ГЛАВА 7. Как собрать кучу лайков
Тоню разбудил мамин голос и звук безжалостно раздёргиваемых занавесок. Яркий солнечный свет хлынул в комнату, поздоровался с мягкими игрушками, ослепил Тоню.
— Дочь, вставай! Уже полдесятого!
— Ну, мам, выходной же, — пробубнила девушка, пытаясь локтем загородиться от лучей, нахально лезущих в глаза.
— Мы сегодня едем на рынок, я хотела купить себе новое платье, да и тебе, может, присмотрим что-нибудь! — произнесла мама. — Так что давай, быстренько собирайся!
Тоня оживилась, тот час же вскочив с кровати. Сегодня она купит себе какую-нибудь особенную одежду. Ведь она должна соответствовать Арсену, чтобы еще больше понравиться ему…
Нет! Покорить его, поразить и предстать в совершенно новом свете. Может, Тоня даже приобретёт косметику и… духи! Какие там Арсен говорил, у него духи? От Версаче, кажется. Надо будет спросить в магазине.
Девушка радостно закружилась по комнате.
Надо проверить Инстаграм, вдруг Арсен написал ей что-нибудь?
Однако никаких новых сообщений не было. Зато в профиле 11 «В» появились посты с фотоотчетом о вчерашней дискотеке. Перелистывая необыкновенно чёткие и яркие фотки, Тоня наткнулась на ту, где они были изображены с Наташкой Эклеровой. У фотографии, в отличие от других, не было ни единого лайка. Зато уже имелись комментарии, оставленные, судя по времени, ночью и рано утром. Реплики одноклассников не очень понравились Тоне. А какая-то посторонняя девушка написала: «Какая безвкусица!».
Ну, ничего, сегодня Тоня полностью изменит свой облик и придёт такая же нарядная и красивая, как все эти, с дискотеки.
Тут к фотке появился новый комментарий:
«А с этой безвкусицей, между прочим, сам Арсенчик Шаховский вчера танцевал!»
У Тони радостно замерло сердце, но тут мама позвала ее завтракать. Уплетая оладушки с вишнёвым вареньем, Тоня продолжала парить в облаках. Ничего, ничего, вот она завтра придёт такая, такая… Что сразу соберёт под своей новой фотографией целую кучу лайков.
— Тоня, ты влюбилась, — произнес папа с улыбкой, подливая ей чай.
— И ничего не влюбилась, — запротестовала Тоня.
— Влюбилась, влюбилась, — засмеялся папа. — По тебе видно!
— Главное, — добавила мама, строго взглянув на Тоню, — чтобы это был достойный парень, который оценит твою душу, твой богатый внутренний мир. А то сейчас есть всякие, разодетые… Да и вообще, сейчас не время для таких моментов, Антонина. Ты еще слишком юна, чтобы…
Слушая долгую, и, будем честными, довольно нудную мамину лекцию, девушка предпочтала промолчать. Она частенько недоумевала, как могли сойтись такие противоположности, как папа и мама. Папа у Тони очень весёлый, озорной, работает журналистом в местной газете. Он громко разговаривает, любит шутить, любит неформальную обстановку. Мама, наоборот, работает в библиотеке — строгая, церемонная, этикет для неё прежде всего. Не дай бог надеть платье с вырезом или юбку выше колена. Для мамы все это «финтифлюшки», вульгарные, пошлые и вызывающие вещи. Иногда Тоне в голову приходили крамольные мысли о том, что мама почему-то намеренно себя уродует посредством страшноватых одежек, но она гнала их от себя прочь.
При этом мама отлично готовит, а папа любит вкусно поесть. Своим спокойствием и хладнокровием мама всегда уравновешивает пылкого папу, остужает его пыл. А папе иногда все-таки удаётся подбить маму на немыслимые с ее точки зрения вещи.
Вот и сейчас папа заладил:
— Оль, купи себе какое-нибудь яркое платье, а то у тебя все вещи какие-то тёмные. Ярко-красное, чтоб прям пламенело! — загорелся он. — Я тебе и денег дам, мне как раз гонорар выплатили. И Тоньке что-нибудь купи, а то ты ее вон, как старушку, одеваешь.
