Глава 9

Дэсвал лежал на узкой жёсткой кровати и, мечтательно улыбаясь, смотрел в серый потолок. Там, в грязных разводах стен карцера, он видел яркие картины прошлого. Вспоминал, как в пентхаус вошла девушка, в которой он с трудом узнал Эйлу. Струящаяся ткань её платья сверкала, соблазнительно обрисовывала нежные изгибы при каждом движении. А позже, когда он сломал ей причёску, мягкие волосы тяжёлым шёлком рассыпались по алебастровым плечам. И неумелая ласка её тёплых, пахнущих мёдом и ванилью губ…

Вздохнул и перевернулся на живот. Положив небритый подбородок на сложенные руки, посмотрел на стопку документов на выдвижном столе и снова вздохнул – ну всё, отдохнул, пора и дальше за работу! Рывком поднялся и, прогнав закружившиеся перед глазами мушки усталости, уселся на неудобный табурет. По плану на эту ночь ещё сотня дел к пересмотру. Перелистнул мятую страницу. Офицер Нуилок, переметнувшийся к пиратам, вошёл в историю. Власти всячески пытались замять то, что Кровавый Лок – бывший офицер спецподразделения. Лет пятьдесят назад это имя заставляло содрогаться каждого.

Делая быстрые заметки, Дэсвал бегло просмотрел дело дезертира и приступил к следующему. Завтра важный день, когда он, преступивший закон офицер Дэсвал, вступит, возможно, в самый страшный бой за всю свою жизнь – борьбу с системой, сражение за отмену устаревшего закона, за счастье своё и множества других парней. И одной, но очень любимой женщины.

В дверь постучали.

– Кто там такой вежливый? – не отрываясь от работы, крикнул Дэсвал.

Панель отъехала в сторону, и в карцер вошёл необычайно тихий Ройр. Дэсвал окинул друга по спецподразделению быстрым взглядом и спросил:

– Что?

Тот помялся и, опасливо оглянувшись, медленно приблизился к столу.

– Я это… – промямлил он. – Хотел сказать…

– Офицер Ройр, – сурово оборвал его Дэсвал, – у меня меньше восьми часов до заседания руководства. Говори прямо, что ты хотел настолько важного, что пробрался в карцер?

Ройр снова оглянулся и, быстро сунув руку в карман, вложил что-то в ладонь Дэсвала. Тут же отскочил и, вытянувшись во весь рост, рявкнул:

– Мы верим в тебя, офицер Дэсвал! Ты их сделаешь!

Он выбежал, дверь захлопнулась, Дэсвал иронично покачал головой:

– Я их сделаю? Ну что за ребячество?

Раскрыл ладонь и вздрогнул при виде тоненького ободка обручального кольца. Отложив закрытые дела, которые Цитадель считала своим позором, приблизил колечко к глазам и прочитал выгравированную на золоте изящную надпись:

– Эйла плюс Дэсвал равно семья…

К горлу подкатил ком. Дэсвал медленно выдохнул и, справившись с эмоциями, вытянул правую руку и медленно надел кольцо на безымянный палец. Село как влитое. Полюбовавшись символическим украшением, улыбнулся.

– Ну как дети малые!

Но самому Дэсвалу очень понравилась дерзкая идея сослуживцев явиться на разбирательство по делу о нарушении отжившего себя закона о недопустимости офицерами спецподразделения вступать в законный брак с обручальным кольцом на руке! Это же вызов и экономия времени – не придётся объяснять свою позицию. Конечно, руководство будет ожидать оправданий, а он вместо извинений готовит ответный удар. А ещё эта маленькая деталь привлечёт внимание прессы, и в зал заседаний Дэсвал войдёт уже знаменитым на всю вселенную – даже не нужно рта раскрывать!

– Умные малые дети, – тихо рассмеялся Дэсвал и вновь взял папку.

* * *

Закрытый офицерский флаймоб опустился перед монументальным зданием управления Цитадели. Дэсвал вступил на поблёскивающую площадь и быстрым взглядом окинул высокие колонны перед входом. Вездесущие журналисты, которые всегда ошивались здесь в ожидании жарких новостей, и сегодня ревниво толкались у распахнутых дверей.

