6

Вся эта ситуация вызывает у меня неконтролируемую дрожь и противный жар. Скетчбук у меня лишь неделю, но я нарисовала уже четыре портрета. Два из них карандашом и два даже с употреблением цветных маркеров. Я долго рассматривала фото Глеба, что на моём телефоне, поэтому портреты чётко передают все черты его лица. А так же его брата…

Пот холодными струйками катится по позвоночнику, пока я шокировано смотрю на Любу. Она резким движением закрывает скетчбук и двигает его в мою сторону. А потом также шокировано смотрит на меня, пока я дрожащими руками прячу его в рюкзак.

– Ну вот! – возмущается Вика. – Они только начали учиться, а ты уже в своём репертуаре! – она грозно смотрит на Егора, при этом пихнув его в плечо.

Он лишь скалится в мою сторону.

Что я ему сделала?..

– Прости… – тихо говорит Люба. – Я никому не скажу, – она встаёт из-за стола, как и ещё несколько ребят. – Ладно, я пошла, всё же я записалась на чирлидинг. Ещё встретимся, – подмигивает мне и, скинув всё в свою сумку, уходит с остальными, кто записался на футбол или к ним в поддержку.

Я ни за что бы не пошла в группу поддержки к команде с таким капитаном. Хорошо, что никто не подозревает о моей гибкости и талантах.

– Пока, очкарик, – говорит Егор, выходя последним из аудитории, и оставшиеся сидеть студенты начинают шептаться, странно поглядывая на меня.

Хам!

В столовой пусто, за исключением пары ребят, так как у всех идёт пара. Беру сразу два обеда, чтобы потом Катьке не пришлось стоять в очереди. Пишу ей об этом, и не проходит пять минут, как она входит в столовую. Садится напротив меня и говорит:

– Просто сказала, что живот заболел. Там такая нудная хрень, что спать тянет, – берёт вилку и с аппетитом накидывается на свой обед, пока я с удивлением смотрю на неё. Хотя, чего удивляться – это же Катька.

– Короче, ситуация SOS. Люба увидела его портреты, – я говорю слишком жалобно и опускаю голову вниз.

– Какая Люба? И, в смысле, увидела? – она опускает вилку, так и не донеся её до рта.

– Вот так! – выкрикиваю и боязливо оглядываюсь, а поняв, что меня не услышали, расслабляюсь. – Не понимаю, как я принесла скетчбук в универ. Люба Малинина – наша староста, – шумно вздыхаю, ковыряясь в салате.

– Да уж, тебе прям везёт со своим Снайпером. И чего она?

– Сказала, что будет молчать.

– Уверена? Давай я поговорю с ней.

– А, ну… – договорить мне не даёт дверь, что шумно распахивается и входит Люба. Быстро она... Её взгляд находит меня и она, улыбаясь, идёт к нашему столику. Садится рядом и протягивает руку Катьке.

– Я Люба. Мы со Златой учимся в одной группе.

– Катя, – отвечает моя подруга и хмурит брови. – Слушай, Люба, ты же сдержишь секрет одного розовенького блокнота?

– Какой? – она удивляется, а потом переводит взгляд на меня. – А, тот блокнот. Точно, – она берёт меня за руку. – Злата, не волнуйся, это останется между нами, – её широкая улыбка располагает.

Я окончательно выдыхаю.

– Так… получается ты в него влюблена? – спрашивает староста.

– В кого? – теряюсь я.

– В Егора, – тише произносит она, наклоняясь к нам обоим.

– Вообще-то, в Глеба, – вставляет своё Катька, а я краснею.

– Какого Глеба? – не понимает староста.

– В его брата-близнеца. Златка уже три года с ним анонимно переписывается.

Капец, она решила палить кантору до конца, что ли? Ну Катька блин!

Просто продолжаю есть, лишь бы этот разговор скорее закончился.

– И ничего я не влюблена в него. Он мой бро! – всё же вырывается у меня. Теперь они обе хихикают. Спелись уже!

– И у него есть брат? Ого! – глаза старосты загораются, и, кажется, она становится ещё радостней. – Знаете, девчонки, мне Егор понравился ещё там, в актовом зале. А, когда я увидела его лицо в блокноте, я даже расстроилась, что придётся бороться за него. Да ещё с той, кто мне больше всех понравилась из остальных одногруппниц. Они какие-то змеи, что ли. Ещё вчера поняла в чате. Не понравились они мне, – она морщится, смотря как Катька с аппетитом ест. – А теперь даже рада. Значит Егор свободен, да? – с надеждой заглядывает в мои глаза.

Ну капец. Получается, если бы Катька всё же не растрепала это всё, то Люба перестала бы со мной общаться? Из-за Егора Золотого? Этого дурака?

Тогда хорошо, что всё так. А ещё её всё же не задели его слова про блоху. Фух…

– Получается так, – отвечаю, улыбаясь, а потом осознаю. – Глеб тоже свободен. Я не претендую на роль его девушки. Он мой друг, – говорю я и отпиваю свой чай.

– Вы, вообще, в курсе, что они оба могут быть заняты? – вставляет неожиданно Катька, и Люба сникает.

Я-то в курсе, что у Глеба никого нет. У него была девушка год назад, он даже писал мне об их расставании. Поделился своей болью о её предательстве. Я поддерживала его, как могла, ведь он мой близкий друг. Я его называю близким, потому что он тоже не раз меня поддерживал. Особенно, когда я жила с родителями.

– Анонимно… – произносит задумчиво Люба. – А как ты узнала, что твой друг именно он?

– Она знакома с его сестрой. Та и разболтала, – отвечает Катька с набитым ртом.

– То есть… он не знает кто ты? – брови старосты поднимаются.

Я сжимаюсь. Вообще-то, эта тема личная, и чего Катька встревает, блин?! Конечно, я бы сказала ему сразу, как узнала, но я хотела сделать сюрприз. А теперь боюсь.

– Не знает, – тихо говорю, смотря как вилка гуляет по салату. – Я боюсь сказать. Его брат меня ненавидит.

– Ненавидит?

– А ты не слышала, как он меня блохой назвал? – я раздражаюсь, поднимая на Любу взгляд. – Со вчерашнего дня я с ним четыре раза пересеклась, и в каждую он меня обозвал! А он брат Глеба, вдруг он такой же… – произношу уже тише.

– А где он, кстати? Я даже не думала, что у Егора есть брат, – Люба неотрывно следит, как Катька ест.

– Болеет, – пожимает плечами Катька.

Я ей вчера всё рассказала, когда она успокоилась после новости о конкурсе красоты.

Дальше разговор как раз перешел на это мероприятие, и я уже не участвовала в этом. Правда в какой-то момент я их всё же перебиваю:

– А ты почему не ешь? – спрашиваю Любу, заметив, как она всё время смотрит, как ест Катька.

– Я… я на диете.

Она сглатывает, и её голодный взгляд превращается в нормальный. Я в шоке осматриваю её.

Куда ей?..

А Катька, вообще, давится соком, который начала пить в этот момент. Мой телефон звучит уведомлением. От Снайпера. Достаю его и читаю:

Снайпер: «Малинка, привет) Ка к день проходит? Никто не обижает ?»

Капец, чего он переживает-то?

Малина: «Все хорошо»

Снайпер: «Знаешь Золотого Егора?»

Мурашки проходят по позвоночнику, плавно переходя на пятую точку. И что ответить?..

Дурацкий, дурацкий Егор! И почему в близнецы Снайперу достался именно он?..