Глава 15

Это было странно — вот так вот просто гулять по улицам Берлина рука об руку с Денисом, не думая ни о чем. Позировать на фоне Рейхстага, улыбаться как идиотка, смотря на город с Телебашни и не сводить взгляда с мужчины, который все это время не переставал бросать на меня странные взгляды и рассказывать всякие забавные истории.

У Дениса оказалось прекрасное чувство юмора. Он рассказывал о том, как начал свой бизнес, немного о детстве и о студенческих годах. О том, как на 23 февраля женская часть компании заказала стриптизерок прямо в офис, не зная, что он пригласил нескольких важных людей для переговоров. Я хохотала от смеха так, что не могла выговорить и слова.

— Ты только представь, я изо всех сил пытаюсь убедить их, что наши условия и степень защиты от взломов намного лучше, чем у конкурентов, и тут на весь офис раздается музыка. Я выхожу посмотреть, что же такое происходит, и натыкаюсь взглядом на семь полуголых девиц, танцующих на столах. Черт, в тот момент мне хотелось уволить всех к чертям собачим, особенно, когда понял, что вслед за мной вышли и потенциальные клиенты. Но тут к нам подбегают девочки из юротдела, хватают за руки и с криками «сегодня праздник для мужчин и никакой работы, так что расслабьтесь, Денис Викторович, и получайте удовольствие» тащат в гущу этих событий.

Я взрываюсь от смеха, пытаясь представить всю эту вакханалию. Уверенна, девочки могли такое сделать.

— А через пять минут Арнольд Дмитриевич уже сидит на стуле со стопкой водки, а перед ним крутит своим задом стриптизерша. Короче, контракт был наш. Хотя мне кажется, что это заслуга Леночки, которая, по слухам, успела затащить его в туалет и отсосать по-быстрому, в надежде стать постоянной любовницей.

— О нет, зачем ты мне рассказал об этом? Теперь каждый раз, когда буду натыкаться взглядом на Леночку, перед глазами будет стоять картина как она… Постой, — вскрикиваю, и впиваюсь в него цепким взглядом, — а тебе она тоже уже успела отсосать?

— Что? Нет, конечно! — слишком поспешно отвечает Денис. — У меня есть негласное правило — никакого флирта, секса и отношений с подчинёнными. Ты у меня исключение, — улыбается своей соблазнительной улыбкой.

— Не надо лести, тебе все равно ничего не светит.

— Ранишь прямо в сердце, — вздыхает мужчина, демонстративно хватаясь за жизненно важный орган.

Мы гуляем до вечера, а потом едем-таки в тот самый бар, и я мысленно молюсь, чтобы в этот раз туда не нагрянул отряд полиции.

Все дело в том, что это не совсем легальный бар. Там можно не только выпить, потанцевать и насладится живой музыкой местных кавер-групп, но и снять номер на втором этаже для совсем других развлечений и прикупить немного травки. Денису я, конечно же, не говорю об этом.

Бар, к счастью, все в том же месте. Босс с сомнением оглядывается вокруг, сжимая в руках камеру и хмурясь.

— Расслабься, здесь вполне безопасно, — кричу на ухо. — Я в туалет сбегаю, а ты пока что займи столик и закажи чего-нибудь выпить.

Я захожу в туалет, стены которого исписаны всякими неприличными надписями, а на зеркале красуются красные сердечки, нарисованные помадой, но совсем не для того, чтобы справить естественную нужду или попудрить носик, как вы подумали.

Я вижу ее в углу у раковины. Та же девушка что и полгода назад. Рыжая, в кожаных штанах и в футболке с принтом Бетмена.

— Четыре по пятнадцать, — тихо обращаюсь к ней, что означает четыре косячка по пятнадцать евро.

Да, она так называемый дилер. Все очень просто — в женском туалете всю ночь стоит девочка, в мужском — парень. Если посетитель захочет прикупить травки или чего-нибудь посерьезней, то просто направляется в туалет. Если на бар будет облава, то торговцы быстренько смывают весь товар в унитаз и остаются не при делах.

Об этом месте я узнала несколько лет назад, когда училась в Берлине по обмену, но к сожалению, попала не в очень хорошую компанию. Симпатичный горячий парень и две одногрупницы оказались настоящими наркоманами, из-за которых я тоже чуть не подсела на какую-то фигню. От банального незнания.

Но при всем этом, курево, которое я только что приобрела, отменное, хоть я и жуткий противник наркотиков, травки и даже обычных сигарет. После этого «особого» косячка нет ни отходняка, ни провалов в памяти, ни неадекватного поведения. Просто штука, которая расслабляет и заставляет выбросить из головы плохие мысли.

Сделав несколько затяжек хочется творить добро, танцевать и улыбаться.

