Глава 14.
Понедельник начался как всегда. Мы уже выработали систему сборов: Андрей просыпался чуть позже меня, давая мне возможность собраться спокойно и не толкаться попами в ванной, а после того как я приму душ и соберусь я уходила на кухню где меня ждала моя чашка с кофе, которую Андрей уже приготовил, чтобы приготовить завтрак для Леры после чего мы завозили ее в школу, а сами ехали на работу, перестав скрываться ото всех.
- Ты на работу собираешься? – спросила я после того, как Лера съела свою порцию каши, а Андрей неторопливо одевал костюм.
- Нет, - отмахнулся он. – Я завезу Лерку в школу, тебя на работу, а сам поеду в суд.
- В суд? – переспросила я, проходясь по волосам гребнем.
- Да, сегодня будут судить человека нанесшего травмы Лерке.
- Быстро, однако, - прокомментировала я, отступая от зеркала и давая возможность Андрею поправить галстук.
- Да, - ухмыльнулся он. – Мой адвокат добился быстрого рассмотрения дела. Мы так же будем настаивать на лишении родительских прав матери Леры.
- Ого, - только и смогла сказать я.
- Да, во время расследования вылезло очень много нелицеприятных фактов, - чмокнув меой затылок, Андрей отошел подальше. – Но, мой адвокат говорит, что у нас очень хорошие шансы.
Андрей не волновался от слова «совсем», поэтому его уверенность передалась и мне, позволяя спокойно покончить со сборами и отправиться на работу.
Леру о предстоящем суде никто не ставил в известность считая, что все происходящее не должно ее тревожить и от части я была согласна.
Весь день от Андрея не было ни единого слова, но, памятуя о бюрократии творящейся в судах, я не особо переживала. Спокойно выполняла свои обязанности, спокойно общалась с коллегами, не испытывая и толики волнения.
Машка зашла за мной в обед, предлагая прогуляться до нашего любимого кафе. В таком предложении я, естественно, не смогла отказать. Уже собравшись, на выходе, я написала сообщение Андрею, интересуясь, как все прошло, но ответа так и не получила, зато встретила самого виновника на проходной. Он стремительно пересекал фойе не обращая внимание на окружающих.
- Подожди, - кивнула я Машке, нагоняя Андрея.
Находясь в своих мыслях, он не сразу обратил на меня внимание. В глазах злость, ярость. Я на долю секунды испугалась, но он сжал мою руку.
- Как все прошло? – уточнила я.
На нас бросали быстрые взгляды, но никто не комментировал и не тыкал пальцем, что меня, несомненно, радовало.
- Постановлением суда Лера должна вернуться к матери в течении трех дней, - спокойно сказал он, но в голосе была такая боль, что разрывала сердце.
Кивнув Маше, чтобы она не ждала меня, мы с Андреем поднялись в его кабинет, плотно закрывая за собой дверь.
Оба молчали. У меня не было слов, а Андрей не хотел говорить что-то еще. Он скинул пиджак на диван, стянул мешающий галстук и расстегнул верхние пуговицы рубашки устало откидываясь в кресле.
- Вот так, - первым сказал он. – У судьи на руках медицинские заключения, что Леру систематически избивали, показания соседей, что из их квартиры постоянные крики и шум, а ей возвращают дочь.
- Что теперь делать? – все же спросилась я усаживаясь в ближайшее кресло.
- Апелляция, но до этого момента Лера должна жить с матерью, - Андрей вертел в руках ручку устало прикрывая глаза.
- А что с тем парнем, из-за которого Лера оказалась в больнице? – я положила свою руку на его в знак поддержки, но Андрей никак не отреагировал на этот жест, все так же продолжал сидеть с закрытыми глазами.
- Пол года исправительных работ и штраф с шестью нулями в пользу матери. Он сразу признался, каялся. Привлекается первый раз. Судья была милосердна.
- Ты думаешь она… - вопрос о коррупции так и продолжил висеть в воздухе не озвученным, но Андрей прекрасно понял, что я имела ввиду.
- Не знаю. Я хотел сделать все честно, чтобы не было даже возможности прикопаться, но, как видно, зря. Сейчас сюда подъедет адвокат, будем думать о дальнейшей стратегии. Так просто дочь я не отдам.
- А Лера в курсе? – уточнила я.
- Нет. Она еще в школе, а потом у нее занятия. Сабина привезет ее вечером домой, где я ей расскажу. Прости, - он открыл глаза, смотря прямо в душу. – Я хочу чуть-чуть поработать, чтобы отвлечься.
