Глава 8

Через несколько дней, во время планового осмотра Эйджи, доктор Дэклер встретил Анну с повышенным энтузиазмом. Его добродушная физиономия сияла от счастья.

Анна даже слегка прониклась тем, как немолодой врач переживал за дела своей жены. Тут же раскрылся мотив мистресс Дэклер, и Аня поняла, зачем ее так активно затягивали в клуб.

— Пожилые дамы, — бубнил врач, — воспринимают наше городское женское сообщество как клуб по интересам. Молодые ленятся. Вся работа целиком и полностью на плечах Дафны. Жене нужны надежные помощники. А ведь скоро выборы! Мистресс Тилла Эглад претендует на пост председательницы клуба. Если Дафна потеряет место, все ее усилия пойдут прахом.

«И тут борьба за власть», — подумала Аня.

— Жена мэра… — мейст Дэклер покачал головой. — Ей бы разобраться со своими проблемами. Ее пасынок опять устроил незаконные гонки на серпантине. Держу пари, вся эта золотая молодежь принимает ужасные препараты, о которых пишут в криминальных хрониках. Иначе как бы они так смело разъезжали над обрывом! Ужасно! Кто-то мог пострадать и даже погибнуть! Конечно, господин Эглад замял ситуацию. Не в первый раз. Мы такими не будем, да? — доктор наклонился над Эйджи и почесал ему животик. — Мы вырастим чудесным молодым человеком, настоящим красавцем и спортсменом. Ваш сынок отлично развивается, мистресс Триеер! Такой любознательный малыш!

Эйджи ответил врачу радостной улыбкой.

— Скажите, — спросила Анна господина Дэклера, когда тот сел за заполнение медицинской карты ребенка. — Если у человека с простреленным позвоночником болят ноги, говорит ли это о целостности нервов. Возможно, еще есть надежда на излечение?

Доктор покачал головой:

— Вы о Люке? Эти боли – полная загадка. По сути, быть их не должно. Люк не может ничего чувствовать. Фантомные ощущения, скорее всего. Парню нужно масштабное дорогое исследование в столице. И даже оно не гарантирует излечения. Никому не говорите, что это сказал вам я, — врач понизил голос, — но тут может помочь лишь альвийская медицина.

— Альвийская?

В голове всплыла страница из энциклопедии. Альвы похожи на эльфов из земных сказок. Это высокая беловолосая раса. Существует параллельный мир, Эль-ЛЛиоль, в котором она обитает. В статье упоминалось о возможности строить в такие «малые» миры межуровневые порталы.

— Медицина альвов, — задумчиво повторила Аня.

— Именно. Альвийская раса имеет древние традиции лечения, их лекари творят чудеса. Но у нас почему-то принято не замечать вклад Эль-ЛЛиоля в развитие медицины. Также считается, что наше государство не производит достаточно компонентов для их сложнейших магических технологий. В наших мирах разные уровни магии. Мы радуемся каждому заряженному кристаллу, у альвов даже ребенок может создать артефакт.

Аня хотела спросить о возможности попасть в мир альвов, но вспомнила сама: построение портала – невероятно дорогостоящая процедура.

— Им, — доктор ткнул пальцем в потолок, подтверждая ее мысли и явно намекая на сильных мира сего, — подлечиться в Эль-ЛЛиоле – раз плюнуть, а простому человеку это не по карману.

По дороге домой, Аня попросила Гельду проверить корреспонденцию. На почте уже второй день лежало письмо на имя Анны Триеер с внушительной печатью на конверте и внизу страницы.

В нем сообщалось, что Гнездо Нестееров рассмотрело обращение мейста Эйфреда Нестеера по поводу ежемесячных выплат ста тридцати василисков его бывшей жене.

«Поскольку господин Нестеер отказался от содержания несовершеннолетнего неодаренного потомка Эйджена Триеера по согласованию с Анной Триеер, его матерью, запрашиваемая сумма снижена на пятьдесят василисков. В ней учтены расходы на содержание коттеджа Нестре-дун. Рекомендуется создать ежемесячно пополняемый (не менее чем на тридцать василисков) фонд для необходимых ремонтных работ. Решение окончательное и обжалованию не подлежит».

