Глава 58. Если ты рядом

Кажется между нами километры льда, И мы сейчас на разных полюсах. Как нибудь мы и с этим справимся. Мне нужен этот свет в твоих глазах.

По крышам не слышно к нам спустилась зима, И так тихо-тихо на улицах города.

Я люблю эту жизнь. Всё плохое не в счёт — Если ты рядом, если ты близко. Я с тобой, ну а снег всё идёт и идёт, — Он заметает наши ошибки; Он укрывает нашу любовь!

А-Студио и Эмин, "Если ты рядом"

— Здравствуйте, — тихо, но уверенно отвечаю бывшей свекрови. — Что вы хотели?

— Поговорить, — она старается сделать голос мягче, но твёрдость в нём всё равно проскальзывает.

— Говорите, — упираюсь локтем в стол и кладу ладонь на лоб. Я всё ещё помню её наставления и попытки сделать меня той келин, которую она хотела видеть рядом с сыном.

— Мы можем поговорить наедине? Я… около вашего телецентра, в кофейне на углу.

Молчу. У меня есть всего лишь несколько секунд, чтобы принять решение. Артур говорил, чтобы я не думала о его родителях — он всё с ними уладил. Я не стала вдаваться в подробности и спрашивать, приняли ли его выбор мама и отец. Главное для меня, что мои близкие сказали, что не будут лезть в наши отношения. Жизнь моя, и ошибки тоже мои. Тем более после того, как Артур вернул меня на Родину, родители, и в особенности старшая сестра, оттаяли.

Но вот Галия Абаевна — это тяжёлая артиллерия. Я запомнила её как властную женщину с непростым характером. И я представляю себе, как она обрадовалась, узнав, что сын сошёлся с бывшей.

— Хорошо, я освобожусь через десять минут.

И эти десять минут я пытаюсь дышать глубоко и настроиться на встречу. Это не будет спонтанным столкновением в туалете ресторана, где я хоть и держалась хорошо, но потом расклеилась. Я просто буду собой… новой собой, которая не опустится до истерики и будет сидеть с гордо поднятой головой.

Быстро надев куртку и взяв сумку, я выхожу из кабинета и спешу к лестнице. В кофейне на углу на удивление немноголюдно, а Галию Абаевну я вижу, как только захожу и поворачиваю голову направо. Она сидит за дальним круглым столиком у окна.

Я подхожу к ней, здороваюсь и сажусь, не сняв куртку. Ко мне тут же подбегает официант с меню, но я жестом показываю, что ничего не буду.

— Ты подстриглась, — замечает Галия Абаевна. Выглядит она, конечно, шикарно. Ей чуть больше шестидесяти, у неё стильная стрижка до плеч, а седину она закрашивает. На ней строгая блузка жемчужного цвета и красивые массивные бусы.

Я пропускаю её замечание мимо ушей.

— О чём вы хотели поговорить?

Она вздыхает, опускает глаза на белоснежную чашку с кофе и дотрагивается тонкими пальцами до ручки.

— О вас с Артуром, — вновь поднимает на меня испытующий взгляд. — Знаю, что вы снова вместе.

— Вас это не устраивает?

— Мара, ну почему ты такая ёршистая? — улыбается она. — Я просто хочу понять, насколько всё серьёзно, потому что сам он ничего не говорит. Он всегда был таким закрытым, в отличие от Дани. Я уже не знаю, как с ним говорить.

Может, лучше оставите его в покое? Но этого я, разумеется, не говорю.

— Я буду с тобой очень честной. То, что он порвал с Нелли, было для нас шоком. Мы уже были с ней знакомы. Причём он сам познакомил нас, когда мы навещали его в столице. Хорошая, спокойная, воспитанная девушка. И я думала, что всё серьёзно, раз они летали друг к другу после его переезда сюда.

Мой внутренний котёл постепенно закипает. Я мысленно возвращаюсь в начало и вспоминаю наши с ним перепалки, встречи в спортзале, мои визиты с вёрсткой, когда я уже чувствовала его интерес. Он пришёл на канал в июле, в конце августа мы переспали. Но до этого… до этого были его полёты в Астану, и та девушка тоже к нему приезжала.

Галия Абаевна смотрит на меня и считывает, что я думаю об этом. Чего она добивается? Хочет вывести меня на эмоции, чтобы я расплакалась или убежала, нагрубила ей или устроила концерт?

— И? — пожимаю плечами. — Я тоже встречалась с другим мужчиной, когда Артур переехал сюда, если вы помните.