Дэсвал осторожно надел кольцо и подхватил подготовленную папку так, чтобы украшение было видно абсолютно всем. Конечно же, офицер Цитадели в парадной форме спецподразделения по борьбе с пиратами привлёк всеобщее внимание. Пока Дэсвал в сопровождении хмурого Эопа и нервно-напряжённого Ройра неторопливо шагал по ведущей к входу в здание широкой лестнице, его проекцию не снял разве что ленивый. На лицах окружающих ясно читалось любопытство и предчувствие сенсации. Дэсвал удовлетворённо улыбнулся. Представители прессы точно последуют за ним, а значит, никто не посмеет заткнуть ответчику рот!

Свита росла, и в зал заседаний Дэсвал вошёл, ощущая себя рыцарем возмездия, в руках которого вместо огненного меча была папка скрытых от общественности дел, а пробуждённое небесными глазами любимой сердце пылало от нестерпимой жажды, которую можно утолить лишь в объятиях жены.

На пороге Дэсвал невольно замер и ошеломлённо обвёл битком забитый зал заседаний. Да здесь даже на церемонии ежегодных награждений никогда не бывало столько людей! Он мог не заботиться о том, чтобы привлечь прессу. Казалось, здесь присутствовали даже меланхоличные журналисты из благополучной системы Энжел! Сжав челюсти, Дэсвал вытянулся в струнку и, чеканя шаг, прошёл к месту ответчика.

Посмотрел на офицеров из спецподразделения, которые пришли поддержать сослуживца, и замер. Сердце пропустило несколько ударов и понеслось вскачь, в голове зазвенело, ноги стали ватными. Не в силах отвести взгляд от молодой женщины, которая словно сошла с экрана исторического фильма, он забыл, где находится и что собирался сделать. Эта разодетая в пышные юбки, стянутая жестоким расшитым золотом корсетом госпожа, несомненно, была его «звёздочкой»!

– Эйла, – беззвучно шепнул он.

Звуки постепенно возвращались к нему. Люди показывали на давно не встречавшихся возлюбленных, которые пошли наперекор закону, и взволнованно перешёптывались, Дэсвал понял, что затаил дыхание, и судорожно втянул воздух. Часто-часто заморгал, чтобы не опозориться при всех, пустив непрошеную слезу. Как же очаровательна его красавица-жена! Глаза Эйлы сияют ещё ярче, чем он представлял, и даже жуткий наряд не портит девушку, как уродливая ваза не в силах скрыть великолепие нежной розы!

Окружённая столь же пышно разодетыми мужчинами, которые горделиво посматривали по сторонам, принцесса медленно подняла правую руку и, не отрывая от Дэсвала пристального взгляда, поправила и так идеальную причёску. Заметив, как на её пальчике сверкнуло такое же колечко, как и у него, Дэсвал с силой сжал папку. В груди словно разливалась лава, а за спиной вырастали крылья. Он и так был готов сломать прогнившие преграды отживших себя законов, а теперь, ощутив безмолвную поддержку любимой женщины, способен не только сразиться с руководством, но и истребить пару-тройку драконов под шумок!

Развернулся к возвышению, на котором восседали седые генералы Цитадели и, хлопнув папкой о небольшой столик ответчика, вытянулся в струнку.

– Офицер спецподразделения Цитадели по борьбе с пиратами Дэсвал прибыл!

Обвинение, которое озвучили после этого, вызвало в зале такой шум, что присутствующих пришлось долго успокаивать. Руководство, судя по кислым лицам седовласых генералов, не раз пожалело, что слушание сделали открытым, а после того как Дэсвал предоставил статистику за последние два столетия, одного старика едва удар не хватил. Выпучив глаза, багровый генерал хватался за воротник и хрипел.

Проекция, как его увозит врачебный флаймоб, за несколько секунд разошлась по вселенной миллионами просмотров. Двое оставшихся оказались покрепче.

– Чего вы хотели добиться, обнародовав эти факты, офицер? – сурово спросил высокий жилистый мужчина. Стукнул по столу кулаком и рявкнул: – Опозорить спецподразделение? Подорвать авторитет Цитадели? Поздравляю, вы добились своей цели!

Дэсвал покачал головой и громко, чтобы слышали все, проговорил:

– У меня не было цели позорить честь офицеров. Напротив, я всем сердцем желаю, чтобы авторитет спецподразделения рос. Стремлюсь к миру во вселенной и к полному искоренению пиратства. – Он тряхнул папкой и жёстко добавил: – Но не на бумаге, господа! А в реальной жизни. Я добиваюсь правды и изменения изжившего себя закона.