— Ой, да успокойся уже, Толь! — отмахнулась мама. — Придумал ещё, ярко-красное платье, глупости какие-то… Это же вульгарно. Я как-никак библиотекарь. Да и Тоню я абсолютно нормально одеваю. Как раз так, как и приличествует девушке ее возраста.
— А что, библиотекари не имеют пола? — ехидно переспросил папа. — Почему бы не нарядиться в яркие краски? Красный, тем более, очень подойдет твоим светлым волосам. Ольга, ты, в конце концов, женщина!
— Вот как раз об этом я, в отличие от кое-кого, не забываю, — парировала мама, на памяти Тони всегда носившая строгий пучок и крайне редко получающая от папы какие-нибудь милые приятности вроде цветов или конфет, и всегда обижающаяся на него за это. — Тоня, собирайся, милая!
Беседа продолжилась на чуть более повышенных тонах. Такие разговоры в их семье последнее время повторялись все чаще и чаще. Тоня понимала, что дело вовсе не в одежде. Это столкновение двух разных характеров, и девушка боялась, что ничем хорошим оно не кончится. Втайне Тоня была на стороне отца, и считала, что маме стоит уступить ему. Ни одной яркой вещи в ее гардеробе действительно не было. Но Тоня даже не представляла, чтобы упрямая консервативная мама действительно купила себе красное платье.
Поэтому в последнее время у мамы было очень плохое настроение. Она старалась этого не показывать, казаться такой, как обычно, но от этих не особо удачных попыток Тоня только сильнее это чувствовала…
— Мам! — попробовала заикнуться она. — А что если тебе, правда, купить такое платье, о котором просит папа?
— Ну, что за глупости! — рассердилась мама. — Смотри, какой жакетик красивый! Примеришь?
Видимо, мама уловила Тонино настроение, потому что жакет, на который она указывала, был ярко-горчичного цвета, с расходящимися книзу фалдами. Продавала его пожилая женщина интеллигентного вида.
— Ой, вам так идет! — всплеснула руками старушка. — Я его ещё в молодости носила, все мальчишки были мои!
Ещё мама купила Тоне фиолетовую блузку с пышным воротником и, как Антонине показалось, довольно стильные оранжевые бриджи. Все недорогое, очень удобное и, по уверениям продавцов, почти совершенно неношеное.
— Мам, а можно я ещё что-нибудь себе пригляжу, пока ты платье смотришь? — спросила Тоня.
Мама была не против. Она прошла по ряду рынка вперёд, а Тоня, оглядевшись, увидела неподалёку торговый центр, где, судя по рекламному баннеру, был магазин косметики.
После суеты и толкучки блошиного рынка, тишина и блестящие витрины торгового зала со множеством разноцветных флакончиков и тюбиков поразили Тоню. Даже освещение здесь было какое-то особенное. Она как-то сразу потерялась среди всего этого великолепия.
От прилавка отделилась девушка в черной юбке и белой блузке. На шее у неё был повязан шелковый шарфик с логотипом магазина, а роскошные тёмные волосы собраны в прическу-ракушку.
— Я чем-то могу помочь вам? — высоким голосом произнесла девушка, холодно взглянув на Тоню.
— Ну… нет… вернее да, — промямлила Тоня.
Все заготовленные слова тотчас вылетели у неё из головы. Девушка смотрела выжидательно, и ей сделалось неуютно под этим взглядом.
— А духи Версаче у вас продаются? — набралась смелости спроситьТоня.
Девушка повернулась, и не слова не говоря, быстрым шагом подошла к одной из витрин. Тоня неуверенно направилась за ней. На витрине было множество коробочек и выставленных пред ними флаконов с духами. Однако работница магазина смотрела на неё так пристально, что Тоня постеснялась взять их в руки, а когда увидела цены, то и и вовсе растерялась — она никак не расчитывала на такие крупные суммы!
— А… а косметика у вас есть?
— Какая конкретно вас интересует? — сухо произнесла девушка. — Лореаль, Шанель, может быть, Диор?
— Диор, — ляпнула Тоня, и не подозревая, что это такое.
Девушка подвела ее к другой витрине, и вернулась к прилавку, к ещё двум консультантам с такими же шарфиками. Все трое глядели на Тоню словно Медуза Горгона с сестрами, и девушка поспешила к выходу.