- Оставить тебя? – уточнила, но все равно поднялась с кресла.
- Да, спасибо. – Он взялся за ручку всем своим видом демонстрируя бурную деятельность.
Теперь дистанцируется он. Я поцеловала его макушку и вышла из кабинета прекрасно зная, что работать в таком состоянии он не сможет.
Вечером Андрей зашел за мной, вызывая шквал перешептываний у коллег, которые с интересом наблюдали за нами. Я быстро собралась, выключила компьютер, закрыла кабинет и вложив свою руку в руку своего директора мы покинули работу.
Всю дорогу мы молчали. Напряженно сжимая руль, Андрей вел автомобиль в сторону дома и чем ближе мы подъезжали, тем резче становились его движения.
Напряженная атмосфера царила в лифте пока мы поднимались на свой этаж, с тяжелым сердцем Андрей открывал тяжелую металлическую дверь в квартиру, а дома, словно выпуская из шарика воздух, он сел на обувницу растирая лицо.
- Я не знаю, как ей это сказать, - не требовалось пояснение, о ком именно речь, ведь сейчас и у него, и у меня, мысли были про одного и того же человека.
- Я буду рядом, - приободрила я его, чуть сжимая плечо.
Лерка лежала в гостиной и листала каналы на телевизоре.
У нее в комнате стоит собственный телевизор, но, почему-то, предпочитает она именно этот, укладываясь на кожаный диван с печеньем или бутербродом.
Андрей замер в проходе, не решаясь пройти дальше.
- О, привет, - она махнула нам пультом и выключила звук.
- Привет, - поздоровалась я, просачиваясь между Андреем и дверью.
Глядя на нас, Лера выключила телевизор полностью и теперь встревоженно смотрела на отца, что замер статуей самому себе в проходе.
- Пап, все в порядке? – Спросила она вставая рядом с диваном, нервно сжимая пульт.
- Давай сядем, - предложил он, когда оцепенение спало и он стал прежним собой. – Лер, - мы сели на диван по бокам от девочки, как бы беря ее в тиски. – Нам надо поговорить.
- Я уже поняла, - огрызнулась она, но в глазах страх.
- Сегодня был суд, - начал Андрей, а я непроизвольно схватила Лерину руку. – Судили мужчину из-за которого ты попала в больницу.
- Маминого дружка? – уточнила она, на что отец кивнул головой.
- Он получил по заслугам, но судья рассматривая наше дело постановил вернуть тебя матери. Ее участие в произошедшем никак не подтвердить.
Лера вскочила начиная расхаживать по комнате.
- Суд постановил, что тебе необходимо вернуться к маме, - меж тем продолжил Андрей, поднимаясь в след за дочерью.
- Я не вернусь к ней, - закричала она.
- Лер, - Андрей попытался остановить дочь, но та вырвала руку отходя на несколько шагов назад. - Я не оставлю это так. Ты вернешься ко мне. Сегодня же мы подготовим документы, что бы подать на апелляцию, но до этих пор ты должна жить с матерью.
- Я не вернусь к ней, - как-то обреченно сказала она. Лучше бы кричала, лучше бы истерила, но не этот бесцветный голос, от которого хочется выть.
- Я верну тебя, обещаю. – Андрей сделал к ней шаг, но Лера вновь отшатнулась.
- Это из-за Алины? – она подняла глаза на меня. – Это из-за того, как я вела себя с ней? Но я же попросила прощения! – Лера начала кричать, но от ее слов не становилось легче.
- Нет, малыш, нет, - я тоже поднялась с дивана, но не предприняла попыток сделать к ней шаг, боясь, что напугаю ее еще сильнее.
- Тогда почему?
- Потому что мы не предполагали, что твоя мама захочет вернуть тебя. Мы с адвокатом не рассматривали даже такую возможность, ведь за все это время она даже не пыталась с тобой связаться. Мы думали…
- Меня забирают, потому что у тебя нет нормальной семьи? – перебила она отца. – Мама все время живет с какими-то мужчинами, они зовут ее замуж. Это из-за того, что у нее есть мужчины?
- Нет, конечно нет, - отмахнулся Андрей, бросая на меня взгляды.