– Вы не понимаете, что закон принят для того, чтобы защитить самих офицеров, – рявкнул второй генерал. Вытер вспотевший лоб и бросил мокрый платок на пол. – Что вы будете делать, если вашу семью возьмут в заложники? Жену, детей… Вы, как никто, знаете, как поступают пираты с такими пленниками. – Он приподнялся, голос генерала сорвался на крик: – Готовы ли вы подвергнуть свою гипотетическую семью страшной опасности?

– Времена, когда пираты легко могли просочиться в Цитадель, давно минули, – упрямо ответил Дэсвал. – Моя… не гипотетическая, а очень даже реальная семья будет в безопасности. А у меня появится дополнительный стимул изо всех сил защищать мир во вселенной, где живут небезразличные мне люди…

– Вот именно! – вскочил с места худой. – Вы машина для убийства, офицер. Не понимаете, что вами могут управлять, если похитят того, кого вы любите? Чтобы спасти жизнь своей жены, вы пойдёте на что угодно. Наступит анархия!

– Я реалист, генерал, – сурово отрезал Дэсвал. – Кто, как не офицер спецподразделения, понимает, что договориться с пиратами невозможно? Это во-первых. А во-вторых, разве вы сами не подвергаетесь такой же опасности? Что сможете сделать вы, если для шантажа захватят ваших родных?

– Вы угрожаете моей семье? – зарычал седой генерал.

– И не думал, – пожал плечами Дэсвал. – Я лишь пытаюсь поведать на понятном вам языке, что мы в одинаковом положении. Вы тоже, если предположить такую дикость, можете сильно навредить Цитадели, но ведь этого не происходит. Вашу жену и детей не похищают, не требуют пронести в здание управления бомбу… Но при этом у вас семья есть, а офицеры спецподразделения жениться права не имеют. Вы считаете это справедливым законом современного общества?

– Какая разница, что я считаю? – не выдержал генерал. – Это закон! И его нужно соблюдать.

– Это отживший закон, – непреклонно заявил Дэсвал, – и его нужно менять.

Генерал ещё что-то говорил, но его голос потонул в разрастающемся шуме. Второй молча развернулся и направился к расположенной за возвышением двери. Ушлые журналисты хлынули со всех сторон, пытаясь перехватить сбегающего генерала. Дэсвал сдержанно поклонился и захлопнул папку. Закон, запрещающий ему быть с любимой, всё ещё существовал, но весь покрылся трещинами. И судя по горящим глазам журналистов, в системе скоро произойдут изменения.

Эйла смотрела на него своими лазурными глазами, по щекам любимой катились слёзы, губы подрагивали. Принцесса сжимала веер с такой силой, что тот давно разломился в её пальцах и стал похож на разноцветную тряпицу. Дэсвал не мог оторвать счастливого взгляда от нежного лица жены и, хоть его уже с силой тащили к выходу, изворачивался так, чтобы как можно дольше не разрывать их безмолвной, одной им понятной связи.

В карцер Дэсвал вернулся на щите, точнее, на руках сослуживцев. Его внесли в маленькую комнатку, после чего пришлось испытать дружеские объятия каждого из благодарных друзей. Дэсвал морщился – сломанное в пиратском звездолёте ребро ещё давало о себе знать неприятной болью в боку. Эоп, посмотрев на его искажённое лицо, сурово рявкнул:

– А ну все на выход! Кто не исчезнет за три секунды, тоже будет ночевать в карцере… В соседнем!

Офицеры, смеясь и переговариваясь, разошлись, а командир уселся на узкую койку и, проследив, как закрылась дверь, мрачно посмотрел на Дэсвала.

– Да уж… Разбередил осиное гнездо! Ты хоть понимаешь, что поставил крест на своей карьере? Там, – он ткнул указательным пальцем в направлении потолка, намекая на вышестоящих офицеров, – это так не оставят. Даже если ты доведёшь дело до конца и закон действительно отменят… Тебе конец!

Дэсвал плюхнулся рядом с командиром, устало потёр веки красных от недосыпа глаз:

– Я уже говорил вам, что готов подать в отставку…

– Да кто тебя отпустит?! – хохотнул Эоп и тут же поджал губы. – Ох, парень. Тебя засунут в самую жуткую дыру, где даже журналисты не найдут!

– Неважно, – упрямо отозвался Дэсвал. – Я готов служить в любой точке вселенной, если мне будет куда возвращаться. К кому возвращаться!

– Ладно, отдыхай.