В конце концов, косметику она себе купила в закутке недалеко от рынка. Продавщица — разбитная женщина лет сорока пяти была намного отзывчивей церберш из магазина.
— Вот эти баклажановые тени возьми, они яркие и очень красивые. И мажь погуще да поярче, парням это нравится!
В итоге Тоня купила тушь, те самые баклажановые тени, такого же цвета помаду им в тон, и духи «Светлана». Никаких Версаче продавщица не знала, но за «Светлану» ручалась головой.
По дороге домой Тоня спросила маму, почему они всегда покупают одежду секонд хенд.
— Сейчас вся одежда обтягивающая, вульгарная, слишком яркая. Девушки и женщины не должны в такой ходить, — строго ответила мама. — А на таком рынке продаёт вещи в основном интеллигенция, они очень качественные, долговечные и приличные.
Дома мама примерила свою обновку. Судя по тому, как кисло смотрел папа на маму, особо он приобретением доволен не был. Широкое чёрное платье до пят с жёстким воротником было явно не в папином вкусе.
На следующее утро Тоня встала пораньше, ведь она хотела собраться в школу очень тщательно. Родители уже ушли, оставив ей на завтрак гречневую кашу в котелке. Однако, завтраком, похоже, сегодня придётся пренебречь.
Тоня надела черные колготки, поверх них — вчерашние рыжие бриджи. Фиолетовая блузка… Так, теперь краситься! Тоня, как и советовала продавщица из палатки, жирным слоем наложила на веки фиолетовые тени. Подкрасила ресницы тушью. Губы намазала фиолетовой помадой. Получилось очень ярко…
Но ей так и нужно. Ей надо обратить на себя внимание Арсена и показать, что она может конкуририровать с Алиной Лембич. Затем Тоня соорудила на своих волосах пышный начёс и, поколебавшись, прикрепила сбоку связанный ей недавно фиолетовый цветок.
Так, теперь жакет. А туфли? Можно мамины старые надеть, на небольших каблуках. Правда они большеваты, и хлюпают при каждом шаге, но красота требует жертв!
Тоня бросила последний взгляд в зеркало. Из его глубин, как ей показалось, на неё смотрела яркая, красивая и уверенная в себе девушка. В общем, нужного результата она добилась — ее действительно не узнать.
Хорошо бы Арсен уже был там, подумала Тоня и уверенным шагом вошла в кабинет физики. Гул голосов одноклассников стих. Кто-то сдавленно пробормотал «Божечки…». Тоня, удовлетворённая произведённым эффектом, направилась к своему месту. Проходя мимо глядевшего на неё во все глаза Арсена, девушка произнесла «Привет!». Тут же она испугалась собственной смелости, но заставила себя преодолеть этот испуг. Прежняя неуверенная в себе Тоня осталась в прошлом.
Теперь она такая — модная, яркая и смелая!
— Привет! — улыбнувшись, поздоровался Арсен.
Ликуя, девушка села на своё место. Почему она раньше не догадывалась, что можно так легко сделать свой образ красивым и ярким?
А девчонки во главе со сливками буквально пожирали ее глазами.
— Отлично выглядишь, Антонина! — выразила общее мнение Карина.
Тоня польщено зарделась.
— Где ты купила такой потрясающий жакетик? — переглядываясь с остальными сливками, поинтересовалась Снежана.
— На рынке, который за торговым центром «Космос-сити», — честно ответила Тоня.
Про интеллигентный вид старушки и про то, что та носила жакет в молодости, Тоня решила не уточнять.
— Ах, на рынке, — протянула Снежана. — Блин, здорово! Стильненько так, винтажненько. А красил тебя кто?
— Сама, — смущенно улыбнувшись, произнесла Тоня.
— Тебе о-о-очень идет! — похвалила Денисова. — Супер, правда, девчонки? Чтобы в первый раз и суметь так профессионально накраситься. Я вот, когда в первый раз взяла в руки тушь, получилась пугало пугалом. А тут, тебе как будто стилист тебе образ подбирал!
Сотина и Ромашкина наперебой закивали, поддерживая. Лембич, кстати, сегодня не было, чему Тоня несказанно обрадовалась. По официальной версии королева заболела, но Тоня слышала разговор Снежаны и Вики о том, что сегодня у Алинки с ее сестрой шопинг по самым дорогим магазинам их города. Без Алины класс как будто преобразился. Все стали какими-то предупредительными и добродушными, часто улыбались, хихикали, шептались, пересмеивались.
