Глава 14 · Дальняя дорога

Следующее утро напоминало трагикомедию. Накануне вся деревня обсуждала, стоит ли завтра ехать на ярмарку. На дорогах опасно, нападения разбойников и одичалых участились. Эти безжалостные твари вырезали всех, без разбора. Старики, дети, женщины. Взрослых мужчин убивали сразу же на месте. Об участи молодых девушек лучше не говорить… Все были напуганы…

Не поедешь на ярмарку, значит, ничего не сможешь продать, и денег не заработаешь. А поездка в Заряницу и обратная дорога это огромный риск. Мужчины хотели рискнуть, женщины опасались. Старики роптали, боялись остаться без кормильцев, ведь в одиночку детей не поднимешь, особенно в деревне.

Мне тоже было страшно ехать. Но и сидеть в деревне смысла не имело. Ярмарка давала хоть какой — то доход. В деревне мои товары покупали мало и неохотно. У людей просто — напросто не было денег. А у меня скопилось две полных корзины мыла, шампуня, пластырей, лосьона, мази и растираний. Было просто необходимо все это продать как можно быстрее. А еще мне были необходимы канцелярские принадлежности, ткань на новую теплую накидку, белый лён, чтобы сшить еще одно нижнее платье, чулки. Следовало забрать в лавке у сапожника мои готовые туфли. Вот только платить за них было нечем. Поэтому мне срочно требовалось попасть на ярмарку. Как и Агате, у которой тоже было немало лекарств и сборов на продажу.

Воскресным утром мы тряслись в старой повозке Рамоса и боязливо оглядывались по сторонам. Трое парней ехали верхом, вооружившись старыми топорами и луком со стрелами. Из женщин поехали только мы с Агатой, да жена Рамоса — Селеста. Напряжением был наполнен даже воздух вокруг. Возницы торопились, безжалостно стегая лошадей вожжами. Наконец — то приехали…

На ярмарке было на удивление мало народа. К обеду стало понятно, что торговли не будет. Люди торопились, покупали самое необходимое, разворачивались и уезжали. После обеда многие торговцы тоже стали собирать свой товар и уезжать домой. Агата тоже настаивала, чтобы мы не задерживались.

Я страшно расстроилась, так как продала всего лишь навсего пару пластырей, три кусочка мыла и два шампуня. Зайдя в лавку сапожника, рассчиталась и забрала свои новые туфли. Оставшихся денег не хватит ни на ткань, ни на новые чулки, ни на шерстяной отрез для пошива накидки. Выйдя из лавки, заметила в соседнем ряду, мужчину — полукровку, которого видела на прошлой ярмарке. Слишком заметное лицо, все в мелких шрамах. Кажется, в прошлый раз он сопровождал старого мага, который покупал у нас с Агатой товар…

Мы с травницей торопливо уселись в повозку Рамоса и поехали в Карповку. Обратный путь мне показался короче, так как мы очень торопились. На повороте у старого моста, пришлось остановиться. Через мост перевозили большой — большой фургон с провизией. Его сопровождали несколько стражников, одетых форму императорских гвардейцев. Любопытный Рамос хотел было уже расспросить их о чем — то. Но последние были явно не расположены к разговорам. Нам пришлось обогнать фургон, и уехать вперед.

Вечером, подсчитав скудное содержимое своего кошелька, я пришла к выводу, что бизнес — леди из меня не получится. Очевидно, я была не создана для торговли в этой новой жизни. Либо мне не повезло, и я оказалась в Большой Гардарике в самое неподходящее время….

Ладно, не горюй девица Элен, главное, что ты молода и здорова. Никто не обещал тебе легкой жизни. С этими мыслями я и улеглась спать.

Рано утром едва умывшись, я расчесывала свои роскошные темные волосы. Пожалуй, это то, что мне нравилось моей новой внешности больше всего. Агаты не было дома, очевидно, она доила козу, или копалась на огороде.