Командир поднялся и направился к выходу, а Дэсвал вытянулся на койке прямо в парадной форме и, закрыв глаза, улыбнулся. Перед его внутренним взором возникла Эйла в королевском одеянии, а на её изящном пальчике переливалось золотое колечко. Это волшебное видение продолжилось сном, в котором его таинственная звёздочка мерцала впереди и, прогоняя холодный мрак космоса, манила на свет.

* * *

Грузный мужик в форменной робе межмировой сети сунул свою навороченную консоль едва не в рот Дэсвала:

– Вас освободили от обвинений в нарушении закона и восстановили в должности. Что вы чувствуете?

Дэсвал отшатнулся и едва сдержался, чтобы не ответить, что он чувствует сильное желание выбить журналисту зубы, но лишь сухо кивнул:

– Я рад.

Молоденькая юркая девушка выскочила из-под руки сдерживающего толпу журналистов безопасника и затараторила:

– Наши подписчики желают знать, вернётесь ли вы на службу, офицер, или отправитесь в отставку, чтобы жить в счастливом браке с женой?

Дэсвал белозубо улыбнулся и заверил:

– Я офицер спецподразделения, госпожа! И я буду бороться с пиратами до тех пор, пока могу удержать стилл.

Миловидное личико журналистки приняло несчастное выражение.

– Но как же?! Вы же добились отмены устаревшего закона! Разве вы не желали вернуться к любимой?

– Всем сердцем, – искренне ответил Дэсвал. – Но я боролся за отмену закона не для того, чтобы уйти со службы. Я сражался за возможность каждого офицера спецподразделения не только служить обществу, но и самому быть частью общества! Каждый из нас будет защищать мир ещё отчаяннее, зная, что охраняет и своих любимых.

Безопасники наконец справились с бушующей толпой, атакующей здание управления Цитадели. После первого заседания руководство благоразумно перевело слушание Дэсвала в дело, закрытое от общественности, но вселенная уже бурлила, и даже на самых далёких планетах обсуждали устаревший закон. Генералам пришлось принять непростое решение. И теперь, когда долгая и изнуряющая битва завершилась победой, Дэсвал едва мог переставлять ноги.

Эйлу он больше не видел, но кольцо не снимал ни на секунду. Даже мысль, что жена тоже смотрит на золотой ободок и думает о нём, придавала ему сил бороться дальше. Но как же хотелось увидеть принцессу! Обнять её, прижать к груди, прикоснуться к нежной коже… Дэсвал споткнулся, и Эоп поддержал подчинённого. Удерживая его за плечи, довёл до офицерского флаймоба и помог забраться внутрь. Шум тысяч голосов остался внизу, и Дэсвал потёр гудящие виски.

– Я выбил для тебя несколько дней больничного, – буркнул Эоп. – А ребята скинулись… Поправлять здоровье ты будешь на другой планете.

– Нечего было тратить деньги, – едва ворочая языком от усталости, проворчал Дэсвал. – Мне просто нужно выспаться.

– Этого не гарантирую, – хмыкнул Эоп и похлопал подчинённого по плечу. – Ребята благодарны тебе, Дэсвал. Не отказывайся от нашего небольшого подарка.

– Не буду, – прошептал Дэсвал, проваливаясь в сон. Сил спорить не осталось.

* * *

Пол под ногами дрогнул, Дэсвал мгновенно проснулся и сразу же посмотрел в иллюминатор, за которым серебрились знакомые шпили и поблёскивали на солнце широкие полосы приёмников. Заморгали экраны уведомлений, женский голос пригласил пассажиров к выходу. Дэсвал вскочил, изумлённо оглядел салон первого класса, прикоснулся к своему рюкзаку и покачал головой.

– Опять?! Они с ума сошли! Сколько же денег потратили? Подарочек! Лучше бы отправили меня на Оудрум…

Подхватив рюкзак, решительно направился к выходу. Раз у него есть время больничного, то прямо сейчас он купит билет до далёкой планеты. Даже несколько часов рядом с Эйлой наполнят его жизненной энергией больше, чем все пляжи Рая! В светлом проёме стоял уже знакомый капитан, рядом с мужчиной широко улыбалась счастливая стюардесса, Доша, кажется.

– Поздравляю, офицер! – с чувством проговорила она и, сжав кулаки, добавила: – Я болела за вас!

– Надеюсь, фигурально, – невольно улыбнулся Дэсвал.

– Для меня честь снова жать вам руку, – уважительно проговорил капитан.

