Глава 6 · Планы на будущее

День клонился к закату. Вечерело. В расстроенных чувствах, с неясными мыслями, я должна была заняться стиркой. Выйдя во двор, вынесла большой глиняный горшок горячей водой. Взяла корыто, перелила воду, разбавила холодной… И тут встал еще один вопрос. А чем же стирать? Обратилась к Агате. Она принесла мне деревянный сосуд с непонятной серой субстанцией. Оказалось, что это местный «стиральный порошок», если конечно его можно было так назвать. Состоял он из древесной золы, овечьего жира и травы с водой.

Да, мне будет явно не хватать всех благ цивилизации 21 века. Но ничего другого всёравно не будет. Придется как — то приспосабливаться…

Полужидкий «стиральный порошок» никак не хотел размыливаться по льняной ткани. Я терла бельё о деревянную ребристую доску, смачивала водой, снова тёрла. Меняла воду, полоскала, отжимала, развесила на веревке, натянутой во дворе, у сарая. Агата поливала огород, и поглядывала на меня. Очевидно, ждала, что я впаду в истерику, не соглашаясь с окружающей действительностью. Вот только я отчетливо понимала, что плакать и кричать бесполезно. Мне подарили новую жизнь. И прожить её нужно достойно. Чтобы потом не пришлось сожалеть об опущенных возможностях. Не жалеть об ошибках, как было в прошлой жизни…

Поняв, что рыдать я не собираюсь, хозяйка позвала меня ужинать. На ужин мы доедали вегетарианский суп, который был приготовлен днём на обед. Также был салат из огурцов с зеленью, остатки вчерашнего хлеба.

Баню топить не стали. Я вымылась еле теплой водой, торопливо обтерлась полотенцем и легла спать.

Долго ворочалась. Сон всё никак не приходил. Я пыталась переосмыслить полученную информацию. Но чем больше я об этом думала, тем больше у меня возникало вопросов… Где, я буду жить? Чем заниматься? Как зарабатывать себе на жизнь? Не могла же я постоянно жить в чужом доме, не имея собственного угла…

Незаметно для самой себя уснула. Правда, говорят, в молодости самый крепкий сон.

А снился мне снова большой белый дракон. Он летал над морем и высоким зеленым утесом…

Утро началось с рассветом, с кричащих петухов. Агата спешно оделась, заставить меня тоже собраться. Быстро подоив козу, велела мне умыться и налить металлический бутыль воды. Сунула в корзинку пару острых небольших ножей и прихватила несколько хозяйственных мешков. Мы вышли из дома и отправились в лес. По дороге старая травница объясняла мне правила сбора лекарственных трав и корений. И хотя раньше я занималась фитотерапией, но многие тонкости звучали для меня впервые. В очередной раз поняла, как много мне еще предстоит узнать, многому научиться в этой жизни…

В этом мире не было атомных электростанций, загазованных трасс и дорог, металлургических заводов, промышленных фабрик. А это значило, что природа здесь не тронута, никем не загрязнена. Можно смело собирать растения и другие дары леса и природы. И как утверждала сама травница, маги, к счастью не успели добраться до местных лесов со своими заклинаниями и стихиями огня и воды.

Агата много рассказывала, а я старалась запомнить… Надземные части растений собирают только в хорошую погоду, в определенное время. Утром, после рассвета и максимум до 9 часов утра. В определенные периоды развития растений, накапливаются его биологически полезные вещества. Поэтому собираешь лишь те части, которые имеют наибольшее количество лечебных свойств. Это — листья, почки, соцветья, кора, семена, корни и корневища. Травы заготавливают с мая месяца, в начале их цветения, или в период их полного раскрытия и цветения.

Из прошлого времени, моего увлечения фитотерапией, я помнила, о том, что почки собирают ранней весной, в марте — апреле. Особенно почки березы, тополя, сосны, когда начался их рост, но они еще не лопнули. Кору дуба, ивы, калины, крушины собирают до распускания листьев, ранней весной, когда она хорошо отделяется от древесины. Кору кустарников собирают тоже по весне — когда начинается сокодвижение. Период её заготовки завершается, когда разворачиваются первые листочки. Если время сбора выбрано верно, кора легко отделяется от ветви.

