упали на пол. Он накрыл меня сверху своим мокрым от пота телом и зарылся лицом в мои волосы. Я только в тот момент поняла, что было что-то болезненное, надрывное в происходящем… Что это было больше, чем просто секс.
А потом у меня зазвонил телефон, и я обо всем забыла. Пошевелилась, заставляя Алекса скатиться на бок. Потянулась к сумочке…
- Да, пап.
- Да, пап! – передразнил меня отец. - Ты часом ничего не забыла сделать?
- Я? Забыла?
- Угу. Позвонить мне, когда доберешься.
- Ах да. Прости. Я добралась…
Алекс подтянул колени к груди и настороженно на меня уставился.
- И как вечеринка? Что-то я не слышу никакого веселья.
- Это потому что я закрылась в туалете, чтобы нам никто не мешал, – фальшиво рассмеялась я. – Ой, пап… меня уже зовут. Я побегу, ага? Пока! Наберу завтра…
Отец еще что-то ворчал, когда я отключила трубку. Обхватила себя руками, испытав отчего-то приток стыда. Алекс уже привел себя в порядок, ему-то всего и надо было, что натянуть приспущенные штаны. Так что выглядел он вполне нормально. В отличие от меня.
- Это отец, - пояснила я очевидное, стушевавшись вконец.
- Я понял. И что ты ему наплела?
- В каком смысле?
- О своем отъезде.
Алекс равнодушно пожал плечами и поднялся с пола. Такой холодный, что у меня по позвоночнику прокатилась волна озноба.
- Какая разница? Главное, что я здесь. Не так ли?
Я подошла ближе. Провела пальцами по его бицепсам.
- Прекрати!
- Послушай, я не понимаю, почему ты злишься?
- Я не злюсь. Я пытаюсь понять. Кто я для тебя теперь, после того, что случилось…
- Ты – это ты, Алекс.
- И? Что дальше?
Его взгляд горел. Он вынимал из меня душу и скручивал ее в узел.
- Думаю, нам стоит начать все заново.
- Правда?
О, это облегчение в его глазах! Что же оно со мной делало… Я кивнула, задыхаясь от нежности.
- Да.
- Тогда почему ты соврала?