И пусть её взгляд ничего не выдаёт, но губы дёргаются, и вокруг них собираются тонкие морщинки.

— Как у вас, молодых, всё легко, — изящно взмахивает ладонью. — Захотела — повстречалась, захотела — бросила. Но факт остаётся фактом. Бедная девочка до сих пор собирает себя по кусочкам из-за романа моего сына с тобой.

И вот тут я просто выпала. Округлив свои узкие глаза, я несколько секунд просто смотрела на неё и понимала, что она не примет меня. Пусть мы с ней и одной национальности, но она не примет. И весь этот разговор был действительно для того, чтобы я сейчас показала ей эмоции, как в тот раз, когда мы сильно поругались в присутствии всей его семьи, и тогда свекровь сказала, что я её позорю.

— Я не несу ответственности за выбор и поступки вашего сына. Артур сам принял решение расстаться, а мы с ним начали встречаться уже после.

— Да, — Галия Абаевна постепенно выходит из себя из-за моего спокойствия. — После того, как ты, опять же по своей глупости, пропала без вести в чужой стране, а он, несмотря на всю опасность, поехал тебя искать, забыв про все.

— И я хочу сказать вам спасибо, что воспитали прекрасного, заботливого и отзывчивого сына, — соединив ладони на столе, говорю я.

— Я воспитала его таким не для тебя. Не для того, чтобы он, рискуя жизнью, бегал под пулями за тобой, — шипит она, окончательно выходя из себя.

Кажется, вывести она хотела меня, но получилось всё наоборот.

— Это решение принял сам Артур. Это был его выбор, — стараюсь говорить спокойно, хотя внутри бушует ураган.

— Ты же снова его доведёшь, да? Я уже просчитала тебя и вижу насквозь. Такие, как ты, просто так мужчин не отпускают, пока не выжмут из них всё до конца, — с тихой яростью говорит она, чтобы посторонние не видели, как её кроет.

— Хорошо, — вздыхаю, — от меня что требуется? Что вы хотите?

Мне кажется, она сама не понимает своей цели. То ли спровоцировать меня, то ли дать понять, что не принимает выбор сына.

— Чтобы ты знала, что я никогда тебя не приму. Я видела, каким стал Артур в браке с тобой. Ты высосала из него все без остатка, и история повторяется.

— До свидания, Галия Абаевна, — говорю я, поднимаясь со стула. Разговаривать дальше просто бессмысленно, мы друг друга все равно не услышим.

Задерживаю на ней взгляд всего на несколько секунд, а затем разворачиваюсь и быстро иду к выходу. Оказавшись на улице, дышу часто, глотая воздух ртом.

По дороге в телецентр думаю лишь о том, что семья Артура не примет меня во второй раз. Хотя… может, не примет только его мама. С его отцом и братом у нас всегда были нормальные отношения. Да, настолько нормальные, что я не подошла тогда к ним в ресторане, а они — ко мне. Просто поздороваться.

Я всё пытаюсь разобраться, насколько вся ситуация выбивает меня из колеи. И именно в этот момент, по закону подлости, звонит Артур. Сначала хочу сбросить вызов, но он же не успокоится и наберёт ещё раз.

— Да, Артур.

— Ты где? — он будто даже на расстоянии считывает моё настроение.

— Иду на канал. Ой, простите, — задеваю плечом прохожего.

— Откуда идёшь? Почему такой странный голос? — вот ведь… истинный ариец.

— Нормальный голос, я просто запыхалась.

— Я не отстану, пока не скажешь. И голос у тебя ненормальный.

И ведь точно не отстанет.

— Твоя мама приезжала поговорить, — остановившись на перекрёстке, жду, когда загорится красный. — Но наш разговор ушёл куда-то не туда.

— Вы поругались? Что она тебе сказала?

— Нет, мы не совсем поругались… Просто не сошлись во мнениях.

На том конце провода Артур молчит и тяжело дышит. Я сразу понимаю, что он сдерживает злость.

— Артур, я не хочу вставать между тобой и твоей семьёй. И это их право считать меня немножко не от мира сего. Ну а моё право — с этим не согласиться.

— Это твоя психология?

— Может быть.

— Хорошо, — говорит чуть резко. — Я разберусь. Просто дождись меня сегодня дома.

— Я всё-таки хотела бы к себе поехать, — давлю подушечками пальцев на ребро корпуса.

— Я прошу тебя… Просто дождись меня. Я все решу.