Мы собирали зверобой, душицу, котовник лимонный, мелиссу, дикую календулу. Выйдя на поляну, стали рвать подорожник, аккуратно срезая ножом. Затем очередь дошла до можжевельника. Углубляясь дальше в лес, встретили несколько установленных примитивных силков с попавшими в них зайцами. Это деревенские жители охотились, в поисках пропитания. Попутно, я сообщала Агате, что мне известно о полезных и лечебных свойствах разных трав и растений. Женщина кивала головой, мягко поправляя меня, дополняя мои знания. А вот умения и навыки в приготовлении травяных сборов, настоек, мазей и микстур нуждались в явной корректировке.

Солнце поднялось уже высоко, а мы выпили всю воду, которые брали с собой. Жарко, хотелось, есть и пить. Агата закончила со сбором трав, и мы отправились домой. Возвращались мы, обходя озеро с противоположной стороны, слева от тропинки, я заметила этот цветочек. Бросив два мешка с травами у обочины, я, со всех ног рванула на полянку, чтобы убедиться, что это именно она… Мыльнянка! Агата удивленно посмотрела на меня, заметив:

— Милая это сапонария. Я собирала её в прошлом месяце. На веревках сушится две охапки этого добра, — говорила спокойно, явно не понимая, для чего она мне нужна.

— А для чего вы её используете? — так же спокойно спросила я, — Что делаете? Просто сушите?

— Высушиваю, измельчаю. Перетираю в порошки от кашля, — деловито перечисляла Агата, — а иногда и примочки делаю детишкам, чтобы зуд красный с кожи убрать, — продолжала она, — опять же весной хорошо промывать ранки гнойные охотникам и рыбакам.

И тут до меня стало доходить, что мыло, которым мы мылись в бане, как «стиральный порошок», которым мне буквально вчера пришлось стирать, было приготовлено из золы и жира, с добавлением корешков и стеблей растений. Зато о практическом изготовлении растительного мыла, здесь возможно и не слышали?

А между тем сапонария лекарственная, она же мыльнянка, прекрасное растительное сырье для приготовления мыла и шампуня для волос. Именно изготовлением этих средств я и займусь ближайшие дни.

Кажется, у меня намечается идея, как заработать в новом мире. Я, правда, не уверена, что все сразу получится, но попробовать однозначно стоило.

Как известно, даже в период войны всем необходимы мыло, шампунь, лекарства. Вот последние особенно пригодятся… Необходимо было составить бизнес — план.

Я собрала огромную охапку мыльнянки, стараясь выкапывать цветы с корешками. Тяжело было нести всю нашу поклажу, но я не унывала. Примерно час мы с Агатой добирались до дома.

А у забора уже стоял молодой парень, явно поджидая травницу. На вид ему было не более 19 лет, косая сажень в плечах, кажется, так говорят в деревне. Рослый, высокий, глаза карие с прищуром. Не красавец, но вполне себе симпатичный. Одежда потертая, из домотканой выцветшей ткани, на ногах вытертые кожаные башмаки. Завидев нас, подскочил к Агате и затараторил:

— Тётушка Агата, мамке опять плохо. Два дня не встает. А травки ваши закончились, и настойка тоже. Помощь ваша нужна. Вы бы зашли к мамке, да травок принесли, — говорил сбивчиво, торопясь, — Я в долгу не останусь, вы же знаете тётка Агата.

— Зайду Димитрий, перед обедом зайду. Сбор принесу, — Агата говорила спокойно и твердо, — Я папаше твоему говорила, что матери твоей лекарь нужен. Лечиться надо.

— Так — то оно так, да где же мы его найдем — тараторил парень, которого звали Димитрий, — Мы с братом на мельнице целый день. Даянка и Марыся на хозяйстве. А отец только ругается, говорит, мать работать не хочет. Тетка Агата помогите мамке, мы отблагодарим.

— Помогу, чем смогу, — не меняя тона, сказала Агата, — Лекарь нужен. Я вот племянницу свою Элен приведу, пусть посмотрит. Она лекарем будет, учиться поедет. Авось подберем травки для твоей матери.