Одна Наташка Эклерова в этом не участвовала и сидела мрачнее тучи. Наверное, завидует тому, как Тоня преобразилась, подумала девушка. Так ей и надо! В конце концов, она насильно Наташку на дискотеку не тащила! И она не виновата, что Улитин Наташке отказал. А теперь ещё Тоня преобразилась, стала по-настоящему красивой и яркой девушкой. Совсем, как «сливки».
К слову сказать, не такими уж они оказались и противными. А в столовой даже позвали Тоню за свой столик. Тоня немного растерялась, когда «сливки» достали принесённые с собой обеды в ярких пластиковых контейнерах.
— А почему вы в столовскую еду не едите?
— Ты что? — вытаращилась на неё Ромашкина. — Есть общепитовку?
Обед худосочной красавицы состоял из небольшого стаканчика йогурта. У Сотиной был огромный аппетитный кусок пиццы. «Это специальная, малокаллорийная» — пояснила она. У Денисовой же — салат и паста из итальянского ресторана. Тоне было интересно, что же такое паста. Оказалось — обычные макароны. Себе Тоня взяла рис с котлетой и стаканчик компота.
— Сливочки мои любимые! — прощебетала Денисова. — Вы только посмотрите, кто заявился.
— Прыщавая собственной персоной, — усмехнулась Ромашкина, допивая остатки йогурта. — Алинка упадёт! Сейчас ей в вайбер напишу.
И Ромашкина принялась что-то строчить в айфоне последней модели длинными пальчиками с безупречным маникюром. Тоня взглянула на свои ногти и спрятала руки под стол.
«Сливки» свысока смотрели на невысокую худенькую девушку с русыми волосами, забранными в хвостик. На лице ее алело несколько прыщиков. Вместе с Эклеровой она пробиралась через переполненную учениками столовую к самому дальнему столику. Тоня сразу догадалась, что это Аня Нефедова наконец-то отважилась прийти в школу. Эклерова было дернулась в сторону Тони, будто хотела ей что-то сказать, но внезапно передумала.
— Удачный она день выбрала для возвращения, — потягивая апельсиновый сок через трубочку, задумчиво произнесла Ромашкина.
— Да это Эклер наверняка сигнализировал, что Алинки сегодня нет, вот Анютка и подгребла к третьему уроку, — засмеялась Денисова.
— Ну, Алинка ей обещает устроить райскую жизнь, — прочитав ответ, хихикнула Ромашкина. — Шопинг проходит отлично, уже купила джинсы, часы и сумочку. Всех целует!
Они переговаривались между собой, будто и забыв про Тоню. А она почувствовала себя за этим столом абсолютно лишней, и ей отчаянно захотелось к Наташке и Ане. Спохватившись, Тоня обнаружила, что Ромашкина беззастенчиво фотографирует ее на свой телефон.
— Зачем это?
— А затем, чтобы запечатлеть для истории, какая же ты стала красивая, — широко улыбнувшись, ответила Ромашкина и переглянулась с подругами.
Домой Тоня пришла в приподнятом настроении. Вика переслала ей фотки, и Тоня поспешила загрузить их в Инсту.
Лайки тотчас посыпались, как из рога изобилия. За час Тоню в новом образе перелайкал весь класс, а Вертяшкин даже написал под фоткой: «Икона стиля». Лайка не было лишь от Алины Лембич, Наташки Эклеровой и Арсена. Но парня ее мечты не было онлайн, наверное, на тренировке. Придет, и обязательно поставит сердечко! От Алины Тоне лайка и задаром не надо было, а что касается Эклеровой…
Тоня постаралась о ней не думать, потому что это было неприятно, словно осознание того, что она совершает какую-то ошибку.
Быстренько перекусив, Тоня побежала к маме в библиотеку готовить доклад по МХК. Но перед этим предусмотрительно смыла косметику. Вряд ли мама будет рада, узрев дочь в таком виде.
Уже на пороге Тоня не удержавшись, полезла в приложение «Инстаграм».
«ArsenShakhovskiy понравилось ваше фото»
Тоня счастливо улыбнулась.