ГЛАВА 1

– Вот это кринж! Сава, ты снимаешь? – орет один из моих одноклассников, закидывая мой рюкзак в мужской туалет. Общий смех, обидные слова и толчки в спину сопровождают меня до тех пор, пока я не скрываюсь за углом коридора. Туда за мной никто не следует, потому что я прислоняюсь спиной к стене возле двери с табличкой «Учительская». – Сейчас она нас сдаст! – Да ну! – Ква-ква? Да не сдаст она, сто пудово. Поноет немного, да и делов-то. Я снова всхлипываю и утираю нос ладонью. Представляю, как выгляжу сейчас. Мне шестнадцать, а я стою и плачу в школьном коридоре. Даже в семь лет со мной такого не происходило, а последние полгода практически ежедневно. А всё из-за него. Из-за Эмиля Давлетаева. Я не знаю, почему он выбрал меня в качестве жертвы. Многие из нашего класса пришли из других школ, а вот с Эмилем мы учимся вместе с первого класса. И только в этом году он будто с цепи сорвался и возомнил себя королем этой гимназии. Хотя я догадываюсь почему. Его отец вот уже третий год мэр нашего небольшого городка. Видимо, звездная болезнь и пубертат совсем испортили мозги Эмиля. – А ну разошлись! Придурки! Отвали, Мосин! – слышу я голос моей подруги Вики Блиновой. – Эй, ты чего, блинчик? Это мужской туалет! К директору хочешь? – издевается кто-то из пацанов. – Если только вместе с тобой! Мне можно, я слепая. Эй, Купина, подержи мои очки! Я выглядываю из-за угла и наблюдаю за тем, как Блинова снимает свои очки в роговой оправе и отдает ей девчонке из десятого класса. Ну вот, теперь и десятиклассники стали свидетелями моего унижения. Хочется сбежать отсюда и никогда не возвращаться в эту школу. Тем временем Вика смело заходит в мужской туалет, откуда слышится мат. – Да у меня зрение минус восемь, я не вижу ничего! – оправдывается она в ответ на угрозы. Пару секунд и она снова в коридоре, а в ее руках мой рюкзак. Я даже морщусь от отвращения к нему. Неизвестно, где именно он там валялся. Придется ходить с прошлогодним. Хорошо, что он еще целый и мама не дала его выкинуть. – Эй, Давлетаев! Доволен? Не надоело еще? Как в детском саду! – отчитывает она главного организатора моей травли. Парень сидит на подоконнике и медленно поворачивает голову в сторону Блиновой. На его лице читается только призрение к рыжеволосой девчонке, которая прожигает его взглядом. Но на удивление, он никогда не грубит ей, не обзывает, а лишь криво ухмыляется на ее отчитывания. – Скучно что-то, пацаны. Валим. – произносит он хриплым голосом и легко соскакивает с подоконника. Все девчонки из десятых и одиннадцатых классов провожают его томными взглядами. Он красавчик. И он знает, что половина школы сохнет по нему. Как же я его ненавижу! Проходя мимо моего укрытия, Эмиль кидает на меня мимолетный взгляд. Его челюсти крепко сжаты, когда он пару секунд изучает мое заплаканное лицо. – Эй, Ква-ква, до завтра! Подготовь новую порцию слез. – говорит один из приспешников Эмиля. – Иди, в жопу, Мосин! – Блинова практически закрывает меня своим телом от бездушной компании. – Ты что, курица слеп… – начинает верещать Мосин, но получает толчок в плечо от Давлетаева. Когда наконец парни скрываются на лестнице, я снова всхлипываю. – Ну всё, пошли, Ань. Говорила же тебе, подожди меня, а ты снова одна пошла в библиотеку. – укоризненно проговаривает Вика и берет меня за руку. – Рюкзак не обоссан хоть? – я наконец могу говорить. – Да он прямо у двери стоял. Но постирай его все равно. Там такая вонь в туалете у пацанов. Я натянуто улыбаюсь подруге. Она одним движением руки поправляет очки на переносице и тащит меня в сторону библиотеки. *** – Ну и? – Блинова толкает меня в плечо, когда мы возвращаемся вместе из школы домой. Наши дома стоят рядом, поэтому мы всегда преодолеваем дорогу от школы до дома и наоборот вместе. – Что и? – переспрашиваю я, толка подругу в ответ. – Что у тебя там с Давлетаевым? Проходу тебе не даёт. – Ты спрашивает об этом в сотый раз, Вик! – раздражённо отвечаю я, пиная жёлтую листву. – Я не знаю, что ему от меня нужно. Если бы знала, было-бы не так обидно. – Блинова и Кваткина дуры! – орёт сосед Вики, восьмилетний Артём, пробегая мимо нас с рюкзаком за плечами. – Вот расскажу все твоей матери, Тёмыч! – угрожает ему Вика. Но мелкий засранец даже не оборачивается на ее слова. – Ну ты подумай! Я к вам в класс пришла три года назад, ничего такого от Эмиля не замечала. А теперь он ведёт себя как… как… – Последний козел? – подсказываю я. – Ага, именно козёл! Ну это не меняет дела, Ань. Вспомни, что ты ему такого сделала,а? – Блин, Вик! – Я не блин! – Ой, соррян, подруга! – смеюсь в ладошку. – Ага, дал же бог нам с тобой фамилии. Даже не надо напрягаться, чтобы придумать кличку. – обиженно Бубнит Вика. – Спасибо, что хоть не лягушкой меня обзывают. – Это да. Мы оба тяжело вздыхаем. – Слушай, а может ты ему нравишься? – выдаёт совсем безумную мысль Блинова. – Я? Эмилю? Не смеши меня, Вик! Он сохнет по Томиной из параллели. – Ага, или она по нему. А почему нет? Ты красивая. Не то что я. Рыжее недоразумение. Да ещё и в очках с линзами с толщиной в палец. – Не говори ерунды, мой сладкий блинчик. – Кваааааа. – дразнит меня Вика. Мы обе смеёмся. Все же ей всегда удаётся поднять мне настроение. Если бы не она, я даже не знаю, как ходила бы в школу и терпела все нападки Эмиля и его компашки. – А пойдём купим кофе, а? Погода такая, просто шик, и уроки делать не надо. Завтра выходные. – предлагаю я, когда мы практически подходим к нашим домам. – А давай! Может и в кино? – Если что-то интересное, то я за! В этот момент на телефон Вики прилетает сообщение. Она выуживает смартфон с треснутым экраном из кармана джинсовки. – Ого, чат класса переполнен сообщениями! Дурацкий телефон, когда хочет тогда и оживает. Что там опять? Мы тормозим на перекрёстке, ожидая смены цвета светофора. В это время Вика листает сообщения. – Вот это новости, Ань! – Что там? – Давлетаев учится с нами следующую неделю и уезжает жить с родителями в Москву.