Парень недоверчиво посмотрел на меня, хмыкнул и согласился:

— Пусть посмотрит, только помогите, — проговорил Димитрий, и неловко поклонился, — мы помощи всегда рады будем.

Занеся во двор корзины и мешки с травами и растениями, я спросила:

— А что с его матерью? Чем болеет?

Агата отпирает дверь, зайдя в дом, буквально рухнула на лавку. Вытянув ноги, устало проговорила:

— Боли у нее в спине, ногах, не ходят почти. Раньше только зимой да весной болела, — продолжала она, — А теперь вот летом скрутило. Боюсь, скоро совсем занеможет, и ходить не будет. Муж у неё мельник, не бедствуют. Самые богатые на деревне. Да только мельник жаден до денег, не выпросишь лишнего медяка у него.

Самые богатые в деревне, а сын в обмотках ходят, да в залатанной одежде. Видно действительно всем жителям тяжело живётся в Карповке, явно бедствуют. А ведь деревня стоит на нейтральной территории, не тронутой войной. Что же тогда происходит с людьми, чью землю и деревню коснулась эта война? Как там живётся? Что едят дети, как взрослые ведут хозяйство? Даже подумать страшно…

Да, не позавидуешь мне в новой жизни…

Ну и кто будет покупать моё мыло и шампунь? Хотя если рассуждать логически, то эти товары нужны всегда. Это же не предметы роскоши, а необходимые средства гигиены. К тому же мыло и шампунь можно продавать не только в деревне, но и отвезти на ярмарку в город. Или сдать товар на продажу, в какую — нибудь лавку? Главное — начать, а потом дела по накатанной пойдет. Как говорила моя мама, под лежачий камень — вода не течет!

Я отправилась в курятник, собрать яйца для позднего завтрака. Как позже выяснится для ужина. Агата уже завела тесто из кислого молока, чтобы приготовить оладьи. Я тем временем отправилась к колодцу принести воды. Выйдя из бани с пустыми ведрами, заметила, что у калитки стоят две деревенских бабёнки и плешивый мужик с красной физиономией и следами явного злоупотребления алкогольными напитками. Подойдя поближе, узнала в одной из них сваху сводницу, которая агитировала меня выйти замуж за старого вдовца. Поздоровавшись, хотела было прошмыгнуть дом, но не успела, меня окликнули. Да, сваха не привыкла сдаваться просто так. Улыбаясь, поправляя яркий платок на голове, она, растягивая слова, говорила:

— Здравствуй голубушка, — обращаюсь к мужику, в нестиранной рубахе, — Посмотри Миколай, какая справная красавица. Это Элен, племянница Агаты — травницы.

Мужик, прищурив глаз, оглядывал меня со всех сторон, как будто прицениваясь. А тем временем, ушлые бабы уже стоят у двери дома. Да скромностью и тактичностью здесь никто не страдает. Сваха продолжала:

— Невеста на загляденье. Хороша, стройна, трудолюбива, — нахваливала она меня, — Хозяйка добрая. Хорошей матерью будет твоим деткам. Как тётка, травница. Польза семье большая…

Я стояла, широко открыв рот, растерянно хлопая глазами, не зная, что сказать. Тут из дома вышла Агата и громко рявкнула, незваным гостям:

— Берта, тебя сюда никто не звал, нет в этом доме для брата твоего невест, — гневно выговаривала она, — А ты Василина, не позорься уважаемая сваха. Ищи жену для этого пьяницы в другом месте.

Бабы возмущенно закудахтали, мужик, нахмурив лоб, пробасил:

— А ты чего думаешь? Кому нужна твоя доходяжка без приданого? Думаешь, на нее дракон позарится или оборотень? Дык в каждой деревне полно девок, побогаче да покрепче.

— Моя девка — не твоя забота, — крикнула травница, — Иди, откуда пришел. Лучше за детьми да хозяйством приглядывай, а то опаскудился совсем!

Схватив меня за руку, заволокла в дом и крепко заперла дверь на засов. Скомандовала умыться и сесть за стол. Я тихой мышкой, проскользнула к умывальнику, затем уселась за стол. Агата разложила по тарелкам пышные оладьи. Я спросила:

— И часто вот так ходят? Сватаются? — мне даже смешно стало, чего не скажешь об Агате. — Неизвестную девицу, которую никто не знает в деревне, сватают на второй день? Любопытно даже…

— Любопытно ей! — недовольно сказала Агата, — Потому и пришли, что только ты недавно в деревне появилась. Василина, чтобы черти к дриадам её унесли, не знает, кого сосватать этому упырю и пьянице Миколаю.

