40-2

Когда ехали вперёд, в городе было людно, повсюду громыхали колёса повозок и экипажей. А сейчас мы были одни.

Иногда барон останавливал лошадь и прислушивался. Лишь убедившись, что никаких других всадников не слышно, двигался дальше.

В общем, всю дорогу страх щекотал мне нервы своими ледяными щупальцами.

Но вот наконец мы и дома. Уже начинало светать.

Заведя лошадь в конюшню, мы решили перекусить, но едва сели за стол, услышали за окном цокот копыт.

Кто это?

Дортмур вскочил со стула и, подбежав к окну, осторожно отодвинул штору.

— Отец, — сообщил он и отправился встречать родителя.

— Здравствуй, Дарли, — поздоровался Бернальд, войдя в гостиную.

— Доброе утро, — приветствовала его и, решив, что уж кому-кому, а отцу Дорта можно доверять, добавила: — Только я не Дарли, а Дарья.

Тот заинтересованно вскинул бровь.

— Потом объясним, — сказал ему Дортмур. — Сейчас есть более важные дела.

— Да, — согласился Бернальд. — Только сначала я хочу знать, почему ты такой измождённый.

— Меня ранили, — нехотя буркнул сын.

— Кто? Когда? — встревожился отец. — Почему я узнаю об этом только сейчас?

— Не хотел тебя нервировать, — признался Дорт. — Но ты не переживай, я уже в строю. Давай лучше перекусим, а за этим делом всё тебе расскажем.

— В общем, сейчас ты останешься с Дарьей, а я поскачу в Киндагар, чтобы нанять бригаду каменоломов, — резюмировал Дортмур, когда мы обрисовали Бернальду обстановку.

— Никуда ты не поедешь, — отрезал тот.

— Отец... — попытался возразить Дорт.

— Куда ты собрался в таком состоянии? За каменоломами поеду я. А вы пока отсыпайтесь.

— Хорошо, — не стал спорить сын – кажется, и сам понимал, что его силы небезграничны. — У тебя деньги на задаток есть?

— Есть, — кивнул Бернальд и поднялся из-за стола. — В общем, отдыхайте. Мы за вами заедем.

Проводив его, отправились спать. Вернее, я отправилась – Дортмур выделил мне спальню, а сам лёг в гостиной на диване. Пыталась убедить его в том, что прекрасно посплю на диванчике, а ему, раненому, требуются лучшие условия, но мужчина твёрдо заявил, что возражения не принимаются.

Раздеваться не стала. Легла прямо в одежде на покрывало и заснула, едва коснувшись головой подушки.

Разбудил меня Дортмур словами: «Вставай, поехали».

Ну ничего ж себе поспала! Бернальд успел съездить туда, договориться и вернуться обратно.

Вскочила с кровати и, на ходу приглаживая растрепавшиеся волосы, поспешила вслед за другом.

Его отец ждал нас в гостиной.

— Да, кстати, есть новость, — сказал он нам.