— Что?! — воскликнула Анна, вцепившись в руль. — Сократить содержание, а я еще должна деньги на ремонт откладывать?! Этот козел знал, что гнездо откажет! И адвокат его тоже знал! Поэтому они так легко согласились!

Дома Аня позвонила господину Кропу. Адвокат отнекивался и мямлил, но в конце концов признал, что спорить с гнездом бесполезно.

Анна бросила трубку и направилась в кабинет Танроу. Детектив по обыкновению сидел перед пробковой доской.

— Простите, если беспокою, — хмуро извинилась Аня. — Но если хотите привлечь меня к какому-то делу, то сейчас самое время. Иначе я взорвусь от возмущения.

— Садитесь, — сказал Люк, с иронией рассматривая «компаньона». — Я слышал разговор. Теперь понимаете, что такое милости от драков?

— А вы сами разве не драк? — хмыкнула Аня.

— Не совсем, — Танроу заметно удивился, — моя мать из водных василисков, это старый и очень разбавленный род. У меня же фамилия на «оу» оканчивается.

— Да, точно.

— Вы как раз вовремя. Я выстроил примерную схему преступления. Да-да, в деле Амалии Тейтеер отыскался давний "мокрый" след. Готовы услышать подробности?

Танроу потер подбородок, явно собираясь с мыслями. У Ани по спине почему-то пробежал холодок.

— Мистресс Тейтеер что-то угрожает? — спросила она.

— Амалии? К счастью, нет. Она просто испугалась. Видите ли, юность у Амалии была… как бы это выразиться… бурной. Она пела и танцевала, выступая в довольно низкопробных заведениях. Будучи неглупой девушкой, она понимала, что эта не та жизнь, о которой стоило бы мечтать. Собрав немного денег, Амалия переехала в Эй-лон-хейм. Она выучилась на медсестру, благодаря своему покладистому нраву и ловкости быстро стала востребованной в обеспеченных кругах и познакомилась с мистером Тейтеером, когда ставила ему капельницы. Мейст Тейтеер – известный яхтсмен, у него была травма, потребовалось лечение, он влюбился без памяти… в общем, жизнь Амалии стала похожей на сказку. Она еще и наследника одаренного умудрилась родить, что сейчас бывает не так часто.

— Да уж, — фыркнула Аня.

— А потом… потом кто-то прислал Тейтееру фото юной Амалии, выступающей на сцене кафешантана. Разразился скандал. Я как раз лечился после ранения. Амалия продолжала помогать медсестрам в госпитале богини Парвы, уже на добровольных началах, там мы и познакомились. Мои старые друзья и помощники убедили меня взяться за это дело. Мы нашли девушку, очень похожую на Амалию. Ее имя… ее имя было Арифа. Она была актрисой, тоже довольно низкопробной, поэтому ей нечего было терять. Тейтеера убедили, что это Арифа выступала по кабакам десять лет назад, носила светлый парик и подписывалась буквой «А». Он поверил: присланные фото не отличались качеством, да и времени прошло много. Репутация Амалии была восстановлена. Разумеется, это обошлось ей в кругленькую сумму, зато Арифа согласилась на договор неразглашения. И тут наш «двойник» всплыл опять. В криминальных новостях.

— Ее убили? Арифу? Вы все время говорите о ней «была».

— Именно так. Задушили. В темном переулке. Это очень странное убийство. Я звонил друзьям в полицию, где раньше работал, мне сказали, что перед смертью Арифа стала жертвой жестокого надругательства. В газетах, разумеется, об этом не упоминается. Вот, почитайте.

Аня пробежалась глазами по небольшой статье в «Столичном вестнике». В ней сухо и неинформативно сообщалось о преступлении, совершенном «с хладнокровной жестокостью». Автор заметки возлагал надежды на оперативность столичной полиции.

— А теперь взгляните на это.

Люк протянул Анне местную газету «Лонто-хеймский маяк». Тоже небольшая статья об убийстве девушки. Задушена, сброшена в море с обрыва. Погибшую удалось опознать. Жертвой оказалась двадцатитрехлетняя жительница Лонто-хейма Тина Брибс.