— Ну как жених он меня точно не заинтересовал, — смеясь, заявляю я, хотелось как — то развеселить хозяйку. Не с руки мне в деревне с кем — либо ссорится.

— Первая жена его Эдит, сбежала с оборотнем — медведем, прихватив дочку маленькую. Смертным боем их лупил, зимой на мороз выгонял, — сквозь зубы рассказывала Агата, — Через год, Миколай снова женился. Берта, сестра его нашла бедолагу Аниту. Та сиротой вместе с сестрой осталась. Он пил, жену бил, потом и детишек гонял. Родня его, глаза на всё закрывает, а остальные в деревне делают вид, что ничего не замечают. Дом разваливается, огород полынью зарос, всё что можно продал и деньги промотал… А в прошлом году Анитку так избил, что она оклематься не могла. А следующей ночью, пошла на озеро и утопилась.

Агата тяжело вздохнула, было заметно, что эта история её очень тяготит.

— А сейчас вот опять по дворам ходят, невесту новую приглядывают, — прошипела она, — Как коршуны новую жертву ищут. Надоело Берте детишек брата кормить да обстирывать. Вот и решила с рук сбагрить…Только в деревне никто за него свою дочку не отдаст. Лучше девку — перестарка дома держать станут. С таким мужем любая сгинет.

— Что в деревне нет вдов? Война же идет, — поинтересовалась я, — Может вдова какая, бойкая да с крутым нравом, быстро его в бараний рог скрутила бы?

— Берта, на вдову брату и взглянуть не даст, — отвечала Агата, — Он своих детей прокормить не может. На какие гроши, чужих содержать будет? Нет! Им молодку подавай, желательно сироту. Если муж уморит, то и никто с него не спросит.

Я поёжилась, неприятный холодок прошёл по спине. Упаси меня бог от такого мужа. И сваха эта пусть дом Агаты десятой дорогой обходит….

Хозяйка дома принесла свежезаваренный нис, стали завтракать. К оладьям прилагалась сметана, и несколько ложечек липового меда. Я была такая голодная, что уже через пару минут забыла о незваных гостях. Как будто не было ничего.

Покончив с поздним завтраком, мы стали перебирать травы. Предстояло много работы. Первым делом растения нужно перебрать, затем удалить мусор.

А экземпляры, пораженные вредителями и болезнями, а также те части сырья, которые не понадобятся для приготовления полезных настоев и отваров убрать. Возились примерно 3 часа. Затем Агата отправилась варить кашу, а меня спровадила в огород, собрать зелень и огурцы. После обеда, собрав несколько холстяных мешочков с травами и корешками, сложив их в корзину, мы пошли навестить больную жену мельника.

Это была моя первая прогулка по деревне….

Деревня Карповка представляла собой далеко не самое интересное и прекрасное зрелище….

Дорога разбитая, вся в ухабах. Многие дома выглядели непрезентабельно, с покосившимися крышами, разбитыми окнами, треснутыми ставнями. Заваливающиеся сараи, пустые загоны, старые, почерневшие от времени маленькие бани. Ни качелей, ни церкви или храма, ни садов, ничего, что могло порадовать глаз, и в помине не было. Только огороды содержались в относительном порядке. Это и понятно, огород, и поле главные кормильцы в деревне.

Дом мельника представлял собой самое большое строение в деревне, напоминающее русский дом — двор по типу «глаголь».

Дом-двор типа «глаголь» изогнулся в плане буквой «Г», или, как его нередко называют, двор «сапогом». Здесь все хозяйственные помещения расположены под прямым углом к жилым, то есть сзади и сбоку от сеней. Выходит так называемый «двор с отливом», укрывшийся под «полой» двускатной крыши, общей для избы и хозяйственной части.