- Если бы все дело было в этом, - я сделала шаг к Лере радуясь, что она не только не отшатнулась, но и напротив, сделала шаг навстречу. – Мы бы с твоим папой обязательно поженились и я бы удочерила тебя. Ты бы была моей дочерью. – Лера всхлипнула, а я в мгновение ока оказалась рядом сжимая в объятьях. – Все дело в закулисных играх. Твоя мама не готова смерится с тем, что твой папа будет заниматься твоим воспитанием, а тебя больше не будет в ее жизни.
- Что, больше некого будет бить? – сквозь слезы спросила она, но за иронией она пыталась спрятать боль.
- Что больше не будет денег, которые я посылал на тебя, - Андрей подошел ближе обнимая нас.
- Ты меня заберешь? Правда? – после долгих минут молчания, за которые Лера пришла в себя, уточнила она.
Остаток вечера прошел тяжело. Лера была погружена в собственные мысли, но в то же время старалась находиться все время рядом с нами, а уснула она на диване, когда мы решили посмотреть какой-то фильм, хотя ни я, ни Андрей не следили за происходящим на экране. Каждый был погружен в собственные мысли.
- Ты правда согласилась бы выйти за меня, чтобы Лерку оставили со мной? – спросил Андрей, когда мы расстилали кровать перед сном.
- Правда, - призналась я. – А ты хочешь сделать мне предложение? – шутливо уточнила я, но юмор Андрей не оценил.
- Я рассматриваю все варианты, потому что мы не знаем чего хочет Даша. Возможно, полная семья будет преимуществом в суде.
- Тогда завтра пойдем и распишемся, - отмахнулась я, хотя у самой сердце затрепыхалось в груди. Что не говори, но девочка даже в таких обстоятельствах остается девочкой, которая мечтает о свадьбе, букетах и красавце женихе. Красавец жених есть, а остальное не важно, решила я забираясь под одеяло.
- Нет, - все таки ответил Андрей. – Если ты хочешь стать моей женой, то это один разговор, а если ты готова к этому только ради Леры, тогда мы подождем еще немного, но обещаю, как только ты решишь, что хочешь провести со мной остаток жизни мы сразу пойдем в ЗАГС и зарегистрируем эти отношения.
- У нас сейчас все так шатко, - Я положила голову на мужское плечо с удовольствием вдыхая родной аромат. – Ромка в Москве, Леру забирают… нам надо сначала разобраться с происходящем, прежде чем делать такие серьезные шаги. Я уже выходила замуж один раз и на всю жизнь. Не хочется повторения.
Андрей промолчал, а вскоре я провалилась в тревожный сон, в которым я все время бежала за кем-то, но никак не могла догнать. Сначала это был Коля, потом Андрей, потом мужской силуэт сменился детским и теперь я старалась догнать сына, который бежал все быстрей, быстрей и быстрей и в самом конце, когда он уже был слишком далеко, а мои легкие разрывались от боли он наконец остановился и я увидела Леру, которая остановилась и смотрела на меня, а я все никак не могла до нее дойти. Она отдалялась, отдалялась и отдалялась. Проснулась я, естественно, не в самом радужном расположении духа.
Сегодня я отправлялась на работу одна. Андрей решил провести весь день с Леркой. Предлагали и мне, но я решила, что лучше позволить им провести этот день вдвоем, не мешаясь под ногами, а вот на следующий день были запланированы сборы.
Мать Леры уже позвонила адвокату Андрея напоминая про решение суда, чем изумила меня до самого сердца, но комментировать это я, конечно, не стала.
Весь день прошел на иголках. Я срывалась на всех и каждого, оставляя всех в недоумении своим поведением, пока не решила закончить чуть раньше конца рабочего дня.
Андрей с Лерой встречали меня на парковке весело махая руками. От такой идеалистической картины сердце рвалось на части, но я лишь улыбнулась в ответ. Да, сегодня определенно не хватало с нами моего Ромки, но я отказывалась унывать принимая приглашение в семейный ресторан, а после на поход в кино.
Дома Лерка уснула сразу, едва ее голова коснулась подушки, а мы с Андреем еще долгое время ворочались в кровати.
На следующий день я взяла отгул, чтобы помочь Лере со сборами. Андрей больше мешал, нежели помогал, но никто не решался делать замечание.
А еще было очень много наставлений, которые так и сыпались из нас, будто мы отправляем ребенка первый раз в детский лагерь, а не к матери.
