37-2
— Проклятье! — рыкнул Дортмур и, схватив меня за руку, потянул через газон в сторону улицы.
И, о счастье, мимо нас как раз проезжал порожний извозчик!
Барон кинулся буквально ему наперерез.
— Гвардейская улица, здание почтовой службы, — обратился барон к вознице, пропуская меня в салон, после чего запрыгнул туда сам. — Быстрее! — крикнул и захлопнул дверцу.
В окошко я увидела, как двое мужчин уже подбегали к ограде.
А через пару мгновений только что тронувшийся экипаж хорошенько тряхнуло. Потом ещё раз.
— Не останавливайся! — закричал Дортмур, заметив, что извозчик намерен сделать именно это.
— Нас, что, магией ударили? — в ужасе пролепетала я.
— Да, два раза, — кивнул мужчина. — Но я успел вовремя накрыть экипаж защитой. Иначе бы кубарем сейчас катились.
С этими словами он откинулся на спинку сидения. Только теперь я заметила, что мой спутник смертельно бледен.
— Дорт, — я взяла его за руку. — Как ты?
— Нормально, — на его лице проступила вымученная улыбка.
— Но я же вижу, что не нормально!
— Ну всё, сдаюсь, — выдохнул он. — Да, устал немного. Но оно не удивительно – пять дней проваляться с дыркой в груди и тут такая пробежка с препятствиями.
— Ты отдыхай, отдыхай, — заботливо погладила его по руке. — Но я не понимаю, как нам спасти Лардвига! Они же его сгноят там!
— Дарья, успокойся! Сейчас заедем на почту, а после в спокойной обстановке подумаем.
— В спокойной! — нервно усмехнулась я. — А зачем нам на почту?
— Нужно послать гонцов – во-первых, к отцу, во-вторых, к Узвилу, — пояснил барон. — Потому что они первые, кого схватят эти мерзавцы.
«Как хорошо, что Дорт сбегал за деньгами, — порадовалась я. — Иначе не знаю, что бы мы делали».
До почтовой службы мы ехали около получаса. Наверняка были «отделения» и ближе, но барон намеренно выбрал то, что находилось на солидном расстоянии от дворца. В том, что нас будут усиленно искать, не сомневался ни он, ни я.
Дорт всю дорогу отдыхал – я его даже разговорами решила не отвлекать. А сама мысленно прокручивала в голове последние события. Кошмарные. Жуткие. Фатальные.
Бедный Лардвиг! Он оказался заживо погребён! И никак, никак его оттуда не вытащить!
Слёзы ручьями потекли по щекам.
Что же делать? Как его спасти?