Дэсвал смущённо кивнул и постарался быстрее распрощаться: он не мог привыкнуть к неожиданной славе и всемирному уважению, которые свалились на него после успешного процесса и множества слушаний. Его лицо, казалось, знали даже дети, и Эоп постоянно ворчал, что его лучший офицер теперь стал окружённой романтическим ореолом звездой. Впечатлительные женщины заваливали Цитадель сообщениями, каждая вторая желала оказаться на месте принцессы Оудрума, и это тяготило. Поэтому, когда к нему бросилась тоненькая девичья фигурка, Дэсвал вытянул руки, не давая поклоннице и шанса прижаться к нему.

– Жена, не смей обнимать других мужчин! – сурово рявкнул спутник незнакомки. – Особенно при мне!

Голос показался Дэсвалу знакомым. Он присмотрелся и тихо рассмеялся при виде одетого в серебристую форму отеля «Рицше» Кина. Без разноцветных дредов он едва узнал парня! Опустил взгляд на девушку и присвистнул:

– Поуг?!

Девушка наконец добралась до его тела и счастливо прижалась к груди Дэсвала.

– Я так рада вам!

Брови Дэсвала от изумления поползли на лоб.

– Жена? – Он ухватил Поуг за плечи и отстранил от себя: – Ты вышла замуж за этого проходимца? – Сурово посмотрел на Кина: – Он чем-то тебя опоил?

Поуг лишь рассмеялась и обняла насупившегося мужа. Погладила его рыжие вихры и нежно произнесла:

– Он оказался не таким, как остальные. Я не могла упустить столь замечательный экземпляр, офицер.

– Засоси меня чёрная дыра, – поражённо прошептал Дэсвал. – Никогда в жизни не встречал более странной пары…

– А как же ваша? – хитро ухмыльнулся Кин. Простив жене объятия с другим мужчиной, он перестал дуться и стал похож на себя прежнего. – Самый знаменитый офицер вселенной и принцесса… то есть королева Оудрума! Вы точно переплюнули всех!

– Добро пожаловать на Рай, – перебила мужа Поуг. – Я провожу вас в отель!

– Нет, – отказался Дэсвал. – Я сразу же улетаю. И так потерял много времени…

– Рейс на Оудрум лишь утром, – понимающе улыбнулась Поуг. – И на перекладных вы не доберётесь быстрее. Вам придётся остаться, офицер!

Выругавшись, Дэсвал сдался и позволил Кину взять багаж. После привычной процедуры сканирования они вышли к парковке, где сверкал золотыми боками тот самый длинный флаймоб, в который Дэсвал не захотел садиться в прошлый раз. К счастью, проекционная голова Дэсвала над уродливой машиной не маячила.

– А где твоя? – уныло спросил Дэсвал. – Мне она больше нравилась.

– Разбил, – радостно ответил Кин. – Когда удирал от безопасников… По твоей, между прочим, милости! Помнишь, что я сделал с флаймобами, чтобы за нами никто не увязался? – Нежно посмотрел на Поуг. – И лишь она заступилась за меня! Раскидала здоровых мужиков, словно кукол. В тот момент я в неё и влюбился…

Дэсвал уселся в моб и, поймав настороженный взгляд худенькой девочки, вздрогнул от неожиданности.

– Кин, ты в курсе, что в твоей машине ребёнок?

– Ты про Хаю? Это моя дочь.

– Это моя дочь, – выразительно проговорила Поуг. – А для тебя приёмная…

– Но дочь же! – хмыкнул Кин, поднимая флаймоб в воздух.

– Папка! – Синеглазая Хая обняла смеющегося парня за шею и чмокнула в щёку. – Люблю!

Дэсвал нахмурился. Хая? Очень знакомое имя… И, вспомнив серьёзную лысую девочку в логове пиратов, щёлкнул пальцами:

– Так это она! – Улыбнулся и, глядя, как Хая, у которой на голове уже курчавились тёмные волосы, прижимается к довольному Кину, добавил: – А я был уверен, что тебе ничего с Поуг не светит… Ах ты, хитрец! Завоевал сердце дочки, а неприступная и опасная красотка тут же капитулировала.

Кин лишь счастливо улыбался, а девочка старательно мяла ему плечи. Поуг посадила моб, сама проводила Дэсвала до пентхауса и указала на фонтан, который искрился абсолютно прозрачными струями:

– Вы же любите чистую воду, правильно?

– Ага, – хмыкнул Дэсвал. – Видимо, мои гости выдули всё вино из Большого змея!

Поуг подошла и пристально посмотрела на гостя.

