Глава 52

Москва, седьмое июля

Дарья

Переживать потерю Лардвига было гораздо тяжелее, чем казалось поначалу. Я думала, что с головой погружусь в свои дела – сперва в практику, а затем в учёбу, и боль, если не исчезнет совсем, то хотя бы станет терпимой.

Но нет. Каждое утро я просыпалась совершенно опустошённой. Смысла от пробуждения не было никакого – впереди очередной день без моего короля. На автомате умывалась, чистила зубы, заталкивала в желудок еду и ехала в Ленинскую библиотеку копировать старинные планы исторических городов России.

За столом напротив тем же самым занималась моя университетская подруга Маша. Конечно, от её внимания не ускользнули мой совершенно безжизненный взгляд и отсутствие даже намёка на улыбку на бледном лице. С первых же минут нашей встречи она попыталась вызнать, что у меня случилось.

Даже если не говорить о путешествии в другой мир, тот факт, что я переживаю разлуку с мужчиной, не выглядел бы достоверным. Маша прекрасно знала, что на момент сдачи последнего экзамена я ни с кем не встречалась. Ведь новостью, что в моей личной жизни произошли изменения, я бы с ней, естественно, поделилась.

Так вот чтобы кого-то потерять, надо чтобы сначала этот кто-то появился. А когда бы сие могло случиться? До практики оставалось всего три дня, а потом я резко «заболела» и в глазах Маши десять дней лежала в кровати практически трупом. К слову, о своём надуманном недуге узнала из Дарлининой записки.

Ну и как я умудрилась за эти три дня не только с кем-то познакомиться, но и влюбиться настолько, чтобы расставание сделало из меня образчик депрессивности? Или же ко мне приходил молодой красивый доктор из поликлиники и я втрескалась в него? Особенно правдоподобно это выглядит на фоне отсутствия больничного листа. Видимо, отказ выписывать больничный и послужил поводом для зарождения столь глубочайших чувств.

Одним словом, я обтекаемо поведала Маше, что в моей жизни произошло неприятное событие, последствия которого ещё некоторое время будут терзать мою душу.

Спасибо ей, что-то всё-таки не стала выспрашивать подробности. Хоть пару раз и порывалась.

— Кстати, — сказала Маша, принимаясь за план очередного города. — Анатолий Иваныч сообщил, что через неделю уезжает в экспедицию. На целый месяц, представляешь!

— Искать древние стоянки малых народов севера? — уточнила я.

Разговоры старалась поддерживать всегда – они хоть как-то отвлекали от суровой действительности.

— Что-то вроде того, — ответила подруга. — Так вот он сказал, что если к моменту его отъезда мы справимся с копированием планов, то на этом наша практика по факту закончится. Потому что других дел он нам придумать так и не сумел.

— А если не справимся? — уточнила я.