«С незнакомцами не разговаривай», «Не забывай про гигиену», «Следи за своими вещами» - Лера лишь закатывала глаза, но когда предостережения перешли в другой формат, Лера обессилено села на стул. «Если к маме придут гости – иди в свою комнату», «Постарайся контактировать с ней по-минимуму», «Идеально, если ты будешь выходить из своей комнаты только в туалет, а есть ты будешь после школы. Я буду забирать тебя после занятий и мы будем ходить обедать, а так же я буду покупать тебе ужин».
Андрей волновался не на шутку. Казалось, что у него развилась самая настоящая паранойя, но ни я, ни Лера никак не комментировали эти изменения.
А вечером мы втроем поехали к матери Леры.
У подъезда мы вышли из машины, чтобы я могла попрощаться с девочкой. На семейном совете было решено, что я вместе с Андреем доеду до дома, но до квартиры провожать не пойду, дабы не нервировать «мать» еще сильнее. Она итак обрывала телефон адвокату, все время напоминая про решение суда и, не смотря на то, что у нас оставался в запасе один день, Леру было решено отправить домой уже сегодня.
- Крепись, малыш, - напутствовала я, все сильнее стискивая девочку в объятиях. – Звони каждый день либо мне, либо папе.
- Хорошо, - она высвободилась из моих рук и тепло улыбнулась.
- На выходных мы приедем вместе с папой и заберем тебя к себе, - пообещала я.
- Осталось всего день простоять и ночь продержаться, - Андрей улыбался и шутил хотя я знала насколько ему больно.
- Я люблю вас, - махнула рукой прежде чем скрылась вместе с отцом за железной дверью, оставляя меня одну.
Не выдержала. Разревелась. Думала я сильная и независимая, но за последнее время я стала плаксивой размазней. Все меняется, когда дело касается детей.
Андрей вышел спустя пол часа ожидания. Злой как черт заскочил в своего автомонстра и завел двигатель.
- Все в порядке? – уточнила я, когда мы выехали на широкий проспект.
- Нет, - рыкнул он, а я инстинктивно вжала голову в плечи. – Прости. – Видимо мое нервное движение не осталось незамеченным, потому что он взял мня за руку целуя костяшки. – Эта… женщина, - явно проглатывая ругательство продолжил он – Настаивает на единоличной опеке. Сейчас ее адвокаты, да-да, адвокаты, окучивают мирового судью, чтобы тот лишил меня родительских прав.
- Ого, - только и смогла выдохнуть я. – Так мы вроде как собираемся делать тоже самое.
- Ребенок не разменная монета, - рыкнул он. – Ей Лерка не нужна, ей нужны деньги.
- Да с чего ты взял? – я покачала головой, не понимая, как можно так судить о матери своего ребенка. – Может она осознала свои ошибки. Поверь, время в разлуке могло очень хорошо прочистить ей мозги.
- Алин, - он печально усмехнулся, съезжая с широкого проспекта на маленькую улочку. – Я тебе уже говорил, не ровняй всех на себя.
- Андрей, какая бы она не была, но она мать…
- Она потребовала пятьдесят миллионов за то, что она добровольно отказывается от любых притязаний на дочь и по пол миллиона в месяц до исполнения восемнадцати лет.
- Что? – я удивленно вскрикнула. – Откуда у кого-нибудь в принципе такие деньги?
- Вот именно, - Андрей припарковал автомобиль рядом с небольшим грузинским ресторанчиком, помогая мне выбраться на волю. – Поужинаем?
Кусок не лез в горло. Казалось, что весь мир перевернулся в один миг. Как так можно? Кто готов так размениваться? Променять ребенка на деньги.
- Расслабься, - Андрей положил свою руку на мою, поглаживая большим пальцем. – Мы решим все.
- Ты уже нарешал, - огрызнулась я. – Я не могу так. Мы должны что-то предпринять. Мы должны что-то сделать. Забрать ее домой. Даже мое волнение на счет Ромы сейчас не стоит на одном ряду с этим. Я хотя бы знаю, что он с отцом который не продаст сына за полмиллиона в месяц.
- И не забывай про единоразовую выплату в пятьдесят миллионов. Все будет хорошо, - постарался он меня успокоить, но выходило, честно говоря, не очень. Казалось, чем больше я думаю о происходящем, тем сильнее закипает моя кровь требуя мести за невинное дитя. Да, Лера не подарок, но все равно таких поступков не заслуживает.
- А что дальше? – спросила я, подзывая официанта и заказывая еще бокал вина.