— Пять лет назад, — Аня посмотрела на дату. — Но ведь это совсем рядом!

— Над трассой у въезда в город. Все детали совпадают. Убийцу не нашли. Там фото жертвы.

— Похожа на Амалию, — Анна поежилась.

— На Арифу, — уточнил Танроу. — Я долго пытался построить картину преступления с помощью своего дара. Ничего. Думаю, и там, и тут убийца применил какой-то магический прием, чтобы стереть «отпечатки». Мистресс Триеер, вы уверены, что хотите мне помогать и дальше?

— Да, — Аня отложила газету и выпалила на одном дыхании: — А вы уверены, что вам это нужно? Эти… преступления. Разве они связаны с Амалией? Обе девушки – шатенки, а Амалия – натуральная блондинка. Чем занималась первая убитая?

— Помогала отцу в рыбной лавке. Скромная, даже немного нелюдимая.

— Значит, выбор девушек случайный. То есть, неслучайный, конечно – неизвестно, что там в голове у этого урода – но не по роду деятельности. По времени тоже не состыкуется. Непохоже на маньяка – следить за Амалией, а убить другую девушку. У серийных убийц уходят месяцы, чтобы построить сцену идеального, с их точки зрения, преступления. Сумасшедший монстр вряд ли стал присылать фото мужу своей потенциальной жертвы. У них система… последовательность, ритуалы. Они скорее хвастаются своими «подвигами». Не хотят, чтобы их поймали, но не могут вынести, если их славу присваивает кто-то другой. Пять лет… это долго. У некоторых убийц есть периоды выхода «на охоту», но пять лет… Возможно, имеются убийства, о которых пока нет информации?

— Откуда вы все это знаете? — ошеломленно спросил Танроу. — У меня есть знакомый эксперт в девиантной психологии. Он годами работал, чтобы выявить все эти закономерности. А вы…

— Наверное, читала… в журналах, — спохватилась Аня. — Люблю психологию, даже такую странную.

Люк пожал плечами, но объяснение принял.

— Думаю, вы правы, — сказал он, поразмыслив. — Нечего в это лезть. Я настоял на телохранителе для Амалии, ее муж сейчас за границей. Ладно, забыли. У меня новый клиент. Подозревает жену в измене. Будет у меня завтра.

Аня кивнула:

— Попрошу Мариссу купить кофе, сигары и пирожные.

… — Ты мой сладенький малыш, мой маленький ангел, мое сокровище, — ворковала Анна, целуя пухлые ручки сына.

Эйджи принимал солнечные ванны на пеленальном столике. Малыш выглядел совершенно довольным жизнью. Он хорошо кушал, много гулял, кочевал с одних заботливых рук на другие и засыпал под самые мелодичные колыбельные. Теперь Эйджи интересовался всем подряд: чирикнувшей за окном птичкой, яркой упаковкой от марлевых салфеток, игрушками над люлькой и мамиными волосами.

— Пора покупать кроватку, — строго сообщила Анне Гельда.

— Да! — воскликнула Марисса. — Я видела совершеннейший хит в витрине «Броу и Броу»! Нежнейшая голубая кровать для мальчика с пологом и подвеской для игрушек. Детское белье в комплекте.

— И сколько этот хит стоит? — проворчала Аня, посыпая складочки Эйджи присыпкой.

Горничная пожала плечами:

— Всего четыреста гарпий.

— Двадцать василисков? — ужаснулась Аня. — Нет уж! Купим что-нибудь попроще. Съездим в Элон. Я с тобой и Гельдой еще за прошлый месяц не расплатилась.

— Мы подождем, — сдержанно произнесла Гельда и сделала знак Мариссе: успокойся и помолчи.

Горничная на минуту погрустнела, но потом вновь воспрянула духом и начала рассказывать о новой услуге магазина одежды «Элегжи». Теперь в нем можно было заказать одежду по каталогу – взять сразу несколько размеров, а то, что не подошло, отправить назад через владельца бутика.