– Плохо выглядите, офицер, – проговорила она, надевая на его руку серебристый браслет. – Несколько месяцев мучительной борьбы обессилили вас. – Подняла голову и, глядя в глаза, загадочно улыбнулась – Пожалуйста, наслаждайтесь заслуженным отдыхом.

Погладила его по впалой щеке и повернулась к выходу. Дэсвал бросил рюкзак и потёр «тату». Рисунок не чесался уже давно, но привычка осталась. Спать не хотелось, он прекрасно выспался в космолёте – должно быть, ему снова что-то вкололи, – поэтому Дэсвал раскрыл рюкзак и с улыбкой вытащил новенькие плавки. Раз до завтра он всё равно застрял на Рае, так хоть искупается. Вспомнив, как в прошлый раз купался с Эйлой, судорожно сжал ткань и вздохнул. Ничего, завтра он увидит жену! Осталось потерпеть совсем немного…

Закинув на плечо чёрное полотенце с символом Цитадели, – теперь, когда он стал самым знаменитым её офицером, скрываться не имело смысла, – и пошёл к выходу. Люди столбенели, провожали его взглядами, шептались за спиной. К счастью, никто не бросался к нему, и это радовало. Хотелось отдохнуть от толпы, которая окружала арестованного офицера каждый раз, когда его выпускали из карцера. До собственного пляжа он добрался быстро, прислонил браслет к сканеру и заблокировал вход.

Спускаясь к воде, заметил на берегу тоненькую фигуру и прищурился. Работница отеля? Может, он пришёл во время уборки? Нет, на девушке купальник. Неужели нашлась ещё одна умелица, которая взломала систему уровней отеля? Как Эйла! Доброжелательно улыбаясь, он приблизился к нарушительнице, и, когда она повернулась, полотенце выскользнуло из его ослабевших пальцев и упало на мокрый песок. Это же она…

Казалось, глаза Эйлы стали ещё больше и светлее, а улыбка ещё очаровательнее.

– Ты? – прошептал Дэсвал. Протянул дрожащую руку и недоверчиво прикоснулся к мягким волосам, провёл пальцами по щеке, тронул нежные губы. – Это ты!

Эйла выдохнула и, часто-часто заморгав, шагнула к нему, обняла за талию и прижалась лицом к его обнажённой груди. Дэсвал ощутил, как по его коже стекают капли влаги и, прикрыв веки, тихонько сжал подрагивающие плечики жены. Молча наслаждаясь прикосновением её тела, гладил шёлк волос, целовал в макушку. Пляж словно стал ярче, солнце теплее, мир радужнее. Теперь планета действительно превратилась в рай!

Дэсвал приподнял лицо жены за подбородок и, посмотрев в блестящие от слёз глаза, прошептал:

– Рад, что на тебе нет того ужасного платья! Как ты двигаешься в этом кошмаре? На вид оно тяжелее тебя самой раза в три!

Она невольно улыбнулась и тихо ответила:

– Королева надевает его лишь два раза в жизни – на коронацию и венчание. Я лишь добавила ещё один очень важный повод – возможность увидеть любимого!

Он судорожно вдохнул – в носу стало мокро, – прижал к себе жену и, опустив лицо, нашёл её мягкие податливые губы. Сминая их, ощущал вкус соли, и в груди стало так нестерпимо тепло, что захотелось продлить этот миг счастья до бесконечности.

Эйла запустила в его отросшие за несколько месяцев волосы свои нежные пальцы и, массируя затылок, слегка отстранилась. Не глядя в глаза, строго проговорила:

– Я прилетела на Рай с официальной просьбой.

Дэсвал вздрогнул и затаил дыхание. Неужели она попросит о разводе? Сердце пропустило удар. Ну конечно! Эйла стала королевой, никто больше не покушается на её трон и руку, а значит, ей без надобности муж-офицер. Уронил руки и проговорил чужим голосом:

– Слушаю вас, королева.

Эйла лукаво улыбнулась и прошептала:

– Народ Оудрума выдвинул ультиматум. Подданные требуют наследника. Не знаю, что и делать!