Неожиданно я услышала непонятный шум на улице. Складывалось такое впечатление, что по улицам маленькой деревни в раз проскакали десятки лошадей. Заплетя волосы в 2 пышные косы, я решила заняться завтраком. Агата уже поставила вариться кашу, стоило перемешать, чтобы не пригорела. Отварю парочку яиц. Я уже спустилась с крыльца, держа в руках вёдра, направляясь к колодцу, когда во двор влетела Агата. Запыхавшись, она быстро заговорила:

— Собирай вещи, ты едешь в Корсунь, — торопилась она, — Посольство, с драконами во главе, едут на переговоры с бургомистром. Остановились, чтобы напоить лошадей. Старший стражник разрешил деревенским пойти с обозом до Корсуни.

Я на пару мгновений застыла, лихорадочно соображая, что же делать?

— Быстрее дурная, потом рассуждать, и думать будешь, — тараторила Агата, — Обоз ждать не будет. Вещи собирай. Мельник с детьми едут, и сосед наш Гордей товар повезет. Я договорилась, тебе место выделят в аптекарской карете лекаря. С помощником его поедешь. Лучшей охраны не найти. Доедешь в целости и сохранности. И сердце у меня будет за тебя спокойно…

Сама Агата металась, торопливо собирая мешочки со сборами, мои флаконы, мыло, распихивая их по корзинам. Я забрала свою старую котомку из спальни и стала складывать вещи. В принципе их было не много. Старую накидку, которую я хотела оставить, но теперь придётся взять с собой. Она будет выполнять роль одеяла. Агата торопливо нарезала хлеб и сыр, заворачивала их в старое кухонное полотенце, отсыпала в мешочек гречневой крупы. В мою корзинку уложила старый котелок с ручкой и крышкой, для заваривания трав, ложку, медную кружку. Мешочек с нисом, немного сушёных яблок и слив. В старую потертую кожаную сумку с длинным ремнём, которая когда — то принадлежала Вероне, я положила документы, гребень, платок, канцелярские принадлежности и тетради с драгоценными рецептами. Кошелек Агата велела повесить на длинный шнурок, и обвязать вокруг талии под верхним платьем.

Затем травница скомандовала, чтобы я быстро позавтракала и умылась. Сама она понеслась к соседям. Я вспомнила, что в дороге мне понадобиться чистая питьевая вода. Нашла кувшин с плотной крышкой и набрала воды.

Через десять минут пришла Селеста, выложив десять медяков на стол, попросила оставить пластырь. Я не стала жадничать и оставила два больших пластыря, посоветовав разрезать каждый пополам. Агата торопливо писала адрес Вероны, а также адрес дома тётки Раймонда Нейта, своего зятя. На всякий случай….

Мы вынесли вещи во двор. Из — за забора раздался голос Димитрия, который сообщал, что обоз тронется через пять минут. Торопясь Агата обняла меня и прошептала несколько фраз на ухо….

Через пару минут травница, позвав одного из стражников полукровок, попросила показать, где стоит аптекарская карета.

Идя гуськом за стражником, я увидела двух нарядных дам. Они стояли возле самой большой, богато украшенной кареты. Одна из них откровенно скучала, зевая, другая строила глазки и зазывно улыбалась богато одетому юноше с мечом на перевязи, через плечо. Дамы без сомнения статные, красивые, но юноша заметно моложе обеих….

— Драконессы. Фрейлины принцессы Ядвиги — тихо прошептала Агата, — С такими лучше не связываться и не разговаривать. Будь осторожна милая, обходи богатых и родовитых стороной. Не стоит тебе светиться, пока не приедешь в Корсунь. А там сама решишь с кем знакомства заводить!

Я заверила Агату, что не собираюсь ни с кем общаться, и тем более дружить в этом обозе. Мне нужен безопасный транспорт, чтобы добраться до Корсуни.

К нам подошел молодой мужчина, явно полукровка. Не похож на дракона, роста и стати явно не хватает. По виду не дашь и 22 лет, хотя я могу и ошибаться. Не знаю почему, но мне он сразу же не понравился. Слишком высокомерно поглядывал на деревенских жителей. Всем своим видом выражая превосходство высшего над смердами. Оглядев нас с Агатой, хмыкнул и сказал:

— Мы ничего не покупаем. Ни я, ни мейстер Ярош, — говорила нарочито громко, стараясь привлечь как можно больше внимания, — Вам лучше подойти к коменданту, или старшему слуге и предложить свой… ээээ товар.