- Дальше мы будем судится. Пока что нет официального постановления я имею право видеться с дочерью, правда, опять же, по усмотрению матери. Не думаю, что Даша позволит мне мелькать в их жизни. Думаю, будут чиниться всевозможные препятствия для общения с дочерью. Возможно, она даже попытается увести ее куда-нибудь подальше от меня, но нам, честно говоря, это будет даже на руку. Это можно будет предъявить в суде.
Собственно, слова Андрея оказались пророческими.
На следующий день, в обед, Андрей поехал чтобы забрать Леру из школы, но удивленный учитель сообщил, что утром позвонила мама и сказала, что Валерия заболела и пока что на больничном. Столько гнева в голосе своего мужчины я не слышала никогда.
Весь остаток дня он пытался дозвониться до Леры, но телефон оказался выключен, а при личной встрече, когда мы приехали к ним домой, бывшая супруга не пустила его даже на порог заявив, что излучение от мобильного телефона плохо влияет на неокрепший мозг ребенка, поэтому Лера теперь не имеет к нему доступа, а если он хочет пообщаться с дочерью, то пусть звонит ей и она, так уж и быть, передаст трубку.
Тем же вечером мне звонил возмущенный Коля.
- Мам, - кричал он в камеру. – Что с Леркой? Вчера она писала, что ее заперли в башне с драконшей, а сегодня она не появляется в соцсетях.
- Ром, - примирительно подняла руки. – Лера и правда у матери, а та не позволяет ей пользоваться телефоном, возможно в этом и причина.
- Ты что? – вспылил он. – Ее мать будет ее опять бить. Зачем вы ей ее отдали? – сокрушался он. – Это из-за того, что она объявила тебе бойкот?
- Ты сейчас меня хочешь обидеть? – уточнила я. – Эй! Ты знал и никак меня не поддержал? Она вела себя крайне некрасиво с твоей мамой, кстати.
- Я знаю, - теперь в его голосе был стыд. – Она говорила, а я не знал на чьей стороне нахожусь. С одной стороны – ты моя мама, с другой – почти сестра.
- Ты всегда должен быть за мать, - влез в камеру Андрей, который только вышел из душа. – На счет Лерки не волнуйся, у нас уже есть план по вызвалению ее из логова дракона.
- Привет, - поздоровался мой культурный сын. – Ей там плохо.
- Да я знаю, но поделать ничего не могу.
- А если…
- Стоп, - перебил его Андрей. – Дай взрослым самостоятельно решить свои проблемы. Обещаю, к тому моменту как ты вернешься, она уже будет дома.
- Тогда я пошел собираться, потому что хочу чтобы она уже была дома, - попытался пошутить мой сын, хотя было видно, что ему крайне не просто переносить такие известия.
- Так быстро такие дела не делаются. Сейчас мы только подали апелляционную жалобу, которую рассмотрят в течении десяти дней, назначат суд и только тогда можно будет говорить о возвращении Леры.
На следующий день нашу гостиную оккупировали адвокаты. Теперь я видела, что значат слова Андрея, что за свою дочь он будет бороться до конца. Пять серьезных мужчин сидели за обеденным столом и перекладывали документы из одной папки в другую.
Большую часть времени я провела в комнате, не решаясь нарушать своим присутствием настрой, но время близилось к вечеру, а за весь день у меня во рту оказались лишь пара конфет, да чай, зато я точно знала, что в холодильнике лежит замечательный кусок буженины, который можно будет положить на кусочек бородинского хлеба, возможно даже капнуть каплю горчицы сверху для аромата.
Видно мужчины уже собирались расходиться, потому что на столе уже стояли портфели, в которые каждый складывал свои комплекты документов, а Андрей опирался на спинку стула.
- … Действуем аккуратно, я не знаю на каком уровне у нее связи. Любое правонарушение может повлиять на решение о лишении меня родительских прав, а за это я вам спасибо не скажу.
- Андрей Станиславович, как поступаем со скоростью рассмотрения нашего дела? – спросил один из присутствующих мужчин с посеребренными волосами. Он выглядел старше всех, но при этом создавалось впечатление, что не он здесь главный, помимо моего мужчины.
- Думаю этот вопрос можно чуть ускорить, но действуем не через судью, а через секретаря, - а вот это уже говорил старший. Он был красив, широкоплеч и брутален, к тому же все, за исключением Андрея, согласно закивали головами как болванчики. – Андрюх, не волнуйся, мы вернем тебе дочь.
