84. Душа наизнанку

Кристел

Не понимала, почему мне так плохо и холодно. Сил почти не было, все тело дрожало, а пальцы настолько окоченели, что я их почти не чувствовала.

С трудом открыв глаза, обнаружила себя лежащей на боку, на чем-то колючем…

«Солома?» – мысли были тягучими, словно вязкий кисель, а голова совершенно не хотела включаться.

Попыталась лечь на спину, и мне это удалось. Из груди вырвался болезненный стон, разнесшийся эхом по помещению, в котором я оказалась.

«Что со мной случилось? – силилась припомнить хоть что-то. – Где я?»

Тошнота подкатывала к горлу, а в носу стояла странная омерзительная вонь, вызывая рвотные спазмы. Я, перебарывая себя, начала цепляться за ускользающие нити памяти...

«Я была на лекции, затем меня попросили с нее уйти… – боль в затылке и висках не давала сосредоточится, но мне нужно было вспомнить. – Затем я пошла… А куда я пошла? – сцепив зубы от мучительной вспышки боли, чуть не подскочила на месте, так как именно она принесла все то, что случилось перед тем, как магистр боевиков напал на меня… – Получается… – липкие щупальца страха поползли по коже, затягивая в паническую ловушку, попав в которую я должна была рыдать и умолять о пощаде. – Не дождетесь!» – стиснула зубы посильнее.

Собрав все силы в кулак, я попыталась сесть, бегло осматривая место, в котором находилась.

Страх нависал надо мной, максимально разгоняя моего сердца бег.

«Подземелье?» – ужаснулась увиденному, неотрывно смотря на массивную решетку и каменные стены, по которым кто-то ползал.

Дыхание срывалось на хрип, не могла поверить, что меня все же поймали.

Спертый воздух, отсутствие окон, земляной пол… В углу валялись какие-то тряпки и стояла миска с водой…

«Я вам не животное! – зарычала мысленно. – Не паниковать!» – внушала себе, шевеля онемевшей ногой и слыша звон цепей.

– Дыши… – разговаривала сама с собой. – Дыши глубже, Кристел! Тебя найдут! Ксандер не бросит тебя! А ректор, Демерон и Нейман ему помогут…

– Нейман? – раздалось приглушенное из тускло освещенного коридора, который открывался мне между толстыми прутьями решетки.

– Кто здесь? – срывающимся на хрип дыханием, я попыталась подползти поближе, но закованные в цепи щиколотки не позволили этого. – Отзовитесь, кто здесь? – я не кричала, но тот, кто повторил имя огневика должен был услышать. – Прошу, не молчите! – взмолилась я, цепляясь за этот голос, как за единственное, что убережет меня от нервного срыва.

– Нейман… – и снова девичий голос. Такой измученный и безжизненный, словно каждое слово говорившей давалось с огромным трудом.

– Кто вы? – вновь зашептала я, пытаясь разглядеть девушку, но погруженные в сумрак камеры не позволяли этого. – Вы знаете Неймана? – продолжила я, понимая, что только так смогу узнать хоть что-то. – Он мой друг. Мой хороший друг, – не замолкала я. – Вы тоже его знаете? Девушка? – звала ее я. – Вы меня слышите, девушка?

Я звала ее несколько минут, умоляя сказать хоть что-то, но она молчала.

Выбившись из сил, сжала голову ладонями. Боль стала просто невыносимой, и я упала на кучу соломы, приказывая себе продолжать бороться и ни в коем случае не сдаваться.

Тяжело дыша, прикрыла глаза, сдерживая рвущиеся наружу рыдания…

– Моего брата так звали… Нейман… – послышался голос в тишине, заставляя замереть.

– Брата? – ахнула я, холодея.

– Он так любил меня, – продолжала девушка, не обращая внимания на мой заданный вопрос. – Постоянно играл со мной… пока меня не похитили…

– Тамия… – у меня воздух выбили из легких. – Тамия, это ты?! – закричала я. – Боги, скажи, что это ты! Ну же? Не молчи!

– Ты знаешь мое имя? – моего слуха коснулся жалостливый всхлип, разрывая сердце на части.

– Знаю! – рьяно закивала я, словно она меня видит. – И брата твоего знаю! Тамия, это правда ты?

– А ты… – и снова душераздирающий всхлип. – Ты… настоящая? Мне это не мерещится?

– Настоящая! – рванула к решетке, морщась от боли, так как щиколотки обожгло болью от врезавшегося в кожу металла. – Я настоящая! Вот, видишь? – прилагая усилия и игнорируя боль, я просунула кисть руки между металлическими прутьями, махая ей. – Смотри сюда! Ты меня видишь? Тамия?

– Вижу… – девушка зарыдала, шмыгая носом. – Я тебя правда вижу…

Не могла поверить в то, что было столь очевидным – сестра Неймана жива.

«Боги… она действительно жива!» – захлебывалась я удушающими эмоциями.

– Брат… – всхлипывала Тамия. – Как там мой брат? А мама… папа? – она вновь заплакала, так надрывно и мучительно, что и у меня выступили слезы.

– Они ждут тебя, – зашептала я, вытирая влажные дорожки с щек. – Ждут! До сих пор верят, что ты вернешься к ним! Нейман каждый год празднует твой день рождения…

– Братик… мой старший братик… – плач девушки выворачивал мою душу наизнанку.

Невыносимо было наблюдать ее мучения. Я не представляла, что она пережила за столько лет заточения.

«Твари! – вспыхнувшая ярость придала мне сил. – Да чтоб вы все сдохли! Чтобы каждая секунда мучений этой девушки показалась вам сущим адом!»

– Не плачь, Тамия, – затараторила я, пытаясь успокоить ее. – Слушай мой голос и не плачь! Я буду рядом! Буду рядом с тобой! Я не брошу тебя! Мы сможем выбраться отсюда!

– Не сможете… – послышался равнодушный вздох, и на свет, сопровождаемый шорохом ткани, вышел отец Ксандера. – Не сможете, так что не стоит давать ей пустых обещаний…