– О, – протянул Дэсвал, ощущая себя, будто гора упала с плеч. Наклонился к ней так, что их носы соприкоснулись, и, щекоча жарким дыханием её губы, прошептал: – Полагаю, мы что-нибудь придумаем…

Жадно накрыл её рот страстным поцелуем и ощутил, как мир словно взорвался брызгами ярких красок. Подхватил на руки свою «звёздочку», опустил на чёрное полотенце, заскользил рукой по изящным изгибам и, сминая ягодицу, прижался к желанной женщине. Хмельная радость пронизывала душу, член встал колом и натянул ткань плавок, а Дэсвал всё медлил. Ласково убрал волосы с красивого лица любимой, провёл пальцем по приоткрытым губам, заглянул в затуманенные глаза, прикасался к персиковой коже легко-легко, дразня и Эйлу, и себя. Дикий восторг от осознания, что эта прекрасная сильная женщина вся его, кружила голову, рвала дыхание, пронзала сердце.

Задыхаясь от мучительного желания, Дэсвал прижался к губам Эйлы, жадно пил её стоны, ощущал на груди шаловливые пальчики, обрисовывающие напряжённые кубики его пресса. «Звёздочка», шепча его имя, запустила коготки в кожу на его пояснице, и Дэсвал, застонав, дрожа от возбуждения, стянул с жены трусики.

Жарко, тягуче, щекочуще погружаясь в мир порочного желания, он возносился в пронзительную небесную лазурь затуманенных страстью глаз любимой. И каждый толчок дарил ещё более жаркие, по-настоящему страстные чувства. Эйла царапала его спину, словно дикая кошка, стонала, приподнималась, стремясь навстречу его ритмичным движениям, чтобы ощутить ещё более глубокое пронизывающее наслаждение, кричала и, задыхаясь, жмурилась. По щекам её текли солёные капли, которые Дэсвал нежно слизывал, дрожа от приближающегося пика. Зарычал, извергаясь в ослепляющей разрядке, а Эйла под ним протяжно выдохнула и, запрокинув голову в безмолвном крике, содрогнулась.

Тяжело дыша, Дэсвал опустил голову и, нежно целуя постанывающую жену, пытался прийти в себя, остановить вращение мира, понять, где небо, а где пронзительный взгляд любимой женщины. Сердце колотилось сильно и размерено, спину саднило от острых ноготков страстной королевы, но плоть его оставалась твёрдой. Эйла приподняла голову и, болезненно щурясь от яркого солнца, хрипло проговорила:

– Кажется, нам удастся порадовать подданных хорошей новостью…

– Обязательно, – тихо ответил Дэсвал и, жарко целуя её, прошептал в мягкие податливые губы: – Стоит закрепить результат…

Продолжая ритмично двигаться, опустился к груди и, обхватив ртом набухшую горошину соска, подразнил языком, Эйла тут же отозвалась приятным для слуха стоном. Глядя на любимую, любуясь её расслабленной улыбкой, блеском глаз, он двигался мягко, бережно и осторожно, подмечая любое изменение выражения её лица. Лежать на ней, чувствовать кожей её разгорячённое тело было так интимно, так волнующе, так возбуждающе…

Выдохнул и вновь завладел опухшими губами, ощущая, как жена тает от его ласк. Отрываться от этих сладких губ не хотелось ни на секунду, а огонь в жилах разгорался всё ярче, овладевая мыслями и чувствами. Дэсвал готов был сгореть в этом обжигающем душу пламени, погрузиться в него навечно, ни на миг не выпускать из рук свою звезду. Отстранился и, находя в голубых глазах Эйлы отблеск собственного пожара в крови, тихо зарычал и, теряя контроль, сжал жену в объятиях, вновь изливаясь в горячее пульсирующее лоно.

Эйла задрожала всем телом и, едва дыша, прижалась к нему, продолжая подрагивать от тающих спазмов оргазма. Попыталась что-то сказать, но через миг расплакалась. Дэсвал бережно обнял её и, прижав к себе трепещущее тело, нежно прошептал:

– Тише, тише. Всё хорошо…

Она зажмурилась и помотала головой.

– Нет, не хорошо. – Посмотрела в глаза и, едва дыша, добавила совершенно счастливым голосом: – Всё прекрасно!

Обняла и, покрывая лёгкими поцелуями его грудь, виновато добавила:

– Но нам пора возвращаться.

– Куда возвращаться? – удивлённо отстранился Дэсвал.

Эйла поднялась и, смущённо зардевшись, прикрылась полотенцем.

– Я вроде как отвлекающий манёвр, – потупившись, проговорила она, – чтобы остальные успели подготовить тебе сюрприз.

Дэсвал улыбнулся и подмигнул.

– Мне кажется, тебе стоит отвлечь меня ещё разок. – Забрал из рук жены полотенце и окинул её обнажённое гибкое тело восхищённым взглядом. – Ты совершенно прекрасна!