Раз в полгода можно и расслабиться.

Протягиваю девушке скрученные купюры, забирая «покупку» и отправляюсь на поиски своего спутника.

Денис сидит прямо за барной стойкой, потягивая подозрительную зеленую жидкость и рассматривая народ.

— Я вернулась. Что пьешь?

— Попробуй, — пододвигает ко мне второй стакан с таким же коктейлем, — бармен сказал, что это их фирменный. Ты была права, здесь действительно отменная выпивка. Я уже второй такой пью.

Я беру стакан, принюхиваюсь, сначала делаю маленький глоточек и, убедившись, что это не какой-нибудь напиток для огненного дракона выпиваю залпом сразу половину.

— Ммм, реально классный, — и допиваю до дна. — Еще один, — обращаюсь к официанту.

— Знаешь, — странно растягивая слова, говорит Денис, — я обычно не пьянею быстро, но, кажется, меня уже начинает накрывать.

Смотрю на его блестящие глаза, поражаясь тому, какой же он красивый. Ох, кажется, я так попала! Но он действительно выглядит пьяным. Улыбается, странно смотрит на меня и немного покачивается на стуле.

Внезапно Денис касается моей руки, переплетает наши пальцы и наклоняется ближе.

— Ты такая охуительная, Сонь, — произносит не разрывая зрительный контакт.

— Оставь это для кого-нибудь другого, меня таким точно не возьмешь, — бармен ставит на стойку еще один стакан, и я хватаюсь за него как за спасательный круг, освобождая руку от хватки Дениса.

— Как мне доказать всю серьезность своих намерений?

— Ну, — обвожу взглядом помещение, подумывая чтобы такого придумать, — для начала потанцуй со мной.

Конечно же я ожидала, что он откажется, но Денис с какой-то дурацкой улыбочкой спрыгивает со стула и схватив меня за руку, тащит в центр зала, где в бешенном ритме движутся танцующие тела.

Мы танцуем друг напротив друга, заразившись общей энергетикой. Сначала нас разделяло каких-то полшага, но уже через несколько минут я бессовестно трусь задницей о член Дениса, чувствуя его неизменную реакцию на меня.

Денис кладет руки на мои бедра, прижав к себе еще ближе, если это вообще возможно, и наклонившись, проводит языком по мочке уха. Его рука проникает под мою футболку и это прикосновение распаляет еще больше.

Кажется, в эту минуту кроме нас больше никого не существует вокруг. И становится так хорошо. Из головы выветриваются все лишние мысли. Есть только я и он. Мой мужчина. Желанный мужчина. Я разворачиваюсь к нему лицом и, не успевая подумать о том, что творю — впиваюсь страстным поцелуем в губы.

Денис словно этого и ждал. Он зарывается руками в мои волосы, кусает нижнюю губу, а потом просовывает свой язык и творит в моем рту нечто невообразимое.

Мне мало. Так безумно мало всего лишь этих поцелуев. Хочется большего. Хочется раздеть его, снять с себя всю одежду, хочется, чтобы он погрузился в меня.

— Просто охуеть, — рычит мне на ухо, — вот это реальный сногсшибательный поцелуй. Прямо как название коктейля.

Я плавлюсь рядом с ним, плавлюсь, плавлюсь… а потом у меня произошло минутное отрезвление.

— Что ты сказал?

— Говорю, это мой самый лучший поцелуй в жизни!

— Нет, не то. Коктейль. Как он называется?

— Крышесноный или сногсшибательный. Не уверен, что гугл правильно перевел.

Я закрываю глаза и резко выдыхаю. Пусть это будет не то, что я думаю.

— Ты ведь не заказывал выпивку с красной карты бара? — пытаясь перекричать музыку, спрашиваю я.

— С красной? Кажется, да, с красной. А что?

— А то, что все напитки с красной карты с наркотиками! — после этих слов мой мозг снова улетает в далекие края, я притягиваю Дениса, желая снова почувствовать вкус его губ, и все. Провал.

****

Пробуждение было самым ужасным в жизни. Кажется, совсем недавно я обещала себе, что больше никогда не буду пить. Я пытаюсь перевернуться на спину, но натыкаюсь на горячее тело. Голое тело, понимаю я, так как рука натыкается на чей-то утренний стояк.

Я резко теряю остатки сна, а мои глаза от неожиданности распахиваются и, уверенна, норовят вылезти из орбит.

Я поворачиваю голову вбок и натыкаюсь на Дениса. Голого, спящего Дениса. С огромным синяком под глазом.

Мамочки, что же это такое?