К разочарованию Мариссы Аня сперва отнеслась к новости равнодушно, она привыкла заказывать вещи онлайн, иногда месяцами не посещая других магазинов, кроме продовольственных. Увидев огорченное лицо горничной, искренне желающей помочь, Анна исправила свою ошибку, принявшись с оживлением расспрашивать девушку о новинках.

Выяснилось, что каталоги магазина раздавалась лишь постоянным покупателям с «позитивной историей». «Элегжи» славился сбалансированным соотношением цены и качества, но Аня поняла, что ей туда дорога только в дни больших скидок. Огромных скидок.

А пока Аня носила вещи из гардероба Анны, сшитом ею до замужества. Что-то серьезно устарело, но небольшая «капсула», как было модно выражаться в ее мире, закрывала почти все нужды. Больше всего Ане нравились чуть зауженные к низу брючки. У Анны были красивые ноги и фигура в виде песочных часов.

Однако теперь ей требовалось нечто более модное и элегантное. Деньги. Все опять упиралось в них. Аня уповала на процент от работы Люка и подработку в мистресс-клубе.

Направляясь в город пешком с Эйджи, Аня выбрала желтое платье с пышной юбкой. Цвет ей не шел. Крупные нарциссы на ткани выглядели глупо. Но в платье Анна хотя бы была похожа на молодую мистресс, а не на задорного подростка.

Ей все время приходилось напоминать себе, что в этом мире она очень молода. Она годилась в дочери себе самой. Но у себя дома в двадцать три года Аня еще училась, порхала и замуж не собиралась.

Посмотрев на себя в отражении витрины, Аня тихонько вздохнула. Зря она согласилась вступить в клуб. Может, она и аристократка, но лучше бы ей подыскать работу, за которую будут платить здесь и сейчас, а не в перспективе.

А вот и объявление на столбе. «В кафе «Русалка» требуется официантка». Улица Прибрежная. Это у моря, в портовой зоне. Ну уж нет! Знаем мы этих «русалок». А вот другое объявление. Нужна девушка в боулинг-клуб. Рядом с телефоном – картинка: девица в костюме кошечки. Мило.

Кроватку в витрине «Броу и Броу» еще не купили. Аня полюбовалась ею через стекло. Услужливый продавец выскочил из магазина, чтобы рассказать потенциальной покупательнице с ребенком обо всех достоинствах товара: мягком матрасике, системе трансформирования в длину и ширину, безопасных материалах. Анна с сожалением положила в карман яркий буклет с фото кроватки и двинулась дальше.

Войдя в магазин белья, она испытала еще одно разочарование. В Лонто-хейме очень многое действительно было ориентировано на верхний средний класс. Цены в некоторых магазинах кусались.

Сказывалась близость моря и большое количество недвижимости, снимаемое летом отдыхающими. Люди победнее предпочитали закупаться в больших магазинах на трассе, у коммивояжеров или ездить в шахтерский город Элон.

Разглядывая ценники, Аня заметила, что на нее в упор смотрит молодая женщина у кассы, одетая в великолепный приталенный костюм с узкой юбкой. В руках у нее была куча бумажных сумок с логотипом дорогого бренда белья. Расплатившись чеком, неизвестная дама помахала Ане рукой в элегантной перчатке, и та на всякий случай улыбнулась в ответ. Ее в Лонто-хейме знали все, а она пока путалась в лицах.

Женщина спешила. Она вышла и запрыгнула в шикарный открытый автомобиль, за рулем которого сидел уже знакомый Ане парень. Именно его тяжелый взгляд она чувствовала на себе в день знакомства с Дью Эдрегейл. Дама что-то сказала парню, и тот засмеялся в ответ, не вынимая сигарету изо рта. Машина резко сорвалась с места и понеслась в сторону коттеджного района.

— Простите, — Анна обратилась к продавщице, указывая на окно. — А кто это был? Какая элегантная мистресс!

— Жена мэра, — подняв тонкие бровки, удивленно сказала та. — Госпожа Тилла Эглад. И с ней сын мэра, мейст Фред, ее старший пасынок. Заметили, что она купила? У мистресс Эглад идеальный вкус. Показать вам такие же пеньюары из новой коллекции?

— Спасибо, в следующий раз, — ответила Аня.