9

– Я не расстраиваюсь. Егор просто придурок, я это понимаю.

– Вот и славненько.

Конечно, я расстроена. Но Люба не прекращает меня успокаивать, и косые взгляды сокурсников меня напрягают всё больше. Поэтому глубоко вздыхаю и давлю из себя улыбку. И кажется срабатывает. Староста больше не привлекает к нам столько внимания.

– А что это было в коридоре? – тихо спрашиваю, когда начинается пара, и преподаватель отворачивается к интерактивной доске. – Ты сказала, что тот парень вылетит отсюда. Что это значит?

Люба наклоняется к моему уху и шепчет:

– Мой отец – ректор. Малинин Сергей Григорьевич. Связи, детка, – и толкнув меня плечом, издаёт смешок.

Ого! Я как-то и не сопоставила эти фамилии.

У всей группы на телефоны одновременно приходят уведомления, и это отвлекает преподавателя. Под его серьёзным взглядом никто не решается посмотреть, что пришло. Пять минут он неотрывно рассказывает материал, пока все елозят в нетерпении заглянуть в телефоны.

Раздаётся стук в дверь, после чего в аудиторию входит зам старосты.

– Простите, можно?

– Имя, – преподаватель поправляет очки и берёт распечатку со списком студентов.

– Тимофей Агапов, – парень широко улыбается.

– Садись, – рукой показывает в аудиторию и возвращается к лекции.

По аудитории проносится гул, ведь многие успели заглянуть в телефоны. Перевожу взгляд на Любу, которая светится улыбкой, смотря в телефон на её коленях. Но преподаватель жестко прерывает всех, и до конца лекции никто не издает ни шороха.

Звучит звонок с пары, и начинается непонятно что. Оказывается, в чате Вика написала про вечеринку в клубе на этих выходных. Абсолютно все горят желанием её посетить. Но не я.

– Будет круто! Злата, пойдем? И Катю с нами позовём! – староста настолько радостная, что не замечает, с какой силой сжимает мои руки.

– Не знаю… Если я буду свободна, – пожимаю плечами и кривлюсь от незначительной боли. – Вдруг я буду работать.

– Ты нашла работу? – удивляется она и, кажется, становится ещё радостнее.

– Пока нет.

Без телефона очень некомфортно. Три дня я по привычке ищу его в кармане, пока не вспоминаю, что он сломан. Ребята из группы не обсуждают то видео и меня, но и дружить не предлагают. Егор тоже не обзывал больше, хотя мы и не сталкивались так близко. Общаюсь только с Катькой и Любой, которая начала дружить с Тимофеем. Он всё же её зам, и им следует контактировать. Вот и сегодня он сидит с нами за длинным столом в аудитории.

– Девчонки, вечеринка в силе? – спрашивает и играет бровями. Снова в своём малиновом пиджаке, как и в предыдущие дни.

– Ещё спрашиваешь? – фыркает Люба. – Злата?

– А? Не, я пас, не очень чувствую себя.

И «не очень» – слабо сказано. Я три дня места не нахожу себе. Всё думаю про Снайпера. Жду, когда он выйдет на учебу. Он сказал через две недели, но я всё равно на переменах и в столовой осматриваю окружающих студентов. Егора видела, но думаю, если бы Глеб пришёл, то они были бы вместе.

Это так волнительно. И ещё я думаю, что сказать ему при встрече. Наверное, стоит извиниться перед ним, он ведь не виноват, что я так поступила. Может хотел помочь мне...

– Жаль. Тогда мы с Катей потом расскажем тебе всё в подробностях, – она одаривает меня улыбкой, вновь отворачиваясь к Агапову.

А вечером ко мне в комнату врывается Катька.

– Как я тебе?

Она крутится вокруг себя, демонстрируя мне короткое розовое платье и высоченные каблуки.

– Я думаю, что это слишком, – честно отвечаю, зажав кончик карандаша между зубов. Снова рисую в скетчбуке, пока она собирается на вечеринку в клуб. Сегодня суббота, и на улице жарко, поэтому она выбрала максимально лёгкий наряд. Как по мне, это вульгарно: открытая спина и обнажённые ноги. А с её ростом…

– Ой, кого я спрашиваю, – цокает она и уходит к себе в комнату, оставляя меня с моим новеньким незавершенным портретом.

Ноутбук стоит рядом. Я отправила кучу объявлений и периодически заглядываю в экран, чтобы проверить, писали ли мне по работе.

Она уходит, и я остаюсь одна. Рисую, ищу работу, а после включаю музыку на ноутбуке и танцую. Закрываю глаза, отдаваясь ритму и движениям. Представляю себя в клубе вместе с девчонками, хоть и не была там ни разу. Там много алкоголя и пьяных людей, судя по фильмам, а это меня отталкивает. Не хочу видеть то, что видела ещё совсем недавно. Как родители приводили своих собутыльников и как кричали, ругались, дрались. Меня не трогали, и я этому очень рада. Правда, и не замечали меня. Я редко видела их трезвыми, но и тогда им не было до меня особо дела. Отец работал на вахте, и когда его не было дома, мама пила без него. А когда он приезжал, то, пока был трезв, оставлял деньги в моей комнате и тоже уходил в запой. Не хочу так жить.

От воспоминаний чувствую мурашки по коже, а следом слышу уведомление. Подхожу и вижу сообщение от Любы. Новый аккаунт я так и не создала, но у меня был в другой соцсети, где у нас чат группы.

Любовь Малинина: «ЗЛАТА! Ты не поверишь, тут Глеб!»

И следом отправляет фото. Оно тёмное, но я вижу, как вдалеке стоят близнецы. Мои руки начинают трястись, хоть я до конца и не могу понять, кто из них Снайпер.

Это что же получается? Он выздоровел?..

Сердце бешено начинает стучать, а паника окутывает всё тело. Глаза наполняются слезами, я ведь так скучаю по нему. Мой бро…

Пока Люба уговаривает меня на пару с Катькой ехать к ним, я взвешиваю все за и против. А вдруг он тоже пьян? У меня ведь даже нет телефона, как я поеду?.. Нет, точно нет! Уже ночь, я не рискну в такси ехать без связи, поэтому отписываюсь девчонкам и ложусь спать с мыслями, что в понедельник наконец-то увижу его.

Только он так и не появляется. Как и во вторник, и всю неделю. Я жду каждый день, но всё напрасно.

И Егор снова взялся за своё. Обзывает меня при каждом удобном случае. Даже, когда стояли с Катькой у универа. Она так взбесилась, что полила его такими словами, от которых у меня уши в трубочку сворачивались. А ведь я от родителей много наслышалась в своё время. Но Егора они совершенно не задели, он так откровенно посмеялся над нами и просто ушёл.

И, как назло, мы стали сталкиваться каждый день! И каждый день он доводил меня своим отношением. За ним и другие начали повторять. Что я ему сделала?! Я старалась быть невидимой, когда он появлялся в поле моего зрения, но каждый раз слышала «очкастая блоха». И ладно с очками все понятно, но почему блоха? Обидно до жути.