Войдя во двор, становится понятно, что был он особенно удобен в местах, где селения расположены на склонах холмов возле водоёмов, как в Карповке. Ведь если двор стоит в месте более низком, чем изба, то скат крыши двора будет более крутой, что имеет неоспоримые преимущества перед пологим скатом, на котором снег весной подолгу залеживается, и крыша быстро прогнивает. Хозяйство у мельника содержалось в относительном порядке, во дворе чисто, инструмент в сарае, скот в загоне, птицы в курятнике. Из сеней к нам вышла молодая девушка, фигуристая, со светлыми, с рыжеватым оттенком волосами, одетая в льняное светло-зеленое платье. Пояс был кожаным, на нем висела связка ключей и небольшое зеркальце. Оглядев меня со всех сторон, девица сказала:

— Что это ты тётка Агата, никак родственницу свою к нам привела? Димитрию будешь предлагать? — насмешливо, почти издевательским тоном, растягивая слова, говорила она, — Василина сватала за пьяницу Миколая. Ты отказала! Поди, надеетесь на богатого жениха? Так у нас полдеревни девок на Димитрия заглядывается!

— Рот прикрой, Даяна! — резко ответил Агата. Тон её голоса был ледяным. — Не твоего ума это дело. Мы к матери твоей пришли, помочь хотим.

Войдя в кухню, мы увидели еще одну девицу. На вид ей было 17 — 18 лет, худенькая, простоватое лицо с веснушками, светлые брови и ресницы. Она была похожа на старшего брата, с рыжеватыми волосами, заплетенными в две толстые косы. Одета попроще чем сестра, я бы даже сказала беднее. Рукава нижнего платья все в заплатках.

Пояс простой льняной, сплетенный колоском. Поверх выцветшего, некогда бордового суконного платья, был повязан серый фартук. В руках у неё была скалка, очевидно девушка раскатывала тесто для выпечки. Звали ее Марыся, и была она куда как приветливее, чем старшая сестра. Марыся проводила нас в небольшую комнату, которая была родительской спальней. На широкой деревянной кровати лежала женщина неопределенного возраста. Первое, что бросалось в глаза, это неестественно скрученная поза её тела. Лицо изможденное, серое, с пигментными пятнами, бледные губы. Морщинистые руки, с явными следами полиартроза. В каштановых волосах щедро пробивалась седина. Было видно, что она испытывала сильную физическую боль.

Я спросила Марысю, где можно вымыть руки, попутно задала ей несколько вопросов: сколько лет её матери, давно ли она мучается от болей, чем лечилась, бывают ли периоды, когда ей становится легче, или наоборот, когда боли усиливаются? Марыся смотрела на меня, как на загадочную зверушку, явно не понимая и половины моих вопросов. Удивленно ответила:

— Дык мамке уже 80 лет, вроде не старая ещё. А как младшего Георгия родила, так через год и болеть стала. Потом двоих скинула, — нехотя растягивая слова, произнесла девушка, — Батька то не сильно был рад, лишние рты кормить, — пряча глаза, показывая мне, где находится умывальник.

Я быстро вымыла руки с мылом, похожим на то, которое было в доме у Агаты.

Вытерев руки, явно не самым чистым и свежим полотенцем, пошла, осматривать больную. Агата ушла на кухню, заварить травы. Женщину звали — Маиза.

Я задавала вопросы, она морщилась и неохотно отвечала. Жаловалась на боли, постоянную утреннюю скованность движений, хруст в пояснице и коленных суставах, слабость, упадок сил и одышку. При осмотре увидела, ярко выраженную отечность в области поражения коленных и голеностопных суставов, увеличение объемов в области кистей рук и суставов пальцев. Как жаль, что здесь нет рентгена, МРТ, УЗИ. А ещё моей пациентке срочно нужен анализ крови на ревматоидный фактор. Хотя по внешним признакам было понятно, что у женщины тяжелая форма полиартроза.