- Ты был уверен в том, что у нас все схвачено на прошлом суде и где мы оказались в итоге?
- Мой косяк, - согласился адвокат. - К тому же, если не получится договориться мирно, то мы всегда можем применить немного силы.
- Тош, ты слишком самоуверен для адвоката, - Андрей покачал головой, правда осекся заметив меня в дверях, махнув, чтобы я подошла. – Это – Алина Игоревна пока еще Соловьева. Моя невеста, - представил он меня. – Меня радует твоя самоуверенность, Антон Родионович, но если окажется, что связи моей бывшей супруги покруче чем у тебя и у этой женщины – Андрей наклонил ко мне голову, как бы указывая про какую именно женщину он говорит, - появятся проблемы или, не дай Бог, проблемы будут у ее сына, я тебя из под земли достану и закопаю снова. И опять достану. Ты же знаешь, за мной не постоит.
Адвокаты из компании Антона Родионовича удивленно переглядывались явно представляя себя возможные кары, чего не скажешь с самом адвокате. Он лишь удовлетворенно хмыкнул.
- Алина Игоревна, я клянусь, что вас это никак не коснется. Кстати, - он подцепил мою правую руку на которой, естественно, не было никакого кольца и поцеловал костяшки. – Как вы смотрите на то, что бы незамедлительно вступить в брак с этим мужчиной.
Андрей хотел было что-то ответить, но я не позволила. Тепло улыбнувшись, я вырвала свою ручку из лапищи – А это была именно лапища, потому что адвокат превосходил ростом даже Андрея и в ширину был куда более массивнее – я ответила:
- Если сейчас это нужно для того, чтобы как можно быстрее вернуть Леру домой, то я только за, а если это праздный интерес, то мы хотели бы подождать того момента, когда она вернется. Потому что наша свадьба будет по высшему разряду: вся элита города, пара лимузинов, голуби, самый пафосный ресторан, супер-звезды вместо тамады… думаю девочка хотела бы все это видеть.
- Класс! – воскликнул адвокат. – Но пока что возвращение Леры никак не зависит от вашего брака, но такая возможность есть.
- Когда будет нужно, мы сразу зарегистрируем наши отношения.
- Отлично! Спасибо Алина Игоревна.
Улыбнувшись, я направилась к кухонному островку, потому что пение кита в моем желудке все сложнее и сложнее стало сдерживать. Пока я нарезала мясо, я услышала как Антон Родионович обращается к Андрею.
- Скажи, а она серьезно на счет свадьбы?
- Тох, если тебя развела художница, то не думаю что ты способен хоть на что-то в суде.
- Она художница? Это плохо, - про себя продолжил адвокат. – Судьи крайне предвзято относятся к творческим личностям.
- Нет, она начальник отдела рекламы, но картину которую я тебе фоткал написала именно она.
- Мое восхищение, Алина Игоревна, - крикнул он, шутливо кланяясь. – Ваши картины бесподобны. Хочу заказать у вас портрет.
- Выиграйте дело, верните дочку домой и я напишу все что вы хотите совершенно бесплатно. Хоть портрет, хоть этюд, хоть натюрморт.
- Я вас понял, - на миг его глаза стали совершенно серьезными и я поняла, что за шутливым поведением скрывается, судя по всему, крайне опасный человек, которому переходить дорогу не стоит, но секунду спустя передо мной стоял уже совершенно привычный мне раздолбай.
Попрощавшись, мужчины покинули наш дом. Андрей, проводив гостей, вернулся в гостиную, встал у меня за спиной и пока я млела в его объятиях откусил половину бутерброда.
- Боже, как вкушно… Оказывается, я голодный как волк, - сказал он, когда у него во рту оказалась вторая половина моего ужина.
- Все в порядке? – я усадила мужчину за стол, а сама тем временем начала доставать из холодильника контейнеры с нашим предстоящим полноценным ужином.
- Ты не обращай внимания на Антона, - отмахнулся он начиная помогать мне с едой. – Он пусть и ведет себя как шалопай, но он на самом деле крайне серьезная личность. Его имя на слуху у очень многих влиятельных людей, потому что он выигрывает восемьдесят процентов дел.
- Я уже поняла, что он не так прост, - просветила я.
- Да, к тому же он сделает все ради своей крестницы.
Я только хмыкнула в ответ. Стала понятна реакция Антона на мои слова, а если быть точнее на мою просьбу вернуть дочь домой.