Я приподнимаю одеяло, чтобы убедится, что и на мне нет ни единого кусочка одежды, обвожу взглядом комнату и понимаю, что мы совершенно точно не в нашем гостиничном номере. Этот захудалый, обшарпанный номер, со стареньким телевизором и зелеными шторами на окнах, определенно не может быть полулюксом отеля, где мы остановились. Да он даже эконом-номером быть не может!6dfffc

Я закрываю глаза в надежде, что это всего лишь страшный сон, и я вот-вот проснусь. Щипаю себя несколько раз за руку, но ничего. Ни ужасная комната, ни голый Денис никуда не делись.

Рядом послышался стон. Я поворачиваю голову в сторону мужчины. Он зашевелился, открыл глаза, моргнул несколько раз и с недоумением впился взглядом в потолок.

— Ты что-то помнишь? — шепотом спросила я.

Денис вздрогнул, как будто совсем не ожидая, что кроме него в постели может быть кто-то еще. Оторвался от разглядывания потолка и повернул голову в мою сторону.

— Соня? — прохрипел он. — Где мы? Что происходит?

— Хотела бы я знать, — нахмурилась, силясь вспомнить хоть что-то из вчерашнего дня. Но в голове лишь темнота.

Так, я проснулась, игнорила Дениса. Потом неудачная встреча…

— Я голый, — произносит это так, как будто он как минимум покрылся чешуей.

— Я тоже.

… прогулка по городу, бар. Точно, бар!

Воспоминания быстро возвращаются ко мне, но не все. Ровно до того момента, когда я, как обезумевшая самка богомола, целуюсь с Денисом, пытаясь сожрать его.

— Черт! Я вспомнила! — поворачиваю голову в сторону лежащего рядом мужчины. — Я доверила тебе заказать нам выпить, а ты заказал какую-то бадягу с наркотой и нас накрыло. Последнее, что помню, как мы танцевали. А ты? Ты что-то помнишь? — спрашиваю с надеждой.

Денис хмурится, трет переносицу, несколько минут молчит, а потом выдает:

— Помню, как мы целовались. Кажется, мы переспали.

— Нет, — подскакиваю на кровати, забыв о том, что под ним я совершенно голая и выставляя грудь, а всеобщее обозрение. — Не может этого быть. Мы не могли переспать. Только не это!

Голова безумно кружится, и, кажется, меня начинает жутко тошнить. Я смотрю на Дениса и замечаю его взгляд, направленный на мою грудь.

— Мог бы отвернуться для приличия! — возмущенно пыхтю, прикрываясь одеялом. — Меня тошнит и меня смущает, что я ничего не помню.

— Меня тоже. В смысле, смущает, что я ничего не помню. Возможно, это был самый лучший секс в моей жизни, а я не помню даже как добрался до кровати.

— Я знаю, как проверить был ли у нас секс! — вскрикиваю и под ошалелым взглядом Дениса сбрасываю с себя одеяло.

— О Боже, женщина, у меня и так встал от одного взгляда на твои прекрасные сисечки, а ты решила добить меня окончательно, — стонет он.

Я же совершенно не обращаю внимания на мужчину рядом, мне срочно нужны доказательства того, что вчера ничего такого не случилось, и я могу спокойно жить дальше.

Смотрю на свои ожоги, которые покрылись корочкой и с облегчением выдыхаю. Если бы мы вчера переспали, то они определенно не выглядели бы так хорошо. К счастью, логическое мышление меня никогда не подводило. Ну, почти никогда.

— У нас не было секса. Видишь? — указываю пальцем на свои поджившие раны.

Денис сглатывает, обводит взглядом мое тело с ног до головы, а до меня наконец-то доходит, что я вообще-то лежу тут перед ним полностью обнаженная. Боже, я реально потеряла мозги где-то по пути в кабинет своего босса в первый же рабочий день.

— Я вижу твой идеально выбритый лобок, но это ведь не показатель того, что у нас не было секса.

Я ударяю этого нахала кулаком в грудь и подымаюсь в поисках своей одежды.

— Подожди, — тянет меня назад за руку, и я вынуждена вернуться в постель. — Болит? — спрашивает Денис и кончиками пальцев аккуратно проводит по месту ожогов.

Я забываю, как дышать. Из головы выветриваются остатки сна, а тело бросает в дрожь. Когда губы мужчины проводят дорожку из поцелуев от ключицы к шее, я твердо решаю — будь что будет. Я устала сопротивляться этому притяжению, устала сдерживать свое желание рядом с этим мужчиной, устала от мыслей и фантазий о том, как это могло быть.

Я поворачиваю голову и ловлю губами его поцелуй.

— Ты такая сладкая, девочка моя. Так хочу тебя. Сейчас. Здесь. И я умру, если ты опять остановишь меня.

— Нет, — срывается с губ вместе со стоном, так как Денис прикасается уже далеко не к ожогам, — не остановлю. Не сегодня. — и в этот момент он просовывает один палец внутрь меня.