Я попросила Марысю, позвать брата и велеть ему принести, как можно больше воды в баню. А сама Марыся должна затопить баню и вскипятить, как можно больше воды. Маиза выпил отвар, приготовленный Агатой. А я стала смешивать настойку и коренья для компресса. Потом сказала Марысе, чтобы приготовила самую большую бадью или лохань, будем запаривать травы для лечебной ванны…

В дом вошла Даяна, и недовольно глядя на меня, сказала:

— Что это ты командуешь в моем доме? Гоняешь сестру и брата почем зря, — выговаривала она мне, — Отлежится мать и полегчает ей. Не в первый раз пересекло… Скоро оклемается…

— Не оклемается! — рявкнула я, — Дальше только хуже будет, если лечиться не будет, и вы помогать не станете, то сляжет окончательно. Больше не встанет. На своем горбу мать таскать будешь⁉

Даяна недовольно поглядела на меня, и уже открыла рот, готовясь поспорить, как Агата грозно произнесла:

— Слушай, что говорят тебе глупая! Даром, что красивая. А одно, бестолковая и зловредная, — продолжала она, — Матушку твою лечить нужно, а ты не помогаешь, а только под ногами мешаешься.

Даянка покраснела и выскочила из комнаты. Да, не будет у меня дружбы с дочкой мельника. Ну да ладно, не беда. Помогу мельничихе, может, и отблагодарят, как обещали. Агата не может меня кормить и содержать бесплатно. Должна и я, как — то на жизнь зарабатывать.

Агата ушла домой, нужно было принести травы для ванной и запарить их в бане. Следующий час, мы с Марысей, работали не покладая рук. Я запаривала травы в бане, подливая горячей воды из котла в лохань. Затем мы с младшей дочкой мельника, перенесли её мать во двор, усадив на лавку. Дочь приготовила для Маизы чистое белье и нарвала полос ткани для повязок на коленные суставы. Дмитрий тоже помогал, послушно выполняя всё, что от него требовали. Даяна ушла к отцу на мельницу. В бане раздели женщину, и усадили в импровизированную лечебную ванну. Главное, чтобы помогло.

Через час, велела Марысе остаться с матерью, а сама отправилась в дом травницы Агаты. Нужно приготовить настойку для жены мельника.

Спешно вернулась в дом, и принялась за дело. Достала ступку, глиняную миску, мерную ложку, бутыль с домашним самогоном, который в деревне отчего — то называли «бадяжкой». И принялась за дело….

Итак, нам нужна настойка из пастушьей сумки, тысячелистника, черёмухи, хвои. К счастью у старой травницы все компоненты были в наличии. Агата заметив, что я, полностью погрузилась в процесс приготовление лекарств, решила мне довериться и не мешать. Крикнув напоследок, что ушла поливать огород. Я увлеченно перетирала в ступке цветки черемухи и тысячелистник. А про себя шептала молитву святому великомученику и целителю Пантелеимону, об исцелении Маизы. Ведь это был первый человек, который обратился ко мне за помощью, как к медику.

Приготовив настойку, вернулась в дом мельника. Марыся торопливо обтерла мать старый полотенцем, и с моей помощью надела на неё нижнее льняное платье, сверху набросила шерстяной платок. Димитрий на руках отнес мать в дом. Пока я заставляла Маизу, принять две ложки настойки, Марыся перестелила постель на кровати матери.

Я велела принимать лекарство по две ложки 3 раза в день, а также заваривать травяной сбор, приготовленный Агатой. Сбор пить утром и вечером, вместо ниса. Следующие пятнадцать дней нужно запаривать травы в бане и принимать лечебные ванны. А еще компрессы и растирания. Марыся кинулась на кухню, пока Димитрий торопливо благодарил меня. Я нанесла компрессы на коленные суставы и плотно перевязала льняным самодельным «бинтом». Димитрий шикнул на сестру, что нужно накрывать на стол, скоро придёт отец. Через минуту Марыся спешно сунула мне в руки небольшую плетеную корзину, и выпроводила за дверь…

От меня явно торопились избавиться. Не успела я оглянуться, как снова оказалась на разбитой дороге. Очевидно, брат с сестрой хотели, чтобы я ушла до прихода в дом их отца. Мне лично стыдится нечего. Странные люди, зачем скрывать от мужа болезнь жены?