Индюк! Наглый, вредный индюк! Всем своим видом показывал, что мы недостойны даже того, что вы просто разговаривать с ним. У меня напрочь пропало все желание, ехать с этим индюком в одной карете. Я тут же отдернула себя, что нахожусь не в том положении, чтобы выбирать….

Агата спокойно сообщила, что я поеду в аптекарской карете, вместе с помощником лекаря. И добавила, что это личное распоряжение старшего стражника.

Парень не одобрительно скривился, ясно давая понять, что ехать со мной в одной карете не желает. Затем резко развернулся и ушел. Я спросила у Агаты, обязательно мне ехать именно в этой карете?

— Милая, в повозке мельника нет места. Марыська на облучке едет с отцом. Димитрий сам верхом едет, — пояснила мне травница, — А Гордей везет полную телегу своего добра на продажу. Места нет. Потерпи три дня всего….

А также добавила, что старший стражник, родом из деревни Заряница. Когда — то Агата принимала роды у его матери. Именно поэтому женщина попросила его найти для меня место в посольском обозе.

Я понимала, что нельзя было не воспользоваться такой возможностью. Тем более у меня не было ни гроша, чтобы заплатить за переезд в город. Ладно, потерплю, не в первый раз мне, ехать в неприятной компании.

Вспоминала случаи, когда работала фельдшером на скорой помощи, и приходилось выезжать на вызовы к бомжам, хроническим алкоголикам, и другим маргиналам…

Через минуту, подошел старший лекарь… Если конечно его можно было так назвать…

Да, не хотела бы я лечиться у такого целителя. Один его вид вызывал не самые приятные эмоции. Чистокровный маг. Всё в нём говорило, буквально кричало о происхождении. Лицо словно высечено из камня. Длинный, очевидно кто — то бы подумал, что аристократический нос. Но самое главное — глаза… Серые, мутные, холодные как вода в Баренцевом море. Глаза убийцы. Холодного, безжалостного, абсолютно равнодушного ко всему окружающему. Ему бы патологоанатомом работать, а не людей лечить… Хотя возможно он очень грамотный лекарь, а его внешность просто дар природы?

И хотя, я всегда верила в то, что первое мнение самое верное, но отчаянно пыталась одергивать себя, убеждая, что теперь у меня другая жизнь, и свои привычки и взгляды тоже нужно менять…

Выслушав Агату, мейстер Ярош посмотрел, как будто сквозь меня, и лишь кивнул головой в сторону дверей кареты.

Агата настояла, чтобы я первой села в карету. Она подала мне мою котомку, две полных корзины и сверток с накидкой.

Травница незаметно перекрестила меня и закрыла дверь. Я смотрела на неё, и мне ужасно хотелось плакать. В этот момент, я по — настоящему испугалась, что больше никогда не увижу Агату. А ведь именно она, стала самым первым близким и дорогим мне человеком. Без неё, я бы скорей всего пропала, или вляпалась какую — нибудь нехорошую историю…

Я бросила сверток и сумку на сиденье, а сама быстро выскочила из кареты. И бросилась обнимать старую травницу. Мы плакали, обнимая друг друга. У меня было такое чувство, будто я снова прощаюсь с мамой…

Обоз тронулся. Мне пришлось буквально на скаку запрыгивать в карету. Просто чудо, что я не сломала ноги…

Помощник мейстера неодобрительно поглядывал на меня, кривя губы. Он не одобрял подобного эмоционального поведения. Очевидно, считая выше своего достоинства, сказать что — то доброе и одобрительное простой крестьянке, общество которой он будет вынужден терпеть всю дорогу…

Ученик лекаря, которого звали Варий Линц, из рода белых ведунов Вюрцау и драконов Линц. Об этом он очень важно поведал мне, задирая нос и бросая неодобрительные взгляды на моё старое потертое коричневое платье.

Наряжаться в дорогу я не планировала. Да и дорожного наряда у меня не было. Поэтому я не собиралась радовать взор этого индюка. Не пристает и ладно. А его неодобрение я как — нибудь переживу…

Я и сама гадала, кто мне больше не нравится. Мейстер Ярош или его помощник Варий Линц?

Тем временем колонна карет и всадников удалялась всё дальше и дальше…

Оставляя позади неприметную маленькую деревеньку Карповка. Именно ту деревню, где началась моя новая жизнь. А впереди меня ждала дорога на Северо — восток, в Корсунь…