43-2

Ладно, проглотили.

Итак, Маранта приступила к делу. Вот только первое покушение – на охоте – сорвалось. Говерт, кстати, по его словам, об оном вообще не ведал. Тогда она вспомнила о ежегодной встрече четырёх королей и задумала обрушить мост через ущелье, когда по нему будет проезжать карета с Лардвигом. Поделилась своими планами с Говертом и попросила его создать убойные артефакты, с помощью которых можно было бы осуществить задуманное. Тот (естественно!) отказался, аргументировав это тем, что не хочет пачкать свои руки в крови короля.

Откуда у Маранты взялись артефакты и кого она в итоге наняла для диверсии, он якобы понятия не имел.

На этом моменте Лардвиг остановил допрос и попросил привести террориста. Когда тот появился, король надел ему на глаза чёрную повязку и поочерёдно стал подводить к нему людей: Дортмура, Бернальда, двух придворных, имён которых я не знала, и Говерта.

— Последний, — уверенно заявил подрывник, когда король снял с него повязку.

— Что – последний? — уточнил он.

— Это был человек, заказавший подрыв моста.

— Вот так, Говерт, — язвительно улыбнулся правитель Алларии. — Когда в следующий раз, а я думаю, это будет очень нескоро, будешь делать заказы, помни, что исполнитель может оказаться талантливее тебя.

Глава Тэлленгов немного скис.

Допрос продолжился. Говерта спросили про почтового голубя. Нет, не слышал о таком. Ладно, в конце концов, это не самое важное. Гораздо интереснее узнать его версию о «погребении заживо» Лардвига.

Обвиняемый рассказал, что в тот злосчастный день к нему прибежал Зольдис и сообщил, что Маранта срочно вызывает во дворец всю верхушку клана. Собрав людей, Говерт поспешил на зов. Королева ошарашила его своей свежей идеей – заблокировать дверь в пыточную комнату, где его величество кого-то допрашивал. Глава Тэлленгов (по традиции!) попытался её урезонить, но та снова начала угрожать и шантажировать. Ничего не поделаешь, пришлось запечатывать сначала одну дверь, потом вторую.

Говерт клялся, что последние два дня только и думал, как спасти короля, но тут вдруг монарх спасся сам.

Больше добавить ему было нечего.

— Несмотря на все противоречия, картина ясна, — констатировал Лардвиг, когда обвиняемого увели в камеру. — Но остальных Тэлленгов завтра непременно допросим. Ну и плюс обещанная очная ставка. А сейчас – отдыхать.

— А Лайана? — напомнила я шёпотом – вдруг Лард по каким-то причинам отложил и её допрос.

— Точно! — спохватился король. — А я и забыл про неё. Приведите-ка её сюда!

Никто не удивился, когда принцессу доставили в допросную буквально через полминуты. Очевидно, она традиционно околачивалась где-то неподалёку.

Лайана повторила всё, что говорила Маранта у дверей пыточной комнаты, и её рассказ, что характерно, дословно совпал с показаниями Лардвига. Предупредив нас с Дортом, она пошла в парк и с тех пор никакой ценной информации не услышала. Делиться с ней своими планами сестра и не думала.

Отпустив последнего на сегодня свидетеля, мы поднялись наверх и вышли в вестибюль. Бернальд с Дортмуром, пожелав нам спокойной ночи, удалились в восточное крыло.

— Дарья, хочу отужинать с тобой вдвоём, — интимно прошептал Лардвиг, нежно взяв меня за руки.

Я открыла было рот, чтобы сказать, что тоже безумно этого желаю, но подошедший к нам мужчина бессовестно порушил все наши планы.

— Ваше величество, — обратился он к королю. — Только что во дворец прибыл его величество Гелест Третий Ладамор.