А в доме травницы меня ждал накрытый стол. Агата уже приготовила омлет с зеленью, заварила травяной чай, пожарила лепешки. Вымыв руки, я принялась за ужин. Попутно рассказывая хозяйке о рецепте приготовления настойки и других лекарств от полиартроза и ревматизма. Заодно решила рассказать, что дети мельника спешили от меня избавиться, очевидно, не хотели, чтобы мельник встретился со мной в доме. Агата заметила:

— Не удивительно, боятся они, что папаша ихний от матери избавится, если узнает, что жена от болезни слегла. Или в храм Богини — матери отвезет несчастную, — недобрым тоном проговорила она, — Мельник перевертыш, полукровка, к обороту не способный. В роду его, кто только не потоптался, и лисы и росомахи. Мальчишкой нищим в деревне оказался. Семья старого мельника его приютила. А через 15 лет он на старшей дочке старого мельника и женился, — продолжала она, — Только не Истинная она ему. И любви там не было, один расчет. Матфей получил приданое за женой, потом сестру её младшую выжил из дома. А потом и мельницу, и землю и амбары к рукам прибрал. А когда война началась, он деньги стал одалживать жителям в долг. Сейчас почти вся деревня у него в должниках.

— Отчего он денег жалеет на лечение жены? Другим в долг даёт, а для жены жалеет? — не выдержала я, — Ведь хозяйка — то всему она. Как может муж о здоровье жены не заботиться?

— Эх, девчуля моя, мужья — они разные бывают, — грустно проговорил Агата, — Иной оборотень за свою Истинную землю перевернёт. Убьёт, украдет, заработает, душу продаст, но жена и дети всегда в достатке жить будут. А вот у полукровок все по — иному. Как и у магов.

— А у драконов? Они всегда верны своим жёнам? — взволнованно спросила я, — Они женятся только на Истинных?

Агата, хитро прищурив глаз, сделала глоток травяного чая из чашки, не торопясь ответила:

— По-разному бывает. Иной дракон всю жизнь истинную ждет, а дождавшись, до самой смерти её на руках носит. Детей так не любит, как жену, — улыбнувшись, приговаривала она, — А иной раз может просто так жениться, на кого родители укажут, на том женится ради выгоды обоюдной.

— А если потом, когда женился, прожил в браке много лет и встретит истинную? — глухо спросил я, — Тогда что?

— А тут как сердце и совесть подскажет? Кто — то жену оставляет с детьми, ради истинной, — скупо произнесла она, — А который раз, предлагает любовницей остаться. Так всю жизнь мучаются оба, — грустно продолжала Агата, — Драконы детей от Истинной больше любят. А если не от Истинной, то… Беда таким детишкам. Нет мира в семье. И счастья нет.

— А у магов как дела обстоят с Истинными? — любопытно спросила я, — Они их чувствуют?

— Да, огневики и маги воздуха чувствуют своих Истинных, — ответила Агата, — А вот маги воды и земли ощущают привязанность по — другому. Браки заключают по разным причинам. Родители стараются, чтобы семья породнилась с магичками своего вида. Или из выгоды. Так даже чаще бывает. Нет хитрее мужчин, чем маги. Драконы упрямые, честолюбивые, настойчивые, сильные, но страстные. Если дракон правильно воспитан, то ради близких в огонь и в воду кинется…. Только дракон силен, а маг — хитёр.

Да, все взаимоотношения в этом мире очень сложные. Как в принципе и в моей предыдущей жизни…

Я указала Агате на корзинку, которую мне вручила Марыся, и спросила, что с ней делать? А в корзине оказались два небольших мешочка с крупами, примерно по полкилограмма каждый. В одном была гречневая крупа, а в другом ячневая. В небольшой отрез холстины завернут кусок соленого сала. А ещё был маленький глиняный горшочек с мёдом. Именно мёду, Агата обрадовалась больше всего. Из чего сделала вывод, что сахара в этом мире, очевидно нет. Агата меня просветила, что эти продукты и есть оплата за мои труды. И кстати очень достойная. С продуктами сейчас дела обстоят не важно, хотя и лето на дворе. А вот зимой и весной совсем худо станет. А еще сказала, что хороший лекарь нигде не пропадет. На кусок хлеба всегда заработает…. Но мне нужно учиться, получить диплом и патент на работу. Чтобы служить профессиональным лекарем. Оказалось, что у Агаты, далеко идущие планы насчет меня…

Но об этом позже… А сейчас меня ждала стирка и ночной сон…