Попытался притянуть к себе, но Эйла вырвалась и, смеясь, бросилась к морю. Выпустив из рук полотенце, Дэсвал кинулся за беглянкой, а она уже нырнула и несколькими мощными гребками оказалась слишком далеко, чтобы он смог поймать желанное тело.

– А я теперь умею плавать! – крикнула она, покачиваясь на волнах. – Семь месяцев, офицер… Надо же было чем-то их заполнять. Это безумно долго, когда ждёшь!

– Не то слово, – прохрипел он, погружаясь в прохладные воды. Свежие царапины тут же защипало, но Дэсвала это не остановило. Он бросился в пучину с головой и быстро настиг жену. Вынырнул и, встряхнув волосами, жарко проговорил: – Каждый день, каждый час, каждый миг я думал о своей звезде! Ты всегда была со мной, Эйла. – Он прикоснулся к своей груди. – Вот здесь.

Она всхлипнула и, порывисто обняв мужа за шею, на миг прижалась губами к его рту, а затем выскользнула. Азартно зарычав, Дэсвал бросился в погоню за звездой. Играя и плескаясь, как дети, они наслаждались друг другом и целым миром, принадлежащим только им.

* * *

– Рада видеть вас, офицер! – манерно воскликнула Клио, обмахивая его дымящим мундштуком, словно пыталась отогнать злых духов. – Вы мой герой!

– Я ваш должник, – закашлялся Дэсвал. – Клянусь, я подарю вам новый стилл, лучше прежнего!

– Да бросьте, – отмахнулась старушка.

– А я закажу инкрустацию драгоценными камнями, – весело проговорил Морин.

Он подошёл к Дэсвалу и, крепко пожав его руку, горделиво продемонстрировал весьма внушительный бицепс.

– Ого, – хмыкнул офицер. – Кто-то всерьёз занялся спортом!

– Муж во всём хочет быть похожим на тебя, – весело рассмеялась Вив, нежно обнимая Дэсвала. – Едва отговорила его… Представляешь, хотел бросить рудник и пойти на службу! Подействовала лишь угроза развода!

Ощутив выпирающий животик Вив, Дэсвал хохотнул:

– А вы, я смотрю, времени не теряли!

– Жизнь коротка, помнишь? – подмигнул донельзя довольный собой Морин.

Дэсвал рассмеялся и хлопнул друга по плечу. Вив потянула офицера к ломящемуся от яств столу.

– Ты был нашим купидоном. Станешь крёстным нашему первенцу?

– Это моя святая обязанность, – без сомнений согласился Дэсвал.

– Такое стоит отметить, – хитро покосилась на него Вив и протянула бокал. – Мне нельзя, так что пей за двоих! – Погладила животик и поправилась: – За троих!

– Извини, – хмыкнул Дэсвал и передал бокал её мужу, – но с некоторых пор я ничего не пью из рук женщин.

– Думаешь, я тебя отравлю? – обиженно насупилась Вив.

– Он любит воду, – объявила подошедшая к ним Эйла. Протянула Дэсвалу стакан и улыбнулась: – Как и я.

– А из рук любимой вода вкуснее райской амброзии, – нежно проговорил Дэсвал, обнимая жену.

Вив выдернула стакан из его рук и буркнула:

– Попробую. – Отпила и саркастично хмыкнула: – Да обычная вода.

Морин виновато улыбнулся Дэсвалу и отвёл жену к столу, где весёлый Кин наполнял бокалы. Около него, как непослушный щенок, крутилась Хая – Кин иногда ловил девочку, целовал в маленький носик, и дочка заливисто смеялась, – а Поуг наблюдала за ними абсолютно счастливыми глазами.

Клио подняла руку с бокалом над головой и громко провозгласила:

– Внимание! Тост за воссоединение самой знаменитой, прекрасной и любящей пары вселенной, чья любовь смела́ ограничения общества и сломала гнилые рамки отживших законов! За вас, дорогие наши Дэсвал и Эйла!

Слушая поздравления друзей, Дэсвал не отрываясь смотрел в небесную лазурь необыкновенных глаз любимой и ощущал, как по его щеке ползёт влажная капля. Впервые в жизни он позволил себе заплакать, и эта слеза счастья наполняла его жизнь смыслом и дарила силы преодолеть ещё больше испытаний, сделать мир лучше, чище и безопаснее. Для неё. Для его семьи.